Главная » Книги

Случевский Константин Константинович - Стихотворения, Страница 16

Случевский Константин Константинович - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

учной
  
  
   И рост такой... Везде вокруг
  
  
   Не шум от ветра - трепетанье,
  
  
   Как будто робкий плач, испуг.
  
  
   Но счастье есть и в них: не знают,
  
  
   Не ведают, что поюжней
  
  
   Взрастают сосны в три обхвата
  
  
   И с пышной хвоею ветвей
  
  
   И что вдали, под солнцем юга,
  
  
   В морскую синь с вершин Яйлы
  
  
   Сквозь сетки роз и винограда
  
  
   Глядят других сестер стволы...
  
  
  
  
  * * *
  
  
   Хоть бы молниям светиться!
  
  
   Тьма над морем, тьма!
  
  
   Вихорь, будто зрячий, мчится -
  
  
   Он сошел с ума...
  
  
   Он выводит над волнами,
  
  
   Из бессчетных струн,
  
  
   Гаммы с резкими скачками...
  
  
   А поет бурун.
  
  
   Что за свадьба? Что за пляска?
  
  
   Если б увидать!
  
  
   Тьма как плотная повязка,-
  
  
   Где-ее сорвать...
  
  
   Сердцем чуются движенья
  
  
   Темных сил ночных,
  
  
   Изможденные виденья,
  
  
   Плач и хохот их...
  
  
  
   НА РЕКЕ ВЕСНОЙ
  
  
   Последним льдом своим спирая
  
  
   Судов высокие бока,
  
  
   В тепле весны шипя и тая,
  
  
   Готова тронуться река.
  
  
   На юг сияющий и знойный,
  
  
   К стране счастливой, но чужой,
  
  
   Ты добежишь, поток спокойный,
  
  
   Своей работницей-волной.
  
  
   С журчаньем нежным и печальным
  
  
   Другим звездам, в вечерний час,
  
  
   Иным землям и людям дальним,
  
  
   Река, поведай и о нас!
  
  
   Скажи, как к нам весна приходит,
  
  
   Что долго ждем, что скучны дни,
  
  
   Что смерть с весной здесь дружбу водит
  
  
   И люди гаснут, как огни...
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
  Старый плющ здесь ползет
  
  
  
  Вдоль мохнатых корней;
  
  
  
  Ель, замшившись, растет -
  
  
  
  Вся в дремоте ветвей...
  
  
  
  Опуститься 6 в тени,
  
  
  
  Поглядеть на закат,
  
  
  
  Как ночные огни
  
  
  
  В небесах заблестят,
  
  
  
  И, с темнеющим днем,
  
  
  
  Всем своим бытием,
  
  
  
  Как и день, отойти
  
  
  
  На иные пути...
  
  
  
  
  В ЛИСТОПАД
  
  
   Ночь светла, хоть звезд не видно
  
  
   Небо скрыто облаками,
  
  
   Роща темная бушует
  
  
   И бичуется ветвями.
  
  
   По дороге ветер вьется,
  
  
   Листья скачут вдоль дороги,
  
  
   Как бессчетные пигмеи
  
  
   К великану, мне, под ноги.
  
  
   Нет, неправда! То не листья,
  
  
   Это - маленькие люди:
  
  
   Бьются всякими страстями
  
  
   Их раздавленные груди...
  
  
   Нет, не люди, не пигмеи!
  
  
   Это - бывшие страданья,
  
  
   Облетевшие мученья
  
  
   И поблекшие желанья...
  
  
   Всех их вместе ветер гонит
  
  
   И безжалостно терзает!
  
  
   Вся дорога змеем темным
  
  
   Под роями их мелькает...
  
  
   Нет конца змее великой...
  
  
   Вьется, бьется, копошится,
  
  
   В даль и темень уползает,
  
  
   Но никак не может скрыться.
  
  
  
  
  СНЕГА
  
  
   Месяц в небе высоком стоит,
  
  
   Степь, покрытая снегом, блестит,
  
  
   И уж сколько сияет по ней
  
  
   Голубых и зеленых огней!..
  
  
   Неподвижная ночь холодна,
  
  
   И глубоко нема тишина,
  
  
   И ломается в воздухе свет
  
  
   Проплывающих звезд и планет...
  
  
   Вот из белых, глубоких снегов,
  
  
   На какой-то таинственный зов,
  
  
   Словно белые люди встают,
  
  
   И встают, и идут, и растут!
  
  
   Светят лики неясные их,
  
  
   И проходят одни сквозь других,
  
  
   И по степи мерцает вокруг
  
  
   Много, много светящихся рук...
  
  
  
   ТУЧИ И ТЕНИ
  
  
  Тучки набежали, тени раскидали,
  
  
  Смотрят с неба синего, смотрят свысока,
  
  
  Как легли их тени и куда упали:
  
  
  На холмы, на пажити, в волны озерка.
  
  
  Молвят тучам тени: "Золотые гряды,
  
  
  Вам ли счастья, радости, краски не даны,
  
  
  Вам ли нет раздолья, вам ли нет отрады
  
  
  В переливах радужных светлой вышины?"
  
  
  Отвечают тучи: "Темные созданья,
  
  
  Бедные завистницы долей вам чужих!
  
  
  Ближе вы к юдоли плача и страданья,
  
  
  Но зато вы в близости радостей людских..."
  
  
  
  
   УТРО
  
  
   Вот роса невидимо упала,
  
  
   И восток готовится пылать;
  
  
   Зелень вся как будто бы привстала
  
  
   Поглядеть, как будет ночь бежать.
  
  
   В этот час повсюду пробужденье...
  
  
   Облака, как странники в плащах,
  
  
   На восток сошлись на поклоненье
  
  
   И горят в пурпуровых лучах.
  
  
   Солнце выйдет, странников увидит,
  
  
   Станет их и греть и золотить;
  
  
   Всех согреет, малых не обидит
  
  
   И пошлет дождем наш мир кропить!
  
  
   Дождь пойдет без толку, без разбора,
  
  
   Застучит по камням, по водам,
  
  
   Кое-что падет на долю бора,
  
  
   Мало что достанется полям!
  
  
  
   УТРО НАД НЕВОЮ
  
  
  Вспыхнуло утро в туманах блуждающих,
  
  
  Трепетно, робко сказалось едва...
  
  
  Точно как сеткою блесток играющих
  
  
  Мало-помалу покрылась Нева!
  
  
  Кой-где блеснут! В полутень облаченные,
  
  
  Высятся зданья над сонной водой,
  
  
  Словно на лики свои оброненные
  
  
  Молча глядятся, любуясь собой.
  
  
  Света все больше... За тенью лиловою
  
  
  Солнце чеканит струей огневой
  
  
  Мачты судов над водой бирюзовою,
  
  
  Выше их, ярче их - шпиль крепостной;
  
  
  Давняя мачта! Огней прибавляется!
  
  
  Блеск так велик, что где чайка крылом
  
  
  Тронет волну - блеск волны разрывается,
  
  
  Гребень струи проступает пятном.
  
  
  Вон, пробираясь как будто с усильями
  
  
  В этом великом свету, кое-где
  
  
  Ялики веслами машут, как крыльями,
  
  
  Светлые капли роняя к воде...
  
  
  Что-то как будто восточное, южное
  
  
  Видится всюду! Какой-то налет,
  
  
  Пыль перламутра, сиянье жемчужное -
  
  
  Вдоль широко разгоревшихся вод...
  
  
  Вот... Вот и говор пошел, и несмелое
  
  
  Всюду движенье; заметен народ...
  
  
  Гибнет картина, как чудное целое,
  
  
  Сгинет совсем, по частям пропадет...
  
  
  Ну, и тогда, если где над пучиною
  
  
  Чайка заденет плывучую зыбь,
  
  
  Там не пятно промелькнет над картиною -
  
  
  Блестками, искрами скажется зыбь!
  
  
  
  
  * * *
  
   Что, камни не живут? Не может быть! Смотри,
  
   Как дружно все они краснеют в час зари,
  
   Как сохраняют в ночь то мягкое тепло,
  
   Которое с утра от солнца в них сошло!
  
   Какой ужасный гул идет от мостовых!
  
   Как крепки камни все в призваниях своих,-
  
   Когда они реку вдоль берега ведут,
  
   Когда покойников, накрывши, стерегут,
  
   И как гримасничают долгие века,
  
   Когда ваятеля искусная рука
  
   Увековечит нам, под лоском красоты,
  
   Чьи-либо гнусные, проклятые черты!
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Если вспомнить, сколько всех народов,
  
  
  От начала и по этот год,
  
  
  Сном могилы смерть угомонила
  
  
  И сложила к мертвым в общий счет...
  
  
  Если вспомнить: сколько грез, мечтаний
  
  
  В этих людях, из глубокой мглы,
  
  
  Зарождалось, и они, несметны,
  
  
  Поднимались в небо, как орлы!-
  
  
  Чем тогда является в сравненье
  
  
  Личной жизни злая суета,
  
  
  Тот порыв, такое-то стремленье,
  
  
  Та иль эта бедная мечта?
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
   Дни и ночи жизни,
  
  
  
   Шли они, плодились,
  
  
  
   Все молчком куда-то
  
  
  
   Словно провалились
  
  
  
   И, нырнувши в волны
  
  
  
   Камнями, не споря,
  
  
  
   Спят под гул и грохот
  
  
  
   Взявшего их моря!
  
  
  
   С проблеском денницы
  
  
  
   Сутки, чуть родятся,
  
  
  
   Думают: "Вот мы-то,
  
  
  
   Нам-то удивятся!
  
  
  
   Нас-то вот признают!
  
  
  
   Мы..." С мечтой такою
  
  
  
   Сутки вглубь ныряют
  
  
  
   Думать под водою...
  
  
  
  
  * * *
  
  
   Смотрите: после свистопляски
  
  
   И царства шаржей и сатир
  
  
   Начнут у нас меняться краски,
  
  
   Преобразится взгляд на мир!
  
  
   Польются слезы бедной Лизы,
  
  
   Раздастся снова ритурнель,
  
  
   Мы будем спорить за девизы
  
  
   И пререкаться - за свирель!
  
  
  
  
  * * *
  
   Проповедь в храме одном говорилась.
  
   Тяжкое слово священника мощно звучало.
  
   Нервною стала толпа, но молчала...
  
   Слезы к глазам подступили, дыханье стеснилось...
  
   Все же молчала толпа! Только вдруг бесноватый,
  
   С улицы в церковь войдя, зарыдал,-
  
   Так, ни с чего! Храм, внезапно объятый
  
   Страхом как будто,- стенаньем ему отвечал!
  
   Это томление слез, тяготу ожиданья -
  
   Вдруг разрешило не слово, порыв беснованья.
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Мы все немножко скакуны с рожденья!
  
  
  У нас любой Хома становится пророком;
  
  
  Паясничаем мы со святостью моленья,
  
  
  Но молимся зато вприсядку или скоком...
  
  
  
  
  * * *
  
  
   Мы - разных областей мышленья...
  
  
   Мы - разных сил и разных лет...
  
  
   От вас мне слово утешенья,
  
  
   От вас мне дружеский привет.
  
  
   Мы шли различными путями,
  
  
   Различно билось сердце в нас,
  
  
   И мало схожими страстями
  
  
   Мы жили в тот иль в этот час.
  
  
   Но есть неведомые страны,
  
  
   Где - в единении святом -
  
  
   Цветут, как на Валгалле, раны
  
  
   Борцов, почивших вечным сном.
  
  
   Чем больше ран - тем цвет их краше,
  
  
   Чем глубже - тем расцвет пышней!..
  
  
   И в этом, в этом - сходство наше,
  
  
   Друзья моих последних дней.
  
  
  
  
  * * *
  
  
   Как ты боишься привидений!
  
  
   Поверь: они - твой личный бред;
  
  
   Нам с миром мертвых нет общений,
  
  
   И между двух миров - запрет.
  
  
   Когда б я мертвого увидел
  
  
   Хоть миг один, как видел ты,
  
  
   Я б этот миг возненавидел,-
  
  
   Он сжег бы все мои мечты.
  
  
   Нельзя из моря снова в реку
  
  
   Былые волны обратить;
  
  
   Нельзя свершившемуся веку
  
  
   Вернуться и грядущим быть.
  
  
   Умерший сгинул безвозвратно,
  
  
   Земное в нем завершено...
  
  
   Что дальше? Людям непонятно;
  
  
   Бессмертье - плод, а мы - зерно!
  
  
  
  
  * * *
  
   Мельчают, что ни день, людские поколенья!
  
   Один иль два удара в них судьбы,-
  
   Как паралитики, лишаются движенья,
  
   Как неврастеники, являют исступленья,
  
   И спины их сгибаются в горбы.
  
   О, сколько хилости и вырождений с детства!
  
   И им-то, слабым, в будущем грозят
  
   Такие страшные задачи и наследства
  
   Особых способов и видов людоедства,
  
   Каких не знали сорок лет назад.
  
   Простите, дети, нас, преступных перед вами...
  
   Природа-мать, призвав отцов любить,
  
   Их незаметными опутала сетями,
  
   И вы, несчастные, рождались матерями,
  
   Не знавшими, как вам придется жить...
  
  
  
  
  * * *
  
   Нет, никогда, никто всей правды не узнает
  
   Позора твоего земного бытия.
  
   Толпа свидетелей с годами вымирает
  
   И не по воле, нет, случайно, знаю я.
  
   Оправдывать тебя - никто мне не поверит;
  
   Меня сообщником, пожалуй, назовут;
  
   Все люди про запас, на случай, лицемерят,
  
   Чтоб обелить себя, виновных выдают!
  
   Но если глянет час последних показаний,
  
   Когда все бренное торжественно сожгут
  
   Пожары всех миров и всех их сочетаний,-
  
   Людские совести проступят и взойдут,
  
   И зацветут они не дерзко-торопливо,
  
   Не в диком ужасе, всей сутью трепеща;
  
   Нет, совести людей проступят молчаливо,
  
   В глухом безмолвии всем обликом крича!
  
   Тогда увидятся такие вырожденья,
  
   Что ты - в единственной большой вине своей -
  
   Проглянешь, в затхлости посмертного цветенья,
  
   Чистейшей лилией, красавицей полей.
  
  
  
  
  * * *
  
  
  
  Ветер несется могучий...
  
  
  
  Груди такой не сыскать!
  
  
  
  Места ей надо - сломает
  
  
  
  Все, что придется сломать!
  
  
  
  Сосны навстречу! Недвижны
  
  
  
  Розовой грудью стволов...
  
  
  
  Знать: грудь на грудь! Так и нужно!
  
  
  
  В мире обычай таков...
  
  
  
  Кто-то в той свалке уступит?
  
  
  
  Спрячься за камни: не трусь!
  
  
  
  Может быть, камни придушат,
  
  
  
  Сгинешь... а я сохранюсь!
  
  
  
  
  * * *
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 234 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа