Главная » Книги

Востоков Александр Христофорович - Стихотворения, Страница 3

Востоков Александр Христофорович - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

lign="justify">  
   В подобье тусклого зерцала,
  
  
   И мгла синелася вдали
  
  
   На гор хребте уединенном.
  
  
   В безмолвном торжестве священном
  
  
   80 Дубравы и поля легли.
  
  
   Крылами мягко помавая,
  
  
   Зефир прохладу в грудь мне лил,
  
  
   С ветвей на ветки он порхая,
  
  
   Тихонько листья шевелил,
  
  
   Цветов ночных благоуханья
  
  
   Вносил мне в нервы обонянья, -
  
  
   Мои все чувства нежил он.
  
  
   А с ним, скользнув под сени темны
  
  
   И мне смежив зеницы томны,
  
  
   90 Объял все чувства сладкий сон.
  
  
   Лишь вдался я ему, чудесным
  
  
   Меня восхитил он крылом
  
  
   И перенес к странам безвестным.
  
  
   Я смутный кинул взор кругом:
  
  
   Везде равнины, лишь к востоку
  
  
   Увидел гору я высоку
  
  
   И к оной множество путей.
  
  
   Из них одни вели дугами,
  
  
   Другие блатами, буграми -
  
  
  100 Сквозь дичь лесов, сквозь зной степей.
  
  
   При оных мне путях стоящу
  
  
   Предстала некая жена,
  
  
   И я ее узрел, держащу
  
  
   Обвитый крином скиптр. Она
  
  
   В двуцветну ткань была одета,
  
  
   На коей нежно зелень лета
  
  
   Спряглась с небесной синетой.
  
  
   Ступая ж поступью свободной,
  
  
   Соединяла в благородной
  
  
  110 Осанке важность с простотой.
  
  
   Как нивами покрыты холмы
  
  
   Волнуются от ветерков,
  
  
   Так точно груди млекополны,
  
  
   Которых скрыть не смел покров,
  
  
   Дыханьем кротким волновались,
  
  
   И реки млечны изливались
  
  
   Из оных, всяку тварь поя.
  
  
   По прелестям ее священным
  
  
   Блуждал я оком восхищенным,
  
  
  120 И в ней узнал Природу я.
  
  
   Толико благолепна взору
  
  
   Она явившись моему
  
  
   И скиптром указав на гору,
  
  
   Рекла: "Стремленью твоему
  
  
   Ты видишь цель; по сим долинам,
  
  
   Сквозь те леса, по тем стремнинам
  
  
   Достигнешь на священный верх,
  
  
   На верх возможного блаженства,
  
  
   Изящности и совершенства,
  
  
  130 Который лучше тронов всех".
  
  
   "Но возвести мне, о Природа!
  
  
   (Дерзнул я обратить к ней речь)
  
  
   На высоту сего восхода
  
  
   Равно ли трудно всем востечь?
  
  
   Или мне думать, что пристрастье
  
  
   К иным ты кажешь, - вечно счастье
  
  
   И вечно им успехи шлешь?
  
  
   Что ты, лишь только их рождаешь,
  
  
   Любимцами предызбираешь
  
  
  140 И все таланты им даешь?
  
  
   Ах, нет! как смертному возможно
  
  
   Тебя в неправости винить!
  
  
   Открой мне, не сужу ль я ложно,
  
  
   Потщись сомненье разрешить!"
  
  
   На то богиня отвечала:
  
  
   "Я всем живущим даровала
  
  
   Орг_а_ны, свойственные им;
  
  
   Орг_а_ны те благонаправить
  
  
   Или в бездействии оставить -
  
  
  150 Даю на волю им самим.
  
  
   В ком есть желанье, всяк способен
  
  
   Возвысить дух свой, просветить
  
  
   Свой разум. Пашне он подобен,
  
  
   Могущей всё произрастить,
  
  
   Когда приложит пахарь руку.
  
  
   Терпением стяжай науку,
  
  
   Которой ты себя обрек.
  
  
   Счастливейший на свете гений,
  
  
   Уснув в вертепе вредной лени,
  
  
  160 Парнаса не достигнет ввек".
  
  
   Рекла - и с кротостью воззрела.
  
  
   "Хочу, - примолвила она, -
  
  
   Чтоб райского того предела
  
  
   Была вся прелесть явлена
  
  
   Твоим, о смертный, взорам бренным".
  
  
   Я пал и с духом восхищенным
  
  
   Благодарить ее хотел.
  
  
   Но божество внезапно скрылось,
  
  
   Всё вкруг меня преобратилось,
  
  
  170 И я - Парнаса верх узрел.
  
  
   Там лавров, пальм и мирт зеленых
  
  
   Кусты благоуханье льют,
  
  
   В брегах цветущих, осененных
  
  
   Ручьи кристальные текут.
  
  
   Там вечно ясен свод небесный.
  
  
   В лугах и в густоте древесной
  
  
   Поэтов сонмы я встречал;
  
  
   Сотворший "Илиаду" гений
  
  
   Над вечным алтарем курений
  
  
  180 Во славе тамо председал.
  
  
   Клопшток, Мильтон, в короне звездной,
  
  
   Сияли по странам его.
  
  
   Там Геснер, Виланд, Клейст любезный -
  
  
   Поэты сердца моего.
  
  
   Там Лафонтен, питомец граций,
  
  
   Анакреон, Насон, Гораций,
  
  
   Вергилий, Тасс, Вольтер, Расин,
  
  
   О радость! зрелись и из россов
  
  
   Великий тамо Ломоносов,
  
  
  190 Державин, Дмитрев, Карамзин.
  
  
   В приятной дебри, меж холмами,
  
  
   Отверстый отовсюду храм,
  
  
   Огромно подпертый столпами,
  
  
   Моим представился очам.
  
  
   Во оном трон младого Феба
  
  
   И муз, прекрасных дщерей неба.
  
  
   Во оном славные творцы,
  
  
   Друзья людей, друзья природы,
  
  
   Которых память чтят народы,
  
  
  200 Которы были мудрецы, -
  
  
   Прямые мудрецы, на деле,
  
  
   Не только на словах одних, -
  
  
   В эфирном мне являлись теле,
  
  
   В беседах радостных, святых
  
  
   Красно, премудро совещали
  
  
   И взор любови обращали
  
  
   На просвещенный ими мир.
  
  
   Блаженством их венчались чела,
  
  
   Божественность в очах горела,
  
  
  210 Их голос - звон небесных лир.
  
  
   Средь дивного сего чертога,
  
  
   В соборе девственных сестер,
  
  
   Изящности я видел бога.
  
  
   На арфу персты он простер.
  
  
   Из струн звук сребрян извлекая
  
  
   И с оным глас свой сопрягая,
  
  
   Воспел бессмертно-юный бог.
  
  
   Я взор не мог насытить зреньем
  
  
   Его красот, ни ухо пеньем
  
  
  220 Насытить сладким я не мог.
  
  
   Власы его златоволнисты
  
  
   Лились по статным раменам,
  
  
   И благогласный тенор чистый
  
  
   Звенящим жизнь давал струнам:
  
  
   Он пел - и всё вокруг молчало,
  
  
   И всё вокруг вниманьем стало;
  
  
   Из алых уст его текла
  
  
   Премудрость, истина и сладость,
  
  
   И неизменна чувствий младость
  
  
  230 В речах его видна была.
  
  
   То вопль Сизифов безотрадный,
  
  
   То зов сирен, то Зевсов гром
  
  
   Ловил в той песни слух мой жадный.
  
  
   Воскликнуть, пасть пред божеством
  
  
   Готов я был во исступленье,
  
  
   И вздрогнул - сильное движенье
  
  
   Меня отторгло вдруг от сна
  
  
   На утренней траве росистой -
  
  
   То пели птички голосисты
  
  
  240 Восшедшему светилу дня.
  
  
   Апрель 1801
  
  
   9. ВИДЕНИЕ В МАЙСКУЮ НОЧЬ
  
  
  
  
  К ФЛОРУ
  
  
  Майска тиха ночь разливала сумрак.
  
  
  Голос птиц умолк, ветерок прохладный
  
  
  Веял, златом звезд испещрялось небо,
  
  
   Рощи дремали.
  
  
  Я один бродил, погруженный в мысли
  
  
  О друзьях моих, вспоминал приятность
  
  
  Всех счастливых дней, проведенных с ними,
  
  
   Видел их образ.
  
  
  "Где ты, мой Клеант! - я, вздыхая, думал, -
  
   10 Чтоб со мной теперь разделять восторги?
  
  
  Где вы все? где Флор? где Арист? Филон мой
  
  
   Где незабвенный?
  
  
  Утром цвел!.. о Флор! не давно ли плачем
  
  
  По Филоне мы? Уж весна двукратно
  
  
  Оживляла злак над его могилой,
  
  
   Птички любились".
  
  
  Я вздыхал и, взор устремив слезящий
  
  
  На кусты, на дерн, вопрошал Природу:
  
  
  "Друг у нас зачем с превосходным сердцем
  
   20
  Отнят так рано?"
  
  
  Мне была в ответ - тишина священна!
  
  
  Дале вшел я в лес, оперся на древо;
  
  
  Листвий сладкий шум вовлекал усталы
  
  
   Чувства в забвенье.
  
  
  Вдруг из мрака бел мне явился призрак,
  
  
  Весь в тумане, он приближался тихо,
  
  
  Не был страшен мне, я узнал в нем милый
  
  
   Образ Филона:
  
  
  Благовиден, млад, он взирал как ангел,
  
   30 Русы по плечам упадали кудри,
  
  
  Нежность на устах, на челе спокойство
  
  
   Изображались.
  
  
  Он уста отверз, - как с журчащим током
  
  
  Шепчет в дебрях гул или арфу барда
  
  
  Тронет ветер - так мне влиялся в ухо
  
  
   Голос эфирный.
  
  
  Он гласил: "Мой друг, веселись, не сетуй;
  
  
  Я живу, - излей и во Флора радость
  
  
  О судьбе моей, а свою с терпеньем
  
   40
  Участь сносите.
  
  
  Всё возможно? Зришь ли миры блестящи
  
  
  Тамо, землю здесь? Что она пред ними,
  
  
  То и жизнь твоя пред другими жизньми
  
  
   В вечной Природе.
  
  
  Ободрись же ты и надейся с Флором
  
  
  Лучших жизней там; но не скорбью тщетной -
  
  
  Благородством чувств и любовью к благу
  
  
   Чти мою память!"
  
  
  Он исчез. "Филон! мой любезный, где ты?"
  
   50 Руки я к нему простирал в тумане,
  
  
  Сердце билось - ах! Но повсюду были
  
  
   Мрак и безмолвье.
  
  
  Январь 1802
  
  
  
  10. СВЕТЛАНА И МСТИСЛАВ
  
  
  Богатырская повесть в четырех песнях
  
  
  
   ПЕСНЬ ПЕРВАЯ
  
  
   Светлана в Киеве счастливом
  
  
   Красой и младостью цвела
  
  
   И изо всех красавиц дивом
  
  
   При княжеском дворе была.
  
  
   Но более еще сияла
  
  
   Душевной прелестью она,
  
  
   С приятством кротость съединяла,
  
  
   Была невинна и умна,
  
  
   Князей, богатырей и гридней {1}
  
  
  10 Всегда текла толпа за ней.
  
  
   "Светлана Лады миловидней!" -
  
  
   Баяны {2} напевали ей.
  
  
   И кто б, воззрев, не покорился
  
  
   Ее божественным очам!
  
  
   В любви достойную влюбился
  
  
   Великий князь Владимир сам.
  
  
   "Люби меня, девица красна! -
  
  
   Владимир-солнце {3} ей твердит. -
  
  
   Волненье, муки сердца страстна
  
  
  20 Приятный взор твой утолит,
  
  
   Люби меня! Во ткани златы
  
  
   Твою одену красоту,
  
  
   Дам волости тебе богаты
  
  
   И всем княгиням предпочту!
  
  
   Склонись!" Но тщетно он слагает
  
  
   Пред нею княжескую власть,
  
  
   Он тщетно молит, угрожает:
  
  
   Она его отвергла страсть!
  
  
   Какая ж бы, он мнит, причина
  
  
  30 Сея холодности была?
  
  
   Но ах, когда б он знал, что сына
  
  
   Ему Светлана предпочла!
  
  
   К отцу из своего удела
  
  
   Тмутараканский прибыл князь.
  
  
   Светлана юношу узрела -
  
  
   Заискрелась и разлилась
  
  
   Любовь в груди девицы красной.
  
  
   От всех она ее таит;
  
  
   Но ей изменит вздох всечасный
  
  
  40 И разгорание ланит.
  
  
   Вступал ли в стремена златые
  
  
   На играх рыцарских Мстислав,
  
  
   Метал ли копья из десныя
  
  
   В высоку цель, иль, щит подъяв,
  
  
   Скакал чрез поприще широко,
  
  
   Одолеваючи князей, -
  
  
   За ним ее летало око,
  
  
   И сердце трепетало в ней.
  
  
   Уже ты, бедная, мечтаешь
  
  
  50 О нем во сне и на яву,
  
  
   И злых людей не примечаешь:
  
  
   Разносят о тебе молву!
  
  
   Но киевского слух владыки
  
  
   Молва сия, как гром, разит;
  
  
   Немедля сына князь великий
  
  
   В чертог к себе призвать велит.
  
  
   "На то ль ты, отрок дерзновенный!
  
  
   Удельный град оставил свой, -
  
  
   Вещал Владимир раздраженный, -
  
  
  60 Чтоб отчий нарушать покой?
  
  
   Уже девиц ты обольщаешь,
  
  
   Злосчастный! Сеешь здесь раздор!
  
  
   О, ты мне сердце отравляешь,
  
  
   Оставь немедленно мой двор!"
  
  
   "Отец мой! - с должным преклоненьем
  
  
   Млад витязь изумленно рек, -
  
  
   Скажи, каким я преступленьем
  
  
   Вдруг гнев твой на себя навлек?"
  
  
   - "Каким! Личиною обмана
  
  
  70 Свои ты хочешь козни скрыть:
  
  
   Не влюблена ль в тебя Светлана?
  
  
   Не ты ль дерзнул ее прельстить?"
  
  
   "Что слышу! Я любим Светланой!
  
  
   Ах, вподлинну ль, родитель мой,
  
  
   Столь счастлив я? Стократ желанной
  
  
   Я мог ли вести ждать такой!..
  
  
   Явлю во всем повиновенье,
  
  
   Во всем, - лишь мне Светлану дай.
  
  
   Готов идти я в заточенье,
  
  
  80 Но с ней меня не разлучай!"
  
  
   Кто гнев Владимира опишет,
  
  
   Борьбу страстей жестоких в нем!
  
  
   Он ревностью, досадой дышит,
  
  
   Врага он в сыне зрит своем.
  
  
   "Не будь ко мне жестокосердым, -
  
  
   Прекрасный продолжал Мстислав,
  
  
   Почтительно, но гласом твердым,
  
  
   К ногам родительским припав. -
  
  
   Мой князь, тебя я почитаю,
  
  
  90 Отец мой, я тебя люблю,
  
  
   Но я Светлану обожаю
  
  
   И никому не уступлю!"
  
  
   С сим словом встал и распростился
  
  
   С умолкшим в ярости отцом,
  
  
   От коего он известился
  
  
   Теперь лишь только сам о том.
  
  
   Но сам еще не доверяет

Другие авторы
  • Козачинский Александр Владимирович
  • Рубан Василий Григорьевич
  • Арнольд Эдвин
  • Комаров Александр Александрович
  • Невельской Геннадий Иванович
  • Соймонов Федор Иванович
  • Бахтин Николай Николаевич
  • Венгеров Семен Афанасьевич
  • Осипович-Новодворский Андрей Осипович
  • Венгерова Зинаида Афанасьевна
  • Другие произведения
  • Андерсен Ганс Христиан - Тетушка Зубная боль
  • Прутков Козьма Петрович - Опрометчивый Турка, или: Приятно ли быть внуком?
  • Малышкин Александр Георгиевич - А. Г. Малышкин: биографическая справка
  • Быков Петр Васильевич - Ф. Н. Устрялов
  • Антоновский Юлий Михайлович - Джордано Бруно. Его жизнь и философская деятельность
  • Страхов Николай Николаевич - Последний ответ г. Вл. Соловьеву
  • Констан Бенжамен - Адольф
  • Маяковский Владимир Владимирович - Стихотворения (1927)
  • Плещеев Алексей Николаевич - Л. С. Пустильник. Статьи А. Н. Плещеева о Шекспире
  • Зелинский Фаддей Францевич - Иннокентий Фёдорович Анненский как филолог-классик
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 304 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа