Главная » Книги

Гиппиус Зинаида Николаевна - Стихотворения, Страница 5

Гиппиус Зинаида Николаевна - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

nbsp;
  Что золотила тонкий дым,
  
  
   А поздние распахнутые стекла
  
  
  
  Отсвечивали голубым.
  
  
   Ты, выйдя, задержался у решетки,
  
  
  
  Я говорил с тобою из окна.
  
  
   И ветви юные чертились четко
  
  
  
  На небе - зеленей вина.
  
  
   Прямая улица была пустынна,
  
  
  
  И ты ушел - в нее, туда...
  
  
   Я не прощу. Душа твоя невинна.
  
  
  
  Я не прощу ей - никогда.
  
  
   Апрель 1918, СПб
  
  
  
  
  ШЕЛ...
  
  
  
  
  
  
  
   Белому и Блоку
  
  
  
  
   I
  
  
  
  По торцам оледенелым,
  
  
  
   В майский утренний мороз
  
  
  
  Шел, блестя хитоном белым,
  
  
  
   Опечаленный Христос.
  
  
  
  Он смотрел вдоль улиц длинных,
  
  
  
   В стекла запертых дверей.
  
  
  
  Он искал своих невинных
  
  
  
   Потерявшихся детей.
  
  
  
  Все - потерянные дети,-
  
  
  
   Гневом Отчим дышат дни,-
  
  
  
  Но вот эти, но вот эти,
  
  
  
   Эти двое - где они?
  
  
  
  Кто сирот похитил малых,
  
  
  
   Кто их держит взаперти?
  
  
  
  Я их знаю, Ты мне дал их,
  
  
  
   Если отнял - возврати...
  
  
  
  Покрывало в ветре билось,
  
  
  
   Божьи волосы крутя...
  
  
  
  Не хочу, чтоб заблудилось
  
  
  
   Неразумное дитя...
  
  
  
  В покрывале ветер свищет,
  
  
  
   Гонит с севера мороз...
  
  
  
  Никогда их не отыщет,
  
  
  
   Двух потерянных - Христос.
  
  
  
  Май 1918, СПб
  
  
  
  
   II
  
  
  
  Всем, всем, всем
  
  
  
  По камням ночной столицы,
  
  
  
  Провозвестник Божьих роз,
  
  
  
  Шел, сверкая багряницей,
  
  
  
  Негодующий Христос.
  
  
  
  Темен лик Его суровый,
  
  
  
  Очи гневные светлы.
  
  
  
  На веревке, на пеньковой,
  
  
  
  Туго свитые узлы.
  
  
  
  Волочатся, пыль целуют
  
  
  
  Змиевидные концы...
  
  
  
  Он придет, Он не минует,
  
  
  
  В ваши храмы и дворцы,
  
  
  
  К вам, убийцы, изуверы,
  
  
  
  Расточители, скопцы,
  
  
  
  Торгаши и лицемеры,
  
  
  
  Фарисеи и слепцы!
  
  
  
  Вот, на празднике нечистом
  
  
  
  Он застигнет палачей,
  
  
  
  И вопьются в них со свистом
  
  
  
  Жала тонкие бичей.
  
  
  
  Хлещут, мечут, рвут и режут,
  
  
  
  Опрокинуты столы...
  
  
  
  Будет вой, и будет скрежет -
  
  
  
  Злы пеньковые узлы!
  
  
  
  Тише город. Ночь безмолвней.
  
  
  
  Даль притайная пуста.
  
  
  
  Но сверкает ярче молний
  
  
  
  Лик идущего Христа.
  
  
  
  Май 1918, СПб
  
  
  
   СВЕЧА НЕНАВИСТИ
  
  
   Рабы, лгуны, убийцы, тати ли -
  
  
   Мне ненавистен всякий грех.
  
  
   Но вас, Иуды, вас, предатели,
  
  
   Я ненавижу больше всех.
  
  
   Со страстью жду, когда изведаю
  
  
   Победный час, чтоб отомстить,
  
  
   Чтоб вслед за мщеньем и победою
  
  
   Я мог поверженным - простить.
  
  
   Но есть предатели невинные:
  
  
   Странна к ним ненависть моя...
  
  
   Ее и дни, и годы длинные
  
  
   В душе храню ревниво я.
  
  
   Ревниво теплю безответную
  
  
   Неугасимую свечу.
  
  
   И эту ненависть заветную
  
  
   Люблю... но мести не хочу.
  
  
   Пусть к черной двери искупления
  
  
   Слепцы-предатели идут...
  
  
   Что значу я? Не мне отмщение,
  
  
   Не мой над ними будет суд.
  
  
   Мне только волею Господнею
  
  
   Дано у двери сторожить,
  
  
   Чтоб им ступени в преисподнюю
  
  
   Моей свечою осветить.
  
  
   Июнь 1918, СПб
  
  
  
  
  ЧАС ПОБЕДЫ
  
  
  
  
  
  ...Он ушел, но он опять вернется.
  
  
  
  
  
  Он ушел и не открыл лица...
  
  
  
  
  
  Что мне делать, если он вернется?
  
  
  
  
  
  Не могу я разорвать кольца...
  
  
  
  
  
  
  
   "В черту" (1905)
  
  
  Он опять пришел - глядит презрительно
  
  
  (Кто - не знаю, просто Он, в плаще)
  
  
  И смеется: "Это утомительно,
  
  
  Надо кончить - силою вещей.
  
  
  Я устал следить за жалкой битвою,
  
  
  А мои минуты на счету.
  
  
  Целы, не разорваны круги твои,
  
  
  Ни один не вытянут в черту.
  
  
  Иль душа доселе не отгрезила?
  
  
  Я мечтаний долгих не люблю.
  
  
  Кольца очугуню, ожелезю я
  
  
  И надежно скрепы заклеплю".
  
  
  Снял перчатки он с улыбкой гадкою
  
  
  И схватился за концы кольца...
  
  
  Но его же черною перчаткою
  
  
  Я в лицо ударил пришлеца.
  
  
  Нет! Лишь кровью может быть запаяно
  
  
  И распаяно мое кольцо!..
  
  
  Плащ упал, отвеянный нечаянно,
  
  
  Обнажая мертвое лицо.
  
  
  Я взглянул в глаза его знакомые,
  
  
  Я взглянул... И сник он в пустоту.
  
  
  В этот час победное кольцо мое
  
  
  В огненную выгнулось черту.
  
  
  Сентябрь 1918, СПб
  
  
  
  
  ЗНАЙТЕ!
  
  
   Она не погибнет,- знайте!
  
  
   Она не погибнет, Россия.
  
  
   Они всколосятся,- верьте!
  
  
   Поля ее золотые.
  
  
   И мы не погибнем,- верьте!
  
  
   Но что нам наше спасенье:
  
  
   Россия спасется,- знайте!
  
  
   И близко ее воскресенье.
  
  
   Декабрь 1918, СПб
  
  
  
   В ДРУЖНОСЕЛЬИ
  
  
  
   1. ПРОГУЛКИ
  
  
   Вы помните?
  
  
  
   О, если бы опять
  
  
   По жесткому щетинистому полю
  
  
   Идти вдвоем, неведомо куда,
  
  
   Смотреть на рожь, высокую, как вы,
  
  
   О чем-то говорить, полуслучайном,
  
  
   Легко и весело, чуть-чуть запретно...
  
  
   И вдруг - под розовою цепью гор,
  
  
   Под белой незажегшейся луною,
  
  
   Увидеть моря синий полукруг,
  
  
   Небесных волн сияющее пламя...
  
  
   Идти вперед, идти назад, туда,
  
  
   Где теплой радуги дымно-горящий столб
  
  
   Закатную поддерживает тучу...
  
  
   И, на одном плаще минутно отдохнув,
  
  
   Идти опять и рассуждать о Данте,
  
  
   О вас - и о замужней Беатриче,
  
  
   Но замолчать средь лиственного храма,
  
  
   В чудесном сумраке прямых колонн,
  
  
   Под чистою и строгой лаской
  
  
   Огней закатных, огней лампадных...
  
  
   Вы помните? Забыли?..
  
  
  
   2. ПРОБУЖДЕНИЕ
  
  
   Последних сновидений стая злая,
  
  
   Скользящая за тьму ночных оград...
  
  
   Упорный утренний собачий лай -
  
  
   И плеск дождя за сеткой винограда...
  
  
  
  
  3. ПУСТЬ
  
  
   Пусть шумит кровавая гроза,
  
  
   Пусть гремят звериные раскаты...
  
  
   Буду петь я тихие закаты
  
  
   И твои влюбленные глаза.
  
  
   <1918>
  
  
  
  
  А. БЛОКУ
  
  
  ...На танцульке в Кронштадте сильно выпивший
  
  
  матрос, обиженный отказом барышни, сорвал икону Божьей
  
  
  Матери и принялся с нею выплясывать. Через час он умер.
  
  
  
  
  
   Легенда (или правда) наших дней
  
  
   Впереди 12-ти не шел Христос:
  
  
   Так сказали мне сами хамы.
  
  
   Зато в Кронштадте пьяный матрос
  
  
   Танцевал польку с Прекрасной Дамой.
  
  
   Говорят, он умер... А если б нет?
  
  
   Вам не жаль Вашей Дамы, бедный поэт?
  
  
   Апрель 1919, СПб
  
  
  
  
  ПЕТЕРБУРГ
  
  
  
  
  
   ...И не пожрет тебя победный
  
  
  
  
  
   Всеочищающий огонь -
  
  
  
  
  
   Нет! Ты утонешь в тине черной,
  
  
  
  
  
   Проклятый город...
  
  
  
  
  
  
  
   1909. "Петербург"
  
  
   В минуты вещих одиночеств
  
  
   Я проклял берег твой, Нева.
  
  
   И вот, сбылись моих пророчеств
  
  
   Неосторожные слова.
  
  
   Мой город строгий, город милый!
  
  
   Я ненавидел - но тебя ль?
  
  
   Я ненавидел плен твой стылый,
  
  
   Твою покорную печаль.
  
  
   О, не тебя, но повседневность
  
  
   И рабий сон твой проклял я...
  
  
   Остра, как ненависть, как ревность,
  
  
   Любовь жестокая моя.
  
  
   И ты взметнулся Мартом снежным,
  
  
   Пургой весенней просверкал...
  
  
   Но тотчас, в плясе безудержном,
  
  
   Рванулся к пропасти - и пал.
  
  
   Свершилось! В гнили, в мутной пене,
  
  
   Полузадушенный, лежишь.
  
  
   На теле вспухшем сини тени,
  
  
   Закрыты очи, в сердце тишь...
  
  
   Какая мга над змием медным,
  
  
   Над медным вздыбленным конем!
  
  
   Ужель не вспыхнешь ты победным
  
  
   Всеочищающим огнем?
  
  
   Чей нужен бич, чье злое слово,
  
  
   Каких морей последний вал,
  
  
   Чтоб Петербург, дитя Петрово,
  
  
   В победном пламени восстал?
  
  
   Апрель 1919, СПб
  
  
  
  
  ЛЕТОМ
  
  
  
  
  
  О, эти наши дни последние,
  
  
  
  
  
  Обрывки неподвижных дней!
  
  
  
  
  
  И только небо в полночь меднее
  
  
  
  
  
  Да зори голые длинней...
  
  
   Хочу сказать... Но нету голоса.
  
  
   На мне почти и тела нет.
  
  
   Тугим узлом связались полосы
  
  
   Часов и дней, недель и лет.
  
  
   Какою силой онедвижена
  
  
   Река земного бытия?
  
  
   Чьим преступленьем так унижена
  
  
   Душа свободная моя?
  
  
   Как выносить невыносимое?
  
  
   Как искупить кровавый грех,
  
  
   Чтоб сократились эти дни мои,
  
  
   Чтоб Он простил меня - и всех?
  
  
   Июль 1919, СПб
  
  
  
  
  ОСЕНЬЮ
  
  
  
  (сгон на революцию)
  
  
   На баррикады! На баррикады!
  
  
   Сгоняй из дальних, из ближних мест...
  
  
   Замкни облавой, сгруди, как стадо,
  
  
   Кто удирает - тому арест.
  
  
   Строжайший отдан приказ народу,
  
  
   Такой, чтоб пикнуть никто не смел.
  
  
   Все за лопаты! Все за свободу!
  
  
   А кто упрется - тому расстрел.
  
  
   И все: старуха, дитя, рабочий -
  
  
   Чтоб пели Интер-национал.
  
  
   Чтоб пели, роя, а кто не хочет
  
  
   И роет молча - того в канал!
  
  
   Нет революций краснее нашей:
  
  
   На фронт - иль к стенке, одно из двух.
  
  
   ...Поддай им сзаду! Клади им взашей,
  
  
   Вгоняй поленом мятежный дух!
  
  
   На баррикады! На баррикады!
  
  
   Вперед за "Правду", за вольный труд!
  
  
   Колом, веревкой, в штыки, в приклады...
  
  
   Не понимают? Небось, поймут!
  
  
   25 октября 1919, СПб
  
  
  
  
   1917
  
  
   Глядим, глядим все в ту же сторону,
  
  
   На мшистый дол, на топкий лес,
  
  
   Вослед прокаркавшему ворону,
  
  
   На край бледнеющих небес.
  
  
   Давно ли ты, громада косная,
  
  
   В освобождающей войне,
  
  
   О Русь, как туча громоносная,
  
  
   Восстала в вихре и огне.
  
  
   И вот опять, опять закована,
  
  
   И безглагольна, и пуста...
  
  
   Какой ты чарой зачарована?
  
  
   Каким проклятьем проклята?
  
  
   Но, во грехе тобой зачатые,
  
  
   Хотим с тобою умирать.
  
  
   Мы дети, матерью проклятые
  
  
   И проклинающие мать.
  
  
   <1920>
  
  
  
  
  РОДИНЕ
  
  
  
  
   I
  
  
   Не знаю, плакать иль молиться,
  
  
   Дождаться дня, уйти ли в ночь,
  
  
   Какою верой укрепиться,
  
  
   Каким неверием помочь?
  
  
   И пусть вины своей не знаем,
  
  
   Она в тебе, она во мне;
  
  
   И мы горим и не сгораем
  
  
   В неочищающем огне.
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 455 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа