Главная » Книги

Козлов Иван Иванович - Невеста Абидосская

Козлов Иван Иванович - Невеста Абидосская


1 2 3 4 5 6 7 8

  
  
  
  
  
   И. И. Козлов
  
  
  
  
  
   Невеста Абидосская
  
  
  
   Турецкая повесть лорда Байрона
  
  --------------------------------------
  
  И. И. Козлов. Полное собрание стихотворений
  
  Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание
  
  Л., "Советский писатель", 1960
  
  Вступительная статья, подготовка текста и примечания И. Д. Гликмана
  
  OCR Бычков М. Н. mailto:bmn@lib.ru
  --------------------------------------
  
  
  
  
  
  
  
   Ее императорскому величеству
  
  
  
  
  
   государыне императрице Александре
  
  
  
  
  
   Феодоровне с чувством сердечного
  
  
  
  
  
   благоговения всеподданнейше посвящает
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Иван Козлов
  
  
  
   Надежда и любовь полуночного края,
  
  
   Народа древнего царица молодая,
  
  
   О будь, хранимая всевышнего рукой,
  
  
   Блаженства русского прекрасною звездой!
  
  
  
   Безвестный я певец, забвенный житель мира;
  
  
   Дубравам и полям моя играет лира,
  
  
   Задумчиво поет мечты минувших дней,
  
  
   Порывы бурные и тайный пыл страстей.
  
  
   Дерзну ли я цветок убогий и смиренный,
  
  
   Подруга нежная владыки полвселенной,
  
  
   Дерзну ль тебе принесть? Кипит восторг живой...
  
  
   А струны робкие немеют пред тобой.
  
  
   Не сан блистательный, не почести земные,
  
  
   Но добродетели нетленные, святые
  
  
   Пленяют дух певца. - Тебя всещедрый бог
  
  
   России подарил; ты радости залог
  
  
   И чувств возвышенных пылающей душою,
  
  
   И сердца нежных дум небесной чистотою.
  
  
   Порукой прочною блаженства на земли
  
  
   Святая благодать семейственной любви;
  
  
   Блажен народ, когда всем правилам священным,
  
  
   Всем кротким должностям, от века неизменным,
  
  
   Творящим жизни путь вернее и светлей,
  
  
   Он видит образец в душе своих царей!
  
  
   О час, прекрасный час надежд, очарованья,
  
  
   Когда, священного полна воспоминанья,
  
  
   Ты в тайный тот чертог незримая спешишь,
  
  
   Где образ матери так набожно хранишь,
  
  
   И, тихо мрамора касаяся устами,
  
  
   Венчаешь хладный лик душистыми цветами,
  
  
   Бесценная слеза дрожит в твоих очах,
  
  
   А незабвенная ликует в небесах!
  
  
   Но знай, уж небеса тебя благословили;
  
  
   Четыре ангела тебе уж возвестили
  
  
   Награду чистую: любовь и благодать;
  
  
   И набожная дочь - счастливая ты мать.
  
  
   Пленителен, как ты, и пышно расцветая,
  
  
   Усердных россиян надежда дорогая,
  
  
   Порфирородный сын блистает пред тобой
  
  
   На всё прекрасное готовою душой;
  
  
   Им чувство новое твой жребий озарило;
  
  
   Предмет святых забот, забав товарищ милый,
  
  
   Он радость светлая твоих невинных дней...
  
  
   Дерзну ль я лирою нескромною моей
  
  
   Тебе напомянуть о тех минутах ясных,
  
  
   Когда ты вместе с ним, в тени садов прекрасных,
  
  
   Гуляешь, говоришь, и в юный, гибкий ум
  
  
   Вливаешь доброту и жар высоких дум?
  
  
   Иль, в час его забав, вечернею порою,
  
  
   Как волны звучные он детскою рукою
  
  
   Стремится рассекать сверкающим веслом
  
  
   И пена белая кипит под челноком,
  
  
   Ты, спутница его, и вдоль брегов тенистых
  
  
   Одна по з_е_ркальной равнине вод сребристых
  
  
   В том легком челноке летаешь вместе с ним:
  
  
   Прелестен он тобой, а ты прелестна им.
  
  
  
   И я не зрел его!.. И, жертва мрачной ночи,
  
  
   Мои потухшие, увы! не видят очи
  
  
   Священной красоты царицы молодой,
  
  
   Ни русского царя, любви земли родной,
  
  
   Чей первый царства день был днем
  
  
  
  
  
  
   бессмертной славы,
  
  
   Спасеньем алтарей, России и державы,
  
  
   Кто с братом доблестным пример величья дал,
  
  
   Какого мир земной не зрел и не слыхал!
  
  
   Но сердца моего восторг и умиленье
  
  
   Возносят ко творцу усердное моленье,
  
  
   Да светлая печать любви его святой
  
  
   Пребудет навсегда над ним и над тобой!
  
  
   Да солнце радости блестящими лучами
  
  
   Над русскою землей, над русскими морями
  
  
   Взыграет навсегда, - и мир, и тишину
  
  
   Прольет с высот небес на верную страну!
  
  
   Да вышний осенит державу Николая,
  
  
   И солнце вечное, вселенну обтекая,
  
  
   Не узрит ничего счастливее, славней
  
  
   Его высоких дел, твоих прекрасных дней!
  
  
  
  
  
   ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  
  Кто знает край далекий и прекрасный,
  
  
  
  Где кипарис и томный мирт цветут,
  
  
  
  И где они как признаки растут
  
  
  
  Суровых дел и неги сладострастной,
  
  
  
  Где нежность чувств с их буйностью близка,
  
  
  
  Вдруг ястреб тих, а горлица дика?
  
  
  
  Кто знает край, где небо голубое
  
  
  
  Безоблачно, как счастье молодое,
  
  
  
  Где кедр шумит и вьется виноград,
  
  
  
  Где ветерок, носящий аромат,
  
  
  
  Под ношею в эфире утопает,
  
  
  
  Во всей красе где роза расцветает,
  
  
  
  Где сладостна олива и лимон,
  
  
  
  И луг всегда цветами испещрен,
  
  
  
  И соловей в лесах не умолкает,
  
  
  
  Где дивно всё, вид рощей и полян,
  
  
  
  Лазурный свод и радужный туман,
  
  
  
  И пурпуром блестящий океан,
  
  
  
  И девы там свежее роз душистых,
  
  
  
  Разбросанных в их локонах волнистых?
  
  
  
  Тот край Восток, то солнца сторона!
  
  
  
  В ней всё дыш_и_т божественной красою,
  
  
  
  Но люди там с безжалостной душою;
  
  
  
  Земля как рай. Увы! зачем она -
  
  
  
  Прекрасная - злодеям предана!
  
  
  
  В их сердце месть; их повести печальны,
  
  
  
  Как стон любви, как поцелуй прощальный.
  
  
  
  
  
  
   2
  
  
  
  
   Собрав диван, Яфар седой
  
  
  
   Сидел угрюмо. - Вкруг стояли
  
  
  
   Рабы готовою толпой
  
  
  
   И стражей быть, и мчаться в бой.
  
  
  
   Но думы мрачные летали
  
  
  
   Над престарелою главой.
  
  
  
   И, по обычаям Востока,
  
  
  
   Хотя поклонники пророка
  
  
  
   Скрывают хитро от очей
  
  
  
   Порывы бурные страстей -
  
  
  
   Всё, кроме спеси их надменной, -
  
  
  
   Но взоры пасмурны, смущенны
  
  
  
   Являли всем, что втайне он
  
  
  
   Каким-то горем угнетен.
  
  
  
  
  
  
   3
  
  
  
  
   "Оставьте нас!" - Идут толпою.
  
  
  
   "Гаруна верного ко мне!"
  
  
  
   И вот Яфар наедине
  
  
  
   Остался с сыном. - Пред пашою
  
  
  
   Араб стоит. - "Гарун! скорей
  
  
  
   Иди за дочерью моей
  
  
  
   И приведи ко мне с собою;
  
  
  
   Но пережди, чтоб внешний двор
  
  
  
   Толпа военных миновала:
  
  
  
   Беда тому, чей узрит взор
  
  
  
   Ее лицо без покрывала!
  
  
  
   Судьба Зюлейки решена;
  
  
  
   Но ты ни слова; пусть она
  
  
  
  
   Свой жребий от меня узнаете.
  
  
  
   - "Что мне паша повелевает,
  
  
  
   Исполню я". Других нет слов
  
  
  
   Меж властелина и рабов.
  
  
  
   И вот уж к башне отдаленной
  
  
  
   Начальник евнухов бежит.
  
  
  
   Тогда, с покорностью смиренной,
  
  
  
   Взяв ласковый и нежный вид,
  
  
  
   Умильно сын к отцу подходит,
  
  
  
   И, поклонясь, младой Селим
  
  
  
   С пашою грозным речь заводит,
  
  
  
   С почтеньем стоя перед ним.
  
  
  
  
   "Ты гневен, - но чужой виною,
  
  
  
   Отец! сестры не упрекай,
  
  
  
   Рабыни черной не карай...
  
  
  
   Виновен я перед тобою.
  
  
  
   Сегодня раннею зарей
  
  
  
   Так солнце весело играло,
  
  
  
   Такою светлою красой
  
  
  
   Поля и волны озаряло;
  
  
  
   Мой сон невольно от очей
  
  
  
   Бежал; но грусть меня смущала,
  
  
  
   Что тайных чувств души моей
  
  
  
   Ничья душа не разделяла;
  
  
  
   Я перервал Зюлейки сон, -
  
  
  
   И как замки сторожевые
  
  
  
   Доступны мне в часы ночные,
  
  
  
   То мимо усыпленных жен
  
  
  
   Тихонько в сад мы убежали;
  
  
  
   И рощи, волны, небеса
  
  
  
   Как бы для нас цвели, сияли,
  
  
  
   И мнилось: наша их краса.
  
  
  
   Мы день бы целый были рады
  
  
  
   Вдаваться сладостным мечтам,
  
  
  
   Межнуна сказки, песни Сади {1}
  
  
  
   Еще милей казались нам, -
  
  
  
   Как вещий грохот барабана {2}
  
  
  
   Мне вдруг напомнил час дивана, -
  
  
  
   И во дворец являюсь я:
  
  
  
   К тебе мой долг меня приводит.
  
  
  
   Но и теперь сестра мой -
  
  
  
   Задумчива - по рощам бродит. -
  
  
  
   О, не гневись! толпа рабов
  
  
  
   Гарем всечасно охраняет,
  
  
  
   И в тихий мрак твоих садов
  
  
  
   Лукавый взор не проникает".
  
  
  
  
  
  
   4
  
  
  
  
   "О сын рабы! - паша вскричал. -
  
  
  
   Напрасно я надеждой льстился,
  
  
  
   Чтоб ты с годами возмужал.
  
  
  
   От нечестивой ты родился!
  
  
  
   Иной бы, в цвете юных дней,
  
  
  
   То борзых объезжал коней,
  
  
  
   То стрелы раннею зарею
  
  
  
   Бросал бы меткою рукою.
  
  
  
   Но, грек не верой, грек душой,
  
  
  
   Ты любишь негу и покой,
  
  
  
   Сидишь над светлыми водами
  
  
  
   Или пленяешься цветами;
  
  
  
   Ах! признаюсь, желал бы я,
  
  
  
   Чтоб, взор ленивый веселя,
  
  
  
   Хотя б небесное светило
  
  
  
   Твой слабый дух воспламенило!
  
  
  
   Но - нет! позор земли родной!
  
  
  
   О! если бурною рекой
  
  
  
   Полки московитян нахлынут,
  
  
  
   Стамбула башни в прах низринут
  
  
  
   И разорят мечом, огнем
  
  
  
   Отцов заветную обитель, -
  
  
  
   Ты, грозной сечи вялый зритель,
  
  
  
   Ты лен пряди, - а стук мечей
  
  
  
   Лишь страх родит в душе твоей;
  
  
  
   Но сам ты мчишься за бедою;
  
  
  
   Смотри же, чтоб опять с тобою
  
  
  
   Зюлейка тайно не ушла...
  
  
  
   Не то - вот лук и вот стрела!"
  
  
  
  
  
  
   5
  
  
  
  
   Уста Селимовы молчали;
  
  
  
   Но взор отцов, отцова речь
  
  
  
   Убийственней, чем русский меч,
  
  
  
   Младое сердце уязвляли.
  
  
  
   "Я сын рабы? я слаб душой!
  
  
  
   Кто ж мой отец?.. Давно б иной
  
  
  
   Пал мертвый за упрек такой".
  
  
  
   Так думы черные рождались,
  
  
  
   И очи гневом разгорались,
  
  
  
   И гнева скрыть он не хотел.
  
  
  
   Яфар на сына посмотрел -
  
  
  
   И содрогнулся... Уж являлась
  
  
  
   Кичливость юноши пред ним;
  
  
  
   Он зрит, как раздражен Селим
  
  
  
   И как душа в нем взбунтовалась.
  
  
  
   "Что ж ты ни слова мне в ответ?
  
  
  
   Я вижу всё - отваги нет, -
  
  
  
   Но ты упрям, - а будь ты смелый,
  
  
  
   И сильный, и годами зрелый,
  
  
  
   То пусть бы ты свое копье
  
  
  
   Переломил - хоть о мое".
  
  
  
   И взгляд презренья довершает
  
  
  
   Паши насмешливый укор;
  
  
  
   Но дерзкий вид, обидный взор
  
  
  
   Селим бесстрашно возвращает, -
  
  
  
   Сам гордо на него глядит,
  
  
  
   Гроза в очах его горит,
  
  
  
   И старец взоры опускает,
  
  
  
   И с тайной злобою молчит.
  
  
  
   "Он мне рожден для оскорбленья,
  
  
  
   Он мне постыл со дня рожденья.
  
  
  
   Но что ж? - его без силы длань
  
  
 &nbs

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 406 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа