Главная » Книги

Рылеев Кондратий Федорович - Думы, Страница 10

Рылеев Кондратий Федорович - Думы


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

жна. Немецко-мистический
  либерализм
  Александра
  I
  перешел в казарменно-бюрократическую форму аракчеевского управления; а юные русские силы, требовавшие простора, с пылким сочувствием обратились к идеям первой французской революции. Борьба романского и германского мира, встретясь на русской почве, переиначилась под влиянием русской жизни, их усвоившей. Немецкая централизация в Петербурге проникнулась духом татарщины и была уродливым соединением кнута с шпицрутенами, грабежа с канцелярией. Противодействующие ей силы выразились в том блестящем меньшинстве, из которого возникло 14 декабря; оно соединяло в себе чутье русского народного социализма с французско-либеральным понятием гражданского права, требовало освобождения крестьян и колебалось между республикой и конституционной монархией, только что пересаженной во Францию с английской почвы.
  Россия пережила все эпохи европейской жизни вкратце, добиваясь до решения собственной задачи. Россия пережила военные монархизмы, которых знамя было: "L'etat - c'est moi" {1} начиная с Петра I. Россия изучила философию XVIII столетия при Екатерине. 14 декабря она заявила общечеловеческие требования революции и, наконец, до безумия выразила в Николае всю реакцию Священного союза.
  Во время реакции Европа додумалась до социализма и до замены Священного союза племенными союзами. Но на решение первого вопроса у нее - как показал 1848 год - не хватает сил; история слишком истощила ее почву, зерно нейдет в рост, и все живое каменеет в известной форме собственности. Во втором вопросе Европа ничего не может сделать без России, потому что славянское племя занимает полмира.
  Во время тридцатилетнего гнета Николая Россия, впуганная в раздумье, додумалась до освобождения крестьян с землею, до узаконения общинной формы земельной собственности и самоуправления общин. Вместе с тем, она ясно увидела, что с Священным союзом у ней нет ничего общего.
  14 декабря завершило характер революционной Европы в России и в то же время посеяло в русском сознании семена тех вопросов, которые Россия постановила с царствованием Александра II. Уже около двадцатых годов тайное общество подняло мысль об освобождении крестьян и даже с землею. К сожалению, мы не имеем главнейшего документа: Пестелевой "Русской правды". Около того же времени составилось "Общество соединенных славян". Очевидно, что зачатки всех социальных и политических вопросов России нашего времени лежали в обществе 14 декабря. И вот в чем для нас его великое значение. Мы не знаем - что сталось бы, если бы намерения общества удались; но не имеем права не предполагать, что Россия пришла бы к постановке своих коренных вопросов гораздо быстрее, чем при тяжелом развитии татарско-немецкого бюрократизма и реакции Священного союза в николаевское царствование. Во всяком случае - относительно людей 14 декабря - нам, потомкам, остается только с благоговением
  
  
  Хранить завет страдальцев сильных,
  
  
  Людей повешенных и ссыльных... {2}
  Рылеев был поэтом общественной жизни своего времени. Хотя он и сказал о себе: "Я не поэт, а гражданин", - но нельзя не признать в нем столько же поэта, как и гражданина. Страстно бросившись на политическое поприще, с незапятнанной чистотой сердца, мысли и деятельности, он стремился высказать в своих поэтических произведениях чувства правды, права, чести, свободы, любви к родине и народу, святой ненависти ко всякому насилию. В этом отличительная черта его направления, и те, которые помнят то время, конечно, скажут вместе с нами, что его влияние на тогдашнюю литературу было огромно. Юношество читало его нарасхват. Его стихи оно знало наизусть. Сам Пушкин говорил о нем с любовью и уважением, и, несмотря на очень верную, но неблагосклонную оценку "Дум", он видел в Рылееве залог огромного дарования, которое росло с каждым днем. Петля задушила это дарование. Но и теперь, перечитывая Рылеева, сравнивая его первые произведения с последующими, мы видим его сильное развитие. В "Думах" он поставил себе невозможную задачу сочетания исторического патриотизма С гражданскими понятиями своего времени; отсюда вышло ложное изображение исторических лиц ради постановки на первый план глубоко сжившейся с поэтом гражданской идеи. В "Думах" видна благородная личность автора, но не видно художника. Одно заметно - как стих постепенно совершенствуется. В "Олеге Вещем" чувствуется неуклюжий стих державинской эпохи; в "Волынском" он уже звучен и силен. Влияние "Дум" на современников было именно то, какого Рылеев хотел, - чисто гражданское. Но в "Войнаровском" Рылеев становится действительным поэтом, несмотря на тот же субъективно-гражданский колорит целого. Стих, картинность, сила чувства и всюду проникающее благородство поэта - увлекательны. В "Наливайке" Рылеев становится мастером. Напомним для примера "Смерть Чигиринского старосты":
  
  
   С пищалью меткой и копьем,
  
  
   С булатом острым и с нагайкой
  
  
   На аргамаке вороном
  
  
   По степи мчится Наливайко.
  
  
   Как вихорь бурный, конь летит,
  
  
   По ветру хвост и грива вьется,
  
  
   Густая пыль из-под копыт,
  
  
   Как облако, вослед несется.
  
  
   Летит, привстал на стременах,
  
  
   В туман далекий взоры топит,
  
  
   Узрел - и с яростью в очах
  
  
   Коня и нудит и торопит,
  
  
   Как точка перед ним вдали
  
  
   Чернеет что-то в дымном поле;
  
  
   (Вот отделилась от земли),
  
  
   Вот с каждым мигом боле, боле,
  
  
   И, наконец, на вышине,
  
  
   Средь мглы седой, в степи пустынной.
  
  
   Вдруг показался на коне
  
  
   Красивый всадник с пикой длинной...
  
  
   Казак коня быстрей погнал,
  
  
   В его очах веселье злое...
  
  
   И вот - почти уж доскакал...
  
  
   Копье направил роковое,
  
  
   Настиг, ударил - всадник пал,
  
  
   За стремя зацепясь ногою,
  
  
   И конь испуганный помчал
  
  
   Младого ляха под собою...
  Из "Наливайки" сохранились только два-три отрывка {3}. Неужели ни у кого нет остального? Неужели ни у кого нет материалов для биографии Рылеева? Неужели наши библиофилы, выкапывая все на свете, не захотят заняться этой изящной личностью? Когда же кто-нибудь доставит нам сведения о Рылееве?..
  Впрочем, к нам должно присылать их только в крайнем случае. Пора правительству, после тридцатилетнего намордника, отдать истории ее достояние и позволить безусловно печатать все о Рылееве и его сподвижниках {4}. Это был бы поступок широко благородный, ко торый внушил бы в России искреннее доверие к правительству.
  Мы сочли не лишним поместить в этом издании стихотворение Мицкевича "К русским друзьям", относящееся к Рылееву и людям 14 декабря. Мы помещаем польский подлинник с русским переводом в прозе. Стихотворный перевод, - который у нас есть, слишком неудовлеторителен {5}. Я тоже пробовал перевести, но не сладил {6}. Лучше верный перевод в прозе, чем вялый в стихах.
  Повторяем: "Думы" Рылеева мы считаем историческим памятником того времени и юным выражением благородной личности поэта.
  Да примут их читатели с тем же глубоким благоговением, с каким мы возобновляем их в печати.
  
  
  
  
  
  
  
  
   Н. Огарёв.
  
   14. Do przyjacibl moskali (Mickiewicza)
  
   Wy-czy mnie wspominacie? ja, ilekroc marze
  
   O mych przyjaciol smierciach, wygnaniach, wiezie niach,
  
   I o was mysle: wasze cudzoziemskie twarze
  
   Maja obywatelstwa prawo w mych marzeniach.
  
   Gdziez wy teraz? Szlachetna szyia Rylejewa,
  
   Ktoram jak bratniq sciskaf, carskimi wyroki
  
   Wisi do hanbiacego przywiazana drzewa;
  
   Klatwa ludom, со swoje mordujaa proroki.
  
   Ta reka, ktora do mnie Bestuzew wyciagnal,
  
   Wieszcz i zolnierz, ta rgka od piora i broni
  
   Oderwana, i car ja do taczki zaprzagnal;
  
   Dzis w minach ryje, skuta obok polskiej dtoni.
  
   Innych moze dotkngla srozsza niebios kara;
  
   Moze kto z was, urzedem, orderem zhanbiony,
  
   Dusze wolnsi na wieki przedat w laskg сага,
  
   I dzis na progach jego wybija poklony.
  
   Moze platnym jezykiem tryumf jego slawi
  
   I cieszy si ze swoich przyjaciol meczenstwa,
  
   Moze w ojczyznie mojej mojq krwiq sie krwawi
  
   I pized carem, jak z zaslug, chlubi sie z przeklestwa.
  
   Jesli do was, z daleka, od wolnych narodow,
  
   Az na polnoc zaleca te piesni zalosne,
  
   I odezwq sie z gory nad kraina lodow, -
  
   Niech warn zwiastujq wolnosc, jak zurawie wiosng.
  
   Poznacie mie po gtosie; pokim byl w okuciach,
  
   Pelzajac milczkiem jak waz iudzilem despote,
  
   Lecz warn odkrylem tajnie zamkniete w uczuciach,
  
   I dla was mialem zawsze golebia prostote.
  
   Teraz na iwiat wylewam ten kielich trucizny,
  
   Zraca jest i palaca mojej gorycz mowy,
  
   Gorycz wyssana ze krwi i z lez mej ojczyzny,
  
   Niech zrze i pali, nie was, lecz wasze okowy.
  
   Kto z was podniesie skargg, dla mnie jego skarga
  
   Bedzie jak psa szczekanie, ktory tak sie wdrozy
  
   Do cierpliwie i diugo noszonej obrozy,
  
   Ze w koncu gotow kqsao - reke, co ja targa.
  
  
  
  15. К русским друзьям
  
  
  
  
  (Мицкевича)
  Помните ли вы меня? А я - когда думаю о моих друзьях, казненных, сосланных, заточенных по тюрьмам, - так вспоминаю и вас. В моих воспоминаниях даю право гражданства вашим чужеземным лицам.
  
  
  
  
   *
  Где вы теперь?.. Благородная шея Рылеева, которую я обнимал как шею брата, - по царской воле - повисла у позорного столба. Проклятие народам, побивающим своих пророков!
  
  
  
  
   *
  Рука, которую мне протягивал Бестужев - поэт и воин, - оторвана от пера и оружия; царь запряг ее в тележку, и она работает в рудниках, прикованная к чьей-нибудь польской руке.
  
  
  
  
   *
  А иных, может, страшнее постигла кара небесная: может, кто из вас, опозоренный чином или орденом, продал свою вольную душу за царскую милость и кладет земные поклоны у царских порогов.
  
  
  
  
   *
  Может, он наемным языком славит царское торжество и радуется мучению своих друзей; может, он на моей родине купается в нашей крови и хвастает перед царем нашими проклятьями, как заслугою.
  
  
  
  
   *
  Если издалека, из среды вольных народов, долетят к вам на север мои грустные песни, пусть звучат они над вашей страною и, как журавли весну, предскажут вам свободу.
  
  
  
  
   *
  Вы узнаете меня по голосу. Пока я был в оковах, я свертывался, как змей, и обманывал деспота. Но вам открывал я тайны моего сердца и был с вами простодушен, как голубь.
  
  
  
  
   *
  Я теперь изливаю на свет мою чашу яда. Горяча и жгуча горечь слов моих; она вышла из крови и слез моей родины. Пусть же она жжет и грызет - но не вас, а ваши оковы.
  
  
  
  
   *
  А если кто из вас станет упрекать меня, то его упрек покажется мне лаем пса, который так привык к терпеливо и долго носимой цепи, что кусает руку, ее разрывающую.
   16. <Вступительная заметка к думе "Видение Анны Иоановны">
  В первом издании дум была пропущена или, лучше сказать, не пропущена ценсурою дума "Видение Анны Иоавовды", напечатанная в нашей "Полярной звезде" 1859 года. Мы сочли необходимым поместить ее в этом издании Дум.
  
  
  
  
  
  
  
  
   Прим. Ред.
  
  
   ДРУГИЕ РЕДАКЦИИ И ВАРИАНТЫ
  
  
  
   ПРЕДИСЛОВИЕ
  Автограф ЦГАОР.
  I) [За два года пред сим написал я несколько из сих дум. Известный литератор наш Ф. В. Булгарин, увидел их у меня...
  Нечто о думах]
  II) Автограф ЦГАОР.
  С некоторого времени встречаем мы людей, утверждающих, что народное просвещение есть гибель для благосостояния государственного. [Не будем] Здесь не место опровергать сие странное мнение; [тем более, что ист<очник>] [источник оного известен: он есть деспотизм]; к тому ж оно, к счастью, не может [в наше время] в наш век [иметь решительных] иметь многочисленных приверженцев, ибо источник его и подпора - деспотизм - [нигде] даже в самой Турции уже не имеет прежней силы своей.
  За полезное, однако ж, сказать почитаю, что [законные правительства, основанные на законной свободе, тверже народов просвещенных] [одно тира<нство>] один деспотизм боится просвещения, ибо знает, что лучшая подпора его - невежество: таким образом, жители Митиленские, покорив возмутившихся союзников, не нашли надежнейшего средства поработить их совершенно, как запретить детей их чему-либо учить. Благосостояние и тишина общественные реже нарушаются в государствах [просвещенных] образованных, нежели непросвещ<енных>, ибо народы [оных] первы<х> [более имеют средств] лучше понимают истинные пользы свои, нежели [вторые] последних; ибо просвещение - надежнейшая узда противу волнений народных, нежели предрассудки и невежество, которыми стараются в правлениях самовластных двигать или воздерживать страсти народа. Невежество народов - мать и дочь деспотизма - есть истинная и главная причина всех неистовств и злодеяний, которые когда-либо совершены в мире. Одни только друзья тиранов и то же невежество приписывают их [просве<щению>] излишнему просвещению. Пусть раздаются [вся<кие>] [жалкие] презренные вопли порицателей света, пусть изрыгают они хулы свои и изливают тлетв<орный> яд на распространителей просвещения... пребудем тверды, питая себя тою сладостною надеждою, что рано ли, поздно ли лучи благодетельного светила проникнут в мрачные и дикие дебри и [согреют] смягчат [даже] окаменелые сердца самих порицателей просвещения.
  Обяз<анность> каждого писателя быть [для народа] [настав<ником>] для соотечественников полезным, и я, по возможности желая исполнить долг сей, предпринял, подобно польскому знаменитому) стихотворцу Немцевичу, написать исторические думы, стараясь напомнить в оных славнейшие или, по крайней мере достопримечательнейшие [происшествия русского народа] деяния предков наших.
  Вот что говорит Немцевич о цели подобных сочинений: "Воспоминать юношеству о деяниях предков, дать ему познания о славнейших эпохах народа, сдружить любовь к отечеству с первыми впечатлениями памяти - есть лучший способ возбудить в народе сильную привязанность к родине. Ничто уже тогда тех первых впечатлений, тех ранних понятий подавить не в силах; они усиливаются с летами, приготовляя храбрых для войны ратников и мужей добродетельных для совета.
  Царское Общество наук в Варшаве, - продолжает тот же писатель, - постигая всю важность сей истины, выдало новый проспект для сочинения истории народной; труд сей, разделенный между многими писателями, требует немалого времени. Все заставляет надеяться, что читатель найдет в оной достаточное о деяниях народных известие; но происшествия, рассказанные важным и суровым слогом истории, нередко ускользают из памяти юношества, равномерно многочисленные томы подобных творений не каждый может достать и читать... Общество, не жалея никаких средств, не желая упустить для столь благородн<ой> цели, поручило мне выставить в исторических песнях славнейшие происшествия и знаменитейшие деяния и победы королей и вождей польских".
  Цель моя та же самая - то есть распространить между простым народом нашим, посредством) дум сих [напомнить о славных и великих] хотя некоторые познания о знаменит<ых> доблестях предков [его] заставить его гордиться славным своим происхождением [своим] и еще более заставить [по]любить [свою] [отечество] [ту страну] родину свою. Счастливым почту себя, когда хотя несколько успею в своем [намерении] предмете. [Более] Еще счастливейшим, когда люди благомыслящие одобрят мое намерение - пролить в народ наш хоть каплю света.
  Автограф ЦГАДА.
  Примечания, припечатанные при думах, кроме некоторых, сделаны известным литератором нашим г. Строевым *.
  
  
  
  
   II.
  15 То Святослав и Ольга шли
  НЛ
  цэ То Святослав и Ольга шли *
  81-88 отсутствуют
  НЛ, Д
  85 а. Но вдвое князь - внимает он
  Автограф ЦГАОР.
  б. Но вдвое князь - приемл<ет> он *
  86 Повсюду вопль с укором *
  49-91 Отец будь подданным, о сын,
   И вместе князь и воин,
  Будь над страстями властелин
  
  
  
  
   IV.
  Примеч. к ст. 32.
  Смотри "Историю Государства Российского", том II, стран. 18 {В ц. э. это примечание зачеркнуто.}.
  СО
  37-40 Вот в мире до чего людей
  Доводят гибельные страсти!
  Наверно будет тот злодей,
  Кто не содержит их во власти {*}.
  {* В ц. в. эти стихи зачеркнуты и заменены вариантом, напечатанным в Д.}
  
  
  
  
   V.
  Автограф ЦГАОР. Вариант начала.
  а. Сгустилась мгла!.. На тверди голубой
  б. Сгустилась мгла!.. В пучине голубой
  а. Зажглися яркие светила нощи
  б. Зажглися все светила нощи
  в. Зажглися яркие светила нощи
  И бледный свет излили свой
  На долы спящие и дремлющие рощи!..
  [И всюду царствует торжественный покой
  И шум умолк дневной...]
  Повсюду воцарилась тишина!
  а. Умолк оружий звук и звук народа
  б. Умолк на стогнах шум народа
  [И град и пышный терем Гориславы]
  На лоне сумраков и сна
  Покоился и град и терем Рогволода
  Когда-то в пышном тереме цвела,
  Как лилия, Рогнеда молодая
  
  
  
  
   VI.
  Примеч. С.
  Нам неизвестно время, в которое жил Боян. Знаем только из "Слова о полку Игоря", что Песнопевец сей имел отличный дар... {В автографе ЛБ: отличные дарования.} Н. М. Карамзин, в своем "Пантеоне Российских Авторов", так говорит о нем: "Может быть, жил Боян во времена героя Олега, может быть, пел он славный поход сего Аргонавта к Царьграду, или несчастную смерть храброго Святослава, который с горстию своих погиб среди бесчисленных печенегов, или блестящую красоту Гостомысловой правнучки Ольги, ее невинность в сельском уединении, ее славу на троне". Но мне показалось правдоподобнее {В автографе ЛБ: показалось вероятнее.} представить Бояна певцом подвигов великого Владимира и знаменитых сподвижников его: Добрыни, Яно Усмовича, Рогдая. Можно наверно предполагать, что при блистательном дворе северного Карломана находились и песнопевцы: великолепные пиршества {В автографе ЛБ: слово _великолепные_ отсутствует.}, богатырские потехи и приветливость доброго князя могли привлечь их, а славные победы над греками, ляхами, печенегами, ятвягами, болгарами и другими народами долженствовали воспламенить дух пиитизма и в диких чадах Севера, которые, впрочем, как например норманы, задолго до того любили склонять слух свой от звука оружий и рева бурных морей к сладостным песням своих Скальдов.
  Сочинитель упомянутого Слова называет Бояна "соловьем старого времяни". Время Владимирово (980-1015) в отношении ко времени неизвестного {Автограф ЛБ: слово _неизвестного_ отсутствует.} сочинителя "Слова о полку Игоря" (1187) может почитаться старым. Р. {Журнальная редакция примечания первоначально была вписана и в ц. э. Путем ее правки был составлен текст, напечатанный в Д.}
  Автограф ЛБ.
  1-4 В высокой гриднице, в кругу бояр, князей
   Владимир-Солнце веселился;
   Со звоном гуслей звук речей,
   Мешаясь, в шум невнятный слился!.. *
  6 Напомнил им их прежню младость
  34 На пиршествах не будут раздаваться
  36 И память их хвалой не станет оживляться
  48 Надежды сладкой: "жить хотя в преданьи".
  
  
  
  
   VII.
  ПЗ 1823 загл. Мстислав Удалой
  
  
  
  
   X.
  Примеч. С.
  Более неудачное подражание, нежели перевод прекрасной думы Юлиана Немцевича. Глинский, по влиянию своему на дела России и Польши, равно принадлежит истории обоих сих государств. Измена его отечеству и гибельный конец весьма поучительны: это побудило меня сию пьесу Немцевича присовокупить к собранию дум, которое делаю я, избирая предметы из отечественной истории. Р.
  82 Ни зрелище стогон родимой земли
  Автограф ЦГАОР.
  НЛ а. [Но гений враждебный и льстивые други
  97
  б. Но гений враждебный и ложные други
  98-99 Меня подследили, царь в гневе забыл
  
  
  былые заслуги]
  101
  С. НЛ Лишил меня зренья владыка суровый
  103-104 На дядю царицы надел он оковы
  И свел его в бездну сию.
  Автограф ЦГАОР.
  107 Тоскую угрюмый с душой безотрадной
  108 И думой стремлюся к родной стране *
  После 108 [Но совесть повсюду, как призрак унылый
  Является к старцу с укором в очах
  Увы изнуренные силы слабеют]
  110 а. Сердце чуть бьется, немеет мой глас
  б. Сердце трепещет, немеет мой глас
  111 Медленно льется кровь хладная в жилах
  112 а. [Смерти ужасной б<лизится>...]
  б. И смерти близится час!
  113 О дочь моя! Скоро ты нежной [<нрзб>] *
  114 а. Ты бросишь с рыданьем горсть чуждой земли
  б. Ты бросишь рыдая горсть чуждой земли *
  115 Поспешнее, друг мой, беги сего края
  117 а. Народ <нрзб> делами
  б. Народ наш отвагой велик <и> делами
  в. Свободный народ наш <нрзб> чести *
  118 Не будет проступки отцов <нрзб> *
  124 И сердцу святые их гробницы узришь *
  После 124 [Соотчичей милых обнимешь с слезами]
  127 а. И ты про<ведешь>...
  б. И ты между ними в тиши безмятежной *
  142 НЛ Погиб на чужбине в тюремной глуши!
  144 Когда б не надменность души!
  
  
  
  
   XI.
  13 СО Далеко от страны драгой
  Автограф ПД.
  Далеко родины драгой
  25-32 отсутствуют
  СО, Д
  Автограф ПД.
  44 И самое веселье множит
  45-47 Увы! злым роком я лишен
  СО, Д Семьи, отечества драгого.
  Сколь жалок тот, кто осужден
  
  
  
  
   XIV.
  Примеч. ИЛ.
  Многие неблагонамеренные иностранные писатели усиливались доказать, что Самозванец был истинный Димитрий - сын царя Иоанна Васильевича Грозного; но знаменитый историограф наш блистательно опровергнул их умышленное сомнение. Г. Карамзин ясно доказывает (в Х-м томе "Ист<ории) Госуд<арства> Российского>", который, к славе отечества, вероятно выйдет в конце нынешнего года) из летописей, современных деловых бумаг и переписок, что Самозванец - был Самозванец и что истинный Димитрий-царевич убиен в Угличе.
  
  
  
  
   XVI.
  Примеч. к заглавию. РИ.
  Герой, бессмертный в отечественной истории. Он возвратил матери-России отторгнутые от нее малороссийские провинции и Киев, колыбель христианской веры, где св. апостол Андрей. Первозванный водрузил первый крест, где почивают мощи святые божиих угодников и где образовались Феофан Прокопович, Ломоносов, Стефан Яворский, К. Безбородко и граф П. В. Заводовский. Р.
  Примеч. к ст. 92, С, РИ, СО.
  В мае 1648 г. одержана Хмельницким при Желтых Водах первая победа над войсками Республики Польской, бывшими под начальством Степана Потоцкого. Р. {В ц. э. было то же примеч. с вариантов! "Под Желтыми Волами "держана в 1648 г. Хмельницкий первая победа...", зачеркнуто.}
  Примеч. к ст. 111. СО.
  Настоящее имя Хмельницкого - Зиновий, а Богдан, как говорит предание, есть почетный придаток к имени его {В ц. э. то же примеч. зачеркнуто.}.
  РИ Настоящее имя Хмельницкого - Зиновий, а имя Богдана, как говорит предание, придано ему народом. Р.
  2 Куда лишь в полдень проникал
  С, РИ, СО
  ц. э. Куда лишь в полдень проникал
  7-8 В нем мрачные рождались думы
  РИ И отражались на челе
  29-36
  С РИ отсутствуют
  46 Усугубился с думой сей
  50-52 Дверь отворилась, заскрипев,
  И входит, потупивши взоры,
  Жена младая, оробев
  53-60 отсутствуют
  61 Беги отселе, - произносит
  85-72 отсутствуют
  73-74 Вот меч..." "Мой меч, - он восклицает, -
  Жив бог! Страшися враг-злодей!
  77 Луна долину серебрила
  РИ
  79 У рощи, опенив удила
  81 Герой вспрыгнул, веселья полный
  105-112 отсутствуют
  С
  110 За то, что край отчизны спас
  РИ
  112 Народа прозвал общий глас
  
  
  
  
  XVII.
  Автограф ПД.
  6 а. Семь лет постыдное изгнанье
  б. Семь лет сносил позор изгнанья
  17-18 Знать, были для граждан моих
  Мои усилия не тщетны
  После когда с родительских могил
  Народ мне в дар привез каменья
  И тем всю нежность изъявил
  Ко мне любви и уваженья
  33-36 отсутствуют
  51 О Феодор! Вняв клевете *
  60 Деяньям их судьей - потомство
  65-72 отсутствуют
  
  
  
  
  XVIII.
  Примеч. С, НЛ.
  Петр Великий, при взятии Азова, в августе месяце {В НЛ это слово отсутствует.} 1696 года, прибыл в Острогожск. Тогда же приехал в сей город и Мазепа, охранявший у Коломака, вместе с Шереметевым, пределы России от татар. Он поднес в дар царю богатую турецкую саблю, оправленную в золото и осыпанную драгоценными каменьями, и на золотой цепи щит с подобными же украшениями. Мазепа в то время был еще невинен. Как бы то ни было, но уклончивый, хитрый гетман умел вкрасться в милость Петра. Монарх почтил его своим посещением, обласкал, изъявил особенное благоволение и с честию отпустил в {В С: на.} Украину.
  6 Вкруг его сановники
  С
  29 Еще в сердце жажда славы
  Примеч. к ст. 6. НЛ.
  Сердюки - гвардия гетмана.
  
  
  
  
   XIX.
  6 а. И не страшась позорной казни
  Автограф ЛВ.
  б. И на пути позорной казни *
  8 Как Долгоруков без боязни*
  15 Беда несчастному, беда:
  Автограф ПД.
  25-28 Но тот, кто с сильными в борьбе
  Автограф ЛБ.
  За край родной иль за свободу
  Забывши вовсе о себе
  Готов всем жертвовать народу {*}
  {* В автографе ПД этот вариант ст. 25-28 зачеркнут и заменен окончательным текстом.}
  31 В час казни как невинный горд
  36 Как сын добра без укоризны *
  37 Ковать ли станет для граждан *
  11 а. И хоть падет, но будет жив
  б. Пусть он па<дет>, но будет жив
  в. И пусть падет, но будет жив
  49 Вражда к тиранству закипитх
  52 Власть чужеземную в обломках {*}
  {* В автографе ПД этот вариант исправлен на окончательный.}
  53-54 а. Так, сидя в крепости в цепях,
  Волынский рассуждал угрюмо
  б. Мысль эта в крепости в цепях
  Была Волынскому отрада *
  55 Прав {*} совестью и прав в делах
  {* Над этим словом сверху приписано _чист_.}
  Автограф ПД.
  Чист совестью и прав в делах *
  Автограф Л В.
  55-56 [Блестел огонь в его очах
  И на лице пылали думы]
  56 а. Свой рок
  б. Нес *
  58 Презрев и казнь, и власть Бирона *
  60 Управы требовать от трона *
  67 а. И ждал с спокойною душой
  б. И ждал с невинною душой *
  68 От деяния последствий *
  70 а. Влачил в темнице он оковы
  б. Волынский грыз свои оковы
  Автограф ПД.
  Волынский грыз свои оковы
  72 а. И входит страж тюрьмы суровый
  Автограф ЛБ.
  б. И входит страж [к нему] суровый
  Автограф ПД,
  74-76 Сказал он: за тебя, свобода!
  И к месту казни с торжеством
  Шел бодро верный друг народа *
  77 а. С душой спокойною умру
  б. Пускай от клеветы умру
  80 И верен чести был до гроба
  Автограф ЛБ.
  85 Пришел - увидел палача *
  86 И шею протянул без страха
  98 Да все он твердо переносит
  101 Пусть будет справедлив во всем *
  104 а. И ужасом неправосудью
  б. Презренному неправосудью
  в. Коварному неправосудью
  г. Позорному неправосудью
  Примеч. НЛ.
  Обер-егермейстер и кабинетный министр, Артемий Петрович Волынский, служил государям Петру I-му, Екатерине I-й, Петру II-му и Анне. В последние годы царствования императора Петра I-го был он астраханским губернатором и участвовал в 1723 году в усмирении калмыков. При императрице Анне, вскоре по составлении кабинета, был он назначен кабинетным министром и находился в сем высоком звании до 1736-го года, в которое время отправлен был вместе с д<ействительным> т<айным> с<оветником> бароном Шафировым и т<айным> с<оветником> Неплюевым на Немировский конгресс для переговоров с турками. Возвратившись ко двору, он оставался в кабинете до 1740 года. Тут движимый патриотизмом и разделяя всеобщую ненависть к Бирону, воспользовался он однажды удобным случаем, чтобы подать императрице

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 237 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа