Главная » Книги

Петров Василий Петрович - Стихотворения, Страница 4

Петров Василий Петрович - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9

nbsp; 120 Юпитеру любим, доступен в той чертог,
   Со пренебесными где жительми пирую,
   Тобой над бурными дыханьми торжествую".
   Он рек, и скипетра одним ударом вмиг
   Бок тощия горы властительно раздвиг.
   Отверстьем ветры сим, рать нагла, вылетают,
   Свистят и от земли пыль вихрем возметают;
   С востока дующий и с запада тиран
   И южных бурь отец терзают океан.
   Под пеной волны, как под вечным горы снегом,
   130 Перестязающи одна другую бегом,
   Всё море из предел на сушу вон несут
   И тяжкими брега ударами трясут.
   Возносят крик пловцы средь общия напасти,
   Трещат и ломятся натрученные снасти.
   Туч густость облежит небесный свод кругом,
   Гремит из края в край катающийся гром,
   От черной ночи день в полудни померкает,
   И молния сквозь мглу за молнией сверкает.
   Там ужас очеса и слухи всем разит,
   140 И очевидная отвсюду смерть грозит.
   Еней сквозь моря рев, сквозь страшны грома звуки,
   Простря ко небесам трепещущие руки:
   "Блаженны вы, - гласит, - блаженны много крат,
   Которые, исшед из гордой Трои врат,
   Близ стен отечества вели кровавы бо?и
   И при очах отцов скончались, как герои!
   О храбрый Диомид, зачем, биясь, зачем
   Во Илионе я не пал твоим мечем!
   Где Гектор поражен рукою Ахиллеса,
   150 Где свержен Сарпедон, великий сын Зевеса,
   Где трупов Симоенд геройских полон тек
   И шлемы и щиты крутя во море влек!"
   Гласящу то ему, вдруг буря с новым стоном
   Рвет парусы спреди, несома Аквилоном;
   По скачущим до звезд дыхаючи валам,
   С обеих ломит стран все весла пополам.
   Корабль, вратясь, куда дух бури порывает,
   Свой бок биению волн ярых открывает
   И вержется меж них во образе пера.
   160 Се вал крутый летит, как тяжкая гора;
   Те взброшены висят на оного вершине,
   Другим раскрылось дно в разинувшей пучине.
   Хлебещет огущен от ила мутна ток,
   Кипит со влагою смесившийся песок.
   Три судна сильным Нот восхитя дуновеньем
   На потаенные мчит камни со стремленьем,
   Те камни, посреди чернеющи морей,
   От римлян именем зовомы алтарей;
   Ужасный той хребет и чрезвычайно длинный,
   170 Стоящий наравне с поверхностью пучинной.
   Три Евр, позорище достойнейшее слез,
   Толкнув на мель, песков громадою обнес.
   В корабль, где ликяне неслися, рать Оронта,
   В виду Енеевом, отторгшийся от понта,
   Ударив сопреди кормы, достигнул вал,
   Сраженный кормчий тем стремглав во бездну пал.
   Там вихрем хлябь корабль три раза вкруг вращает,
   Урча и клокоча, со щоглой поглощает.
   Едва кто спасся вплавь от алчного жерла,
   180 Где в миг единый смерть толь многих заперла.
   Сокровищи троян, уборы их военны,
   Дски суден носятся по морю расточенны.
   Уже истерзаны и ребра и крыле
   В Илионеевом от бури корабле;
   Уже Ахатов ей в бореньи уступает,
   Авантов такожде едва не утопает,
   И в коем сединой украшенный Алет
   По бездне правил свой с сообщники полет.
   Весь рушат флот, сложась, весь волны рвут свирепы;
   190 Во скважни льется смерть, трещат железны скрепы.
   Меж тем ужасный рев мятежных непогод
   И возмущение со дна глубока вод
   С негодованием владетель моря внемля,
   И промысл свой Нептун над оным восприемля,
   Кротчайшую главу из-под валов вознес
   И окрест моря взор возвел своих очес.
   Созерцевая флот Енеев бурей зельной
   Растерзан, разомчен по бездне беспредельной,
   Без умолкания разящий во троян
   200 Гром с неба, дождь и град, а с долу океян,
   Наветы познает сестры своей Юноны,
   Гнев коея сии воздвигнул им препоны.
   Зовя, дабы к нему Борей и Евр притек,
   Притекшим в ярости велицей тако рек:
   "Отколе, ветры, в вас толикая кичливость?
   Уж власть мою презрев, чрез наглу вы бурливость
   Хотите меж собой стихии все смесить,
   Толь страшны горы волн дерзаете взносить!
   Я вас!.. Но наперед да море успокою,
   210 Впредь знати дам себя вам казнью не такою.
   Направьтеся во путь, летите не косня,
   И вашему царю скажите от меня:
   Владычество морей и сей трезубец грозный
   Мне предан, не ему; нам жребий выпал розный.
   Огромных каменных властитель он холмов,
   Тех мрачных, в коих, Евр, вы заперты, домов;
   Да в том дворе гремит величие Еола;
   Царь узников он там сиди поверх престола".
   Едва скончал слова, прогнавый густость туч
   220 Кротит надменье морь, возводит солнца луч;
   Изскачущи из волн Тритон и Кимофоя
   С гор пхают корабли, спасение им строя;
   Подъемлет острого?й своею сам их бог,
   И сквозь пески дари?т широкость им дорог;
   Подвластную себе стихию умеряет,
   На легких по вода?м колесах пролетает.
   И яко же когда меж тысячи невеж,
   Меж черни бешеной воздвигнется мятеж,
   Уж тучами летят дреколья и каменья,
   230 Оружие дает пыл буйного ей рвенья;
   Коль скоро важный муж, заслугой знаменит,
   Предстанет - все молчат, прияв послушный вид;
   Он ярые сердца беседой умягчает
   И мудрой кротостью безумцев укрочает, -
   Подобным образом утих весь моря рев,
   Когда пучин отец, на оное воззрев,
   При солнечном простер поезд веселый свете
   И вожжи послаблял коням своим в полете.
   Во истощаньи сил, чуть правя корабли,
   240 Трояне силятся коснутися земли,
   Могущей даровать скоряй конец их бегу,
   И к африканскому причаливают брегу.
   Далече там простерт во сушу есть залив
   Оплотом острова лежаща супротив,
   Как пристань, огражден. Со моря волны яры,
   Во ребра оного твердя свои удары,
   Преламываются и, сквозь сугубый вход,
   Втекают, зыбяся, в собор заливных вод.
   По острова краям стоят кремнисты горы;
   250 Два мыса зрятся быть самых небес подпоры;
   При их подножии, широко разлиян,
   Вне шумных непогод, спит тихий окиян.
   Дремучим высоты приосененны лесом,
   От ветра над водой колеблемым навесом;
   Против венчанного древами гор чела,
   В конце губы лежит огромная скала,
   Под ней пещера, где журчат потоки водны,
   Для отдыха места, каменья самородны,
   Обитель красных нимф; усталы от труда,
   260 Без котв и вервей здесь покоятся суда.
   Во внутренность сего вступил Еней оплота
   С оставшими семью судами ото флота.
   Пловцы, со радостью желанны зря луга,
   Друг за другом спешат и скачут на брега;
   В одеждах, влагою тягчеющих соленой,
   Ложатся по траве для отдыха зеленой.
   Ахат посредством искр немногих из кремня
   Во хврастии сухом рождает пыл огня.
   По сем, да подкрепят в них силу изнуренну,
   270 Износят из судов на сушу вожделенну
   Цереры щедрый дар, нив счастливых плоды,
   Во бурю от морской намокшие воды,
   Сосуды, из сребра соделанны и меди;
   Потребные себе уготовляют снеди.
   Меж тем Еней, восшед на мыса высоту,
   Объемлет зрением всю моря широту,
   Не встретится ль Анфей, носимый где по влаге,
   Капис иль при своем корабль Каика флаге.
   Не видя меж валов сообщников своих,
   280 Еленей созерцал на береге троих;
   Другие созади толпятся целым стадом
   И долгим меж долин в траве пасутся рядом.
   Остановився тут, из верна друга рук
   Со стрелы быстрыми ловитвен вземлет лук,
   И сперва трем вождям, что ветвистые роги
   Гордяся вверх несли, подстреливает ноги;
   Потом, весь диких сонм животных распугав
   И по дубравам их и рощам разогнав,
   Дотоле продолжал грозу стреляний лучных,
   290 Пока на землю седмь поверг еленей тучных
   И, счастливый ловец, во кратких мзду трудов,
   Добычу уравнил числу своих судов.
   По возвращеньи в сень пристанищного крова,
   Богатую корысть нечаянного лова
   И вина, коими соплеменный Ацест
   При расставаньи их напутствовал отъезд,
   На всех сообщников пора?вну разделяет,
   И тяжку скорбь их душ беседой утоляет.
   "О други, - им гласит, - грядущи мне вослед,
   300 Нам памятен еще минувших ужас бед.
   О вы, которые горчайшу пили чашу,
   Скончают небеса и днешню горесть нашу.
   Вы мимо Скиллиных промчались жрущих скал,
   И слышали, кий лай там каждый зев пускал;
   Вы зрели оный брег, где грозные Циклопы
   По каменным горам ужасны носят стопы.
   Мужайтесь и печаль потщитеся разгнать,
   Приятно будет нам несчастья вспоминать.
   Сквозь разны бедствия, сквозь ужас беспрестанный,
   310 Мы должны достизать в Латий обетованный,
   Где рок покойные жилища строит нам;
   Державствующа вновь возникнет Троя там.
   Колико можно, все препятства премогайте,
   И к будущему вас блаженству сберегайте".
   Сим образом Еней к сопутникам глася
   И бремя беспокойств в душе своей нося,
   Притворну на лице надежду проливает,
   Во сердца глубине тяжчайшу скорбь скрывает.
   Троянские пловцы из лова строя пир,
   320 Рвут кожи со зверей, и острием секир
   Разъемля их мяса, делят на многи пласти,
   Вонзают на рожны трепещущие части.
   Сухие сучья древ огня питают жар,
   Кипящие котлы шлют кверху теплый пар.
   Пришельцы на лугу под воздухом прохладным
   Крепятся пищею и соком виноградным.
   По окончании довольственна стола
   О том беседа вся, вся жалоба была,
   Где странствуют теперь несчастные их други,
   330 Которых разнесли дыхания упруги.
   То вдруг вселяется надежда в них, то страх,
   Не все ль они уже погребены в волнах.
   Еней, участвуя во общем оном плаче,
   О содругах своих терзается всех паче.
   Скорбит, усердного Амика вобразя,
   О Гие, Ликасе болезнует слезя;
   Жалеет сердцем всем о гибели Оронта,
   Который поглощен несытой хлябью понта.
   Уже ослабевал от мрака дневный свет,
   340 Как зрение Зевес с превыспренней низвед
   На холмы, на брега, на судоносны воды
   И на рассеянны по всей земле народы,
   В сем кротком виде стал на высоте небес
   И устремил своих к Ливи?и взор очес.
   К нему, взирающу на часть сию вселенны
   И мысли в оную имущу углубленны,
   С печалию лица, мрачившею красы,
   С наполненными слез горчайших очесы,
   Венера, подступи, прискорбный глас возносит
   350 И тако, за троян предстательствуя, просит:
   "О вечный и богов и человеков царь,
   Который громами колеблеши всю тварь!
   Чем винен мой Еней перед тобой толико,
   И чем трояне тя прогневали, владыко!
   Что им по сицевых болезнях и трудах,
   По толь бесчисленных погибелях, бедах,
   Дабы не властвовать Италии пределом,
   Для опочития нет места в свете целом?
   Не собственными ли устами ты вещал
   360 И со торжественной то клятвой обещал,
   Что некогда от чад поверженныя Трои,
   От крови Тевкровой произойдут герои,
   Имущи распростерть во весь державу свет.
   Почто переменил ты, отче, свой совет?
   Я сим одним себя в несчастьи услаждала,
   Противный рок в уме противным награждала;
   Но горестна троян не кончилась чреда;
   Почиют ли они, всесильный царь, когда?
   Исторгшись Антенор враг лютых из средины,
   370 В залив Иллирии пронесся чрез пучины
   И безопасно внутрь Либурнии доспел,
   Свирепого исток Тимава одолел,
   Который девятью отверстьми в косогоре,
   С ужасным ревом, как прорвавшееся море,
   Исходит и шумит, разлившись по полям;
   Однако Антенор воздвиг Патавий там;
   Нарек, и поселил с собой пришедше войско,
   Повесил в капище оружие геройско;
   Желанна днесь его питает тишина:
   380 Мы кровь твоя, небес которым честь дана,
   Лишенные судов, о гибели плачевной!
   Во угождение одной богине гневной,
   Оставлены, увы, и вовсе забвены,
   От вожделенных нам брегов отдалены!
   Так сею почестью доброту ты венчаешь?
   И тако должный скиптр, о отче, нам вручаешь!"
   Зевес с усмешкою, возвед ко дщери зрак,
   Обычно каковым он гонит с неба мрак,
   Со нежностью ее объемля, лобызает,
   390 "Отрини всю боязнь, Венера, - ей вещает, -
   Предписанный твоим предел ненарушен,
   Обетованный град ты у?зришь совершен;
   Енея вознесешь в селенья горня света:
   Поставленного я не пременил совета.
   И се, когда ты толь печешися о нем,
   Отверзу книгу тайн о сыне я твоем.
   Народы гордые в Латии он низложит,
   Воздвигнет жительства, законы им положит;
   Принудя рутулян работы под ярем,
   400 Три лета будет там господствовать царем.
   Асканий, сын его, Иул зовомый ныне,
   По тридесяти лет владычии в Лавине,
   Трон в Албу пренесет и множеством оград
   Сей новый укрепит, врагам во ужас, град.
   Три века царствовать здесь племени Приама;
   Доколе Вестина служительница храма,
   От крови царския влекущая свой род,
   Двоих родит сынов, счастливый Марсов плод.
   Красуясь кожею волчицы желтовидной,
   410 Величия отцев преемник непостыдный,
   Рому?л в честь Марса град высокий вознесет,
   И римлянами в нем живущих наречет.
   Не назначаю сим пределов я известных,
   Поставлю их царей и вечных и всеместных.
   И даже гневная Юнона, кая днесь
   Дол, небо, море, свет колеблет страхом весь,
   С судьбою братися и злобствовать престанет,
   Подобно, аки я, любити римлян станет,
   Носящий тогу род, владык земли всея;
   420 Так будет, так душа благоволит моя.
   Приидут оны дни, что троевы потомки
   Под иго приведут Мицены, славой громки,
   Пленят оружием стен фтийских высоту,
   Положат под свою сотренный Арг пяту.
   Имущий до небес возвысить Рима славу
   И до последних морь простерть его державу,
   Возникнет Цесарь, вождь, троянами рожден,
   Иулий, именем Иула наречен.
   Отягощенного корыстию востока
   430 Ты примеши его в селения высока,
   Со полной радостью, без всяких внутрь тревог;
   Во сонме он богов почтется, аки бог.
   Тогда кротчайшие провоссияют веки,
   И водворится мир везде меж человеки;
   Со Вестой Правота свой долу трон снесут,
   И с Ремом сам Квирин давати станет суд.
   Навек врата войны суровой заключатся
   И крепких тысящью заклепов отягчатся.
   Там Злоба, жаждуще чудовище кровей,
   440 Сидя поверх костра стрел, копий и мечей,
   Имуща созади окованные руки,
   При чувствовании лютейшей в сердце муки,
   Вотще яритися, и силы созывать,
   Трястися, и звуча железны цепи рвать,
   Вотще зиять, водя окровавленным зевом,
   И воздух колебать всегдашним будет ревом".
   То рекши, с высоты Ермия долу шлет,
   Да свой во Карфаген направит он полет
   И ко приятию пришельцев всё устроит;
   450 Да град их пристаней и кровов удостоит;
   Да от неведущей о промысле небес,
   Приемлет каковый во пользу их Зевес,
   Недавно в Африке вселившейся царицы
   Не возбранится им в ливийски вход границы.
   Он крила распростер, по воздуху летит,
   И в африканских стать пределах не коснит.
   Уже веление Зевесово свершает,
   Свирепость во сердцах сидонских утушает;
   Дидона паче всех с высот вдохновена?,
   460 К благоволению троян преклонена.
   Еней, препроводя всю ночь во попеченьи,
   Животворящия зари при востеченьи,
   Исходит осмотреть места тоя земли,
   В какую света часть их бури занесли;
   Единых ли зверей пустынных логовища,
   Иль обретаются людские тут жилища;
   (Возделания там не зрелося стезей),
   Да известит своих, коль наи?дет что, друзей.
   Сопрятавый свой флот во пристань безопасну,
   470 Где горы и леса бросали тень ужасну,
   В десницу сам свою два вземлет копия,
   Широки коих блеск метали острия,
   И во намереньи не косен предприятом,
   Единым шествует препровожден Ахатом.
   Лишь только далее простерся в частый лес,
   Венера сретилась в средине с ним древес,
   Во одеянии и образе девицы,
   Под ополчением спартанския ловицы,
   Или как оная фракийска бодра дщерь,
   480 Котора, к подвигу отверсту видя дверь,
   Гордящася коня ко бегу понуждает
   И быстротечного им Евра упреждает.
   Висящий лук с рамен все делал в ней красы,
   На ветер длинные распущены власы;
   Колени голые; по веющей хламиде
   Шел пояс вкруг; была ловицы в истом виде.
   "Не сретили ли вы, - речет им дева вдруг,-
   Едину из моих, о юноши, подруг,
   Стрелами так, как я, и луком ополченну
   490 И кожей, съятою со рыси, оболченну?
   Иль не гналася ли со криком по пятам
   За пышущим она тут вепрем или там?"
   Еней ответствует: "Во целом здесь округе
   Я даже не слыхал о сей твоей подруге.
   О дева! О себе поведай нам, кто ты;
   Твой зрак обычныя превыше красоты,
   И голос существо не смертно образует;
   Величество в тебе богиню показует.
   Диана ты, или сих красна нимфа рощ?
   500 Кто ты ни есть, простри спасительную мощь!
   Потщися облегчить тяжчайши нам напасти;
   Повеждь, в которой мы влачимся света части.
   Мы странствуем, ни мест не зная, ни людей,
   Сюда занесены волнением морей.
   Пред алтарем твоим моей падут рукою
   Со агнцами волы, и кровь прольют рекою".
   Венера вопреки: "Чтоб жертву мне принесть,
   Превыше моего достоинства та честь.
   Дщерей сидонских лук обычно воруженье,
   510 Котурн червленый - их всегдашне обувенье.
   Ты зришь селение и град финикиян,
   Воздвигнутый среди Ливийских диких стран.
   Дидоне надлежит трон, скипетр и порфира,
   От братней лютости убегшей втай из Тира.
   Пространна повесть вточь беседовать о сем,
   Но оную тебе вократце я повем.
   Сихей, с кем чувствия делила все Дидона,
   Меж знаменитыми болярами Сидона
   Превыше всех блистал имуществом своим,
   520 Несчастною вельми супругою любим.
   Сам Вил, ее отец, к сему ее вельможе
   Во цвете младости возвел на брачно ложе.
   По нем Пигмалион наследовал престол -
   Тиран, чудовище, составленно из зол.
   Сей варвар, лютою враждою распаленный
   И сребролюбием несытым ослепленный,
   Во храме, где Сихей втай жертву приносил,
   Нечестия рукой кинжал в него вонзил,
   Не уважая, коль от сицева урона
   530 Восплакати должна сестра его Дидона.
   И многи дни свое убийство сокрывал,
   Надеждой ложной льстец сестру упоевал.
   Впоследок спящей ей средь сонного виденья
   Является супруг, лишенный погребенья.
   Представ пред одр ее, подъемлет томный зрак,
   На коем мертвости напечатлен был мрак;
   Утаеваемый студ дому ей сказует,
   Кроваву грудь, мечем пронзенну, показует,
   И роковый алтарь, священно место жертв,
   540 При коем от руки злодея пал он мертв.
   Советует навек ей отчество оставить
   И в чуждые край течение направить;
   Сокрыто под землей сокровище свое
   Творя ей вестно, тем напутствует ее.
   Встревоженная сим видением Дидона,
   Готовит спутников бежать Пигмалиона.
   Собщаются с ней те в исканьи чуждых стран,
   Кому опасен был иль мерзостен тиран.
   550 Случившися суда отягощают златом;
   Несет по глубине на флоте ветр крылатом
   Богатство, чем душа царева разжжена.
   Отважно действие; вождь оного - жена.
   По трудном плаваньи сея страны достигли,
   И град, кой узришь днесь, на месте том воздвигли,
   Названье Бирзою которому дала
   Окрестность, кожею обмеренна вола".
   Начату повесть сим Венера прекратила.
   "Но вы из коих стран? Куда ваш путь?" - спросила.
   При слове сем Еней от сердца стон извлек.
   560 "О, если б с самого начала, - рождьшей рек,-
   Несчастия мои я стал повествовати,
   И время бы тебе дозволило внимати,
   Вечерня бы скоряй возникнула звезда,
   Я нежели б скончать мог повесть всю труда.
   Из древней Трои мы, от греков коя пала,
   (До слуху вашего коль Троя достизала),
   По грозной странствуя морь разных глубине,
   Случайной бурей к сей привержены стране.
   Я есмь Еней, о ком молва гремит трубою,
   570 Спасенных кой богов влачу средь вод с собою.
   Ищу Италии, где праотец мой жил,
   Которого Зевес с Електрою родил.
   В двадесяти судах предался я пучине,
   Последуя судьбам и рождьшей мя богине;
   Теперь остались седмь, сокрушены от волн,
   Сам нищ и никому незнаем, скорби полн,
   Скитаюсь по степям ливийским, чужестранец,
   Европы отчужден, из Азии изгнанец".
   Венера, речь преяв: "Кто б ни был ты таков,
   580 Не вовсе ты, - рекла, - оставлен от богов,
   Когда возмог в сии достигнути границы:
   Предстани пред лице Тирийския царицы.
   Предвозвещаю я: друзья твои спаслись,
   Неложным коль меня учила мать приметам
   По птичьим прорицать о будущих полетам.
   Взгляни на сих вверху двенадцать лебедей,
   На их смыкание во прежний строй грудей.
   Ниспад с превыспренней Зевесова перната
   590 И вринясь во среду полка сего крылата,
   По воздуху его пространну разгнала;
   Чуть лебеди корысть не сделались орла.
   Днесь ищут места сесть, и, не теряя строя,
   Друг за другом они садятся для покоя.
   Как крылием они взыграли закружась,
   Пустили сладкий глас, опять во сонм сложась.
   Флот тако твой достиг пристанища чрез волны,
   Иль парусы его в то вносят ветра полны.
   Ты точию дерзай и благодушен будь,
   600 С поспешностью гряди во предлежащий путь".
   Рекла, и выею, отвращшися, блеснула,
   Глава ее воней божественной дохнула;
   Спустяся по пятам, одежда повлеклась,
   Шаг зрети дал, коль вся в богиню облеклась.
   Что мать его - сия, уверясь чудесами,
   Сопровождал ее он сими словесами:
   "Почто и ты толь крат, сретаяся со мной,
   Мечтою льстиши мне, жестокая, одной?
   Почто со сыном сплесть руки не удостоишь,
   610 Обманчивое с ним беседованье строишь?"
   В роптаньи сицевом, Ахатом провожден,
   Как повелела мать, грядет во Карфаген.
   Венера мглою их густою одевает,
   И тем от зрения народного скрывает,
   Дабы никто не мог их шествия пресечь,
   Иль, любопытствуя, вступити с ними в речь.
   Сама, вознесшися в селения эфирны,
   Летит во Паф, где ей благоухают смирны;
   Венками алтари украшены стоят,
   620 Далече кои свой шлют окрест аромат.
   Два путника, несясь ведущей их тропою,
   Восходят спешною на верх горы стопою,
   Котора к строимой столице прилегла
   И ону очесам открыта всю могла.
   Чудится вождь троян великолепью града:
   Где прежде кущ был ряд, там здания громада;
   Чудится врат красе и башен высоте,
   И улиц камнями устланных чистоте,
   Бесперерывному работающих шуму,
   630 Которых упразднял и руки труд и думу.
   Иные стены, твердь их жительства, кладут,
   Другие к облакам верх крепости ведут,
   Катают по земли потребны для строенья
   Или подъемлют вверх огромные каменья.
   Здесь ров, где каждого быть храмине, ведом;
   Там зиждут пристань, там для зрелищ пышный дом;
   Иссечены из гор матерых камнем диким,
   Влекут столбы красу театрам превеликим.
   Так пчелы в летний день, как солнце востечет
   640 И трудолюбье их из улий извлечет,
   Под чистым воздухом, приятно растворенным,
   Летают по лугам, цветами испещренным,
   И члены бременят корыстию свои;
   Жужжат со старыми там юные рои.
   Одни в влагалищах мед, тиская, сдавляют,
   Другие нектаром их новым добавляют.
   Те, с поля общников сретаючи своих,
   От приобретений облегчевают их,
   Иль, праведной шумя противу трутней бранью,
   650 Напрасной не дают им пользоваться данью.
   Кипит работа их, не тщетен труд и пот,
   Далече в воздухе благоухает сот.
   Еней, на здания взирая, восклицает:
   "Блаженны, коих град до облак возницает!"
   Мглы мраком сам одет, народа во толпы,
   Невидим никому, несет свои стопы.
   Стоял зеленый лес во сердце нова града,
   Которого была тень жителям прохлада.
   Преплыв сидонцы понт, где ветр л

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 215 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа