Главная » Книги

Байрон Джордж Гордон - Марино Фальеро, Страница 25

Байрон Джордж Гордон - Марино Фальеро


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

а въ члены Сорока избирались люди не моложе 30-лѣтняго возраста.
   Стр. 166. Старикъ Дандоло
   Отъ всѣхъ коронъ вселенной отказался.
   Точнѣе: "Отъ Цезарей короны отказался": въ 1204 г. ему предложена была крестоносцами корона Визант³йской импер³и.
   Стр. 168.
   Когда въ моментъ горячности ударилъ
   Епископа Тревизо.
   "Историческ³й фактъ. См. Жизнеописан³я дожей Марино Санудо" (Прим. Байрона).
   Стр. 170. Я по службѣ
   Начальникъ арсенала.
   "Число постоянныхъ рабочихъ въ арсеналѣ составляетъ 1200, и всѣ эти искусные ремесленники находятся подъ начальствомъ особаго офицера, называемаго адмираломъ (Amiraglio), который командуетъ и "Буцентавромъ" въ день Вознесен³я, когда дожъ совершаетъ свое торжественное обручен³е съ моремъ. И здѣсь мы должны отмѣтить смѣха достойный обычай, въ силу котораго этотъ адмиралъ несетъ отвѣтственность передъ Сенатомъ за спокойное состоян³е моря и ручается своего жизнью, что въ этотъ день не будетъ бури. Этотъ же адмиралъ, вмѣстѣ съ своими arsenalotti, оберегаетъ дворецъ дожей и соборъ св. Марка во время междуцарств³я. Онъ несетъ красное знамя передъ дожемъ, когда тотъ вступаетъ въ должность, и въ знакъ своего достоинства, носитъ особую епанчу и два серебряныхъ ящика, изъ которыхъ дожъ сыплетъ деньги народу". ("Истор³я Венец³анскаго правительства", написанная въ 1675 г. сьеромъ Amelot de la Houssaye и изданная въ Лондонѣ, 1677).
   По болѣе раннему и, вѣроятно, исторически болѣе вѣрному разсказу Лоренцо де Моначи, Бертучч³о Изарелло не былъ начальникомъ арсенала, а только имѣлъ собственный корабль и потому пользовался извѣстностью и вл³ян³емъ среди матросовъ и арсенальныхъ рабочихъ; патриц³й же, который его побилъ, звался не Барбаро, а Дж³ованни Дандоло, и былъ въ ту пору sopracomite e consigliere del capitauo da roar.
   Стр. 172.
   Съ вершины Марка грянетъ этотъ часъ.
   "Звонить въ набатъ на колокольни св. Марка можно было только по приказан³ю дожа. Однимъ изъ поводовъ къ такому набату было извѣщев³е о появлен³и на лагунѣ гевуэзскаго флота". (Прим. Байрона).
   Стр. 173. Колодцы, клѣтки
   Исторгнутъ могутъ кровъ мою изъ жилъ.
   О государственной тюрьмѣ въ Венец³и см. наст. изд. т. I, стр. 529.
   Стр. 174.
   Онъ въ Сан³енцѣ смерть свою нашелъ.
   Островъ Сан³енца лежитъ миляхъ въ девяти къ сѣверо-западу отъ Капо-Галло, въ Мореѣ. Сражен³е, въ которомъ венец³анцы, подъ начальствомъ Никколо Пизани, были разбиты генуэзцами, которыми предводительствовалъ Паганино Дор³а, происходило 4 ноября 1354 г.
   Стр. 175.
   Сегодня ровно въ полночь будь у церкви,
   Гдѣ гробъ моихъ отцовъ.
   "Всѣ дожи paннe Фальеро погребались въ соборѣ св. Марка; замѣчательно, что когда умеръ его предшественникъ, Андреа Дандоло, Совѣтъ Десяти издалъ законъ, чтобы всѣ будущ³е дожи погребались вмѣстѣ съ своими семьями, въ принадлежавшихъ имъ церквахъ: можно подумать, что тутъ было своего рода предчувств³е. Такимъ образомъ, все, что говоритъ Фальеро о своихъ предкахъ-дожахъ, будто бы похороненныхъ въ церкви свв. ²оанна и Павла не вѣрно исторически, такъ какъ они похоронены у св. Марка. Сдѣлайте изъ этого примѣчан³е и подпишите подъ нимъ; Издатель. Имѣя подобныя притязан³я на аккуратность, я не хотѣлъ бы, чтобы меня бранили даже изъ-за такихъ пустяковъ. О пьесѣ пусть говорятъ, что угодно, но нравы и дѣйствующ³я лица у меня вполнѣ реальны". (Письмо къ Муррею отъ 12 окт. 1820).
   Гондола будетъ ждать съ однимъ гребцомъ.
   "Гондола не похожа на обыкновенную лодку, она такъ же легко управляется одномъ весломъ какъ и двумя (хотя, разумѣется, идетъ не такъ скоро); часто берутъ только одного гребца ради меньшей огласки, а со времени паден³я Венец³и - просто ради эконом³и". (Прим. Байрона).
   Попытку я обязанъ предпринятъ.
   "То, что говоритъ Джиффордъ о первомъ актѣ очень утѣшительно. Это - "произведен³е англ³йское подлинное, настоящее англ³йское": таково ваше завѣтное желан³е, и я очень радъ, что мнѣ удалось его удовлетворить, хотя Богъ знаетъ, какимъ чудомъ это случилось; вѣдь я не слышу ни одного англ³йскаго слова ни отъ кого, кромѣ моего лакея, а онъ - изъ Ноттингэмшира; я не вижу ничего англ³йскаго, кромѣ вашихъ новѣйшихъ издан³й, но въ нихъ нѣтъ англ³йскаго языка, а только жаргонъ. Джиффордъ нашелъ у меня хорошую, подлинную, настоящую англ³йскую рѣчь, а Фосколо говорить, что характеры въ пьесѣ подлинно венец³аяск³е" (Письма къ Муррею, 11 сент. и 8 окт. 1820).
   Стр. 176.
   Ослабленнаго жизнью старика.
   Годъ рожден³я Марино Фальнро не установленъ съ точностью, но полагаютъ, что въ эпоху заговора ему было уже болѣе 75 лѣтъ.
   Стр. 177.
   Сказалъ же славный римлянинъ предъ смертью:
   "То было лишь, вѣдь, именемъ!"
   Д³онъ Касс³й сообщаетъ, что Брутъ, умирая воскликнулъ: "О, бренная доблесть! Ты - не больше, какъ слово, я же считалъ тебя дѣломъ - и жестоко обманулся!"
   Стр. 160.
   Пришелъ къ вамъ съ важной вѣстью
   Я прямо изъ сената.
   "Эта сцена, можетъ быть, самая лучшая во всей пьесѣ. Въ ней превосходно обрисовывается спокойный характеръ и душевная чистота Андж³олины и живо чувствуется огромная разница ея темперамента съ надменнымъ нравомъ ея супруга, но вмѣстѣ съ тѣмъ не менѣе живо проявляется и та тѣсная связь, какая соединяетъ эти двѣ натуры, одинаково полныя благородства. Въ мысляхъ старика нѣтъ и тѣни ревности; онъ и не предполагаетъ, и не находитъ въ своей женѣ порывовъ молодой страсти; онъ видитъ въ ней существо, полное довѣр³я,- существо глубоко невинное, которое, именно по этой причинѣ, едва вѣритъ въ возможность виновности. Онъ находитъ въ ней все то очарован³е, какимъ проникнута задушевная рѣчь любящей, скромной и добродѣтельной женщины, рѣчь, внушаемая благодарностью, уважен³емъ и заботливой привязанностью. Андж³олина очень встревожена поведен³емъ своего мужа со времени обнаружен³я виновности Стено и дѣлаетъ все возможное, чтобы успокоить его гордое негодован³е. Въ сознан³и своей невинности, она равнодушно относится къ нанесенному ей оскорблен³ю, и неиспорченный инстинктъ ея благороднаго сердца побуждаетъ ее убѣждать своего мужа въ томъ, въ чемъ она убѣждена сама,- что Стено, каковъ бы ни былъ приговоръ судей, долженъ повести гораздо болѣе тяжкое наказан³е въ сознан³и собственной виновности и позорности своего поступка". (Локгартъ).
   Стр. 187.
   Пора, мой другъ! Идемъ, дѣла не ждутъ.
   "Сцена между дожемъ и Андж³олиной, хотя и непозволительно длинная, отличается большой энерг³ей и красотой. Жена старается успокоить яростный гнѣвъ своего стараго мужа. а онъ настаиваетъ на томъ, что нанесенная ему обида могла бы быть искуплена только смертью оскорбителя. Рѣчь дожа представляетъ тщательно обдуманную, но, въ концѣ концовъ, все-таки тщетную попытку съ помощью риторическихъ пр³емовъ до нѣкоторой степени оправдать ту безумную и ни съ чѣмъ не соразмѣрную месть, которая составляетъ основу пьесы". (Джеффри).
   Стр. 190.
   Коль скоро предки наши отступили
   Предъ полчищемъ Аттилы.
   Граждане Аквилеи и Падуи во время нашеств³я Аттилы бѣжали на островъ Градо и на Ri vus Allus (Р³альто), гдѣ и положили основан³е Венец³и.
   Стр. 190.
   Кичливыхъ шелковичныхъ червяковъ.
   "Mal bigatto" - скверный шелковичный червякъ - презрительное выражен³е, означающее негоднаго человѣка.
   Стр. 195. Братаясь съ низкой чернью.
   "Въ душѣ высокороднаго и надменнаго дожа происходитъ сильнѣйшая борьба между жаждою мести, которая его мучитъ, и отвращен³емъ къ низкимъ плебеямъ, съ которыми онъ вступаетъ въ союзъ. Самъ во себѣ онъ вовсе не честолюбивъ; но передъ нами - суровый и гордый венец³анск³й патриц³й, который не можетъ вырвать изъ своего сердца презрѣн³я ко всему плебейскому; это презрѣн³е пустило въ немъ слишкомъ глубок³е корни, благодаря происхожден³ю, воспитан³ю и долгой жизни властителя. Вмѣстѣ cъ тѣмъ въ его взволнованномъ умѣ время отъ времени проносятся и друг³я мысли, болѣе мягкаго характера. Онъ помнитъ,- онъ не въ силахъ забыть долгихъ дней и ночей товарищества, издавна соединявшаго его съ тѣми людьми, которымъ теперь онъ готовъ произнести смертный приговоръ. Онъ самъ горячо высказывается противъ "безумной милости" и горячо настаиваетъ на необходимости полнаго истреблен³я этихъ людей, находясь въ собран³и заговорщиковъ; но поэтъ, глубоко понимающ³й человѣческое сердце, заставляетъ его содрогаться, когда эта ярость приводитъ и его самого, и его слушателей къ крайнимъ рѣшен³ямъ. Онъ не въ силахъ помириться съ этимъ кровавымъ приговоромъ, хотя самъ же былъ главнымъ его виновникомъ". (Локгартъ).
   Стр. 196.
   Въ полнѣйшемъ убѣжденьи, что все дѣло
   Затѣяно самой же Синьор³ей.
   "Историческ³й фактъ. См. Приложен³я, примѣч. А." (Прим. Байрона).
   Стр. 200.
   Преслѣдовать, что можетъ
   Не нравиться Совѣту Десяти.
   Члены Совѣта Десяти избирались Великимъ Совѣтомъ только на одинъ годъ и не могли быть избираемы вновь ранѣе, чѣмъ черезъ годъ по оставлен³и ими своей должности. Совѣтъ Десяти ежемѣсячно избиралъ изъ своей среды трехъ Сар³ или главныхъ членовъ Совѣта. Судъ состоялъ, кромѣ Десяти, изъ дожа и шести совѣтниковъ, имѣя такимъ образомъ 17 членовъ, причемъ для законности засѣдан³я необходимо было присутств³е 12-ти изъ нихъ. Одинъ изъ "адвокатовъ республики" (Avogadori di Comun) также всегда присутствовалъ въ засѣдан³яхъ, но безъ права голоса, исполняя лишь обязанности секретаря, давая заключен³я относительно законовъ и наблюдая за правильностью дѣлопроизводства. Впослѣдств³и, въ важныхъ случаяхъ, къ Совѣту присоединялось еще 20 членовъ, избираемыхъ Великимъ Совѣтомъ и составлявшихъ т. наз. "зонту" или "юнту".
   Стр. 201.
   Титуломъ же вождя меня почтили Родосъ и Кипръ.
   Въ хроникахъ ничего не говорится о какихъ-либо сношен³яхъ Венец³и съ Родосомъ или Кипромъ, въ которыхъ участвовалъ бы Марино Фальеро. Кипръ перешелъ подъ власть Венец³и только въ 1489 г", а Родосъ до 1522 г. принадлежалъ рыцарямъ св. ²оанна ²ерусалимскаго.
   Стр. 204.
   Такъ пусть же месть свершится надо всѣми.
   "Внутренняя борьба, которую переживаетъ дожъ, присоединяясь къ заговорщикамъ, представляетъ поразительный контрастъ съ свирѣпою кровожадностью его сообщниковъ, но не производитъ надлежащаго эффекта: мы не можемъ представить себѣ, чтобы человѣкъ, проникнутый подобными чувствами, рѣшился выполнить свой преступный планъ, не будучи побуждаемъ къ этому оскорблен³ями болѣе серьезными и тяжкими, нежели тѣ, о которыхъ читатель узнаетъ изъ трагед³и . (Гиберъ).
   Стр. 205.
   Погибнутъ всѣ! Въ успѣхѣ нѣтъ сомнѣнья.
   "Главный недостатокъ "Марино Фальеро" заключается въ томъ, что сущность и характеръ заговора не возбуждаютъ интереса читателя. То, что Байронъ былъ въ этомъ отношен³и вѣренъ истор³и, но имѣетъ особеннаго значен³я. Подобно Альф³ери, съ которымъ его ген³й имѣетъ большое сходство, онъ вдохновился исключительнымъ событ³емъ, имѣющимъ очень мало общаго съ общечеловѣческими инстинктами и чувствами. При всей возвышенности рѣчей, при всей яркости колорита, въ трагед³и чувствуется недостатокъ моральной истины,- недостатокъ того очарован³я, трудно поддающагося опредѣлен³ю, но легко ощущаемаго, которое вызываетъ въ благородныхъ сердцахъ высок³й энтуз³азмъ къ великимъ стремлен³ямъ человѣчества. Въ этомъ-то очарован³и и заключается поэтическая прелесть истор³я. Оно живо чувствуется въ "Вильгельмѣ Теллѣ" Шиллера и въ страшномъ заговорѣ Брута, такъ какъ сущность и цѣль ихъ замысловъ заключалась въ томъ, чтобы избавить свою родину отъ оскорблен³й и угнетен³я. Между тѣмъ въ заговорѣ Марино Фальеро противъ республики мы не можемъ видѣть ничего иного, кромѣ замысла кровожаднаго злодѣя, который хочетъ захватить въ свои руки неограниченную власть и, по обычаю всѣхъ узурпаторовъ, пользуется общимъ неудовольств³емъ и общими страдан³ями только какъ предлогомъ для достижен³я своей цѣди. Подстрекаемый воображаемою обидою, онъ берется за такое предпр³ят³е, которое, въ случаѣ удачи, залило бы Венец³ю кровью лучшихъ ея сыновъ. Можно ли назвать это возвышеннымъ зрѣлищемъ, которое, по правиламъ Аристотеля, имѣло бы цѣлью произвести очищающее дѣйств³е на нашу душу, возбуждая въ ней чувства страха и сострадан³я?" ("Eclectic Review").
   Стр. 206.
   Могу ли обагрить теперь я руки
   Въ крови всѣхъ близкихъ близкихъ мнѣ людей?
   "Въ рѣчахъ дожа постоянно обнаруживаются эгоистическ³я побужден³я, заставивш³я его примкнуть къ заговору. Онъ вполнѣ естественно поддается чувству раскаян³я; но страшная цѣльность его характера нарушается этими колебан³ями, которыя заставляютъ его въ ужасѣ отступать передъ уб³йствомъ и разгромомъ. Въ этомъ вихрѣ могучихъ страстей, который предшествуетъ создан³ю ужаснаго заговора, совершенно неумѣстно было влагать въ уста дожа сентиментальныя изл³ян³я любви и жалости къ его друзьямъ; эти слишкомъ запоздалыя доказательства его сострадательности производятъ впечатлѣн³е только лицемѣрнаго сожалѣн³я. Чувства-то хороши, на высказываются они вовсе не вовремя и не у мѣста, напоминая замѣчан³е Скаррона по поводу нравоучительныхъ разсужден³й Флег³аса въ аду:
  
   Cette sentence est vraie et belle
   Mais dans l'enfer а quoi sert-elle?
  
   "Впрочемъ эта сцена, совершенно неумѣстная съ точки зрѣн³я драматической послѣдовательности, отличается все-таки большою поэтическою силою". ("Eclectic Review").
   Стр. 208. Дѣйств³е четвертое.
   "Четвертое дѣйств³е начинается чрезвычайно поэтической и блестяще написанной сценой,- хотя она представляетъ не болѣе, какъ монологъ, ничѣмъ не связанный съ ходомъ самой пьесы. Молодой патриц³й Л³они возвращается домой съ блестящаго праздника; но ему вовсе не весело; открывъ окно своего палаццо, чтобы подышать свѣжимъ воздухомъ, онъ пораженъ контрастомъ ночной тишины съ лихорадочнымъ весельемъ и блестящимъ шумомъ только что покинутаго имъ собран³я. Картина эта нарисована во всѣхъ отношен³яхъ прекрасно, съ правдивостью и изяществомъ въ описан³и праздника, обличающими руку мастера,- и можетъ служить высокимъ образцомъ поэтической живописи; лунный свѣтъ, озаряющ³й сонную Венец³ю, приводитъ намъ на память великолѣпныя и очаровательныя картины въ "Манфредъ", которыя произвели на наше воображен³е гораздо болѣе сильное впечатлѣн³е, чѣмъ лежащая передъ нами трагед³я, хотя и болѣе тщательно обработанная". (Джеффри).
   "Монологъ Л³они - прекрасный моментъ отдыха отъ ужасовъ драмы и отъ того мрачнаго предчувств³я неизбѣжнаго зла, которое такъ часто изображается Шекспиромъ, прибѣгающимъ въ подобныхъ случаяхъ къ аналогичному пр³ему. Но этотъ великолѣпный монологъ, поставленный мнѣ связи съ общимъ строемъ пьесы, является случайнымъ и, очевидно, служатъ выражен³емъ собственнаго настроен³я автора. Здѣсь мы видимъ обычный, свойственный Байрону, строй мысли, съ оттѣнкомъ мизантроп³и, который совсѣмъ не согласуется съ положен³емъ и чувствами дѣйствующихъ лицъ пьесы. Это - холодныя созерцан³я ума, возвышающагося надъ треволнен³ями человѣческой жизни и ея страстей и равнодушно взирающаго съ своей неприступной высоты на борьбу, въ которой онъ не удостоиваетъ принять участ³е". ("Eclectic Review").
   Байронъ говорилъ Медвину, что монологъ Л³они онъ написалъ ночью, возвратившись съ бала у гр. Бендзони. Ср. его слова въ письмѣ къ Муру отъ 28 февраля 1817 г.: "Въ настоящее время я нахожусь на положен³и инвалида. Карнавалъ, т.-е. послѣдняя его половина, и сидѣнье далеко за полночь немножко меня испортили... Переодѣван³я, закончивш³яся маскарадомъ въ театрѣ Феннче, гдѣ я былъ точно такъ же, какъ и въ большей части ридотто, и пр., и пр., порядочно меня утомили, и хотя и въ общемъ не особенно много кутилъ, однако чувствую, что "мечъ перетираеть ножны"; а вѣдь я только что обогнулъ уголъ 29-ти лѣтъ. Итакъ, мы уже не станемъ больше бродить до поздней ночи, хотя сердце все еще способно любить, и луна свѣтитъ попрежнему ярко. Мечъ перетираетъ ножны, а душа изнашиваетъ тѣло, и сердце должно перестать биться, и сама Любовь должна успокоиться. И вотъ, хоть ночь и создана для любви, и день возвращается слишкомъ скоро, но мы уже не станемъ больше бродитъ по ночамъ, при лунномъ свѣтѣ". (Ср. стр. 271).
   Стр. 217.
   Набатъ.
   Какъ Бож³й громъ, раздастся съ башни Марка.
   "Наконецъ, наступаетъ минута набатнаго колокола, котораго нетерпѣливо ожидаетъ вся толпа заговорщиковъ. Племянникъ и наслѣдникъ дожа (Maрино бездѣтенъ) оставляетъ его во дворцѣ и самъ идетъ ударить въ роковой колоколъ. Дожъ остается одинъ - и мы полагаемъ, что во всей англ³йской поэз³и немного найдется сценъ, которыя могли бы быть поставлены выше слѣдующей". (Локгартъ).
   Стр. 218.
   Входитъ офицеръ со стражей.
   Члены "Ночной Стражи" (I Signori di Notte) занимали важное положен³е въ старой венец³анской республикѣ. (Прим. Байрона).
   Стр. 221. Дѣйств³е пятое.
   "Въ примѣчан³яхъ къ "Марино Фальеро" надо бы сказать, что Бенинтенде не былъ членомъ Совѣта Десяти, а былъ только "Великимъ Канцлеромъ",- должность совсѣмъ особая, хотя и важная. Я намѣренно отступилъ здѣсь отъ истор³и". (Письмо къ Муррею отъ 12 окт. 1820).
   Поправка Байрона основана на одной хроникѣ, цитируемой у Санудо. На самомъ дѣлѣ Бенинтенди де Равиньяни во время суда надъ дожемъ находился не въ Венец³и, а въ Миланѣ. "Коллег³я, судившая Марино Фальеро, состояла изъ "совѣтника" Дж³ованни Мочениго, предсѣдателя Совѣта Десяти Дж³ованни Марчелло, "инквизитора" Луки да Лецце и "авогадора" Ор³о Пасквалиго.
   Стр. 221.
             Ты пораженъ
   Въ своихъ словахъ.
   Здѣсь опечатка. Слѣдуетъ читать: "Ты коротокъ"... (Исправлено. - bmn).
   Стр. 223. Календаро плюетъ на Бертрама.
   "Я знаю, что говорятъ Фосколо о плевкѣ Календаро на Бертрама: это нац³онально. Итальянцы и французы плюются постоянно и куда попало, чуть вамъ не въ лицо, а потому находятъ, что плевокъ на сценѣ - вещь неподходящая по своей заурядности. Но для насъ, никогда не плюющихъ (развѣ только въ лицо человѣку, когда мы разъяримся), плевокъ имѣетъ другое значен³е. Вспомните у Мэссинджера: "Я плюю на тебя и на совѣтъ твой!" или у Шекспира: "Плевали вы на мой кафтанъ жидовск³й". Впрочемъ, Календаро плюетъ не въ лицо Бертраму, а только по направлен³ю къ нему, какъ мусульмане въ минуту гнѣва плюютъ на землю, что я самъ видалъ. Съ другой стороны, онъ не чувствуетъ къ Бертраму презрѣн³я, хотя и старается выказать его, какъ поступаемъ и всѣ мы, сердясь на человѣка, котораго мы считаемъ ниже себя. Ему досадно, что ему не удалось умереть такъ, какъ хотѣлось; притомъ, онъ вспоминаетъ, что съ самаго начала подозрѣвалъ и ненавидѣлъ Бертрама. Израэль Бертучч³о хладнокровнѣе и сосредоточеннѣе; онъ дѣйствуетъ по принципу и подъ вл³ян³емъ побужден³я, а Календаро - подъ вл³ян³емъ побужден³я и чужого примѣра. Вотъ вамъ и аргументъ. Дожъ повторяется,- это правда, но эта происходить отъ усилен³я страсти и оттого, что онъ видитъ передъ собою равныхъ лицъ, а стало быть, долженъ постоянно возвращаться къ причинѣ своего поступка. "Его рѣчи длинны",- я это правда; но я писалъ для чтен³я, а не для сцены, и по образцамъ скорѣе итальянскимъ и французскимъ, чѣмъ по нашимъ, о которыхъ я не особенно высокаго мнѣн³я; да и всѣ ваши старинные драматурги также очень длинны: загляните въ любого изъ нихъ". (Письмо къ Муррею отъ 8 окт. 1820).
   Стр. 225.
   Я самъ тогда сравниться бъ могъ съ Гелономъ
   Иль славнымъ Тразибуломъ.
   Гелонъ, тираннъ Сиракузск³й V в. до Р. X., уважался въ потомствѣ за свои доблести и благодѣян³я народу. Тразибулъ, сынъ Лика, аѳинск³й полководецъ IV в. до Р. X., былъ постояннымъ и успѣшнымъ поборникомъ демократ³и.
   Стр: 227. Входитъ Андж³олина.
   "Эта драма, отличающаяся тѣмъ необычнымъ для современныхъ пьесъ качествомъ, что въ ней вовсе нѣтъ эпизодическихъ отступлен³й, быстро идетъ къ развязкѣ. Суровое рѣшен³е деспотической аристократ³и не терпятъ отлагательства. На милость нѣтъ никакой надежды,- да никто и не проситъ ея, и не помышляетъ о ней. Даже плебеи-заговорщики являются здѣсь гордыми венец³анцами: они не боятся приближен³я смерти и не трепещутъ при наступлен³и своей послѣдней минуты. Что касается самого дожа, то онъ держитъ себя такъ, какъ прилично старому воителю и глубоко оскорбленному государю. И вотъ, въ минуту, непосредственно предшествующую произнесен³ю приговора, въ судъ является лицо, отъ котораго всего менѣе можно было бы ожидать спартанской твердости духа. Это - Андж³олина. Она, правда, обращается къ непреклонному сенату съ горячей мольбой о пощадѣ ея мужа, но тотчасъ же, увидѣвъ, что всѣ мольбы напрасны, овладѣваетъ собою и, обращаясь къ дожу, спокойно стоящему у судейскаго стола, говорить ему слова, достойныя его и себя. Совершенно неожиданнымъ и прекраснымъ эффектомъ является обращен³е молодого патриц³я, прерывающаго ихъ разговоръ". (Локгартъ).
   Стр. 229.
   Вѣдь люди есть презрѣннѣе червей,
   Клубящихся въ могилахъ.
   "Догаресса ведетъ себя формально и холодно, не обнаруживая даже и такой любви къ своему старому мужу, какую ребенокъ можетъ питать къ родителю или питомецъ - къ своему воспитателю. Даже въ этой своей рѣчи, самой длинной и самой лучшей, въ наиболѣе трогательный моментъ катастрофы, она въ состоян³и читать нравоучен³я, съ педантизмомъ, особенно неестественнымъ въ женщинѣ при подобныхъ обстоятельствахъ, разсуждать о львѣ и комарѣ, объ Ахиллѣ, Еленѣ, Лукрец³и, объ осадѣ Клуз³я, о Калигулѣ и Персеполисѣ! Стихи эти сами по себѣ очень хороши, но лучше было бы, если бы ихъ произнесъ Беннитенде въ видѣ надгробной рѣчи надъ тѣломъ дожа, а еще лучше было бы, если бы они были сказаны судомъ во время прен³я: тамъ они были бы совершенно на своемъ мѣстѣ. Но женщина едва ли можетъ произносить подобныя длинныя рѣчи въ минуту тяжкаго горя, да и вообще человѣкъ глубоко огорченный едва ли въ состоян³и такъ краснорѣчиво излагать философск³я воззрѣн³я, подкрѣпляя ихъ старательно пр³искиваемыми примѣрами изъ древней и новой истор³и..." (Гиберъ).
   Стр. 236,
             - Ты дрожишь,
   Марино ди Фальеро?
              Да, дрожу,
   Но это - лишь отъ старости.
   "Такъ отвѣчалъ парижск³й мэръ Байли французу, обратившемуся къ нему съ такимъ же вопросомъ, когда его везли на казнь, въ началѣ революц³и. Теперь послѣ окончан³я моей трагед³и, перечитывая въ первый разъ послѣ шестилѣтняго промежутка "Спасенную Венец³ю", я нахожу тамъ подобный же отвѣтъ Рено, хотя при другихъ обстоятельствахъ, и нѣкоторыя друг³я совпаден³я, объясняемыя сходствомъ сюжетовъ. Едва ли нужно пояснять благосклонному читателю, что подобныя совпаден³я - дѣло случая, тѣмъ болѣе, что ихъ такъ легко указать, говоря о пьесѣ, столь популярной и въ чтен³и, и на сценѣ, какъ прекрасное произведен³е Отвэя". (Прим. Байрона).
   Стр. 237.
             Склонитъ низко
   Покорную главу передъ другимъ
   Аттилой, незаконнымъ.
   "Отвѣчая посланникамъ венец³анскаго сената, въ апрѣлѣ 1797 г., Наполеонъ грозилъ "поступить съ Венец³ей, какъ Аттила". "Если вы не можете обезоружить ваше населен³е,- сказалъ онъ,- такъ я сдѣлаю это вмѣсто васъ. Ваше правительство обветшало, его надо разбить въ куски". См. Вальтеръ Скотта, Жизнь Наполеона Бонапарте (1828)".
             Продастся низко
   Венец³я, и будутъ всѣ за это
   Ея же презирать.
   "Если эта драматическая картина покажется слишкомъ рѣзкой, то пусть читатель заглянетъ въ истор³ю того пер³ода, о которомъ идетъ рѣчь въ этомъ пророчествѣ, или, лучше,- въ истор³ю нѣсколькихъ дѣть, предшествовавшихъ этому пер³оду. Вольтеръ, основываясь на источникахъ, которыхъ я не знаю, опредѣлялъ число Венец³анскихъ "bene mtrite meretrici" въ 12.000 регулярныхъ, не считая добровольныхъ и мѣстной милиц³й; можетъ быть, это - единственная часть населен³я, которая не уменьшилась. Нѣкогда въ Венец³и было 200 тысячъ жителей; теперь ихъ считается около 90 тысячъ,- и что это за народъ! Немног³е могутъ представить себѣ и никто не можетъ описать того состоян³я, въ какое этотъ злополучный городъ приведенъ адской тиранн³ей австр³йцевъ. Впрочемъ, посреди нынѣшняго упадка и вырожден³я Венец³и подъ властью варваровъ можно отмѣтить нѣсколько единичныхъ исключен³й, внушающихъ уважен³е. Такъ, у нихъ есть Пасквалиго,- послѣдн³й и - увы! посмертный сынъ отъ брака дожей съ Адр³атикой: въ достопамятномъ сражен³и при Лиссѣ онъ съ своимъ фрегатомъ сражался несравненно храбрѣе своихъ союзниковъ-французовъ. Я вернулся въ Англ³ю на военномъ кораблѣ съ призами въ 1811 году и помню, какъ сэръ Вилльямъ Гостъ и друг³е офицеры, участвовавш³е въ этой славной битвѣ, съ величайшимъ уважен³емъ отзывалось о поведен³и Пасквалиго. Затѣмъ, у нихъ есть аббатъ Моредди, есть Альвизи Кверини, который, послѣ долгой и славной дипломатической службы, находитъ среди бѣдств³й своей родины нѣкоторое утѣшен³е въ литературныхъ занят³яхъ, вмѣстѣ съ своимъ племянникомъ, Витторе Бендзономъ, сыномъ знаменитой красавицы, героини повѣсти "La Biondina in Gondoletta". Есть патриц³й-поэтъ Морозини и другой поэтъ - Ламберти, авторъ "Biondina", и еще нѣсколько другихъ не менѣе уважаемыхъ именъ; со стороны англичанъ въ особенности заслуживаетъ уважен³я г-жа Микедди, переводчица Шекспира. Затѣмъ можно назвать молодого Дандоло, импровизатора Каррера и Джузеппе Альбрицци, прекраснаго сына прекрасной матери. Наконецъ, у нихъ есть еще Альетти, и если бы даже никого не было, то все-таки остается безсмертный Канова. Я не считаю такихъ именъ, какъ Чиконьяра, Мустоксити, Букити и пр., потому что одинъ - грекъ, а друг³е родились по крайней мѣрѣ за сотню миль отъ Венец³и, что повсюду въ Итал³и означаетъ если не иностранца, то по крайней мѣрѣ "чужанина" (forestiere)". (Прим. Байрона).
   Стр. 238.
             Гунны будутъ
   Хозяйничать въ стѣнахъ, жиды - въ палатахъ.
   "Главные дворцы Бренты принадлежатъ въ настоящее время евреямъ, которымъ въ старое время республики дозволялось жить только въ Местре, а въ Венец³ю ихъ совсѣмъ не пускали. Вся торговля находится въ рукахъ евреевъ и грековъ, а гунны составляютъ гарнизонъ". (Прим. Байрона). "Гуннами Байронъ называетъ венгерцевъ.
   Заискивать и ползать передъ грубымъ
   Намѣстникомъ-солдатомъ.
   Наполеонъ былъ короновавъ, какъ король Итал³и, 3 мая 1805 г. Венец³я была уступлена Австр³и 26 декабря 1805 г., и вскорѣ послѣ того Евген³й Богарнэ былъ назначенъ вице-королемъ Итал³и, съ титуломъ принца Венец³анскаго. Въ подлинникѣ Байронъ называетъ намѣстника - "вице-управляющимъ вице-короля (Vice-King's Vice-regent), считая, такимъ образомъ, Наполеона только подоб³емъ настоящихъ королей; притомъ здѣсь есть и игра словъ, такъ какъ подъ наименован³емъ "Vice" ("Порокъ") въ старинныхъ англ³йскихъ мистер³яхъ выступалъ Отецъ Грѣха, дьяволъ.
                   ....развратъ
   Наружнаго лишь блеска, грѣхъ безъ вида
   Хотя бы даже внѣшняго любви...
   См. Приложен³е, прим. В.
             ...сознанье
   Ничтожества, безъ силъ его исправитъ.
   "Если пророчество дожа покажется замѣчательнымъ, обратите вниман³е на слѣдующее предсказан³е, сдѣланное Аламанни 270 лѣтъ тому назадъ: "Есть одно очень замѣчательное пророчество относительно Венец³и. "Если ты не перемѣнишь своего нрава", гласитъ оно, обращаясь къ этой гордой республикѣ, "то твоя свобода, которая уже и теперь на отлетѣ, не просуществуетъ больше сотни лѣтъ. послѣ тысячнаго года". Если мы станемъ считать за начало Венец³анской свободы установлен³е того правительства, при которомъ республика достигла процвѣтан³я, то мы найдемъ, что первый дожъ былъ избравъ въ 697 г.; прибавивъ къ этому году 1100 лѣтъ, увидимъ, что пророчество имѣетъ буквально слѣдующ³й смыслъ: "Твоя свобода не просуществуетъ далѣе 1797 года". Припомните теперь, что Венец³я перестала быть свободною въ 1796 г., въ пятый годъ Французской республики,- и вы увидите, что ни одно предсказан³е съ такою точностью не было оправдано событ³ями. Такимъ образомъ, эти три строчки Аламанни, обращенныя къ Венец³и, являются очень замѣчательными; однако, до сихъ поръ на нихъ еще никто не обратилъ вниман³я.
  
   Se non cangi pensier', l'un secol solo
   Non contera sopra l'millesimo anno
   Tua libertà, che va fuggendo а volo. (Sat., XII, ed. 1531).
  
   Мног³я пророчества принимались какъ таковыя, и мног³е люди пр³обрѣтали славу пророковъ за вещи, гораздо менѣе знаменательныя". P. L. Ginguené, Hist Litt. d'Italie, IX, 144 (P. 1819)." Прим. Байрона).
  
             Вертепъ тирановъ,
   Упившихся невинной кровью дожей.
  
   "Изъ числа первыхъ пятидесяти дожей пять отреклись отъ своей власти, пять были ослѣплены и изгнаны, пять убиты и девять низложены; такимъ образомъ 19 изъ 50-ти были насильственно лишены престола, не считая двоихъ, павшихъ въ сражен³яхъ. Все это случилось задолго до царствован³я Марино Фальеро, Одинъ изъ ближайшихъ его предшественниковъ, Андреа Дандоло, умеръ съ горя. Самъ Марино Фальеро погибъ, какъ изложено въ пьесѣ. Одинъ изъ его преемниковъ. Фоскари, былъ свидѣтелемъ того, какъ его сынъ былъ нѣсколько разъ подвергнутъ пыткѣ и затѣмъ изгнанъ; онъ былъ низложенъ и умеръ, перерѣзавъ себѣ жилы, когда услышалъ звонъ колоколовъ св. Марка, возвѣщавш³й объ избран³и новаго дожа. Морозини былъ преданъ суду за утрату Канд³и; но это произошло ранѣе его избран³я въ дожи; а во время своего управлен³я онъ завоевалъ Морею и получилъ наименован³е "Пелопоннезскаго". Фальеро имѣлъ право назвать Венец³ю "вертепомъ тирановъ, упившихся кровью дожей". (Прим. Байрона).
  
                   Тебя
   Я предаю, со всѣмъ твоимъ отродьемъ,
   Проклятью адскихъ силъ!
  
   "Надо признать, что дожъ переноситъ свои злоключен³я съ терпѣн³емъ, которое можно было бы назвать еще болѣе геройскимъ, если бы онъ былъ менѣе многословенъ. Возможно, что осужденный ногъ припомнить свою ссору съ епископомъ Тревизскимъ и дурное предзнаменован³е при своей высадкѣ въ Венец³и. Но во много найдется такихъ осужденныхъ, которые въ послѣдн³я и коротк³я минуты свидан³я съ любимой женой стала бы тратить такъ много времени на разсказыван³е анекдотовъ о самихъ себѣ; а всего менѣе можно было ожидать этого отъ такого человѣка, горделивый характеръ котораго побуждаетъ его ускорить развязку. То же самое замѣчан³е примѣнимо и къ его пророчеству о грядущей судьбѣ Венец³и. Правда, языкъ и образы этого пророчества чрезвычайно энергичны и производятъ сильное впечатлѣн³е; но мы не можемъ видѣть въ немъ ничего драматическаго и ничего характернаго. Подобныя предсказан³я post factum вообще являются очень дешевымъ поэтическимъ эффектомъ; а при изображаемыхъ въ трагед³и обстоятельствахъ присутствующ³е едва ли могли выслушивать терпѣливо и безъ раздражен³я такую длинную рѣчь..." (Гиберъ).
   Стр. 239.
             Вонъ голова въ крови
   Скатилась внизъ по Лѣстницѣ Гигантосъ.
   Въ "Марино Фальеро" нѣтъ привлекательнаго изображен³я страстей, нѣтъ правдоподоб³я, нѣтъ глубины и разнообраз³я; она возмущаетъ насъ крайнею несоразмѣрностью полученнаго дожемъ оскорблен³я съ его кровожадною местью. Какъ поэтическое произведен³е, эта пьеса хотя и заключаетъ въ себѣ отдѣльныя мѣста очень сильныя и высок³я, но въ общемъ страдаетъ недостаткомъ изящества и легкости. Декламац³я въ ней нерѣдко тяжела и запутана, стихамъ недостаетъ пр³ятности и эластичности. Вообще, она слишкомъ многословна, а иногда и крайне темна. Она производитъ впечатлѣн³е вещи, написанной какъ бы нехотя, а не вылившейся, въ порывѣ вдохновен³я, отъ полноты сердца или возбужденной фантаз³и; это - претенц³озное произведен³е могучаго ума, обременявшаго себя неподходящей задачей, а не свободное изл³ян³е сильнаго поэтическаго таланта. Все здѣсь является плодомъ видимаго и намѣреннаго усил³я; авторъ часто вдается въ преувеличен³я и замѣняетъ краснорѣч³е обычными риторическими пр³емами декламац³и. Байронъ, безъ сомнѣн³я, поэтъ первостепенный, и его талантъ можетъ достигнуть въ драмѣ высокой степени совершенства. Но ему не слѣдуетъ пренебрегать любовью, честолюб³емъ и ревностью, какъ драматическими мотивами, во слѣдуетъ вмѣсто того, что представляется вполнѣ естественнымъ и интереснымъ, выбирать странное и необычное, и ожидать, что ему удастся путемъ всевозможныхъ преувеличен³й привлечь ваше сочувств³е къ безсмысленной раздражительности старика и къ жеманству неприступной женщины. Должно было дѣйствовать на наше воображен³е картиною сильныхъ и естественныхъ страстей, которыя въ большей или меньшей степени свойственны всѣмъ людямъ и съ помощью которыхъ драматическая муза до сихъ поръ только и могла творить чудеса". (Джеффри).
  

ПРИЛОЖЕН²Е.

Примѣчан³е А.

  
   Слѣдующимъ переводомъ изъ старинной хроники я обязавъ г. Фр. Когену {Френсисъ Когенъ, впослѣдств³и - сэръ Френсисъ Пальгрэвъ (1788-1861), авторъ сочинен³й: "Происхожден³е и развит³е англ³йской конституц³и", "Истор³я англосаксовъ", и пр.}, и надѣюсь, что читатель поблагодаритъ его за переводъ, котораго я самъ, несмотря на нѣсколько лѣтъ, проведенныхъ въ обществѣ итальянцевъ, не могъ бы выполнить съ такою точностью и изяществомъ.
  

Истор³я Марино Фальеро, XLIX дожа. 1354.

  
   Въ одиннадцатый день сентября, лѣта отъ рожден³я Спасителя 1354, Марино Фальеро былъ избравъ и поставленъ дожемъ Венец³анской республики. Онъ былъ графомъ Вальдемаринскимъ, маркизомъ Тревизскимъ и рыцаремъ, а сверхъ того и богатымъ человѣкомъ. Какъ только состоялось избран³е, Великимъ Совѣтомъ тотчасъ же было рѣшено отправить депутац³ю изъ двѣнадцати человѣкъ къ дожу Марино Фальеро, находившемуся въ ту пору на пути въ Римъ, такъ какъ во время своего избран³я онъ былъ посломъ при дворѣ Святѣйшаго Отца въ Римѣ, а самъ Святѣйш³й Отецъ съ своимъ дворомъ находился въ Авиньонѣ. Когда мессеръ Марино Фальеро дожъ приближался уже къ Венец³и, въ 5-й день октября 1354 года, воздухъ былъ омраченъ густымъ туманомъ, такъ что ему пришлось пристать и высадиться на площади св. Марка, между двумя колоннами, на томъ мѣстѣ, гдѣ казнили злодѣевъ; и это было всѣми принято за весьма дурное предзнаменован³е. Не забуду также записать здѣсь, что я вычиталъ въ одной хроникѣ. Когда мессеръ Марино Фальеро былъ подестою и Тревизскимъ правителемъ, однажды, во время крестнаго хода, епископъ замѣшкался выйти съ св. Дарами. Тогда сказанный Марино Фальеро объявился столь надменнымъ и яростнымъ, что ударялъ епископа и чуть не свалилъ его на землю. Потому-то Небо и попустило, чтобы Марино Фальеро потерялъ свой здравый умъ и самъ привелъ себя къ злой кончинѣ.
   Этотъ дожъ, исполняя свою должность въ течен³е девяти мѣсяцевъ и шести дней, и будучи злымъ и честолюбивымъ, задумалъ сдѣлаться властителемъ Венец³и,- слѣдующимъ образомъ, какъ я прочелъ въ старинной хроникѣ. Когда наступилъ четвергъ, въ который назначенъ былъ бой быковъ, оный бой быковъ совершился, какъ обыкновенно; и, по обычаю того времени, по окончан³и боя быковъ всѣ пошли во дворецъ дожа я собрались тамъ въ одной изъ залъ, и стали развлекаться женщинами, и до перваго удара въ колоколъ танцовали, а затѣмъ былъ накрытъ столъ. Дожъ заплатилъ всѣ расходы по устройству этого банкета, такъ какъ у него была супруга. A послѣ банкета всѣ разошлись по своимъ домамъ.
   На этотъ праздникъ явился нѣк³й господинъ Микеле Стено, дворянинъ бѣднаго состоян³я и весьма молодой, но ловк³й и отважный, который былъ влюбленъ въ одну изъ придворныхъ Дамъ догарессы. Сэръ Микеле стоялъ съ дамами на балконѣ и велъ себя непристойно, такъ что дожъ приказалъ столкнуть его съ балкона, что и было исполнено его тѣлохраинтелями. Сэръ Микеле не могъ перенести такого оскорблен³я, и когда празднество окончилось, и всѣ ушли изъ дворца, онъ, терзаемый злобой, пробрался въ залу ауд³енц³й и написалъ нѣсколько безстыдныхъ словъ касательно дожа и догарессы на креслѣ, на которое дожъ обыкновенно садился, ибо въ ту пору дожъ не покрывалъ своего трона пурпуромъ, а сидѣлъ на деревянномъ креслѣ. На этомъ-то креслѣ сэръ Микело написалъ: "Марино Фальеръ, мужъ красавицы-жены; друг³е ее цѣлуютъ, а онъ ее держитъ" {Въ дѣйствительности надпись была короче: "Вессо Marin Falier dalla bella muger".}. На утро эти слова были замѣчены, и дѣло признано было весьма позорнымъ, такъ что сенатъ приказалъ адвокатамъ республики приступить къ слѣдств³ю съ величайшимъ старан³емъ. Адвокаты немедленно стали съ величайшимъ усерд³емъ стараться узнать, кѣмъ написаны были эти слова, и, наконецъ, допытались, что ихъ написалъ Микеле Стено. Въ Совѣтѣ Сорока рѣшено было его арестовать, и тогда онъ сознался, что дѣйствительно написалъ эти слова, съ досады и злобы, причиненныхъ ему тѣмъ, что его столкнули съ балкона въ присутств³и его возлюбленной. И Совѣтъ принялъ въ соображен³е его молодость и его любовь, и потому приговорилъ его къ содержан³ю въ тюрьмѣ въ течен³е двухъ мѣсяцевъ, а затѣмъ къ изгнан³ю изъ Венец³и и изъ венец³анскихъ владѣн³й въ течен³е одного года. Столь милостивый приговоръ чрезвычайно разгнѣвалъ дожа: ему показалось, что Совѣтъ поступилъ не такъ, какъ бы слѣдовало поступить изъ уважен³я къ достоинству дожа; онъ говорилъ, что сэра Микеле надлежало бы присудить къ пов

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 307 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа