Главная » Книги

Майков Василий Иванович - Нравоучительные басни

Майков Василий Иванович - Нравоучительные басни


1 2 3 4


В. И. Майков

  

Нравоучительные басни

  
   Воспроизводится по изданию: В.И. Майков. Избранные произведения. М.; Л., 1966. (Библиотека поэта; Большая серия).
   Электронная публикация - РВБ, 2005.
  

Содержание

  
   3. Козел и Жемчужная раковина
   4. Двое прохожих и клад
   5. Вор
   6. Лягушки, просящие о царе
   7. Рыбак и Щука
   8. Наказание ворожее
   9. Повар и Портной
   10. Конь знатной породы
   11. Медведь, Волк и Лисица
   12. Вор и Подьячий
   13. Скупой
   14. Эзоп толкует духовную
   15. Детина и Конь
   16. Нерону острый ответ дворянина, приехавшего в Рим
   17. Сорока, Галка и Соя
   18. Голова и Ноги
   19. Лестные друзья
   20. Роза и Змея
   21. Сова
   22. Корабль и Лодка
   23. Лев, званый к Мартышке на обед
   24. О хулителе чужих дел
   25. Суеверие
   26. Суд картине
   27. Собака на сене
   28. Лисица и Бобр
   29. Общество
   30. Осел, пришедший на пир к Медведю во львиной коже
   31. Господин с слугами в опасности жизни
   32. Иголка и Нитка
   33. Пчела и Змея
   34. Медведь и Волки
   35. Случай
   36. Кошка и Соловей
   37. Роза и Ананас
   38. Дуб и Мышь
   39. Земля и Облако
   40. Неосновательная боязнь
   41. Отец и Дети
   42. Солнце и Луна
   43. Крестьянин, Медведь, Сорока и Слепень
  
   3. КОЗЕЛ И ЖЕМЧУЖНАЯ РАКОВИНА
  
   Козел, шатаяся, увидел мать жемчужну -
   Так раковину все жемчужную зовут -
   И, почитая ту за вещь для всех ненужну,
   Сказал с насмешкою: "Ты, лежа век свой тут,
   Какую сделала, скажи ты мне, услугу
   Земному кругу?
   А я всегда встаю с зарею по утрам,
   Хожу пастись в луга и лажу по горам
   День целый".
   Ответ дала Козлу и Раковина смелый,
   Сказавши так:
   "Козел, дурак,
   Когда ты по горам, тварь глупая, бродила,
   В то время перло я жемчужное родила".
  
  
   4. ДВОЕ ПРОХОЖИХ И КЛАД
  
   Прохожих двое шло дорогою одною;
   Оставили пути уж много за спиною.
   А впереди река,
   Мелка иль глубока,-
   Не знают прямо,
   Лишь видят, что река
   Быстра и широка;
   А за рекою зрят они статую тамо,
   У коей ноги, стан, грудь, руки, голова.
   Под ней насечены на мраморе слова.
   Но если скажет кто: река течет широко,
   И надписи едва ль возможет видеть око,-
   На то в ответ:
   Мой свет,
   Иль мнишь, что у моих прохожих трубки нет?
   Не думай так: они ее имели,
   Так надпись рассмотрели;
   А надпись так гласит: "Кто перейдет ко мне,
   Тому не снилось и во сне,
   Колико подо мной он золота получит".
   Обоих жадность к злату мучит.
   Но одного из них так разум учит:
   "Река мутна,
   Не видно дна;
   Так я, не зная броду,
   И кинусь в воду;
   А если потону,
   Оставлю я детей, оставлю я жену,
   Оставлю сиротами.
   Нейду к тебе я, клад, такими воротами.
   Где много бед;
   Так ты не для меня и положен, мой свет!
   Зрю множество богатства,
   Да много и препятства;
   Хоть был бы миллион,
   Я больше жизнь люблю". Так думал, стоя, он.
   Другой, не рассуждая много,
   Сказал: "Чем жить убого,
   Я лучше поплыву:
   Умру или богато поживу".
   Сказав сии слова, пошел он в воду прямо;
   Так счастье не было отважному упрямо:
   Реку он перешел и злато взял.
   Другой, на берегу задумавшись, сказал:
   "Я зрю, что счастие о нас не рассуждает;
   Равно и дураков, как умных, награждает".
  
   Между 1763 и 1767
   5. ВОР
  
   Мужик был плут,
   Украл у палача
   Ременный кнут.
   Его поймали;
   Не волоча,
   То дело окончали;
   Но как он был введен в приказ,
   Так множество нашлось его тогда проказ:
   Он деньги у людей,
   В церквах он крал иконы,
   А ныне таковы законы:
   Таких людей
   Выводят, будто змей.
   Сей кнут, что вор украл, ему же пригодился:
   Он пытан тем кнутом,
   Потом
   И жизни вор лишился.
  
   Но сила басни в том:
   Когда по истине дела вершиться станут,
   Так воровать навек злодеи перестанут.
   Между 1763 и 1767
  
  
   6. ЛЯГУШКИ, ПРОСЯЩИЕ О ЦАРЕ
  
   Лягушки некогда Юпитера просили,
   Чтоб дал он им царя;
   А просьбу вот они какую приносили
   Правителю небес, со плачем говоря:
   "Живем мы своевольно;
   Неправд у нас довольно,
   У нас
   На всякий час
   Друг дружку ненавидят;
   Бессильных сильные обидят;
   А сильный сильного считает за врага,
   И кто кого смога,
   Так тот того в рога;
   И словом, всё у нас наполнилось сим ядом;
   Мы стали фурии, болото стало адом".
   Зевес
   Услышал просьбу их с небес
   И ко просящему народу
   Отрубок древа бросил в воду,
   Сказав: "Вот, бедна тварь,
   Вам дался царь".
   Чурбан от высоты упал и сделал волны;
   Лягушки, радости и страха полны,
   С почтеньем на владыку зрят
   И тако говорят:
   "Теперь дадутся нам полезные законы,
   Восстановятся здесь правдивые суды,
   И не останутся вдовы без обороны;
   Все, словом, кончатся у нас теперь беды".
   И, в ожидании сего повсеминутном,
   Лягушки много дней сидели в блате мутном,
   Не выходя на свет.
   Но всё у них равно: царя как будто нет.
   Потом лягушек миллионы
   Восстали и царю все делали поклоны.
   Перед царем тварь бедная дрожит,
   А царь лежит,
   Поклонов их не примечает
   И ни словечушка на речь не отвечает,
   Которую ему лягушки говорят.
   Лягушки это зрят
   И думают, что их владетель горд безмерно;
   Однако ж служат все царю нелицемерно;
   Притом
   Жалеют лишь о том -
   Угодна ли царю лягушечья услуга,
   И вопрошают все друг друга,
   Ко уху говоря:
   "Знать, царь не ведает лягушечья языка;
   Повеселим царя,
   У нас изрядная вокальная музыка".
   Запели все: одна кричит,
   Другая тут ворчит,
   А третия хлехочет,
   Четвертая хохочет,
   Иная дребезжит.
   Но царь лежит,
   Музыки их не внемлет
   И головы, как мертвый, не подъемлет.
   Лягушки целый день кричали: "Крак, крак, крак!
   Конечно, царь наш почивает".
   А царь и не дышит, и не зевает.
   Сказали наконец: "Владетель наш дурак
   И ничего не знает;
   К себе нас не зовет и прочь не отгоняет.
   Приступим мы к нему -
   Учить его уму".
   Но что за чудеса! Лишь ближе подошли -
   Чурбан, а не царя в царе своем нашли;
   В противность всей природе,
   Опять друг дружку бьют.
   Восстал опять мятеж в лягушечьем народе,
   Опять бессильные на небо вопиют:
   "Умилосердися, Юпитер, над рабами!
   Смягчися нашими мольбами!
   Воззри на бедну тварь!
   Какой тобою дан нам царь?
   Он наших бед не ощущает,
   Обидимых не защищает.
   Пошли ты нам царя,
   Который бы, на бедства наши зря,
   И царство управлял, как кормщик правит судно".
   Юпитеру нетрудно
   Спокоить тварь:
   Послал аиста к ним, и стал аист их царь.
   Приняв престол, аист лягушек всех считает,
   Обидчиков хватает
   И их глотает.
   Аисту царску честь
   Дают бессильные лягушки,
   Что им истреблены обидчиков всех душки;
   А царь их всякий день не может, чтоб не есть.
   Так не осталося в болоте ни лягушки.
  
   Между 1763 и 1767
  
   7. РЫБАК И ЩУКА
  
   Для птиц силки становят,
   Зверей в тенета ловят,
   Мышам становят пасть,
   Чтоб им в нее попасть.
   Подьячие крючки имеют,
   Которыми ловить людей умеют
   И деньги с них берут;
   Об этом все согласно врут.
   А уду червяком прикроя,
   Поймаешь лучшего из рыб героя.
   Река
   Мелка
   Иль глубока -
   Равно для Рыбака:
   Он может поимать повсюду;
   Рыбак лишь кинул в омут уду,
   Тут Щука приплыла и уду трях.
   О, Щука, для тебя не пища, смертный страх!
   Ты хочешь червяка сорвать с крючка и скушать,
   Тварь бедну погубя;
   Но если хочешь ты меня послушать, -
   Побереги себя.
  
   Между 1763 и 1767
  
   8. НАКАЗАНИЕ ВОРОЖЕЕ
  
   Несется весть,
   Что будто колдуны, конечно, в свете есть,
   И если должно верить,
   Так должен я и сам сие за правду мерить;
   А ежели за ложь приемлют весть сию,
   Так я за что купил, за то и продаю.
   Село стояло,
   Велико или мало -
   Того не знаю я,
   Лишь знаю, что в селе жила Ворожея,
   Котора дьяволам на жертву приносила
   Прокляты ворожбы,
   И через то ей дьявольская сила
   Покорна так была, как барыне рабы.
   Она могла луну лишати света,
   Деревья иссушать средь лета,
   Чрез дьявольскую мочь
   Из дня творила ночь,
   А по зимам цветы произрастала
   И ворожбой своей блистала.
   В ее послушности был Стикс и Ахерон,
   И сам Харон
   По повелению ее людей из света
   Перевозил во ад в цветущие их лета,
   Погибнувших различными смертьми;
   И словом, баба эта
   Была царица над чертьми.
   У сей Ворожеи пропала вещь бездельна -
   Любимая ее собачка вдруг постельна.
   Несносная печаль!
   Собачки жаль.
   С печали баба чуть зевает,
   Наводит ночь,
   Диаволов к себе из ада призывает
   И им повелевает
   Себе помочь
   Чрез дьявольскую мочь.
   Земные недры отворились,
   И ветры в воздух устремились,
   Нагнали грозны облака;
   Лиется молния, как огненна река,
   Пределы света попалить готова,
   И только ждет колдуньина лишь слова,
   Что скажет ей она.
   Прибегли духи все и сам к ней сатана
   И в трепете сие вещает:
   "Вселенну гибель устрашает;
   Ты можешь всё сожечь".
   Ворожея не только внемлет речь,
   Не делает и к сожаленью знака;
   Ворчит. "Мне нужды нет,
   Пускай погибнет свет,
   Лишь только мне сыщись любезная собака".
   Но что потом?
   Блеснула молния, и грянул гром,
   Убил Ворожею и сжег ее весь дом;
   Вселенна в целости осталась;
   Собака вечно не сыскалась.
   Разбеглись дьяволы, как лестные друзья,
   Погибла изо всех одна Ворожея.
   Читатель, волен ты, тебе и думать вольно,
   Что в свете есть довольно
   Сей
   Подобных Ворожей,
   Которые рачат о пользе не чужей,
   А только о своей.
  
   Между 1763 и 1767
  
  
   9. ПОВАР И ПОРТНОЙ
  
   Удобней повару и жарить, и варить,
   Как о поваренном портному говорить.
   Не знаю было где, в Литве ли, или в Польше,
   Тот ведает про то, кто ведает побольше;
   Я знаю только то, что ехал Пан,
   А ехал из гостей, так ехал пьян.
   Навстречу вдруг прохожей,
   И сшелся с Паном - рожа с рожей.
   Пан спесью и вином надут.
   Под паном двое слуг коня его ведут.
   Конь гордо выступает,
   Пан в спеси утопает,
   Подобно как петух.
   За паном много едет слуг.
   А встретившийся с ним в одежде и?дет скудной.
   Пан спрашивал его, как человек рассудной:
   "Какое ремесло имеешь за собой?"
   - "Приспешник, государь, стоит перед тобой".
   - "Коль так, ответствуй мне, доколь не плюну в рожу;
   Когда Приспешник ты, так знаешь ли ты вкус,
   Что почитаешь ты за лучший кус?"
   - "У жареного поросенка кожу", -
   Ответствовал Приспешник так.
   - "Ты - повар не дурак,-
   Пан говорил ему, - и дал ответ мне смело;
   Поэтому свое ты прямо знаешь дело".
   И по словах его Пан щедро наградил,
   Подобно как отец, хотя и не родил.
   Приспешник с радости мой, поднимая ноги,
   Помчался вдоль дороги.
   Навстречу Повару дорогой шел одной -
   А кто? Портной.
   Знакомцы оба.
   Притом же и друзья, хотя и не до гроба,
   Однако же друзья.
   "Куда ты, брат Илья,
   Бежишь поспешно?"
   Другой ответствует: "Теперь уж я
   Скажу смеленько, брат, что мастерство приспешно
   Получше твоего;
   Не знаешь ничего
   Ты, пьяница Петрушка,
   Что будет у Ильи великая пирушка!
   Взгляни на мой карман.
   Довольны мы с женою оба,
   И не прожить нам с ней до гроба,
   Что дал нам Пан,
   Который лишь теперь проехал пьян".
   И вытянул мешок со златом он с лисенка:
   "Вот что от пана я достал за поросенка!"-
   И денежки в мешечке показал,
   Притом всё бытие приятелю сказал.
   Портной, на деньги глядя, тает,
   Из зависти он много их считает
   И помышляет так:
   "Конечно, Пан - дурак,
   Что дал за поросенка
   Мешок он золота с лисенка;
   И сам я побегу
   И господина настигу;
   И если мудрость вся лишь в коже поросячей,
   Так я его обрею, как подьячий".
   Сказав сии слова,
   Пустилась в путь безумна голова.
   Пан ехал тихо,
   Портной бежал мой лихо
   И вмиг
   Боярина настиг.
   Кричит: "Постой, боярин!
   Я не татарин
   И не срублю;
   Я не имею сабли,
   Не погублю.
   Все члены у меня в бежании ослабли.
   Приспешник я, не вор".
   Пан слышал разговор
   И, видя за спиною
   Бегущего не вора с дубино?ю,
   Коня сдержал.
   Портняжка прибежал,
   Пыхтит и, как собака, рьяет,
   И чуть зевает,
   Лишася бегом сил.
   Тогда его боярин вопросил:
   "Зачем ты, скот, за мною
   Без памяти бежал?
   Лишь только ты меня, безумец, испужал;
   Я думал, что бежит разбойник с дубино?ю".
   Портняжка говорит: "Не вор я, государь!"
   А Пан ему на то: "Какая же ты тварь?"
   - "Я мастерство, - сказал, - приспешное имею
   И хорошо варить и жарить я умею".
   Пан тотчас вопросил: "Что слаще у быка?"
   Сказал безумец: "Кожа".
   Тотчас раздулися у повара бока и рожа,
   И брюхо, и спина,
   Плетьми ободрана.
   Пошел портняжка прочь неспешно
   И плачет неутешно -
   Клянет боярина и мастерство приспешно.
  
   Между 1763 и 1767
  
   10. КОНЬ ЗНАТНОЙ ПОРОДЫ
  
   Два проданы коня,
   Какие - лишь о том не спрашивай меня.
   Один был в них хорош, другой похуже;
   Так за худого дать не можно цену ту же,
   Какая за Коня хорошего дана;
   Коль хуже был собой, так меньше и цена.
   Хорошего Коня поставили на стойло,
   Всегда довольный корм дают ему и пойло.
   Конем любуется всечасно господин.
   Конь, будто дворянин,
   Пьет, ест, гуляет в поле
   И поднимает нос.
   Другой, всегда в неволе,
   Таскает на себе грязь, воду и навоз.
   Коню то стало скучно,
   Что он с трудами неразлучно;
   Наскучила навозна вонь;
   Хозяину пеняет Конь:
   "Конечно, моего не ведаешь ты роду,
   Что возишь ты на мне навоз всегда и воду;
   А если бы моих ты праотцев узнал,
   Конечно б пред Конем ты первенство мне дал,
   Которого купил со мною ты недавно;
   Рождение мое, конечно, с ним не равно.
   Меня
   Такого у себя имеешь ты коня,
   Которому Пегас и Буцефал родня;
   Так может ли тот конь в равенстве быть со мною?"
   Хозяин вдруг пресек речь конску дубино?ю;
   Ударив по спине,
   Сказал: "Нет нужды мне
   До знатнейшего роду;
   Цена твоя велит, чтоб ты таскал век воду".
  
   Между 1763 и 1767
  
  
   11. МЕДВЕДЬ, ВОЛК И ЛИСИЦА
  
   С богатым не сварись,
   А с сильным не борись -
   Старинное еще сие нравоученье.
   Читатель, примечай в сей басне приключенье.
  
   Медведь, Лисица, Волк
   Пошли на промысел иль, лучше, на ловитву;
   Да только во зверях не тот, что в людях, толк, -
   Мы ходим со двора, всегда творя молитву.
   Молитвы утренни судья в дому прочтя,
   Уж смело делает неправду, лоб крестя;
   Хотя виновного за деньги и оправит,
   Но за молитву то господь ему оставит.
   "Судья ведь человек;
   Коль с правдой жить ему, так жить без хлеба век", -
   Так часто говорят бездушники и плуты,
   И деньгами чрез то карманы их надуты;
   Но у зверей не так,
   Да вот, скажу я, как:
   У нас устав -
   Богатый прав;
   У них устав:
   Кто силен - прав.
   Но рассуждение теперь сие оставим,
   Да сказку к этому старинную приставим.
   Как только в океан сокрыло солнце свет,
   Медведь, Лисица, Волк пошли искать обед,
   Но счастья нет:
   Нейдет обед;
   А попадались им всё волки ж да медведи,
   Которые себе такой же ищут снеди.
   Уж близок свет,
   Обеда нет.
   Товарищи в печале,
   Пошли подале
   Искать еды;
   Нашли следы,
   Ни заячьи и ни овечьи
   Следы, да человечьи,
   А именно мужик,
   Который ехал на телеге
   И полоть ветчины с телеги потерял,
   Когда в лесу стоял
   Он на ночлеге.
   Лишь только что медведь приник,
   Какое счастье вдруг явилось...
   Но не во сне ль то снилось?
   Увидел: полоть ветчины
   Лежит
   Среди дороги;
   Бежит
   Медведь, поднявши ноги;
   За ним Лиса и Волк. Но голод утолить
   Нельзя: как на?трое делить?
   И ежели сказать нескрытно -
   Как одному, так сытно.
   "Так станем разбирать мы лета, не чины, -
   Лиса сказала,-
   И кто постаре в сем чину,
   Тот ешь и ветчину".
   Люба речь Волку стала;
   Но старшинство по летам чтоб иметь,
   Молчит один Медведь.
   Меж тем сказала им Лиса словами сими:
   "Нельзя считаться вам со летами моими;
   Женился как Адам и Ева замуж шла,
   Я не последнею на свадьбе их была:
   Была вторая дама".
   А Волк сказал в ответ:
   "Я старее тебя и твоего Адама:
   Как зачался лишь свет,
   А я был сед".
   Медведь то видит,
   Что старшинством их не обидит,
   Он полоть в лапу взял,
   А сам им так сказал:
   "Любезная Лиса и ты, дружочек мой,
   Хотя я вас моложе
   И нету у меня волос седых на коже,
   Подите от меня бесспорно вы домой,
   А полоть мой".
  
   Между 1763 и 1767
  
   12. ВОР И ПОДЬЯЧИЙ
  
   Поиман Вор в разбое,
   Имел поличное, колечко золотое,
   Которое пред тем с Подьячего склевал
   В ту ночь, как Вор сего воришка разбивал;
   Хотя Подьячего так звать неосторожно,
   Однако ж взятки их почесть разбоем можно, -
   Затем я назвал так.
   Подьячий не дурак,
   Да только что бездельник;
   Он Вора обличал,
   Что точно у него кольцо свое узнал,
   И с тем еще других пожитков он искал.
   На то в ответ сказал Подьячему мошенник:
   "Когда меня за то достоит бить кнутом,
   Так должно и тебя пытать, Подьячий, в том:
   Когда родитель твой жил очень небогато,
   Откуда ж у тебя сие взялося злато?
   Разбойник я ночной,
   А ты дневной;
   Скажу я и без пытки,
   Что я пожитки
   У вора крал,
   Который всех людей безвинных обирал.
   С тобою мы равны, хоть на весах нас взвесить;
   И если должно нас, так обоих повесить".
  
   Между 1763 и 1767
  
  
   13. СКУПОЙ
  
   Живал-бывал старик, а в нем была душа,
   Котора издержать жалела и гроша;
   Чрез что скопил себе он денег много
   И столько строго,
   Как стоик, жил,
   Ел хлеб и воду пил,
   И только мой старик лишь денежки копил
   И их любил,
   Любил он страстно;
   И держит их, ему казалося, напрасно;
   Но пользы нет,
   Хотя б во области имел он цел

Другие авторы
  • Ушинский Константин Дмитриевич
  • Червинский Федор Алексеевич
  • Борисов Петр Иванович
  • Пестов Семен Семенович
  • Южаков Сергей Николаевич
  • Хин Рашель Мироновна
  • Боткин В. П., Фет А. А.
  • Загуляева Юлия Михайловна
  • Калашников Иван Тимофеевич
  • Коллинз Уилки
  • Другие произведения
  • Сосновский Лев Семёнович - Рыцарь пера
  • Иванов Иван Иванович - Александр Островский. Его жизнь и литературная деятельность
  • Вельтман Александр Фомич - Стихотворения
  • Чехов Антон Павлович - Винт
  • Глинка Федор Николаевич - Осенние дни
  • Ермолов Алексей Петрович - Записки генерала Ермолова, начальника Главного штаба 1-й Западной армии, в Отечественную войну 1812 года
  • Леонтьев Константин Николаевич - Лето на хуторе
  • Карамзин Николай Михайлович - Полное собрание стихотворений
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Герой нашего времени. Сочинение М. Лермонтова
  • Ильф Илья, Петров Евгений - День в Афинах
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 4761 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа