Главная » Книги

Дмитриев Иван Иванович - Стихотворения, Страница 3

Дмитриев Иван Иванович - Стихотворения



ла _собиесков_ слава!"
  
  
   Ходи с поникшею главой;
  
  
   Шатайся, рвись вкруг сел несчастных,
  
  
   Вкруг древних, гордых, падших стен,
  
  
   В терзаньях совести ужасных,
  
  
   И век оплакивай свой плен!
  
  
   А ты, гремевшая со трона,
  
  
   Любимица самих богов,
  
  
   Достойна гимнов Аполлона!
  
  
   Воззри на цвет своих сынов:
  
  
   Се веют шлемы их пернаты,
  
  
   Се их белеют знамена,
  
  
   Се их покрыты пылью латы,
  
  
   На коих кровь еще видна!
  
  
   Воззри: се идут в ратном строе!
  
  
   Всяк истый в сердце славянин!
  
  
   Не Марса ль в каждом зришь герое?
  
  
   Не всяк ли рока властелин?
  
  
   Они к стопам твоим бросают
  
  
   Лавровы свежие венки.
  
  
   "Твои они, твои! - вещают, -
  
  
   С тобой нам рвы не глубоки;
  
  
   С тобою низки страшны горы.
  
  
   Скажи, скажи, о матерь, нам,
  
  
   Склоня величественны взоры,
  
  
   Куда еще лететь орлам?"
  
  
   Куда лететь? кто днесь восстанет,
  
  
   Сарматов зря ужасну часть?
  
  
   Твой гром вотще нигде не грянет:
  
  
   Страшна твоя, царица, власть!
  
  
   Страшна твоя и прозорливость
  
  
   Врагу, злодею твоему!
  
  
   Везде найдет его строптивость
  
  
   Препон неодолимых тьму;
  
  
   Везде обрящутся преграды:
  
  
   Твои, как медною стеной,
  
  
   Бойницами прикрыты грады,
  
  
   И каждый в оных страж герой;
  
  
   Пределы царств твоих щитами,
  
  
   А седмь рабынь твоих, морей,
  
  
   Покрыты быстрыми судами,
  
  
   И жезл судьбы в руке твоей!
  
  
   Речешь - и двигнется полсвета,
  
  
   Различный образ и язык:
  
  
   Тавридец, чтитель Магомета,
  
  
   Поклонник идолов калмык,
  
  
   Башкирец с меткими стрелами,
  
  
   С булатной саблею черкес
  
  
   Ударят с шумом вслед за нами
  
  
   И прах поднимут до небес!
  
  
   Твой росс весь мир дрожать заставит, -
  
  
   Наполнит громом чудных дел
  
  
   И там столпы свои поставит,
  
  
   Где свету целому предел.
  
  
   1794
  
  
  
  
  СТИХИ
  
  
   НА ВЫСОКОМОНАРШУЮ МИЛОСТЬ,
  
  
   ОКАЗАННУЮ ИМПЕРАТОРОМ ПАВЛОМ
  
  
  
  
  ПЕРВЫМ
  
  
  
  ПОТОМСТВУ ЛОМОНОСОВА
  
  
   О радость! дайте, дайте лиру:
  
  
   Я вижу Пинда божество!
  
  
   Да возвещу в восторге миру
  
  
   Славянской музы торжество
  
  
   И новый блеск монаршей славы!
  
  
   Талантам возвратились правы:
  
  
   Герой, вельможа, судия!
  
  
   Не презирайте днесь певцами:
  
  
   Сам Павел их равняет с вами,
  
  
   Щедроты луч и к ним лия.
  
  
   Се глас его, глас благотворный,
  
  
   Несется до морских валов,
  
  
   При коих, жребию покорный,
  
  
   Кидает мрежи рыболов.
  
  
   "Возвысь чело! - ему вещает. -
  
  
   Царь иго с плеч твоих снимает:
  
  
   Твой предок Ломоносов был!"
  
  
   О Павел! Ты единым словом,
  
  
   Не потрясая мира громом,
  
  
   Себя к бессмертным приобщил.
  
  
   Падут надменны пирамиды
  
  
   С размаху Кроновой руки;
  
  
   Сотрутся обелисков виды;
  
  
   Исчезнут Ксерксовы полки
  
  
   И царства, ими покоренны;
  
  
   Но дарования нетленны!
  
  
   В потомстве, северный Орфей,
  
  
   Вторый возникнет Ломоносов,
  
  
   И поздный род узнает россов
  
  
   О благости души твоей.
  
  
   28 августа 1798
  
  
  
  
  ПЕСНЬ
  
  
  
  НА ДЕНЬ КОРОНОВАНИЯ
  
  
   ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА
  
  
  
  ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА
  
  
  
   АЛЕКСАНДРА ПЕРВОГО
  
  
  
  
   Поэт
  
  
   И я питомец Аполлонов:
  
  
   Так умолчу ль в сей важный час!
  
  
   Судьба решится миллионов;
  
  
   Взор мира обращен на нас,
  
  
   И свыше громовержец внемлет:
  
  
   Младый сподвижник восприемлет
  
  
   Обет, который всех святей:
  
  
   Быть стражем и отцом полсвета!
  
  
   Утешь нас радугой завета,
  
  
   О бог судеб! о царь царей!
  
  
  
  
   Хор
  
  
   Даруй твой суд царю младому,
  
  
   Да будет другом правды он;
  
  
   Любезен добрым, грозен злому,
  
  
   Дальнейшего услышит стон;
  
  
   Народов разных повелитель,
  
  
   Да будет гений-просветитель,
  
  
   Краса и честь своим странам!
  
  
   Да будут дни его правленья
  
  
   Для россов днями прославленья
  
  
   И преданы от них векам.
  
  
  
  
   Поэт
  
  
   Монарх! под сими небесами,
  
  
   На сем же месте, Иоанн
  
  
   Приял геройскими руками
  
  
   Венец, которым ты венчан.
  
  
   Благоговей к своей порфире:
  
  
   Ее носил великий в мире,
  
  
   Сам Петр на мочных раменах!
  
  
   Благоговей пред сей державой:
  
  
   Она горит, блистает славой
  
  
   Премудрый, одной в женах!
  
  
  
  
   Хор
  
  
   Да ниспошлет бессмертна внуку
  
  
   Свой дар сердцами обладать;
  
  
   Да укрепит монаршу руку
  
  
   Кормилом царства управлять!
  
  
   О ветвь, о кровь Екатерины!
  
  
   При ней корабль наш {*} чрез пучины
  
  
   {* Корабль правления.}
  
  
   Отважно к счастию летел;
  
  
   При ней россиянин, сын славы,
  
  
   Вселенной подавал уставы
  
  
   И жребием ее владел.
  
  
  
  
   Поэт
  
  
   Не изменимся и с тобою;
  
  
   Тебе душа ее дана!
  
  
   Я вижу, вижу пред собою,
  
  
   Монарх! грядущи времена:
  
  
   Россия в силе возрастает
  
  
   И обелиски воздвигает
  
  
   Во мзду заслуг своих сынов;
  
  
   Гремят в ней Пиндары, Платоны,
  
  
   О дни златые!.. Миллионы,
  
  
   Несите сердце вместо слов!
  
  
  
  
   Хор
  
  
   Гряди на трон России с богом,
  
  
   Гряди, отечества отец!
  
  
   Будь счастья нашего залогом
  
  
   И утешением сердец!
  
  
   Цари всемощны и священны:
  
  
   Хотят - и смертные блаженны
  
  
   И на земле вкушают рай!
  
  
   Им небо власть свою вручило;
  
  
   Всходи, о новое светило!
  
  
   И благостью в веках сияй.
  
  
   1801
  
  
   РАЗМЫШЛЕНИЕ ПО СЛУЧАЮ ГРОМА
  
  
  Гремит!.. благоговей, сын персти!
  
  
  Се _ветхий деньми_ с небеси
  
  
  Из кроткой, благотворной длани
  
  
  Перуны сеет по земли!
  
  
  Всесильный! с трепетом младенца
  
  
  Целую я священный край
  
  
  Твоей молниецветной ризы,
  
  
  И весь теряюсь пред тобой!
  
  
  Что человек? парит ли к солнцу,
  
  
  Смиренно ль идет по земле,
  
  
  Увы! там ум его блуждает,
  
  
  А здесь стопы его скользят.
  
  
  Под мраком; в океане жизни,
  
  
  Пловец на утлой ладие,
  
  
  Отдавши руль слепому року,
  
  
  Он спит и мчится на скалу.
  
  
  Ты дхнешь, и двигнешь океаны!
  
  
  Речешь, и вспять они текут!
  
  
  А мы... одной волной подъяты,
  
  
  Одной волной поглощены!
  
  
  Вся наша жизнь, о безначальный!
  
  
  Пред тайной вечностью твоей
  
  
  Едва минутное мечтанье,
  
  
  Луч бледный утренней зари.
  
  
  <1805>
  
  
   <ПОДРАЖАНИЯ ОДАМ ГОРАЦИЯ>
  
  
  
   <КНИГА III. ОДА 1>
  
  
  Служитель муз, хочу я истины воспеть
  
  
  В стихах, неслыханных доныне:
  
  
  Феб движет, - прочь, враги святыне!
  
  
  А вы, о юноши!.. внимать, благоговеть!
  
  
  Царям подвластен мир, цари подвластны богу,
  
  
  Тому, кто с облачных высот
  
  
  Гигантам в ад отверз дорогу,
  
  
  Кто манием бровей колеблет неба свод.
  
  
  Владей во всей земле ты рудами златыми,
  
  
  А ты народов будь отцом,
  
  
  Хвались ты предками своими,
  
  
  А вы талантами, геройством и умом, -
  
  
  Умрете все: закон судьбины непреложен;
  
  
  Кто б ни был - мал или велик,
  
  
  Пред смертью всяк равно ничтожен;
  
  
  В сосуде роковом нет жребиям отлик!
  
  
  За царскою ль себя трапезой насыщает,
  
  
  Пернатым внемлет ли весной,
  
  
  Ко сну ль главу на пух склоняет -
  
  
  Злодей всегда зрит меч, висящий над собой.
  
  
  Сон сладкий только дан оратаям в отраду:
  
  
  Он любит их смиренный кров,
  
  
  Тенистой рощицы прохладу,
  
  
  Цветы и злак долин, журчанье ручейков.
  
  
  Пусть грозный океан клокочет под валами,
  
  
  Пусть буря черными крылами
  
  
  При блеске молний восшумит -
  
  
  Мудрец на брань стихий спокойно с брега зрит;
  
  
  Один громадами стесняет рыб и давит,
  
  
  Казною пропасти бутит
  
  
  И на зыбях чертоги ставит -
  
  
  Но где он от забот, печали будет скрыт?
  
  
  Безумец! Ты бежишь от совести напрасно:
  
  
  Тиран твой сердца в глубине;
  
  
  Она с тобою повсечасно
  
  
  Летит на корабле и скачет на коне.
  
  
  Что ж пурпур, аромат и мраморы фригийски?
  
  
  К чему фалернское вино?
  
  
  Почто взносить мне обелиски,
  
  
  Когда спокойствия мне с ними не дано?
  
  
  Нет! злату не бывать души моей кумиром;
  
  
  Мои желанья: скромно жить,
  
  
  Не с завистью - с сердечным миром,
  
  
  И счастье в уголку собинском находить.
  
  
  1794
  
  
  
   <КНИГА I. ОДА III>
  
   Лети, корабль, в свой путь с Виргилием моим,
  
   Да сохранят тебя светила благотворны:
  
   И Поллукс, и Кастор, и тот, кому покорны
  
   Все ветры на водах, и та, котору чтим
  
   Богиней красоты, всех радостей душою.
  
   Лети! и принеси безвредно по волнам
  
   Ты друга моего к Аттическим брегам:
  
   Дражайшу часть меня я отпустил с тобою!
  
   Конечно, твердою, дубовою корой,
  
   Тройным булатом грудь была вооруженна
  
   Того, в ком перва мысль родилась дерзновенна
  
   Неверной поручать стихии жребий свой!
  
   Ни дожденосные, зловещие гиады,
  
   Ни африканский ветр, ни бурный Аквилон,
  
   Ни Нот, не знающий пощады,
  
   Не сделали ему препон.
  
   И что они? какой род смерти был ужасен
  
   Тому, чей смелый взор был неподвижен, ясен,
  
   Когда зияла хлябь, горой вздымался вал,
  
   Из волн чудовища скакали
  
   И стрелы молний обвивали
  
   Верхи Эпирских грозных скал?
  
   Так, втуне от небес народы разделенны,
  
   Обширные моря в предел им положенны!
  
   Афетов дерзкий сын все смеет одолеть:
  
   Хотел, и мог сии пространства прелететь;
  
   Хотел, и святость всех законов нарушает,
  
   И даже огнь с небес коварно похищает.
  
   О святотатство, сколь твой гибелен был след!
  
   По свету океан разлился новых бед,
  
   И неизбежна смерть, но медленна дотоле,
  
   Удвоила свой шаг и всех разит по воле!
  
   Но только ли? Дедал, родившийся без крыл,
  
   Отважно к солнцу воспарил;
  
   Алкид потряс пределом ада!
  
   Где нашей дерзости преграда?
  
   Мы, в буйстве даже в брань вступаем с божеством.
  
   И Диев никогда не отдыхает гром.
  
   1794
  
  
  
  <КНИГА II. ОДА XVI>
  
  
   Пловец под тучею нависшей,
  
  
   Игралище морских валов,
  
  
   Не зря звезды, ему светившей,
  
  
   Покоя просит у богов.
  
  
   К покою простирают длани
  
  
   И Мидии роскошный сын,
  
  
   И мужественный витязь в брани
  
  
   Пространных Фракии долин.
  
  
   При старости и жизни в цвете
  
  
   Всегда в отраду нам покой,
  
  
   Непокупаемый на свете
  
  
   Ниже и пурпура ценой!
  
  
   Нередко грусть и сильных гложет
  
  
   В их позлащенных теремах,
  
  
   И ревность ликторов не может
  
  
   Отгнать от них заботы, страх.
  
  
   Но кто же более проводит
  
  
   В покое круг летящих дней?
  
  
   Лишь тот, кто счастие находит
  
  
   Среди семейства и друзей;
  
  
   Приютной хижиной доволен,
  
  
   Наследьем скромным от отца,
  
  
   В желаньях строг, в деяньях волен
  
  
   И без боязни ждет конца;
  
  
   Чужд зависти, любостяжанья,
  
  
   Днем весел, в ночь покойно спит!
  
  
   Почто нам лишние желанья,
  
  
   Коль смерть внезапу нас разит?,
  
  
   Почто от пристани пускаться
  
  
   Во треволненный океан,
  
  
   Бездомным сиротой скитаться
  
  
   Под небосклоном чуждых стран?
  
  
   Мать-родину свою оставишь,
  
  
   Но от себя не убежишь:
  
  
   Умолкнуть сердце не заставишь
  
  
   И мук его не усмиришь!
  
  
   Ни день, ни час не в нашей воле;
  
  
   Счастливцев совершенных нет!
  
  
   Так будем же в смиренной доле
  
  
   Сносить равно и мрак и свет!
  
  
   Ахилл толь рано жизнь оставит,
  
  
   Титан два века будет жить;
  
  
   Кто знает, чью из нас прибавит
  
  
   Иль укоротит парка нить?
  
  
   На пажитях твоих красивых
  
  
   Пестреет стадом каждый луг,
  
  
   И ржание коней строптивых
  
  
   Разносит гул далече вкруг.
  
  
   Тебя богатство, знатность рода
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 368 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа