Главная » Книги

Херасков Михаил Матвеевич - Россиада, Страница 21

Херасков Михаил Матвеевич - Россиада


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

sp;     Едва вступилъ въ Свiяжскъ сей Царь мирилюбивой,
         Съ увѣщеванiемъ и кротостiю словъ,
         Оливну вѣтвь вручивъ, послалъ туда пословъ;
         Велѣлъ мятежникамъ кичливыя Казани
   220      Миръ вѣчный предложить, или кровавы брани.
         Ведущая меня донынѣ на Парнасъ,
         О Муза! укроти на время трубный гласъ.
         Послы грядутъ въ Казань со миромъ, не съ войною;
         Въ сей градъ, мятежный градъ, прейди и ты со мною;
   225      Повѣдай прежнихъ бѣдствъ Алеевыхъ вину;
         Развратъ его представь, дай лиру, пѣть начну!
  
             Подъ лунною чертой Духъ темный обитаетъ,
         Который день и нощь по всѣмъ странамъ летаетъ,
         Раждаетъ онъ вражды между земныхъ Князей;
   230      Раждаетъ мятежи, разрывы межъ друзей,
         Онъ вноситъ огнь и мечь въ естественны законы;
         Гражданску точитъ кровь, колеблетъ Царски троны;
         Сердца тревожитъ онъ, супружни узы рветъ;
         Всѣхъ мучитъ, всѣхъ крушитъ, Раздоромъ онъ слыветъ.
   235      Сей Духъ существовалъ при сотвореньи неба;
         Единородный сынъ и Нощи и Ереба,
         Во мракѣ утаясь, сiянье похищалъ,
         Молчащу тишину, ставъ бурей, возмущалъ,
         Во мразѣ крояся, сражался съ теплотою,
   240      Онъ воздухъ воружалъ на брань съ водой густою.
         Когда въ Едемѣ жилъ безбѣдно человѣкъ,
         Во древѣ знанiя скрывалъ желѣзный вѣкъ;
         Надъ нашимъ праотцемъ, праматерью прельщеннымъ,
         Плодомъ возликовалъ вкушенью запрещеннымъ;
   245      На шарѣ здѣшнемъ онъ отъ тѣхъ времянъ живетъ;
         Гнѣздилище его и царство цѣлый свѣтъ.
         Онъ сѣетъ тамо зло, гдѣ только есть народы;
         Пустыни гдѣ найдетъ, мутитъ песчаны воды;
         Дыхаетъ пламенемъ изъ чрева онъ земли,
   250      Бросаетъ въ ярости о камень корабли;
         Въ пучинѣ воздуха онъ скорби разтравляетъ;
         Онъ движитъ бурями, и громы составляетъ;
         Болѣзни, горести, земное каждо зло,
         Изъ мрачныхъ чреслъ его въ сей мiръ произтекло.
   255          Безбожiе, во тму бездонну погруженно,
         Лежало будто бы перуномъ пораженно;
         Кометѣ пламенной его подобенъ видъ;
         Терзаютъ грудь его досада, гнѣвъ и стыдъ.
         Туманны очеса на Iоанна взводитъ,
   260      Ожесточается, трепещетъ, въ ярость входитъ,
         Вѣщаетъ: Нѣтъ! Москвѣ не дамъ торжествовать!
         Смущу Казань! смущу! адъ будетъ ликовать!
         И страшный пламенникъ рукой дрожащей емлетъ;
         Изъ вѣчной тмы ползетъ, главу свою подъемлетъ,
   265      Шипящи у него ехидны вкругъ чела,
         Изображали страхъ разгнѣваннаго зла;
         Куда ни ступитъ, все мертвитъ и пожигаетъ;
         Въ свирѣпствѣ, въ бѣшенствѣ къ Раздору прибѣгаетъ;
         Чего ты мѣшкаешь? со стономъ вопiетъ:
   270      Въ прiятной тишинѣ покоится весь свѣтъ;
         Казань безпечною любовью услажденна,
         Иль скоро быть должна Россiей побѣжденна,
         Или не постыдясь невольническихъ узъ,
         Съ Москвою рабственный содѣлаетъ союзъ,
   275      Настанетъ здѣсь покой! Почто, почто коснѣешь?
         Стыдись, что званiе Раздора ты имѣешь;
         Смутило бъ я весь мiръ, но дѣло то твое:
         Для сихъ великихъ дѣлъ имѣешь бытiе.
         Безбожiе Раздоръ къ злодѣйству ополчаетъ,
   280      И пламенникъ ему изъ рукъ своихъ вручаетъ.
         Со скрежетомъ сказавъ: Гряди, гряди въ Казань,
         И тамо сѣй вражду, мятежъ, измѣну, брань!...
         Ко поднебесности восточной уклонился,
         И пламенной змѣей Раздоръ въ Казань пустился;
   285      Любовью видитъ онъ Сумбекинъ полный взоръ;
         Но въ грудь ея взглянувъ, прочелъ на ней притворъ,
         Примѣтилъ скрытую у ней на сердцѣ рану,
         Къ Алею хладъ одинъ, но всю любовь къ Осману,
         Тогда объемля градъ геенскихъ мракомъ крилъ,
   290      Съ Сумбекой на вражду Османа примирилъ.
         Любовной страстiю Царица ослѣпленна,
         Не зрѣла бездны той, въ котору углубленна;
         И терна межъ цвѣтовъ не чувствуя она,
         Склонила злобнаго къ совѣту Сагруна;
   295      Признанiемъ болѣзнь сердечну облегчила;
         Нещастная! она злодѣю мечь вручила;
         Открылась во всей мучительной любви,
         Возобновленный жаръ казала во крови,
         Но миръ уставленный, прiятный миръ съ Османомъ,
   300      Еще прикрасила лукавствомъ и обманомъ;
         Повѣдала она предвозвѣщанья тѣ,
         Которы ей изрекъ супругъ ея въ мечтѣ,
         Что грома страшнаго не будетъ слышно брани,
         Доколѣ Царь Алей не выдетъ изъ Казани.
   305      Коль мнѣ изгнать его, возкрикнула она,
         Мгновенно закипитъ кровавая война;
         Когда съ нимъ купно жить, и здѣсь Царя оставить,
         Спокойства сладкаго не можно мнѣ возставить;
         Что дѣлать, и къ чему нещастной прибѣжать?
   310      Того люблю, того не смѣю раздражать.
  
  
             Сагрунъ, который ихъ какъ тартаръ ненавидѣлъ,
         Вяимая рѣчи тѣ, вблизи надежду видѣлъ;
         Надежду лестную, котора наконецъ
         Казанской для него вдали плела вѣнецъ;
   315      Густыми мраками лукавства онъ увился,
         Недоумѣющимъ, задумчивымъ явился;
         Не показующiй измѣны никакой,
         Нахмуренно чело дрожащей теръ рукой;
         По томъ какъ будто бы тревожась и робѣя,
   320      Вѣщалъ: усилила Царица ты Алея;
         Мы бременемъ его руки угнетены;
         Кѣмъ сѣти для него быть могутъ сплетены?
         Я только то скажу, что жалость я имѣю;
         Но далѣе вѣщать не долженъ и не смѣю.
   325          Вѣщай, и не страшись, Сумбека вопiетъ;
         Ахъ! естьли грѣхъ любить, такъ цѣлый грѣшенъ свѣтъ.
         Увы, нещастная! но я вѣнца лишуся,
         Когда отсель изгнать Алея соглашуся;
         Слова пророчески могуль пренебрегать?
   330      Могу ли завсегда Османа убѣгать?
         Сумбека мучилась, Сумбека тосковала,
         И руки у раба рыдая цѣловала.
         Къ толикимъ низостямъ приводитъ нѣжна страсть!
         Влекущiй по цвѣтамъ Сумбеку въ стыдъ, въ напасть,
   335      Сагрунъ вздыхая рекъ: Нещастная! тобою,
         Твоей любовiю, и лютою судьбою,
         Разтрогалась душа; подамъ тебѣ совѣтъ;
         Но можетъ быть его почтетъ жестокимъ свѣтъ;
         Однако гдѣ волна ладью къ скаламъ бросаетъ,
   340      Тамъ каждый плаватель себя отъ волнъ спасаетъ.
         Ты вѣдаешь, что два, столѣтiя назадъ,
         На мертвомъ черепѣ воздвигнутъ здѣшнiй градъ,
         Но вмѣсто должныя главы Махометанской,
         Обманомъ въ землю скрытъ невольникъ Христiянской;
   345      И здѣсь погребена Россiйская глава,
         А тѣмъ пророчески нарушены слова,
         Которыхъ никогда Сагрунъ не позабудетъ:
         Чья будетъ здѣсь глава, того и царство будетъ!
         И такъ прейдетъ во власть Россiянъ городъ сей,
   350      Коль мы не отвратимъ погибели своей;
         Когда пророчества народу не припомнимъ,
         И ясныхъ словъ такихъ мы свято не исполнимъ.
         Въ вѣщанiяхъ всегда безплотный справедливъ:
         Алей во градѣ семъ не долженъ быти живъ.
   355      Не мысли, чтобы сей совѣтъ внушала злоба,
         Но чаю, твой супругъ не съ тѣмъ возсталъ изъ гроба,
         Чтобъ главный нашего отечества злодѣй,
         Супругу получилъ и тронъ его, Алей;
         Не можно склонну быть ему на мысль такую;
   360      Я инако слова пророчески толкую,
         И тако думаю, что втайнѣ думалъ онъ,
         Для точной пагубы Алея звать на тронъ,
         Алей уйдетъ отсель, я то вѣщаю смѣло;
         Но не уйдетъ его изъ стѣнъ Казанскихъ тѣло;
   365      Махометаниномъ развратникъ сей рожденъ,
         И долженъ быть на немъ сей городъ утвержденъ,
         Невольничью главу его главой замѣнимъ,
         Себя чрезъ то спасемъ, во благо зло премѣнимъ,
         Его погибелью Казанцовъ оживимъ,
   370      Супругу твоему вниманiе явимъ;
         Но, впрочемъ, на моихъ словахъ не утверждайся,
         Страдай, крушись, терпи, и браней дожидайся!
  
             Сiе вѣщалъ Сагрунъ, имѣвый тусклый взглядъ;
         Свирѣпство отрыгалъ его устами адъ;
   375      Коварства у него, что въ сердцѣ обитали,
         Невидимую сѣть Сумбекѣ соплетали;
         Хотя ослѣплена, хотя была страстна,
         Но заразилася свирѣпствомъ и она,
         И грознымъ кажду рѣчь сопровождая взоромъ,
   380      Ко злобѣ двигнута содѣлалась Раздоромъ;
         Онъ крылья разпростеръ, къ темницѣ полетѣлъ,
         Нашедъ Османа тамъ, его въ чертогъ привелъ,
         И тамъ разсудки ихъ лишивъ съ Сумбекой свѣта,
         Составилъ точный видъ геенскаго совѣта:
   385      Тамъ Злоба извлекла окровавленный мечь,
         Она клялась народъ къ предательству возжечь;
         Простительнымъ сей грѣхъ имъ зло изобразило,
         И жало имъ свое, какъ мечь, въ сердца вонзило;
         Заставила Вражда убiйство имъ любить,
   390      Тогда условились Алея погубить.
         Сагрунъ съ веселiемъ безумной волѣ внемлетъ,
         Народъ возволновать на свой отвѣтъ прiемлетъ;
         Но чая умыслъ свой съ успѣхомъ предначать,
         Довѣренности въ знакъ взялъ Царскую печать.
   395          Вѣщай Сумбекинъ гнѣвъ печальнымъ звономъ лира:
         Въ любови здѣлавшись вторая Деянира,
         Притворно пламенна, притворно ставъ нѣжна,
         Прислала съ ризою раба къ Царю она;
         Но твердую щитомъ имѣя добродѣтель,
   400      Отъ смерти близкiя избавился владѣтель;
         Въ сiи часы Османъ къ нему съ мечемъ влетѣлъ,
         И смерти пагубной предать его хотѣлъ;
         И въ самы тѣ часы раздоръ въ народѣ сѣя,
         Сагрунъ изображалъ измѣнникомъ Алея;
   405      Отъ Царскаго двора отгнать сумнѣнье прочь,
         Для возмущенiя глубоку избралъ ночь.
  
  
             Внутри Казанскихъ стѣнъ надъ тинистымъ Булакомъ,
         Висящiй холмъ сѣдый есть многихъ лѣтъ признакомъ;
         Тамъ дубы гордые размѣтисто росли,
   410      Они верхи свои до облакъ вознесли,
         И вѣтви по струямъ далеко простирали,
         Отрубленну главу подъ корнями скрывали;
         На сей-то дикiй холмъ, ко брегу мутныхъ водъ,
         Въ полночный часъ прiйти Сагрунъ склонилъ народъ.
   415      Всегда бываетъ чернь къ премѣнамъ ненасытна,
         И легкомысленна она, и любопытна.
         Едва свѣтило дня спустилося въ моря,
         Погасла въ небесахъ вечерняя заря,
         И звѣзды отъ страны полночной возблистали;
   420      Казанцы подъ стѣной сбираться въ груду стали.
         Немолкный шумъ древесъ, блистающа луна,
         И царствующа вкругъ глухая тишина,
         Непостижимый страхъ въ сердцахъ производили;
         Казалось, тѣни вкругъ невидимо ходили;
   425      Вдругъ нѣкiй бурный вѣтръ по рощѣ зашумѣлъ,
         Сагрунъ держащъ кинжалъ, толпы въ средину вшелъ;
         Былъ видѣнъ на лицѣ лишенный духъ покою.
         Онъ хартiю держалъ дрожащею рукою;
         Кровавыми народъ глазами озиралъ;
   430      Безмолвствуя, и страхъ и ужасъ онъ вперялъ;
         Вздохнулъ, и тако рекъ со стономъ лицемѣрнымъ:
         Скажите: точно ли пришелъ я къ правовѣрнымъ?
         Не знаю, говорить, или еще молчать?
         Но какъ я утаю Царицыну печать!
   435      Она вамъ истинну рѣчей моихъ докажетъ,
         И то, что думаетъ Царица, вамъ разскажетъ;
         Я токмо есмь ея истолкователь словъ:
         Казанцы! громъ съ небесъ ударить въ насъ готовъ;
         Вы льститесь, увѣнчавъ Алея, быть въ покоѣ,
   440      О! коль обманчиво спокойствiе такое!
         Подъ видомъ дружества сей врагъ пришелъ въ Казань,
         Дабы въ корысть собравъ съ Махометановъ дань,
         Ордынцовъ разорить и дать уставы новы,
         Казанцевъ заманить въ Московскiя оковы;
   445      Сей извергъ естества (злокозненный вѣщалъ)
         На васъ кресты взложить Россiи обѣщалъ.
         Изображастъ онъ ужаснымъ Христiянство,
         Народъ въ страданiи, во тмѣ Махометанство,
         Вельможей въ нищетѣ, Сумбеку во плѣну,
   450      И въ рабствѣ горестномъ Казанскую страну;
         О други! говоритъ, прощайтесь со женами,
         И дщерей горькими оплачте вы слезами!
         Какъ стрѣлы, тѣ слова вѣщая, онъ кидалъ,
         Сумбекою свои доводы подтверждалъ....
   455      Вдругъ ропотъ возстаетъ, народъ поколебался;
         Какъ будто бы вода при бурѣ взволновался,
         Движенiя придать волненiю сему,
         Сагрунъ стеная рекъ собранiю всему:
         Хотите ль, братiя, отечеству радѣя,
   460      Хотите ль изтребить измѣнника Алея?
         Хотимъ! вскричалъ народъ.... Клянитеся мнѣ въ томъ;
         Зло должно изтреблять равнообразнымъ зломъ;
         И естьли къ вѣрѣ вы привязаны любовью,
         Запечатлѣйте вашъ союзъ злодѣйской кровью;
   465      Здѣсь Христiянская глава въ землѣ лежитъ,
         Надъ ней присягу намъ устроить надлежитъ,
         Дабы вѣнчаннаго злодѣя въ градѣ вами
         Привыкнуть поражать неробкими руками;
         То дѣлайте, что я... Онъ въ руки взявъ кинжалъ,
   470      Который у него отъ варварства дрожалъ,
         Разрылъ всю землю вкругъ: въ ней кости осязаетъ,
         Влечетъ главу, и мечь въ чело ея вонзаетъ;
         Но пламень издала разрушася она,
         И въ ужасъ привела народъ и Сагруна...
   475      Казанцы, варварскiй примѣръ въ очахъ имѣя,
         Разятъ главу, разить готовяся Алея;
         Поднявъ кинжалы вверьхъ, клянутся Сагруну,
         Призвавъ въ свидѣтельство свирѣпства ихъ луну.
         Луна подвиглась вспять, когда на нихъ воззрѣла,
   480      И темной тучею лице свое одѣла;
         Но въ ярости народъ толико дерзокъ сталъ,
         Что онъ небесну тму за добрый знакъ считалъ.
         Роптанье, буйство, шумъ, проклятiя народны,
         Производили громъ, какъ рѣки многоводны.
   485      Убiйствомъ жаждущiй Сагрунъ изторгнувъ мечь,
         Ведетъ Казанску чернь всеобщiй бунтъ возжечь;
         Ругаются они вѣнцемъ и Царскимъ саномъ.
         Но вдругъ встрѣчаются внутри двора съ Османомъ,
         Который шествуя, стеналъ, блѣднѣлъ, дрожалъ,
   490      И вшедшимъ возвѣстилъ, что Царь Алей бѣжалъ.
         Земля подъ Сагруномъ тогда поколебалась;
         Толико страшной вѣсть преступнику казалась!
         По сердцу у него разпростирался мразъ,
         И слезы потекли отъ ярости изъ глазъ.
   495      Но свѣдавъ, кто сокрылъ отъ звѣрства ихъ Алея,
         Всю ярость устремилъ и злобу на Гирея;
         Свой мечь, кровавый мечь въ невинну грудь вонзить,
         Вздохнулъ, и клятву далъ Гирея поразить....
         Лѣнивою ногой къ намъ щастiе приходитъ,
   500      На крыльяхъ зло летитъ, и пагубу наводитъ;
         Святые олтари разитъ не рѣдко громъ!
         Спокоенъ шелъ Гирей, избавивъ друга, въ домъ;
         Благополучнымъ быть своею дружбой чаетъ,
         Грядетъ, и Сагруна съ народомъ онъ встрѣчаетъ.
   505      Какъ хищный вранъ летящъ по воздуху шумитъ,
         Сагрунъ, изсунувъ мечь, такъ бѣгъ къ нему стремитъ;
         И громко возопилъ: Отдай ты намъ Алея!
         Или въ тебѣ почту отечества злодѣя.
         Но будто страшную увидѣвый змiю,
   510      Гирей подвигся вспять внимая рѣчь сiю;
         Врагами окруженъ и видя мечь блестящiй,
         Мгновенной смертiю за дружество грозящiй,
         Алея ищете, отвѣтствуетъ стеня:
         Алей не далеко; онъ въ сердцѣ у меня!
   515      И естьли вы узнать, гдѣ скрылся онъ, хотите,
         Такъ вскройте грудь мою, и въ ней его ищите;
         Онъ былъ, и нынѣ тутъ!... Сiя святая рѣчь,
         Котораябъ должна потоки слезъ извлечь,
         Подвигла къ лютости сердца сiи суровы;
   520      Гирея повлекли, и ввергнули въ оковы.

Другие авторы
  • Набоков Константин Дмитриевич
  • Новорусский Михаил Васильевич
  • Куликов Николай Иванович
  • Купер Джеймс Фенимор
  • Федотов Павел Андреевич
  • Шпенглер Освальд
  • Мериме Проспер
  • Уитмен Уолт
  • Мур Томас
  • Коваленская Александра Григорьевна
  • Другие произведения
  • Бестужев-Марлинский Александр Александрович - Ревельский турнир
  • Гончаров Иван Александрович - Фрегат "Паллада". Том 1
  • Горький Максим - Обращение к конгрессу защиты культуры
  • Бибиков Петр Алексеевич - Бибиков П. А.: Биографическая справка
  • Екатерина Вторая - Рассказ Императрицы Екатерины Ii-й о первых пяти годах ее царствования
  • Бунин Иван Алексеевич - Устами Буниных. Том 1
  • Глаголев Андрей Гаврилович - Глаголев А. Г.: биографическая справка
  • Воровский Вацлав Вацлавович - Финал съезда
  • Шуф Владимир Александрович - Сонет и кантата, посвященные А. С. Суворину
  • Остолопов Николай Федорович - Открытие в любви духовного человека
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (30.11.2012)
    Просмотров: 376 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа