Главная » Книги

Мей Лев Александрович - Стихотворения

Мей Лев Александрович - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

. А. Мей
  Стихотворения
  ПЕСНЯ
  Месяц, месяц, свети
  В час ночной на пути,
  Между туч мне блести:
  Ветер, ветер, свисти
  И валы подымай!
  Там, в далекой стране,
  Там, при томной луне,
  Там, в ночной тишине,
  Слезы льют обо мне, -
  О, корабль, поспешай!
  Волны, волны, дружней,
  Волны, волны, скорей,
  Волны, волны, быстрей,
  Меня мчите живей
  На свидание с ней.
  Одинока, грустна,
  Там сидит у окна:
  Мною дума полна,
  Она любит меня
  Всей душою своей.
  Ах! За сердце твое
  Всё блаженство мое,
  Всё земное житье
  И всё счастье свое -
  Всё отдам тебе я!
  Ах! Когда б мог прижать
  И тобой лишь дышать,
  
   И в любви утопать,
  
   И от сердца сказать:
  
   Ты навеки моя!
  (1841-1843)
  "Когда ты, склонясь над роялью..."
  Когда ты, склонясь над роялью,
  До клавишей звонких небрежно
  Дотронешься ручкою нежной,
  И взор твой нальется печалью.
  И тихие, тихие звуки
  Мне на душу канут, что слезы,
  Волшебны, как девичьи грезы,
  Печальны, как слово разлуки, -
  То жаль мне бывает печали
  И грусти моей мимолетной;
  Теперь ты грустишь безотчетно -
  Всегда ли так будет, всегда ли?
  Когда ж пламя юности жарко
  По щекам твоим разольется,
  И грудь, как волна, колыхнется,
  И глазки засветятся ярко,
  И быстро забегают руки,
  И звуков веселые волны
  Польются, мелодии полны, -
  Мне жаль, что так веселы звуки.
  Мне жаль, что ты так предаешься
  Веселью, забыв о печали:
  Мне кажется все, что едва ли
  Ты так еще раз улыбнешься...
  (1844)
  "Не знаю, отчего так грустно мне при ней..."
  Не знаю, отчего так грустно мне при ней?
  Я не влюблен в нее: кто любит, тот тоскует,
  Он болен, изнурен любовию своей.
  Он день и ночь в огне - он плачет и ревнует...
  Я не влюблен... при ней бывает грустно мне -
  И только... Отчего - не знаю. Оттого ли,
  Что дума и у ней такой же просит воли,
  Что сердце и у ней в таком же дремлет сне?
  Иль от предчувствия, что некогда напрасно,
  Но пылко мне ее придется полюбить?
  Бог весть! А полюбить я не хотел бы страстно:
  Мне лучше нравится - по-своему грустить.
  Взгляните, вот она: небрежно локон вьется,
  Спокойно дышит грудь, ясна лазурь очей -
  Она так хороша, так весело смеется...
  Не знаю, отчего так грустно мне при ней?
  (1844)
  БЕГИ ЕЕ
  Беги ее... Чего ты ждешь от ней?
  Участия, сочувствия, быть может?
  Зачем же мысль о ней тебя тревожит?
  Зачем с нее не сводишь ты очей?
  Любви ты ждешь, хоть сам еще не любишь.
  Не правда ли?.. Но знаешь: может быть,
  Тебе придется страстно полюбить -
  Тогда себя погубишь ты, погубишь...
  Взгляни, как эта ручка холодна,
  Как сжаты эти губы, что за горе
  Искусно скрыто в этом светлом взоре...
  Ты видишь, как грустна она, бледна...
  Беги ее: она любила страстно
  И любит страстно самое себя,
  И, как Нарцис, терзается напрасно,
  И, как Нарцис, увянет, всё любя...
  Не осуждай: давно, почти дитятей,
  Она душой и мыслью стала жить;
  Она искала родственных объятий:
  Хотелось ей кого-нибудь любить...
  Но не с кем было сердцем породниться,
  Но не с кем было чувством поделиться,
  Но некому надежды передать,
  Девичьи сны и грезы рассказать.
  И показалось ей, что нет на свете
  Любви - одно притворство; нет людей -
  Все - дети, все - бессмысленные дети,
  Без сердца, без возвышенных страстей.
  И поняла она, что без привета
  Увянуть ей, как ландышу в глуши,
  И что на голос пламенной души
  Ни от кого не будет ей ответа.
  И только богу ведомо, как ей
  Подчас бывало тяжело и больно...
  И стала презирать она людей
  И веру в них утрачивать невольно.
  Науку жизни зная наизусть,
  Таит она презрение и грусть,
  И - верь - не изменят ни разговоры
  Ни беглая улыбка ей, ни взоры.
  Но с каждым днем в душе ее сильней
  И доброты и правой злобы битва...
  И не спасет ее от бед молитва...
  Беги ее, но... пожалей о ней.
  1844
  ОКТАВЫ (Елене Григорьевне Полянской)
  
   1
  Мечтой любимой, думою избранной
  Вы часто переноситесь на юг;
  Вам холодно на родине туманной -
  Вас здесь томит мучительный недуг,
  И вас на берег свой обетованный
  Италия манит к себе, как друг,
  И снятся вам летучие гондолы,
  И слышатся напевы баркароллы.
  
   2
  Италия, любимица богов,
  Владычица развенчанная мира!
  Замолк победный крик твоих орлов,
  И с плеч твоих скатилася порфира,
  И не гремят мечи твоих сынов;
  Но все тебя поет и славит лира,
  Все рвется в небеса твоя душа,
  Все хороша ты, дивно хороша!
  
   3
  Попрежнему тебя волна лелеет,
  Попрежнему цветут твои цветы,
  Попрежнему любовью воздух веет,
  Попрежнему с лазурной высоты
  Тебя лобзаньем страстным солнце греет:
  Все та же ты, и вечно та же ты -
  В венке из роз, с улыбкой молодою...
  И что же наша Русь перед тобою?
  
   4
  В зиму у нас туманы, снег, мороз;
  В весну и в осень - дождик непрерывный;
  А летом - зелень бледная берез,
  Кой-где трава, цветочки... Климат дивный:
  Порою задыхаешься без гроз,
  Порою мерзнешь...
  Ветер заунывный
  Поет все ту же песню с давних пор:
  Ему у нас раздолье и простор...
  
   5
  Иные любят (впрочем, ведь иные(,
  Иные любят ветра грустный стон,
  Степей раздолье, глыбы снеговые,
  Лесов дремучих непробудный сон,
  Метели наши, вьюги завивные,
  Уныло-мерный колокола звон,
  Родной мороз, да тройку удалую,
  Да песню, молодецки-заливную.
  
   6
  Но что за вкус! Что это за народ!
  Порой у нас бывают чудны ночи:
  Прозрачен, необъятен небосвод,
  А белый снег на поле, что есть мочи,
  Мороз тяжелым молотом кует,
  И смотрят неба пламенные очи
  Так пристально, что думы в небеса
  Летят невольно, как зарей роса.
  
   7
  Но то ли ночь Италии прекрасной!
  Все тихо; рощи пальмовые спят;
  Вдали чуть слышен лепет моря страстный -
  С цветов струится тонкий аромат.
  Купается в лазури месяц ясный;
  И вот звучат, стихают, вновь звучат
  Октавы вдохновенного Торквато...
  Любил и я Италию когда - то.
  
   8
  Любил и я перелетать мечтой
  На берега Италии святые;
  Но не гондолы с песнею живой,
  Не небеса, не волны голубые,
  Не Рим и Капитолий вековой,
  Не Этна и Везувий огневые,
  Не Апеннинов дикая гряда
  Влекли меня в Италию тогда.
  
   9
  В тот миг, когда из нравственных пеленок
  Душа освободится навсегда,
  Когда, как в клетке запертый орленок,
  В груди забьется сердце, и когда
  Природа нам шепнет: "Ты не ребенок", -
  В тот миг я полюбил... Прошли года,
  А и теперь осталось в сердце что - то,
  В чем не могу я дать себе отчета.
  
   10
  Я с нею никогда не говорил,
  Но я искал повсюду с нею встречи,
  Бледнея и дрожа, за ней следил,
  Ее движенья, взгляд, улыбку, речи
  Я жадно, я внимательно ловил,
  А после убегал от всех далече,
  Ее в мечтах себе я представлял,
  Грустил, вздыхал, томился, ревновал.
  
   11
  Не рассказать, что делалось со мною.
  Не описать волшебной красоты...
  С весенним солнцем, с розовой зарею,
  С слезой небес, упавшей на цветы,
  С лучом луны, с вечернею хзвездою
  В моих мечтах слились ее черты...
  Я помню только светлое виденье -
  Мой идеал, - отраду и мученье.
  
   12
  . . . . . . . . . . . . . . .
  
   13
  Но я недолго любовался ею:
  В Италию уехала она -
  И я мечтой послушною моею
  Перелетел на юг. Отчуждена
  Была от мира мысль моя: пред нею
  Была повсюду чудная страна,
  И издали мой призрак неизбежный
  Манил меня улыбкой грустно-нежной.
  
   14
  И долго этот бред томил меня,
  И долго-долго я не знал покою:
  В тиши ночей, в докучном шуме дня
  Знакомый образ был передо мною;
  Да и теперь, порой, невольно я
  Перенесусь в Италию мечтою -
  И южный зной в лицо повеет мне,
  И кровь кипит, и голова в огне.
  
   15
  Но быстро это чувство пронесется -
  И снова я на Родине святой;
  И сердце так легко, так ровно бьется:
  Родная песня льется надо мной...
  Как верный друг, мне холод к сердцу жмется...
  Играет ручка с русою косой, -
  И блещут очи темноголубые,
  Задумчивы, как небеса родные.
  Москва, 1844
  ОКТАВЫ (С. Г. Полянской)
  В альбомы пишут все обыкновенно
  Для памяти. Чего забыть нельзя?
  Все боле или менее забвенно.
  Писать в альбомы ненавижу я,
  Но вам пишу и даже-откровенно.
  Не знаю я - вы поняли ль меня?
  А я, хоть вас еще недавно знаю,
  Поверьте мне, вас очень понимаю.
  Мне говорили многое о вас:
  Я слушал все, внимательно-покорен:
  Народа глас, известно, божий глас!
  Но слишком любопытен был и вздорен,
  И несогласен этот весь рассказ;
  Притом же белый цвет всегда так черен:
  Я захотел поближе посмотреть -
  О чем так стоит спорить и шуметь?
  Я познакомился - вы были мне соседка.
  Я захотел понять вас, но труды
  Мои все пропадали, хоть нередко
  Я нападал на свежие следы.
  Сначала думал я, что вы кокетка,
  Потом, что вы уж чересчур горда;
  Теперь узнал: вы заняты собою,
  Но девушка с рассудком и душою.
  И нравитесь вы мне, но не за то,
  Что вы любезны, хороши собою:
  Меня не привлечет к себе никто
  Уменьем говорить и красотою,
  Хорошенькое личико - ничто,
  Когда нет искры чувства за душою,
  А женский ум - простите ль вы меня? -
  Почти всегда - пустая болтовня.
  Но вы мне нравитесь, как исключенье
  Из женщин, именно за то, что вы
  Умели обуздать в себе стремленье
  И пылкость чувств работой головы,
  За то, что есть и в вас пренебреженье
  К понятьям света, говору молвы,
  Что вам доступны таинства искусства,
  Понятен голос истины и чувства.
  За это я люблю вас и всегда
  Любить и помнить буду вас за это.
  Кто знает? может быть - пройдут года, -
  Вас отравит собой дыханье света,
  И много вы изменитесь тогда,
  И все, чем ваша грудь была согрета,
  Придется вам покинуть и забыть;
  Но я сказал, что буду вас любить...
  Любить за прежнее былое... много
  Я вам обязан... несколько минут
  Идем мы вместе жизненной дорогой,
  Но с вами версты поскорей бегут.
  Я не считаю их: ведь, слава богу,
  Куда-нибудь они да приведут, -
  И все равно мне - дольше иль скорее...
  А все-таки мне с вами веселее!
  Другая приняла слова мои
  За чистое любовное признанье,
  Но вам не нужно объяснять любви,
  Но с вами мне не нужно оправданье.
  Попутчики пока мы на пути,
  И разойдемся, лишь воспоминанье
  Останется о том, кто шел со мной
  Тогда-то вот, дорогою одной.
  И то навряд: - свое возьмет забвенье
  Забудете меня вы... Впрочем, я
  И не прошу вас - сделать одолженье
  И вспомнить обо мне: ведь вам нельзя
  Мне уделить хотя одно мгновенье...
  Мне одному?.. Вы поняли меня?
  Конечно, да: - вы тоже прихотливы
  И сами, как и я, самолюбивы...
  (1844)
  KАНУН 184(5) ГОДА
  Уж полночь на дворе... Еще два - три мгновенья, -
  И отживающий навеки отживет
  И канет в прошлое - в ту вечность без движенья...
  Как грустно без тебя встречать мне новый год...
  Но, друг далекий мой, ты знаешь, что с тобою
  Всегда соединен я верною мечтою:
  Под обаянием ее могучих чар,
  Надеждой сладкою свидания волнуем,
  Я слышу бой часов, и каждый их удар
  Тебе передаю горячим поцелуем.
  (1844)
  СОСНА
  Во сыром бору сосна стоит, растет;
  Во чистом поле метель гудит, поет;
  Над землею тучи серые шатром;
  На земле снега пушистые ковром;
  Вьюга; холод, но печальная сосна
  Неизменна, как весною, зелена.
  Возвратится ли веселая весна,
  Пробудится ли природа ото сна,
  Прояснеют, улыбнутся небеса,
  В листья нежные оденутся леса,
  Заблестит сквозь зелень ландыш серебром,
  Засинеют незабудки над ручьем,
  Встанет солнце с неба чистого светлей,
  И зальется звонкой трелью соловей -
  Всё попрежнему печальна, зелена,
  Думу думает тяжелую сосна.
  Грустно, тяжко ей, раскидистой, расти:
  Всё цветет, а ей одной лишь не цвести!
  Собирая иглы острые свои,
  Хочет в землю глубоко она уйти,
  Иль сорвавшися с извилистых корней,
  В небо взвихриться метелью из ветвей.
  Да крепка земля, далеки небеса -
  И стоит она, угрюмая краса,
  И весною и зимою зелена,
  И зимою и весною холодна...
  Тяжело сосной печальною расти,
  Не меняться никогда и не цвести,
  Равнодушным быть и к счастью и к беде,
  Но судьбою быть прикованной к земле,
  Быть бессильным - превратится в бренный прах
  Или вихрем разыграться в небесах.
  (1845)
  ДЕРЕВНЯ
  (посвящается Надежде Дмитриевне П(оловце)вой)
  Вступление
  Желали вы, - и я вам обещал
  Препроводить слияние посланья
  С идиллией - не то, чтоб пастораль,
  А так стихи... Приличного названья
  Пока еще я к ним не подобрал;
  Но входят в них мечты, воспоминанья,
  Намеки, грусть, природа при луне, -
  Короче, всё, что нужно вам и мне.
  Вот вам стихи, как следует, с скандовкой
  И с рифмами, надеюсь прочитать
  Вам лично я с приличной обстановкой:
  Весенний день начнет уж догорать,
  И вы, склонясь ленивою головкой,
  Задумчиво мне будете внимать...
  Кто первый роль не выдержит - не знаю:
  Увидим там... Теперь я начинаю.
  
  
  1
  Они прошли, прошли, былые дни
  Спокойствия вдали от шума света!
  Когда ж опять вернутся к нам они?
  Конечно, мы дождемся снова лета
  И двадцати трех градусов в тени,
  Но эта лень, невозмутимость эта -
  Не вериться, что вновь когда - нибудь
  Мы усладим ей жизненный наш путь.
  Я восставал на жизнь тех домоседов -
  Помещиков, которые, как ай
  В своем дупле, в углу отцов и дедов
  Сидят весь век, чем их не вызывай.
  Теперь их лень я понял... Грибоедов
  Давно сказал: "деревня летом - рай! "
  Да, в хорошо устроенных именьях
  Блаженна жизнь, как в праведных селеньях.
  Вы помните?.. Бывало, мы в саду
  Сидим в тени; по листьям ветер жаркой
  Лепечет что-то, как больной в бреду;
  Над нами вяз темно-зеленой аркой
  Спускается; луч солнца по пруду
  Бежит струей чешуйчатой и яркой;
  Рой пчел жужжит на полевых цветах,
  И воробьи чиликают в кустах.
  Сидим... В руках дымятся папиросы,
  А лень курить, - лениво ищет взор
  Знакомых мест: вот нивы, вот покосы,
  Дорожка на зеленый косогор...
  С малиной и клубникою подносы
  Нетронуты стоят, и разговор
  Чуть вяжется... не худо б прогуляться,
  Да как с скамьей дерновою расстаться?
  Вот, вечером...
  
  
  2
  
   Да: вечером пришлось
  Приписывать к былому полустишью;
  Но сколько лет меж нами пронеслось,
  Но как давно покровскому затишью
  Я стал чужой, и как давно мы врозь?..
  Не сельской я, а городскою мышью,
  По чердакам, не в зелени полей,
  Гложу листы... печатанных статей.
  Конечно, пища вовсе недурная,
  И много пользы от нее подчас;
  Но всё-таки, о прежнем вспоминая,
  Я умственно не отводил бы глаз
  От оных мест потерянного рая
  (Не Мильтона - могу уверить вас!(,
  Где услаждали молодость не книги,
  А лес да луг с живою змейкой Скниги.
  И точно: речка чудо хороша
  По вечерам... Тогда жара отхлынет,
  И, полной грудью н'а воду дыша,
  Зеленый берег понемногу стынет:
  То ветвь сосны, то стрелку камыша
  Прозрачной тенью в воду опрокинет,
  И тень за тенью - стройны и легки -
  Лениво тонут в пурпуре реки.
  Как весело тогда по косогору,
  Промоиной песчаной, на коне
  Взбираться вверх к темнеющему бору
  И кланятся то ели, то сосне,
  Чтоб веткою колючей, без разбору,
  Не наклонялись, сонные, оне...
  Но вот и гребень глинистый обрыва,
  Багровый весь от зорного отлива,
  И что за вид оттуда за рекой!
  Не знаю - вам, а мне тоска сжимала
  Всю внутренность рукою ледяной,
  Когда с обрыва я глядел, бывало,
  Вниз на реку... Зато, о боже мой!
  Рвалася вон душа и ликовала,
  И призраком казалася печаль,
  Когда смотрел я за реку, в ту даль...
  В ту даль, где я оставил много-много
  И радостей, и жизни молодой,
  Куда вилась знакомая дорога...
  Но я боюсь вам надоесть собой, -
  Забылся я: простите, ради бога!
  Мы с вами на обрыве, за рекой...
  Уже темно. Огни зажглись в избушках,
  Заря погасла на лесных верхушках.
  Под нами сетка из цветов и трав,
  Весною опрокинутый стаканчик,
  Льет запах ландыш, под кустом припав,
  И мотыльком порхает одуванчик;
  И, к холке ухолевое прижав,
  Мотает мордой ваш гнедой Буянчик -
  Упрямится, - нельзя ль щипнуть травы,
  Да не дают: его упрямей вы...
  Хоть нескольок боитесь, если ухо
  Прижмет он к холке.. А домой пора,
  Пока росы нет н'а поле и сухо...
  Вот лай собак с господского двора
  И стук колес доносится до слуха:
  К вам гости - и, наверно, до утра!
  В галоп, Буянчик! право, опоздаем:
  Чу! десять бьет - всё общество за чаем...
  (1848 - 1849?)
  КОЛЫБЕЛЬНАЯ ПЕСНЯ
  
   Баю-баюшки-баю,
  
   Баю Оленьку мою!
  
   Что на зорьке - на заре,
  
   О весенней о поре,
  
   Пташки божии поют,
  
   В темном лесе гнезда вьют.
  
   Соловейка-соловей,
  
   Ты гнезда себе не вей:
  
   Прилетай ты в наш садок, -
  
   Под высокий теремок.
  
   Под кусточком попорхать,
  
   Спелых ягод поклевать,
  
   Солнцем крылышки пригреть,
  
   Оле песенку пропеть.
  
   Баю-баюшки-баю,
  
   Баю Оленьку мою!
  (1849?)
  БАРКАРОЛЛА
  
   Стихнул говор карнавала,
  
   На поля роса упала,
  
   Месяц землю серебрит,
  
   Всё спокойно, море спит.
  
   Волны нянчают гондолу...
  
   "Спой, синьора, баркароллу!
  
   Маску черную долой,
  
   Обойми меня и пой!.. "
  
   "Нет, синьор, не скину маски,
  
   Не до песен, не до ласки;
  
   Мне зловещий снился сон,
  
   Тяготит мне сердце он".
  
   "Сон приснился, что ж такое?
  
   Снам не верь ты, всё пустое;
  
   Вот гитара, не тоскуй,
  
   Спой, сыграй и поцелуй!.. "
  
   "Нет, синьор, не до гитары;
  
   Снилось мне, что муж мой старый
  
   Ночью тихо с ложа встал,
  
   Тихо вышел на канал,
  
   Завернул стилет свой в п'олу
  
   И в закрытую гондолу,
  
   Вот, как эта, там вдали -
  
   Шесть немых гребцов вошли... "
  (1849-1850)
  "О ты, чье имя мрет на трепетных устах..."
  О ты, чье имя мрет на трепетных устах,
  Чьи электрически-ореховые косы
  Трещат и искрятся, скользя из рук впотьмах,
  Ты, душечка моя, ответь мне на вопросы:
  Не на вопросы, нет, а только на вопрос:
  Скажи мне, отчего у сердца моего
  Я сердце услыхал, не слыша своего?
  
  (1849-1850?)
  СЕКСТИНА
  Опять, опять звучит в душе моей унылой
  Знакомый голосок, и девственная тень
  Опять передо мной с неотразимой силой
  Из мрака прошлого встает, как ясный день;
  Но тщетно памятью ты вызван, призрак милый!
  Я устарел: и жить и чувствовать - мне лень.
  Давно с моей душой сроднилась эта лень,
  Как ветер с осенью угрюмой и унылой,
  Как взгляд влюбленного с приветным взглядом милой
  Как с бором вековым таинственная тень;
  Она гнетет меня и каждый божий день
  Овладевает мной всё с новой, с новой силой.
  Порою сердце вдруг забьется с прежней силой;
  Порой спадут с души могильный сон и тень;
  Сквозь ночи вечные проглянет светлей день:
  Я оживу на миг и песнею унылой
  Стараюсь разогнать докучливую лень.
  Но краток этот миг, нечаянный и милый...
  Куда ж сокрылись вы, дни молодости милой,
  Когда кипела жизнь неукротимой силой,
  Когда печаль и грусть скользили, словно тень,
  По сердцу юному, и тягостная лень
  Еще не гн'ездилась в душе моей унылой,
  И новым красным днем сменялся красный день?
  Увы!.. Пришел и он, тот незабвенный день,
  День расставания с былою жизнью милой...
  По морю жизни я, усталый и унылый,
  Плыву... меня волна неведомою силой
  Несет - бог весть куда, а только плыть мне лень.
  И всё вокруг меня - густая мгла и тень.
  Зачем же, разогнав привычную мне тень,
  Сквозь ночи вечные проглянул светлый день?
  Зачем, когда и жить и чувствовать мне лень,
  Опять передо мной явился призрак милый,
  И голосок его с неотразимой силой
  Опять, опять звучит в душе моей унылой?
  (1851)
  В АЛЬБОМ (Т. П. Е(ремее)вой)
  Я видел мельком вас, но мимолетной встречей
  Я был обрадован: она казалась мне
  Чего-то нового отрадною предтечей, -
  И хоть на миг один я счастлив был вполне.
  Простите же мое невольное желанье
  Оставить по себе у вас воспоминанье:
  Всё легче на душе, всё как-то веселей...
  Так путник, встретив храм среди чужой пустыни,
  На жертвенник ему неведомой богини
  Приносит скудный дар - и в путь идет смелей.
  (1851-1854?)
  В АЛЬБОМ (Е. П. М(айко)вой)
  
   Желаю вам резвой вилиссой
  
   По жизненной сцене порхать,
  
   Печаль и тоску за кулисой,
  
   Как скучных глупцов, оставлять.
  
   Желаю вам время седое
  
   На пляску с собой заманить
  
   И силой страстей молодою
  
   До смерти его закружить.
  
   Желаю вам с каждой денницей
  
   В цветистых местах умирать
  
   И с каждой полуночью - жрицей
  
   Волшебной любви оживать.
  
   Когда же улыбкой прощальной
  
   Вас дольная жизнь подарит,
  
   И занавес вас погребальный
  
   Со светом навек разделит,
  
   Желаю, чтоб вызвал вас, Дженни,
  
   На сцену забывчивый свет
  
   И милой, пленительной тени
  
   Признательно бросил букет.
  (1851-1854?)
  В АЛЬБОМ (гр. Е. П. Ростопчиной)
  Я не хочу для новоселья
  Желать вам нового веселья
  И всех звестных вам обнов,
  Когда-то сшитых от безделья
  
   И красных слов.
  Но дай вам бог, под новым кровом,
  Стереть следы старинных лез,
  Сломать шипы в венце терновом
  И оградиться божьим словом
  
   От старых гроз.
  А если новые печали
  На долю вам в грядущем пали,
  Как встарь, покорствуйте творцу
  И встретьте их, как встарь встречали,
  
   Лицом к лицу.
  Пусть вера с

Другие авторы
  • Ульянов Павел
  • Глаголь Сергей
  • Кривенко Сергей Николаевич
  • Курочкин Николай Степанович
  • Грот Яков Карлович
  • Крылов Виктор Александрович
  • Каратыгин Вячеслав Гаврилович
  • Алексеев Глеб Васильевич
  • Шелехов Григорий Иванович
  • Надеждин Николай Иванович
  • Другие произведения
  • Блок Александр Александрович - Блок-Менделеева Л. Д. Были и небылицы
  • Богданович Ангел Иванович - Лесков - писатель-анекдотист
  • Мельгунов Николай Александрович - Калмыцкий пленник
  • Некрасов Николай Алексеевич - Указатель С.-Петербурга, с планом
  • Нарбут Владимир Иванович - Нарбут В. И.: биобиблиографическая справка
  • Короленко Владимир Галактионович - Гражданская казнь Чернышевского
  • Ротчев Александр Гаврилович - Стихотворения
  • Сологуб Федор - Фимиамы
  • Толстой Лев Николаевич - Том 71, Письма 1898, Полное собрание сочинений
  • Кюхельбекер Вильгельм Карлович - Ижорский
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 467 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа