Главная » Книги

Полонский Яков Петрович - Стихотворения, Страница 6

Полонский Яков Петрович - Стихотворения


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

iv>
  
  Без надежды на мир и свидание
  
  
  Навсегда я простился с тобой.
  
  
  Но боюсь - если путь мой протянется -
  
  
  Из родимых полей в край чужой -
  
  
  Одинокое сердце оглянется
  
  
  И сожмется знакомой тоской. -
  
  
  Вспомнит домик твой - дворик, увешанный
  
  
  Виноградными лозами - тень -
  
  
  Где твоим лепетаньем утешенный,
  
  
  Я вдавался в беспечную лень.
  
  
  Вспомнит роз аромат над канавою,
  
  
  Бубна звон в поздний вечера час,
  
  
  Твой личак - и улыбку лукавую
  
  
  И огонь соблазняющих глаз.
  
  
  Все, что было обманом, изменою,
  
  
  Что лежало на мне словно цепь,
  
  
  Все исчезло из памяти с пеною
  
  
  Горных рек, вытекающих в степь.
  
  
  10 июня 1851
  
  
  
   1850-е годы
  
  
  
  
  ВРЕМЕНИ
  
  
   Зачем до сей поры тебя изображают
  
  
  С седыми прядями на сморщенных висках,
  
  
  Тогда как у тебя на юных раменах
  
  
   Лишь только крылья отрастают?
  
  
  О время, пестун наш! - на слабых помочах
  
  
  Ты к истине ведешь людей слепое племя
  
  
  И в бездну вечности роняешь их, как бремя,
  
  
   И бремя новое выносишь на плечах.
  
  
  Счастливый грек тебя, как смерти, ужасался,
  
  
  Он в руки дал тебе песочные часы,
  
  
  Косой вооружил и в страхе повергался
  
  
   Пред лезвием твоей сверкающей косы.
  
  
  А мы, среди своих попыток и усилий
  
  
  Склонив перед тобой бесславное чело,
  
  
  Твердим: когда-нибудь, авось, погибнет зло
  
  
  От веянья твоих неслышно-мощных крылий!
  
  
  Лети скорей, крылатое, скорей!
  
  
  Нам в душу новыми надеждами повей!
  
  
  Иль уж губи всех тех, которым ты пророчишь
  
  
  Один бесплодный путь, и делай все, что хочешь!
  
  
  Скорей мое чело морщинами изрой
  
  
  И выветри скорей с лица румянец мой
  
  
  И обреки меня холодному забвенью...
  
  
  Что за беда! Другому поколенью
  
  
  Ты наши лучшие надежды передашь,
  
  
  Твердя ему в урок удел печальный наш.
  
  
  Своекорыстие - и все, что сердце губит,
  
  
  Невежество - и все, что гасит ум,
  
  
  Мне беспрестанно в уши трубит:
  
  
  "Живи без чувства и без дум!"
  
  
  Вполне постигли мы бесплодные стремленья
  
  
  К добру, к отрадному сочувствию людей.
  
  
  И, выстрадав одно лишь право на презренье
  
  
  Мы говорим в порыве нетерпенья:
  
  
  "О время! улетай скорей!"
  
  
  Ноябрь 1851
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Когда я слышу твой певучий голосок,
  
  
  Дитя, мне кажется, залетный ветерок
  
  
  Несет ко мне родной долины звуки,
  
  
  Шум рощи, колокол знакомого села
  
  
  И голос той, которая звала
  
  
  Меня проститься с ней в последний час разлуки.
  
  
  1851
  
  
  
  
  РЫБАК
  
  
  
  Вольный перевод из Гете
  
  
  
  
  
  
  (Посв. А. Н. Майкову)
  
  
   Волна бежит, шумит, колышет
  
  
   Едва заметный поплавок.
  
  
   Рыбак поник и жадно дышит
  
  
   Прохладой, глядя на поток.
  
  
   В нем сердце сладко замирает -
  
  
   Он видит: женщина из вод,
  
  
   Их рассекая, выплывает
  
  
   Вся на поверхность и поет -
  
  
   Поет с тоскою беспокойной:
  
  
   "Зачем народ ты вольный мой
  
  
   Манишь из волн на берег знойный
  
  
   Приманкой хитрости людской?
  
  
   Ах, если б знал ты, как привольно
  
  
   Быть рыбкой в холоде речном!
  
  
   Ты б не остался добровольно
  
  
   С холма следить за поплавком.
  
  
   Светила любят, над морями
  
  
   Склонясь, уйти в пучину вод;
  
  
   Их, надышавшихся волнами,
  
  
   Не лучезарней ли восход?
  
  
   Не ярче ли лазурь трепещет
  
  
   На персях шепчущей волны?
  
  
   Ты сам - гляди, как лик твой блещет
  
  
   В прохладе ясной глубины!"
  
  
   Волна бежит, шумит, сверкает,
  
  
   Рыбак поник над глубиной;
  
  
   Невольный жар овладевает
  
  
   В нем замирающей душой.
  
  
   Она поет - рыбак несмело
  
  
   Скользит к воде; его нога
  
  
   Ушла в поток... Волна вскипела,
  
  
   И опустели берега.
  
  
   1852
  
  
  
  
  ВЕСНА
  
  
   Воротилась весна, воротилась!
  
  
   Под окном я встречаю весну.
  
  
   Просыпаются силы земные,
  
  
   А усталого клонит ко сну.
  
  
   И напрасно черемухи запах
  
  
   Мне приносит ночной ветерок;
  
  
   Я сижу и тружусь; сердце плачет,
  
  
   А нужда задает мне урок.
  
  
   Ты, любовь - праздной жизни подруга, -
  
  
   Не сумела ужиться с трудом...
  
  
   Со слезами со мной ты простилась -
  
  
   И другим улыбнулась тайком...
  
  
   1853
  
  
  
   ВОСПОМИНАНИЕ
  
   Как быстро пароход летел, рулю послушный;
  
   Как тяжко колебал в волнах он грудь свою
  
   И как я долго ждал душой неравнодушной,
  
   Чтоб отворилась дверь твоей каюты душной,
  
   Чтоб ты взошла на ют и села на скамью.
  
   Дул ветер; сизыми грядами
  
   Катились волны; небеса
  
   Пурпурными светились облаками;
  
   Труба хрипела; дым клоками
  
   Летел, - и ты с кормы глядела вместе с нами,
  
  
   Как опускали паруса...
  
   Я помню - ты была бледна, без покрывала;
  
   Зловещая заря свой пламень отражала
  
   В зрачках твоих глубоко-темных глаз...
  
   Как вдруг ты на меня взглянула и сказала:
  
   "Дай бог, чтоб буря поднялась!" -
  
   "Зачем?" - с невольным изумлением
  
   Тебя я шепотом спросил...
  
   Но бог не внял твоим моленьям
  
  
   И море в ночь угомонил.
  
   Над палубой луна сияла так приветно -
  
   Я лунный свет ловил на пальцах рук твоих...
  
   И ночь бессонная промчалась незаметно
  
   Под мерный стук движений паровых.
  
   Ты намекала мне на ранние сомненья,
  
   На повесть грустную непонятой любви,
  
   На бесполезные стремленья,
  
   И на потребность утешенья,
  
  
   И на страдания свои.
  
   Случайный друг, друг только для одной
  
   Прекрасной ночи, голос твой
  
   Еще мне памятен; но где ты, я не знаю;
  
   Года умчали молодость мою,
  
   В житейском море я один блуждаю -
  
   То к мирной пристани гоню мою ладью,
  
   То снова парус поднимаю.
  
   Увижусь ли когда-нибудь с тобой?
  
   Узнаю ли тебя среди толпы людской?
  
   Напомню ли тебе о нашей встрече?
  
   К чему напоминать!.. Те пламенные речи,
  
   Те призраки, что увлекали нас,
  
   Давно их нет! И я не раз,
  
   Над жизнию смеяться вслух не смея,
  
   Смеялся внутренно, воображая час,
  
   Когда на палубе сказала ты, бледнея:
  
   "Дай бог, чтоб буря поднялась!"
  
   1853
  
  
  
  
   БРЕД
  
  
  Твой светлый лик вчера являлся мне
  
  
   В каком-то странном полусне.
  
  
  Ты на меня смотрела с состраданьем,
  
  
   Как будто перед расставаньем.
  
  
  Лаская слух, звучал мне голос твой: ~
  
  
   "Не умирай, о милый мой!
  
  
  Не уноси с собой в поток забвенья
  
  
   Твою любовь - твои стремленья.
  
  
  Еще не все изведано тобой
  
  
   Под этим солнцем и луной.
  
  
  Ты погибал, в холодной тьме блуждая, -
  
  
   Блуждал, любви моей не зная.
  
  
  Дай сердце мне! Его я сберегу:
  
  
   Здесь на земле я все могу...
  
  
  Могу к труду твои направить руки,
  
  
   Могу твои прославить муки.
  
  
  Приди ко мне! Склонись на грудь мою!
  
  
   Узнай, как я тебя люблю!.."
  
  
  И в полусне, твоим речам внимая,
  
  
   Я плакал, недоумевая...
  
  
  Как счастия земного сон живой,
  
  
   Ты, вся любовь, была со мной.
  
  
  И нежные твои лобзал я руки -
  
  
   И трепетал, боясь разлуки...
  
  
  <1854>
  
  
  
   ПОСЛЕДНИЙ ВЫВОД
  
  
  
  
  
  
  Посвящается А. Нов . . . ву
  
  
  Первоначальных лет неясные стремленья,
  
  
  И все, чему найти не мог я выраженья;
  
  
  Безумной юности неосторожный пыл,
  
  
  И все, чем сердце я навеки отравил;
  
  
  Возвышенных надежд несбыточные грезы,
  
  
  И та действительность, к которой я привык;
  
  
  Смешным неверием осмеянные слезы,
  
  
  И внутренней борьбы никем неслышный крик;
  
  
  Все прежние мечты, все страсти, все желанья,
  
  
  Все равнодушие к тому, чего уж нет, -
  
  
  Все вместе как одно всецелое страданье,
  
  
  Могло б в сердцах людей найти себе ответ...
  
  
  Но я не жду его, я не прошу ответа;
  
  
  И все, что скажут мне, я знаю наперед;
  
  
  "Мы так же, как и ты, похожи на Гамлета;
  
  
  Ты так же, как и мы, немножко Дон Кихот".
  
  
  1853
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Свет восходящих звезд - вся ночь, когда она
  
  
  Светла без месяца, без облаков темна,
  
  
   Заключена в глазах твоих чудесных.
  
  
  При них теряюсь я - и не могу понять,
  
  
  И словом не могу понятным передать
  
  
   Волнений, сердцу неизвестных.
  
  
  Я верю иногда, что мне в глазах твоих
  
  
   Читать любовь - была б отрада.
  
  
  А иногда мне страшно возле них,
  
  
   Как темной ночью возле клада.
  
  
  Что выражает мне твой непонятный взгляд,
  
  
  Когда глаза твои глядят и не глядят
  
  
   Из-под ресниц тяжеловесных?
  
  
  Не так ли две звезды - две путницы небесных,
  
  
  Не зная, чьи мечты за ними вслед текут -
  
  
  Горят - не греют - но... влекут.
  
  
  <1855>
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Моя судьба, старуха, нянька злая,
  
  
  И безобразная, и глупая, за мной
  
  
  Следит весь день и, под руку толкая,
  
  
  Надоедает мне своею болтовней.
  
  
  Когда-то в карты мне она гадала
  
  
  И мне сулила много светлых дней;
  
  
  Я, как ребенок, верил ей сначала,
  
  
  Доверчив был и уживался с ней.
  
  
  То штопая, то делая заплаты,
  
  
  Она не раз при мне ворчала на беду:
  
  
  "Вот погоди! как будем мы богаты,
  
  
   Я от тебя сама уйду..."
  
  
  А между тем несутся дни и годы -
  
  
  Старуха все еще в моем углу ворчит,
  
  
  Во все мешается, хлопочет и, свободы
  
  
   Лишая разум, сердце злит.
  
  
  И жизнь моя, невольно, как-то странно
  
  
   Слилась с ее житьем-бытьем,
  
  
  И где бы ни был я, один ли - беспрестанно
  
  
   Мне кажется: мы с ней вдвоем.
  
  
  Проснусь ли я душою, озаренный
  
  
  Внезапной мыслию иль новой красотой,
  
  
  Плаксивое лицо старухи раздраженной
  
  
  Как желтое пятно мелькает предо мной.
  
  
  Хочу любить... "Нет, - говорит, - не вправе,
  
  
  Не смеешь ты, не должен ты любить".
  
  
  Уединясь, мечтаю ли о славе,
  
  
  Она, как мальчика, придет меня дразнить.
  
  
  И болен я - и нет мне сил подняться,
  
  
  И слышу я: старуха, головой
  
  
  Качая, говорит, что вряд ли мне дождаться
  
  
   Когда-нибудь судьбы иной.
  
  
  1855
  
  
  
   НА ЧЕРНОМ МОРЕ
  
  
   Отрадней сна, товарищ мой,
  
  
   Мне побеседовать с тобой:
  
  
   Сердитый вал к нам в люки бьет;
  
  
   Фонарь скрипит над головой;
  
  
   И тяжко стонет пароход,
  
  
   Как умирающий больной.
  
  
   Ты так же ранен, как и я...
  
  
   Но эти раны жгут меня
  
  
   И в то же время холодят:
  
  
   Не спас меня хирурга нож,
  
  
   Но ты меня моложе, брат,
  
  
   И ты меня переживешь.
  
  
   Едва ли, впрочем, этот Крым,
  
  
   И этот гул, и этот дым,
  
  
   И эти кучи смрадных тел
  
  
   Забудешь ты когда-нибудь,
  
  
   Куда бы ты ни полетел
  
  
   Душой и телом отдохнуть.
  
  
   На лоне мира и любви.
  
  
   Ты вспомнишь - ужас! - ты в крови
  
  
   Топтал товарищей своих,
  
  
   Ты слышал их предсмертный хрип,
  
  
   Ты, раненый, близ ран моих
  
  
   Лежал, страдал и - не погиб.
  
  
   Какой ценой, ты вспомнишь, брат,
  
  
   Купили мы развалин ряд!
  
  
   Для человеческих ушей
  
  
   Гром неестественный гремел,
  
  
   Когда мы лезли из траншей
  
  
   На вал, скользя по грудам тел.
  
  
   Но грянул взрыв - последний взрыв...
  
  
   И я без чувств упал в обрыв.
  
  
   Когда ж очнулся... Боже мой!
  
  
   Какая тишь была вокруг!
  
  
   И страшен город был немой,
  
  
   И страшно нем был мой испуг.
  
  
   Стена была обагрена...
  
  
   Дым застилал, как пелена.
  
  
   Небесный свод - и от земли
  
  
   Тяжелый поднимался пар...
  
  
   Вдали пылали корабли,
  
  
   И отражал залив пожар.
  
  
   Ликуйте, гордые умы!
  
  
   Могилу храбрых взяли мы...
  
  
   Коварной славы сладкий дым,
  
  
   Ты горек нам, ты дорог нам!
  
  
   Но - фимиам необходим
  
  
   Кумиру и его жрецам.
  
  
   Когда ты снова посетишь
  
  
   Наш императорский Париж,
  
  
   Смутит тебя победный крик,
  
  
   Как пляска после похорон,
  
  
   Как сумасшедшего язык,
  
  
   Как смех, в котором слышен стон.
  
  
   Пускай наш новый полубог
  
  
   Вкушает славу!.. Я б не мог...
  
  
   Я для иного был рожден,
  
  
   Иные цели смел таить,
  
  
   И был, как бурей, увлечен
  
  
   Туда, где я не мог любить...
  
  
   И где, казалось бы, не след
  
  
   Мне умереть в чаду побед...
  
  
   Но - умираю... Все, что я
  
&nb

Другие авторы
  • Скалдин Алексей Дмитриевич
  • Григорьев Петр Иванович
  • Тепляков Виктор Григорьевич
  • Минаков Егор Иванович
  • Козырев Михаил Яковлевич
  • Кун Николай Альбертович
  • Чулков Георгий Иванович
  • Гладков А.
  • Бажин Николай Федотович
  • Рубрук Гийом
  • Другие произведения
  • Франковский Адриан Антонович - Жюль Ромэн. Белое вино ла Виллет
  • Сумароков Александр Петрович - Загадки
  • Кирпичников Александр Иванович - Геллерт, Христиан
  • Уоллес Эдгар - Шестое чувство Ридера
  • Кузьмина-Караваева Елизавета Юрьевна - Истоки творчества
  • Вронченко Михаил Павлович - Предисловие М. П. Вронченко к переводу "Макбета"
  • Туманский Василий Иванович - Туманский В. И.: Биобиблиографическая справка
  • Минаев Дмитрий Дмитриевич - Иль мало нас?!
  • Корнилович Александр Осипович - Записки, 1828—1832
  • Введенский Иринарх Иванович - О переводах романа Теккерея "Vanity Fair" в "Отечественных записках" и "Cовременнике"
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 222 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа