Главная » Книги

Дмитриев Иван Иванович - Стихотворения, Страница 17

Дмитриев Иван Иванович - Стихотворения



justify">  
  
  А иногда случалось
  
  
  И менее того, и то Сурок да Крот,
  
  
   Да две-три набожные Лани,
  
  
  Зверишки бедные, без связей, без подпор;
  
  
  Какой же ожидать от них Лисице дани?
  
  
   Но лисий дальновиден взор:
  
  
   Она переменила струны;
  
  
  Взяла суровый вид и бросила перуны
  
  
  На кровожаждущих медведей и волков,
  
  
   На тигров, даже и на львов!
  
  
   Что ж? Слушателей тьма стеклася,
  
  
  И слава о ее витийстве донеслася
  
  
   До самого царя зверей,
  
  
  Который, несмотря что он породы львиной,
  
  
  Без шума управлял подвластною скотиной
  
  
  И в благочестие вдался под старость дней.
  
  
  "Послушаем Лису! - Лев молвил. - Что за диво?"
  
  
  
  За словом вслед указ;
  
  
   И в сутки, ежели не лживо
  
  
   Историк уверяет нас,
  
  
  Лиса привезена и проповедь сказала.
  
  
  Какую ж проповедь! Из кожи лезла вон!
  
  
   В тиранов гром она бросала,
  
  
  А в страждущих от них дух бодрости вливала
  
  
  И упование на время и закон.
  
  
   Придворные оцепенели:
  
  
  Как можно при дворе так дерзко говорить!
  
  
  Друг на друга глядят, но говорить не смели,
  
  
  Смекнув, что царь Лису изволил похвалить.
  
  
  Как новость, иногда и правда нам по нраву!
  
  
  Короче вам: Лиса вошла и в честь и славу;
  
  
  Царь Лев, дав лапу ей, приветливо сказал:
  
  
   "Тобой я истину познал
  
  
  И боле прежнего гнушаться стал пороков;
  
  
  Чего ж ты требуешь во мзду твоих уроков?
  
  
  Скажи без всякого зазренья и стыда;
  
  
  Я твой должник". Лиса глядь, глядь туда, сюда,
  
  
  Как будто совести почувствуя улику.
  
  
  
  "Всещедрый царь-отец! -
  
  
  Ответствовала Льву с запинкой наконец. -
  
  
   Индеек... _малую толику_".
  
  
  <1805>
  
  
  
   ОСЕЛ И КАБАН
  
   Не знаю, отчего зазнавшийся Осел
  
   Храбрился, что вражду с Кабаном он завел,
  
   С которым и нельзя иметь ему приязни
  
  
  
   "Что мне Кабан! - Осел рычал. -
  
   Сейчас готов с ним в бой без всякия боязни!"
  
   - "Мне в бой с тобой? - Кабан с презрением
  
  
  
  
  
  
  
  сказал.
  
  
  
   Несчастный! Будь спокоен:
  
  
   Ты славной смерти недостоин".
  
   <1805>
  
  
  
  СЛЕПЕЦ И РАССЛАБЛЕННЫЙ
  
  
  "И ты несчастлив!.. дай же руку!
  
  
  Начнем друг другу помогать.
  
   Ты скажешь: есть кому мне вздох мой передать;
  
   А я скажу: мою он знает грусть и муку -
  
  
   И легче будет нам".
  
  
  Так говорил мудрец Востока,
  
  
  И вот его же притча вам.
  
   Два были нищие, и оба властью рока
  
   Лишенны были средств купить трудами хлеб;
  
  
  
   Один был слеп,
  
   Другой расслабленный; желают смерти оба;
  
   Но горемыки здесь как дара ждут и гроба:
  
  
  На помощь к ним и смерть нейдет.
  
   Расслабленный конца своим страданьям ждет
  
   На голой мостовой, снося и жар и холод,
  
  
   Всего же чаще голод
  
   И нечувствительность румяных богачей.
  
   Слепец равно терпел, или еще и боле:
  
   Тот мог, хотя вдали, в день летний видеть поле;
  
   А для него уж нет и солнечных лучей!
  
   Вся жизнь глубока ночь, и скоро ль рассветает,
  
  
  
   Увы! не знает.
  
   Одной собачкой он был искренно любим,
  
  
   Ласкаем и водим;
  
   И ту какие-то злодеи не украли,
  
   А нагло от его веревки отвязали
  
  
   И увели с собой.
  
  
  Слепец случайно очутился
  
   На том же месте, где расслабленный томился;
  
   Он слышит стон его, и сам пускает вздох.
  
   "Товарищ! - говорит. - Несчастных сводит бог;
  
  
   Нам должно побрататься,
  
  
   Иметь одну суму
  
   И вместе горевать. Не станем разлучаться!"
  
   - "Согласен, - отвечал расслабленный ему, -
  
   Но, добрая душа! какою мы подмогой
  
   Друг другу можем быть? Ты слеп, а я безногой!
  
   Что ж будем делать мы? еще тебе скажу".
  
   - "Как? - подхватил слепец. - Ты зряч, а я хожу;
  
  
  Так ты ссужай меня глазами,
  
   А я с охотою ссужусь тебе ногами;
  
   Ты за меня гляди, я за тебя пойду -
  
   И будем каждый так служить в свою чреду".
  
   <1805>
  
  
  
   ОТЕЦ С СЫНОМ
  
   "Скажите, батюшка, как счастия добиться?" -
  
   Сын спрашивал отца. А тот ему в ответ:
  
  
  
  
  "Дороги лучшей нет,
  
  
   Как телом и умом трудиться,
  
   Служа отечеству, согражданам своим,
  
  
   И чаще быть с пером и книгой,
  
  
   Когда быть дельными хотим".
  
   - "Ах, это тяжело! как легче бы?" - "Интригой,
  
  
   Втираться жабой и ужом
  
   К тому, кто при дворе фортуной вознесется..."
  
   - "А это низко!" - "Ну, так просто... быть глупцом!
  
  
   И этак многим удается".
  
   <1805>
  
  
  
  
  ДОН-КИШОТ
  
   Надсевшись Дон-Кишот с баранами сражаться,
  
  
   Решился лучше их пасти
  
   И жизнь невинную в Аркадии вести.
  
  
   Проворным долго ль снаряжаться?
  
   Обломок дротика пошел за посошок,
  
  
   Котомкой с табаком мешок,
  
   Фуфайка спальная пастушечьим камзолом,
  
   А шляпу, в знак его союза с нежным полом,
  
   У клюшницы своей соломенную взял
  
  
   И лентой розового цвета
  
  
   Под бледны щеки подвязал
  
  
   Узлами в образе букета.
  
  
   Спустил на волю кобеля,
  
   Который к хлебному прикован был амбару;
  
   Послал в мясном ряду купить баранов пару,
  
   И стадо он свое рассыпал на поля
  
  
   По первому морозу;
  
   И начал воспевать зимой весенню розу.
  
   Но в этом худа нет: веселому все в лад,
  
   И пусть играет всяк любимою гремушкой;
  
  
   А вот что невпопад:
  
   Идет коровница - почтя ее пастушкой,
  
   Согнул наш пастушок колена перед ней
  
  
   И, размахнув руками,
  
  
   Отборными словами
  
  
   Пустился петь эклогу ей.
  
   "Аглая! - говорит, - прелестная Аглая!
  
   Предмет и тайных мук и радостей моих!
  
   Всегда ли будешь ты, мой пламень презирая,
  
   Лелеять и любить овечек лишь своих?
  
   Послушай, милая! там, позади кусточков,
  
   На дереве гнездо нашел я голубочков:
  
   Прими в подарок их от сердца моего;
  
   Я рад бы подарить любезную полсветом -
  
   Увы! мне, кроме их, бог не дал ничего!
  
   Они белы как снег, равны с тобою цветом,
  
  
   Но сердце не твое у них!"
  
   Меж тем как толстая коровница Аглая,
  
  
   Кудрявых слов таких
  
   Седого пастушка совсем не понимая,
  
   Стоит разинув рот и выпуча глаза,
  
   Ревнивый муж ее, подслушав селадона,
  
  
   Такого дал ему туза,
  
   Что он невольно лбом отвесил три поклона;
  
   Однако ж головы и тут не потерял.
  
  
   "Пастух - невежда! - он вскричал. -
  
  
   Не смей ты нарушать закона!
  
  
   Начнем пастуший бой:
  
   Пусть победителя Аглая увенчает -
  
  
   Не бей меня, но пой!"
  
   Муж грубый кулаком вторичным отвечает,
  
  
   И, к счастью, в глаз, а не в висок.
  
  
   Тут нежный, верный пастушок,
  
   Смекнув, что это въявь увечье, не проказа,
  
   Чрез поле рысаком во весь пустился дух
  
   И с этой стал поры не витязь, не пастух,
  
  
   Но просто - дворянин без глаза.
  
   Ах, часто и в себе я это замечал,
  
   Что, глупости бежа, в другую попадал.
  
   <1805>
  
  
  
   ЧЕЛОВЕК И КОНЬ
  
  
   Читатели! хотите ль знать,
  
  
   Как лошадь нам покорна стала?
  
  
  Когда семья людей за лакомство считала
  
  
   Коренья, желуди жевать;
  
  
   Когда еще не так, как ныне,
  
  
  Не знали ни карет, ни шор, ни хомутов;
  
  
  На стойлах не было коней, ни лошаков,
  
  
  И вольно было жить, где хочешь, всей скотине,
  
  
  В те времена Олень, поссорившись с Конем,
  
  
  
  Пырнул его рогами.
  
  
  
  Конь был и сам с огнем,
  
  
  И мог бы отплатить, да на бегу ногами
  
  
   Не так проворен, как Олень;
  
  
  Гоняяся за ним напрасно, стал он в пень.
  
  
   Что делать? Мщение от века
  
  
   Пружина важная сердец;
  
  
   И Конь прибегнул наконец
  
  
  
  К искусству человека.
  
  
  А тот и рад служить: скотину он взнуздал,
  
  
  Вспрыгнул к ней на спину и столько рыси дал,
  
  
  Что прыткий наш Олень в минуту стал их жертвой:
  
  
  Настигнут, поражен и пал пред ними мертвый,
  
  
  Тогда помощника она благодарит:
  
  
   "Ты мой спаситель! - говорит, -
  
  
  Мне не забыть того, пока жива я буду;
  
  
  А между тем... уже невмочь моей спине,
  
  
  Нельзя ль сойти с меня? Пора мне в степь отсюду!"
  
  
  
  - "Зачем же не ко мне? -
  
  
  Сказал ей Человек. - В степи какой ждать холи?.
  
  
  А у меня живи в опрятстве и красе
  
  
   И по брюхо всегда в овсе".
  
  
  Увы! что сладкий кус, когда нет милой воли!
  
  
  Увидел бедный Конь и сам, что сглуповал,
  
  
  Да поздно: под ярмом состарелся и пал.
  
  
  <1805>
  
  
  
   ПЧЕЛА И МУХА
  
   "Здорово, душенька! - влетя в окно, Пчела
  
  
  
  Так Мухе говорила. -
  
   Сказать ли весточку? Какой я сот слепила!
  
  
   Мой мед прозрачнее стекла;
  
  
   И как душист! как сладок, вкусен!"
  
   - "Поверю, - Муха ей ответствует, - ваш род
  
  
  
  Природно в том искусен;
  
   А я хотела б знать, каков-то будет плод,
  
   Продлятся ли жары?" -"Да! что-то будет с медом?"
  
   - "Ах! этот мед да мед, твоим всегдашним бредом!"
  
   - "Да для того, что мед..." - Опять? нет сил
  
  
  
  
  
  
  
   терпеть...
  
  
  
  Какое малодушье!
  
   Я, право, получу от слов твоих удушье".
  
   - "Удушье? ничего! съесть меду да вспотеть,
  
   И все пройдет: мой мед..." - "Чтоб быть тебе
  
  
  
  
  
  
  
   без жала! -
  
  
   С досадой Муха ей сказала. -
  
   Сокройся в улий свой, вралиха, иль молчи!"
  
  
   О, эгоисты-рифмачи!
  
   <1805>
  
  
  
   ГОРЕСТЬ И СКУКА
  
  
  
  Бедняк, не евши день, от глада
  
  
  
   Лил слезы и вздыхал;
  
  
  
  Богач от сытости скучал,
  
  
  
   Зеваючи средь сада.
  
  
   Кому тяжелее? Чтоб это разрешить,
  
  
   Я должен мудреца здесь слово приложить;
  
  
   От скуки самое желанье отлетает,
  
  
   А горести слезу надежда отирает.
  
  
   <1805>
  
  
  
  
  ТРИ ЛЬВА
  
   Его величество, Лев сильный, царь зверей,
  
  
  
  Скончался.
  
  
   Народ советовать собрался,
  
  
   Кого б из трех его детей
  
  
   Признать наследником короны.
  
  
   "Меня! - сын старший говорил. -
  
   Я сделаю народ наперсником Беллоны",
  
   - "А я обогащу", - середний подхватил.
  
  
  
  "А я б его любил", -
  
  
   Сказал меньшой с невинным взором.
  
   И тут же наречен владыкой всем собором.
  
   <1805>
  
  
  
   ВОРОБЕЙ И ЗЯБЛИЦА
  
   "Умолк Соловушка! Конечно, бедный, болен
  
  
   Или подружкой недоволен,
  
  
   А может, и несчастлив в ней!
  
   Мне жалок он!" - сказал печально Воробей.
  
   "Он жалок? - Зяблица к словам его пристала. -
  
  
   Как мало в сердце ты читал!
  
  
  
  Я лучше отгадала:
  
   Любил он, так и пел; стал счастлив - замолчал".
  
   <1805>
  
  
  
  
  МЕСЯЦ
  
  
   Настала ночь, и скрылся образ Феба.
  
  
   "Утешьтесь! - месяц говорит. -
  
  
   Мой луч не менее горит;
  
   Смотрите: я взошел и свет лию к вам с неба!"
  
   Пусть переводчики дадут ему ответ:
  
   "Как месяц ни свети, но все не солнца свет".
  
   <1805>
  
  
  
  
  ДВЕ ЛИСЫ
  
   Вчера подслушал я, две разных свойств Лисицы
  
  
   Такой имели разговор:
  
   "Ты ль это, кумушка! давно ли из столицы?"
  
  
   - "Давно ль оставила я двор?
  
   С неделю". - "Как же ты разъелась, подобрела!
  
   Знать, при дворе у Льва привольное житье?"
  
   - "И очень! Досыта всего пила и ела".
  
   - "А в чем там ремесло главнейшее твое?"
  
   - "Безделица! с утра до вечера таскаться;
  
   Где такнуть, где польстить, пред сильным унижаться,
  
   И больше ничего". - "Какое ремесло!"
  
   - "Однако ж мне оно довольно принесло:
  
   Чин, место". - "Горький плод! Чины не возвышают,
  
   Когда их подлости ценою покупают".
  
   <1805>
  
  
  
   СУП ИЗ КОСТЕЙ
  
  
   "О времена! о времена! -
  
   Собака, выходя из кухни, горько выла. -
  
   Прощайся и с костьми! будь вечно голодна
  
   И околей за то, что с верностью служила!
  
  
   Вот дождались каких мы дней!
  
   Безвременная смерть! уж нет нам и костей!"
  
   - "Да где ж они?" - вопрос ей сделала другая,
  
  
  
  Собака пожилая,
  
  
   Прикованна подле ворот.
  
   "В котле, да не для нас, а для самих господ:
  
   Какой-то выдумщик, злодей собачью роду,
  
   И верно уж француз, пустил и кости в моду!
  
   Он выдумал из них дешевый суп варить
  
  
   И хочет им людей кормить;
  
  
  
  А нам уже ни кости!
  
  
   Я тресну с голода и злости!"
  
   - "А мой совет, - сказал на привязи мудрец, -
  
   В молчании терпеть, пока судьба сурова!
  
   Ведь этот случай нам не первый образец:
  
  
   Большой всегда на счет меньшова".
  
   <1805>
  
  
  
  
  ДВА ВЕЕРА
  
   В гостиной на столе два Веера лежали;
  
   Не знаю я, кому они принадлежали,
  
   А знаю, что один был в блестках, нов, красив;
  
   Другой изломан весь и очень тем хвастлив.
  
   "Чей Веер?" - он спросил соседа горделиво.
  
   "Такой-то", - сей ему ответствует учтиво.
  
   "А я, - сказал хвастун, - красавице служу,
  
   И как же ей служу! Смотри: нет кости целой!
  
   Лишь чуть "к ней подлетит молодчик с речью смелой
  
   А я его и хлоп! короче, я скажу
  
  
  Без всякого, поверь мне, чванства
  
  
  
  И прочим не в укор,
  
  
  
  Что каждый мой махор
  
   Есть доказательство Ветраны постоянства".
  
   - "Не лучше ли, ее кокетства и жеманства? -
  
   Сосед ему сказал: - Розалии моей
  
   Довольно бросить взгляд, и все учтивы к ней".
  
   <1805>
  
  
  
  АМУР, ГИМЕН И СМЕРТЬ
  
  
   Амур, Гимен со Смертью строгой
  
  
   Когда-то шли одной дорогой
  
  
   Из света по своим домам
  
  
   И вздумалося молодцам
  
  
   Втащить старуху в разговоры.
  
  
  "Признайся, - говорят, - ты, Смерть, не рада нам?
  
  
  Ты ненавидишь нас?" - "Я? - вытараща взоры,
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 408 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа