Главная » Книги

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (1921-1929), Страница 28

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (1921-1929)



v align="justify">  
  
  
  
  В Лондоне покончили самоубийством два
  
  
  
   врача, братья-близнецы - Артур и Сидней
  
  
  
   Смит. Оба брата, посвятившие свою жизнь
  
  
  
   изучению болезни рака; очутились в крайней
  
  
  
   нужде, так как все свои средства истратили на
  
  
  
   дорого стоившие опыты, а государство
  
  
  
   отказалось оказать им поддержку.
  
  
  
  
  
  
  
   (Из белых газет.)
  
   Сколачивать повстанческие штабы
  
   В чужой стране... Свозить оружье, динамит...
  
   Вот тут поддержечка была бы!
  
   Не так, как двум врачам: их шансы были слабы.
  
   Лежат в могиле братья Смит.
  
   А имя Лоуренса "афганского" гремит!
  
  
  
   НЕСКРОМНЫЙ ВОПРОС
  
  
  
  
  В районе Панамского канала начались
  
  
  
   большие маневры американского флота, в
  
  
  
   которых участвуют 174 боевых единицы. Объект
  
  
  
   защиты и нападения - Панамский канал.
  
  
  
  
  
  
  
  
   (Из газет.)
  
   "Пакт Келлога" - и вдруг маневры, дух войны...
  
   Канал Панамский... Тьфу! Дойдешь до обалденья!
  
   Ну, разъясните ж - мы темны! -
  
   _А с чьей же это стороны_
  
   Ждать нужно на канал Панамский нападенья?
  
  
  
  
  ВРЕДИТЕЛИ
  
  
  
  
   I
  
   "Огонь по кулаку!" - "Огонь по темноте!"
  
  
  
  
  - Готово!
  
   Но в дело всюду ль мы переключаем слово?
  
   А вот у кулака так лозунги не те.
  
   Уж если он решил: "Огонь по бедноте!",
  
  
  Так тут запахнет уж поджогом,
  
  
  Внезапно вспыхнувшей избой
  
  
  - Бедняцкою, само собой! -
  
  
  И вспыхнувшим бедняцким стогом.
  
   А городской наш враг? Забыли мы о нем?
  
  
  Мы у него не под огнем?
  
   В газетах пишется, поди-ко-ся, недаром:
  
   Тут уничтожены две фабрики пожаром,
  
  
  Там невзначай сгорел завод.
  
  
  "Ведется следствие". И вот -
  
   Еще при помощи карательного свода
  
  
  Не уничтожен "корень зла",
  
  
  Как от соседнего завода
  
  
  Осталась черная зола!
  
   "Пора, пора прийти нам к выводу простому,
  
  
  Чтоб натиск вражеский отбить:
  
  
  "Речей не тратить попустому,
  
  
  Где нужно власть употребить!"
  
  
  
  
   II
  
   Живут себе да живут на белом свете,
  
   В богатовском сельсовете,
  
   В округе Шахтинско-Донецком,
  
   При правлении советском,
  
   Не один кулацкий кружок, а целых три,
  
   Подтачивая советскую власть изнутри.
  
  
  В первом кружке кулаки - Коренцов,
  
  
  
  
  
  Борисов да Назаров -
  
   Стряпают "слушки" для темных базаров,
  
   "Лгут всяк зол глагол"
  
   Про вред колхозов и школ.
  
  
  Второй кружок, где "за атаманов"
  
   Кулак Кубашкин да подкулачник Пузанов,
  
   Ведет средь бедноты агитацию,
  
   Выдает кулакам аттестацию:
  
   "Выбирайте в совет не бедняков,
  
   Не середняков,
  
   А зажиточных мужиков:
  
   Умный мужик Разуваев,
  
   Дошлый мужик Колупаев.
  
   Они приструнят шалопаев,
  
   Они заставят крикунов
  
   Ходить без штанов.
  
   Зато тем, кто им окажет уважение,
  
   Будет всякое воспоможение,
  
   Бери, получай -
  
   Вот тебе сахар и чай,
  
   И семенная ссуда,
  
   И... с водчонкой посуда!
  
   После выборов выпить извинительно".
  
   До чего соблазнительно!
  
  
  У третьего кулацкого кружка
  
   Председатель - башка.
  
   Ну, как не назвать его,
  
   Товарища Алпатьева?!
  
   Вот чья ласка мила, чья страшна угроза,
  
   Особливо во внимание беря,
  
   Что он и председатель колхоза
  
   Под названием "Заря".
  
   С кулачьем ведет он дружбу большую,
  
   Кулаки у него одесную
  
   И ошую:
  
   Сообща они ратуют за бога,
  
   Сообща борются против сельхозналога,
  
   Сообща делают возражения
  
   Против самообложения,
  
   Сообща пишут в газету:
  
   "У нас кулаков нету!",
  
   К займу индустриализации не скрывают вражды
  
   И выбалтывают секрет всех кулацких секретов:
  
   "Не видим никакой скоропалительной нужды
  
   В перевыборе сельсоветов!"
  
  
  Разошелся Алпатьев во всю прыть,
  
   Так объявилась "учительша" Воинова,
  
   Стала она Алпатьева крыть,
  
   Как человека недостойного.
  
   Вломился Алпатьев в амбицию,
  
   Порвал на учительше всю амуницию,
  
   Вцепился учительше в волосья,
  
   Хвать клок! Хвать другой! Хвать! Хвать! Хвать!
  
   "Ах ты, кривая Федосья!
  
  
  Будешь меня критиковать?!
  
   Иска-ле-чу!
  
   И-зу-ве-чу!"
  
  
  Притих весь избирком,
  
  
  Как Алпатьев тенорком
  
   Начал за здравие,
  
   Кончил за упокой:
  
   "Моя власть! Мое самодержавие!
  
   Идите вы все к р-р-растакой!!!"
  
  
  Пошел избирком, чуть не плача:
  
   "Вот так зада-а-а-ча!"
  
   "Вот и говори,
  
   Что перевелись цари!"
  
   "Ах, ты мать ево, переметь ево,
  
   Этого самого Алпатьева!"
  
   "Вырос клещ на нашем теле!"
  
   "Ца-арь, всамделе:
  
   Он те плюнет, ты утрешься!"
  
   "Тронь его, беды не оберешься!"
  
   Ай, мужики, надо ж быть храбрей,
  
   Храбрей да мудрей,
  
   Так не будет этаких "царей".
  
   Кто сказал, что Алпатьева страшно трогать?
  
   Вот я беру его под ноготь!
  
   А теперь поглядим:
  
   Остался ли он невредим?
  
  
  
  
   III
  
   Терский округ. Хутор Подольский.
  
   Другие люди, другой размах.
  
   Член избиркома, возраст не комсомольский,
  
   Солидный товарищ - Стельмах.
  
   Приехал Стельмах согласно чину-званию
  
   Проводить предвыборную кампанию,
  
   Остановился у знакомого человечка.
  
   Хор-р-ро-шая штучка - печка!
  
   Шуба - с плеч! Валенки - с ног!
  
   Бррррр.
  
   Пр-р-родр-р-рог!
  
   В избу той порой набилось народу,
  
   Не какого-либо сброду,
  
   Пришли не бедняки,
  
   Тем паче не коммунисты,
  
   А первейшие кулаки,
  
   Богомольные баптисты,
  
   И давай Стельмаха "отогревать",
  
   Баптистские песни ему напевать,
  
   Внушать умному Стельмаху:
  
   "Не дайте, товарищ, маху!
  
   Кулаков у нас нет!
  
   Какая у нас борьба классов?
  
   Перед богом - общий ответ!"
  
   На выборах прошел не бедняк в совет,
  
   А кулак Шелкоплясов!
  
  
  Ах, ах, ах!
  
   Стельмах, Стельмах!
  
   Сумели тебя баптисты растрогать!
  
   За то, что не поддержал бедноты,
  
   Ложись-ка и ты
  
   Под мой безжалостный ноготь!
  
   Это не божий - но страшный! - суд:
  
   Тут баптисты тебя не спасут!
  
  
  МНОГО У НАС КУЛАКОВ, А ЕЩЕ БОЛЬШЕ...
  
  
   Пишет нам товарищ Овчаров из Армавира,
  
  
  Где окружная посевная штаб-квартира,
  
  
  Про что, бишь, пишет?.. Да вот
  
  
  Насчет предвесенних хлопот.
  
  
  
  Тут хлопочут,
  
  
   Там хлопочут,
  
  
   Везде хлопочут,
  
  
   А в Армавире хохочут:
  
  
   "Ха-ха-ха! Москва бьет тревогу
  
  
   Опять
  
  
   Почему, не понять.
  
  
   А у нас дела, ну, ей-богу,
  
  
   На ять!"
  
  
  
  Пахнет действительно ятью,
  
  
   Которую подвергли изъятью.
  
  
   Кой-кого и тут не пришлось бы изъять.
  
  
  
  Начнем для разгона
  
  
   С Ново-Александровского района.
  
  
   Тут есть районная посевтройка.
  
  
   Ей уж была однажды головомойка
  
  
   За не слишком ретивые дела.
  
  
   Была? - Была!
  
  
   Попало? - Попало!
  
  
   Здесь пристанционное Положение.
  
  
   Здесь районное машиноснабжение.
  
  
  На радость хуторского и станичного люда
  
  
  Идут повестки отсюда:
  
  
  "Приезжайте машины получать!"
  
  
  Подпись. Печать.
  
  
  Не боясь морозной погоды,
  
  
  Приезжают подводы.
  
  
  Стоят подводы.
  
  
  "Вот беда! Вот беда!"
  
  
  "Время уходит. Расходы".
  
  
  "Нет у людей никакого стыда!"
  
  
  "Зачем нас вызывали сюда?"
  
  
  Идут, вздыхая, к машинному штабу,
  
  
  К пред-ко-оп-маш-снабу:
  
  
  "Товарищ Пух! А товарищ Пух!
  
  
  Никак ты от спячки распух?
  
  
  Где же машины? Ведь это ж не честно:
  
  
  Вызвал нас, а машин-то и нет!
  
  
  Когда ж они будут?"
  
  
   Ответ:
  
  
  "Не-из-вест-но!
  
  
  Где-то... есть такой слух...
  
  
  Задержались на железной дороге".
  
  
  "Так-так-так!"
  
  
   "Ух, ты - Пух!"
  
  
   "Распапух!"
  
  
  "Ведь весна на пороге!"
  
  
  Армавир. Казенное здание.
  
  
  Окружное посевное заседание
  
  
  С деловым отчетом,
  
  
  С цифровым подсчетом:
  
  
  "Семьсот... Пятьсот... Два ноля...
  
  
  Скоро выйдет из-под снега земля.
  
  
  Дело у нас идет показательно,
  
  
  Зерноочистку к 20-му февраля
  
  
  На все сто процентов проведем обязательно!"
  
  
  Деловой отчет,
  
  
  Цифровой подсчет
  
  
  Не на одной бумажной странице.
  
  
  А в Ново-Алексеевской станице,
  
  
  А в Чаплинской станице,
  
  
  А в Константинова тоже
  
  
  Дело на отчет не похоже.
  
  
  Без пользы - меж тем уходит пора! -
  
  
  Стоят сортировки и триера.
  
  
  "Да, зима, братец, это -
  
  
  Не лето.
  
  
  В холод этакий ежели не прогреешь нутра..."
  
  
  Сортировщики дружно с утра
  
  
  Прогреваются где-то!
  
  
  Время - советское, а картина - стара.
  
  
   Еще одна картина бытовая:
  
  
   Станица - Передовая,
  
  
  Отраднинский район.
  
  
  "Передовая отрада!"
  
  
  Иконы! Лампада!
  
  
  Портреты вождей у икон!
  
  
  "Сельхозтоварищи" местные,
  
  
  Члены правления,
  
  
  Люди хорошие, честные,
  
  
  Лучшие из всего населения:
  
  
  Кендюхов, Дублин и Чернов.
  
  
  Не суетятся. Не имеют причины.
  
  
  Спокойные мужчины.
  
  
  В Передовой - не любят обнов:
  
  
  Ни одной зерноочистительной машины!
  
  
  Под тяжестью тайных грехов
  
  
  Богомольный Кендюхов,
  
  
  Прерывая с женой перебранку,
  
  
  Торопится в церковь спозаранку.
  
  
  А Дублин с Черновым
  
  
  Занимаются делом тоже не новым:
  
  
  Пьют и пьют беспросветно!
  
  
  Пьют да песни поют!
  
  
  В станице Михайловской не отстают.
  
  
  Перегнали даже Передовую заметно.
  
  
  Спрос на машины со всех сторон,
  
  
  А у Михайловских организаторов
  
  
  На прокатном пункте - район! -
  
  
  Четыре буккера, шесть борон,
  
  
  Сколько-то там культиваторов,
  
  
  Да сеялок пара кукурузных.
  
  
  Не придумать запасов более конфузных!
  
  
  А то, что есть на пункте зерноочистительном, -
  
  
  В порядке самом непростительном:
  
  
  Триер один - в разряде больных,
  
  
  А два остальных,
  
  
  Хоть они не в ремонтной больнице,
  
  
  А в станице Михайловской пока,
  
  
  Но - под замком. А ключ от замка
  
  
  В другой, Петропавловской станице!
  
  
   Зато у какого-то Максимова
  
  
  - Пошли ему бог ярового и озимого! -
  
  
  Собственный триер болезни не обнаруживает,
  
  
  За плату сторонних посевщиков обслуживает,
  
  
  Владельцу деньги сколачивает,
  
  
  Советский фундамент подтачивает,
  
  
  Советской конкуренции не пугается.
  
  
  Все как быть полагается,
  
  
  Потому, что опричь кулаков,
  
  
  Нам вредящих при самомалейшей возможности,
  
  
  Много пьяниц у нас, пентюхов, колпаков,
  
  
  Тормозящих дела боевой неотложности.
  
  
  
  
  НЕ СТРАШНО
  
  
  Один кулак -
  
  
  Не дурак,
  
  
  Прикинувшись селькором,
  
  
  Настрочил письмишко в газету "Батрак",
  
  
  Письмишко, в котором -
  
  
  Всей бедноте деревенской на страх -
  
  
  Преподнес такое сообщение:
  
  
  "Пастушеский прах!"
  
  
  "Кулацкое мщение!"
  
  
  "Кулаки пастуха излишне зубастого,
  
  
  Зубастого да горластого
  
  
  (Имя, фамилия,
  
  
  У такой-то деревни, в лесу, на бугре),
  
  
  За его постоянные усилия
  
  
  Мешать кулацкой игре
  
  
  Сожгли живьем... на костре!"
  
  
   Вот как! Бойтесь кулацкого племени!
  
  
  Грозен, дескать, кулацкий озлобленный дух!
  
  
  В "Батраке", однако, по малом времени,
  
  
  Отозвался письмом... сам "сожженный" пастух!
  
  
  Он жив. Он находится в полном здоровьи.
  
  
  Он проходит в уезде курсы коровьи.
  
  
  Он будет не только хлопать бичом:
  
  
  Он станет сельским коровьим врачом.
  
  
  Что ж касается шутки кулацкой,
  
  
  Угрозы газетной, дурацкой:
  
  
  "Прикуси язычок, а то больно остер!
  
  
  Не то попадешь на кулацкий костер!" -
  
  
  То сколько б их ни было, богатеев бодливых.
  
  
  Пастухи нынче тоже не из пугливых.
  
  
  Знают крепко, порядок советский каков
  
  
  Для слишком бодливых кулацких быков
  
  
   Нет, пустыми тревогами мы себя не тревожим,
  
  
  Что кулацкий-де бык не всегда одолим.
  
  
  Любого быка - при нужде - мы стреножим,
  
  
  Любому быку мы рога подпилим!
  
  
  
  СОЮЗ "ПО ГРОБ ЖИЗНИ"
  
  
  
  
  В итоге первой переписи населения
  
  
  
   Ватиканского государства папских подданных
  
  
  
   оказалось 450 человек.
  
  
   Не государство - ерунда:
  
  
   На полверсты кругом граница.
  
  
   Но от него вреда, вреда!
  
  
   Так много яду

Другие авторы
  • Чертков Владимир Григорьевич
  • Савинов Феодосий Петрович
  • Чехова Мария Павловна
  • Никитенко Александр Васильевич
  • Федотов Павел Андреевич
  • Агнивцев Николай Яковлевич
  • Рашильд
  • Нэш Томас
  • Боборыкин Петр Дмитриевич
  • Успенский Николай Васильевич
  • Другие произведения
  • Осипович-Новодворский Андрей Осипович - Эпизод из жизни ни павы, ни вороны
  • Плетнев Петр Александрович - Из писем П. А. Плетнева - В. А. Жуковскому
  • Крашенинников Степан Петрович - Описание камчатского народа, сочиненное по оказыванию камчадалов
  • Кедрин Дмитрий Борисович - День гнева
  • Жулев Гавриил Николаевич - Стихотворения
  • Корнилович Александр Осипович - Утро вечера мудренее
  • Белый Андрей - Л. К. Долгополов. Творческая история и историко-литературное значение романа А. Белого "Петербург"
  • Писарев Дмитрий Иванович - Генрих Гейне
  • Некрасов Николай Алексеевич - Молодик на 1843 год. Часть первая
  • Корнилов Борис Петрович - Стихотворения
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 250 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа