Главная » Книги

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (1921-1929), Страница 10

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (1921-1929)



p;Да сгоряча,
  
  
   Озлобившись от всех напастей,
  
  
   Как двину со всего плеча
  
  
   Молодчика из тех, кто позубастей.
  
   Шарахнулись назад все эти подлецы:
  
  
   Марать им вроде б руки жалко.
  
  
   А у меня в руках уж палка.
  
   На шум сбежалися соседние купцы.
  
  
   Ну, знамо, вышла свалка.
  
  
   Крик, матерщина, вой...
  
  
   Свистит городовой...
  
  
   На рынок весь тревога...
  
   Бунтовщики - народ, известно, молодой:
  
   Так разошлись, что нам конец бы был худой,
  
   Когда б от дворников не вышла нам подмога.
  
  
   Приказчики, само собой,
  
  
  
  Отбой.
  
   Но перед тем, как им пуститься врассыпную,
  
   Детина этакий, прижав меня вплотную,
  
   "Вот, - говорит, - тебе, мил-друг, на первый раз!
  
  
   Платеж потом - бери задаток!"
  
   Да как посадит мне кулак промежду глаз,
  
   Так я не всчувствовал ни головы, ни пяток,
  
   "За-да-ток!.." Матушка, что ж будет, ты скажи,
  
  
   Когда настанут платежи?!"
  
  
   И смех с Гордеичем и горе.
  
  
  
  _Что будет_ - все увидим вскоре.
  
   1914 г.
  
  
  
   Басня шестая
  
  
  
  
   УТРО
  
  
   Гордеич утром в воскресенье
  
  
   Беседует с женой:
  
  
   "Ну, ладно, старая, не ной!
  
  
   Подумаешь: землетрясенье.
  
  
   Ей-богу, дело - пустяки.
  
  
  И чем лишь только я вчера был так напуган?
  
  
   Ну, был избит, ну, был обруган.
  
  
   Буянил кто? Озорники!
  
  
  Вот невидаль! Кулак велик, да плечи узки:
  
   Вся храбрость-то, небось, до первой же кутузки...
  
   За "Правдой" бы послать... Есть? Подавай сюда.
  
  
  И где она взялась, треклятая газетка?
  
  
   Вот... про вчерашний бой заметка:
  
  
  "_Товарищи_! - холера их возьми! -
  
  
   _Вчера вы около семи,
  
   С хозяйской жадностью начав борьбу спокойно,
  
   Закончили ее позорно, недостойно_!"
  
   Слыхала, матушка? Изволь-ка тут, пойми:
  
   "_Борьба решается не схваткой рукопашной,
  
   Не тем, чтоб стекла бить... Враг дрогнет, - для него
  
   Вы силой явитесь... неодолимой, страшной,
  
   Лишь став один за всех и все за одного...
  
   Объединяйтеся! Тогда-то... общей силой..._"
  
  
   "Гордеич!.. Господи, помилуй!..
  
  
  Очнися, миленький!.."
  
  
   "_Тог... да_... "
  
  
  "Федосья!.. Марья!.. Фекла!..
  
  
   Фекла!.."
  
  
  "Воды!"
  
   "Вот, батюшка, вода!.."
  
   "Спа...си...бо... Душно как... Ох, вся рубаха смокла...
  
   Так вот оно к чему! Так вот они куда!
  
   "Объеди-няйтеся!.." Ох, били б лучше стекла!!"
  
   1914 г.
  
  
  
   Эпилог первый
  
   Где по миру пошло от голода село,
  
   Там, смотришь, мироед купил себе именье.
  
   Уж это так всегда: что доброму во зло,
  
  
   То злому во спасенье.
  
   Корней Гордеичу нежданно повезло:
  
   Успел он начисто забыть то воскресенье,
  
   Когда за "Правдою" его всего трясло.
  
   Пришла война, с войной - подряды и поставки.
  
  
  Купчина даром не зевал:
  
  
  Ему уж стало не до лавки, -
  
   За покупателем он не сойдет в подвал!
  
  
  Не та купецких дел основа:
  
  
  Иной размах, другая ось!
  
   Растет "Торговый Дом Корнея Дерунова".
  
  
  Откуда что взялось:
  
   Лес, фабрика, завод, товары - склад на складе!
  
   Свои флотилии на Волге, на Неве...
  
   Контора главная на Невском в Петрограде
  
  
  И отделение в Москве.
  
  
  Узнав все выходы и входы,
  
   Приумножал купец вовсю свои доходы.
  
   Что хищникам другим с рук сходит не всегда,
  
   То удавалося Гордеичу на славу:
  
   Когда на хлебников устроили "облаву",
  
   Сумел улепетнуть Гордеич от суда.
  
   Вдруг_о_рядь худшая над ним стряслась беда:
  
   Поддевки паклею подбивши вместо ваты,
  
  
  "Чтоб не распарились солдаты",
  
   Их в армию купец за ватные сдавал.
  
  
  Попался! Следствие! Провал!
  
   Но... с князем снюхавшись каким-то или с графом,
  
  
  И тут отделался Гордеич только штрафом.
  
   . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
  
   Ни капли совести да капелька ума -
  
   Вот все, что надобно теперь для наглой плутни.
  
   Живут Гордеичи! Их развелося - тьма!
  
   В годину черную к добыче жирной трутни
  
   Летят со всех сторон, восторженно гудя.
  
   Но... правда вся о них немного погодя.
  
   1916 г.
  
  
  
   Басня седьмая
  
  
  
   КАПИТУЛЯЦИЯ
  
  
  
  
  В воскресенье 26 мая состоится лекция
  
  
  
   члена ВЦИК Н. Суханова: "Капитуляция
  
  
  
   Ленина".
  
   Купчиха горестно над чашкою вздыхала.
  
   Гордеич разбирал газету по складам:
  
   "Ка-пи-ту-ля-ци-я... Ле... Ле-ни-на". Слыхала?
  
   Что б это значило? Все смыслу не придам.
  
   Ка-пи-ту-ля-ци-я... Уж эти мне словечки!
  
   Опять налог аль что? Так прямо б говорить.
  
  
  Семь шкур дерут с одной овечки.
  
   То стригли, а теперь, никак, уж будут брить?
  
   Пойти на лекцию? Послушать, что ль? Занятно.
  
   Такого отродясь словечка не читал.
  
  
  На звук, так вроде бы приятно:
  
   Ка-пи-ту-ля-ци-я... Похоже: капитал.
  
   Был капитал, да сплыл. Все обобрала шпанка.
  
   Все, все захвачено проклятой голытьбой.
  
  
  Идти случится мимо банка,
  
   Так не владеешь сам собой!
  
   Где фабрика моя? Завод? Лесные склады?
  
  
  Свели хозяина на ноль.
  
   Прибрали все к рукам, всем завладели, гады.
  
  
  Ввели приказчичий контроль.
  
   Не разберешь теперь: убыток аль прибыток?
  
  
  У самого себя воруй.
  
   Дают по мелочи в неделю на прожиток.
  
  
  Живи, пируй.
  
  
  Не жизнь - раздолье.
  
  
  У, черти, взять бы вас в дреколье!
  
   Что, мать, с тебя возьмешь? Ты - баба, ты - глупа.
  
   Тебе в усладу брех монаха иль попа.
  
   Ты хоть утешишься, сходив на богомолье.
  
  
  А каково, скажи ты, мне?
  
   Куда свое я горе дену?
  
   Молиться у Кремля ободранной стене,
  
   Когда мне хочется башку разбить о стену?
  
   Какой по смерти ад, коль жить пришлось в аду?
  
  
  Кажинный день несет тревогу.
  
   Подай скорей сюртук. На лекцию пойду.
  
   Ка-пи-ту-ля-ци-я... С ума сойдешь, ей-богу!"
  
   25 мая 1918 г.
  
  
  
   Басня восьмая
  
  
  
  
  "КОНТАКТ"
  
  
  
  
  26 мая состоялась лекция члена ВЦИК
  
  
  
   Суханова: "Капитуляция Ленина".
  
  
  Гордеич с лекции вернулся.
  
   Купчиха подала на стол того-сего.
  
  
  Но опечаленный купец ни до чего
  
   Рукой не прикоснулся.
  
   "Ну, что же ты не ешь?"
  
  
   "Отстань. Не до еды":
  
   "На лекции-то был?"
  
  
   "Был. Утешенья мало.
  
   Хоша б какой-нибудь был выход из беды.
  
   Хоша б какой-нибудь. Все вижу я, пропало,
  
  
   Весь свет сошел с ума.
  
  
   Суди сама.
  
  
  Вхожу я, значит, в помещенье.
  
  
   М-мое почтенье! -
  
  
  Обшарил глазом все концы:
  
  
  Все свой народ - тузы, купцы!
  
   Гляжу на каждого. По роже по угрюмой
  
   Видать: пришел, как я, с одной и той же думой
  
   "Ка-пи-ту-ля-ци-я!" Как это понимать?
  
   Надеяться ль на что? Аль никакой надеи?
  
   Вернут хоть что-нибудь нам эти все злодеи
  
   Аль с нас последние портки начнут снимать?
  
   Сижу. В ушах звенит. В глазах рябит от света.
  
   Вздыхаю: "Господи, чем я твой гнев навлек?"
  
   Вот вышел этакий пред нами фитилек.
  
   А вот, поди ж ты, член Центрального Совета.
  
   Мужчина в возрасте, а с виду неказист:
  
  
  Безусый, вроде гимназист, -
  
   В хороший магазин не взял бы и в мальчонки:
  
   Годится, скажем так, для мелочной лавчонки
  
  
  Не то чтоб парень из заик:
  
  
  Язык как следует подвешен.
  
  
  "Я, - лепортует, - меньшевик!"
  
  
  Обрадовал! Признаться, грешен,
  
   Большевика б хотел послушать я хоть раз.
  
  
  Товар мне нужен без подделок.
  
  
  А этот, видно и на глаз:
  
  
  Не большевик, породой мелок!
  
   Весь ходит ходуном. Бьет кулаками в грудь.
  
  
  Не разговор - какой-то танец.
  
   Ты что же думаешь? Я понял что-нибудь?
  
  
  Я, мать моя, не иностранец.
  
   Ты речь со мной веди по-русски. Вынь - положь,
  
   А я уж разберусь, какая в чем подкладка.
  
   С "капитуляции" одной кидает в дрожь,
  
   А тут что ни словцо, то новая загадка!
  
  
  "Дипломатический... оркестр",
  
  
  "Коммунистический... секвестр",
  
  
  Да "девальвация",
  
  
  Да "реставрация",
  
   Да ... дьявол сам не разберет:
  
   Что, собственно, к чему и кто кого дерет.
  
   "Капитуляция" - позиций, значит, сдача.
  
   Выходит: Ленина постигла неудача.
  
   Что сила богачей есть -."абсолютный факт".
  
   И Ленин с нами-де готов вступить... в "контакт"!
  
   Скажи, пожалуйста! Мы, значит, входим в силу.
  
   Спасибо за... "контакт". Учены на былом,
  
   И без "контакта" нас вогнали уж в могилу,
  
   Ну а с "контактом" что ж? Проткнут еще колом?
  
   Нет, брат, втирай очки какой-нибудь там дуре.
  
   Зря перед нами стал себя ты утруждать.
  
  
  Мы на своей узнали шкуре,
  
  
  Чего от Ленина нам ждать.
  
  
  Послушал лекцию. Спасибо.
  
  
  Зря только ввел себя в расход.
  
   Я думал, дельное расскажут мне что-либо,
  
   А он... меньшевики никчемный, впрямь, народ, -
  
  
  Нет ни силенок в них, ни смысла.
  
  
  Да ты почто так, мать, раскисла?"
  
  
  "Ну, что же ты не ешь?"
  
  
  
  
  "Ты со своей едой!
  
   Поели... Будет с нас... Я ль не был мастер кушать?!.
  
  
  "Контакт", хе-хе, огня с водой!..
  
   А как бы все-таки мне Ленина послушать?!"
  
   30 мая 1918 г.
  
  
  
   Басня, девятая
  
  
  
   СЛАДКИЕ МЕЧТЫ
  
  
  Корней Гордеич... Боже мой!
  
  
  Давно забыл дорогу к банку.
  
   Напялив пальтецо дырявое, зимой
  
   На рынок саночки тащил он спозаранку.
  
   За грошевой барыш судьбу благодаря,
  
   До часу позднего топтался у ларя,
  
   Но, потеряв давно купецкую осанку,
  
   В душе, однакоже, надежды не терял,
  
   Что беды все пройдут, как наважденье злое:
  
  
  "Вернется времечко былое!"
  
   Свои надежды он супруге поверял.
  
   В квартире, новыми жильцами уплотненной,
  
  
  Имея комнату одну,
  
   По вечерам купец мечтою затаенной
  
   Подбадривал себя и утешал жену:
  
  
  "Слышь, не серди меня, старуха.
  
   Пустыми вздохами наводишь только жуть.
  
   Все знаю, вижу сам. Ну, голод, ну, разруха.
  
   По-твоему, беда. По-моему, ничуть.
  
   Поди, не мы одни с тобой спадаем с тела.
  
  
  А ты б чего хотела?
  
   Обилья общего? Что хошь, то выбирай?
  
  
  Хоть обожрися всякой сластью?
  
   Чтоб говорили все, что вот не жизнь, а рай
  
   Под этой самою... антихристовой властью?
  
   Умом ты, мать моя, всегда была слаба.
  
   Да в этой нищете и есть вся заковычка.
  
   Вот как натерпится вся эта голытьба
  
   Да вспомнит наши-то, хозяйские, хлеба,
  
   Тут и проснется в ней холуйская привычка;
  
   Сумей кормежки ей не дать, а посулить, -
  
   К хозяевам она начнет валом валить.
  
   Польстясь на сытый корм и на хмельное пойло.
  
   Все клячи тощие придут в былое стойло
  
  
  И, увидав хозяйский кнут,
  
  
  Уже брыкаться не начнут,
  
   А, ублажая нас усердным прилежаньем, -ƒ
  
   Хоть до смерти их всех в упряжке загони! -
  
   На брань и окрики хозяйские они
  
   Ответят ласковым, любовным, робким ржаньем.
  
   У, псы! Дождаться б лишь до этакого дня,
  
  
  Так вы поржете у меня!
  
   По рылу каждого, ха-ха, собственноручно!
  
   Посмей лишь кто дерзнуть. Как муху... в кипяток!..
  
   М-да... Размоталась жизнь, как шерстяной моток!..
  
  
  Дел никаких... Без дела ж, ой, как скучно...
  
   Винца не сыщешь, мать?.. Хотя б один глоток..."
  
  
  Купчиха слушала, закутавшись в платок,
  
  
   И что-то шамкала беззвучно.
  
   1919 г.
  
  
  
   Басня десятая
  
  
  
   НЕТ УВЕРЕННОСТИ
  
  
  События неслись во весь опор,
  
   И в баснях надолго расстался я с купчиной.
  
   Гордеич... Лекция... "Контакт"... Прошло с тех пор
  
  
   Четыре года с половиной.
  
   И вот Гордеича теперь мы застаем
  
   В трактире с музыкой, вином и пьяным шумом.
  
  
  Купец беседует вдвоем
  
   С Пров Кузьмичом, своим приятелем и кумом.
  
   Кум, деревенский туз - он тоже нам знаком:
  
  
   О ком - о ком,
  
   А уж о нем пришлось писать мне сколько басен!
  
   Да что нам говорить о давней старине,
  
   О том, как был кулак тогда для нас опасен?
  
   Он нынче стал для нас опаснее вдвойне.
  
   Кулак был под конем, и вновь он на коне.
  
   И мне о нем писать еще придется много.
  
  
   Сейчас в трактире за столом
  
   Кузьмич, беседуя с купчиной о былом,
  
   О настоящем тож выпытывает строго.
  
   Гордеич охает: "Ох-ох-ох-ох, Кузьмич!
  
  
   Хлебнули горя... Настрадались...
  
  
   Я так считаю: божий бич.
  
   Но сжалился господь, - все ж лучших дней дождались.
  
  
   Что было? Вспомнишь, жуть берет,
  
   Боялся, веришь ли, загадывать вперед.
  
  
   Прикинешь так - ан выйдет хуже.
  
   Прожить ба как - не то что думать про доход.
  
  
   На шее петля, что ни год,
  
  
   То все затягивалась туже.
  
   За спекуляцию пришлось сидеть раз пять.
  
   Вот уж надеешься: с тюрьмой совсем расстался.
  
   Ан, не успел чихнуть, как Загребли опять.
  
  
   Не знаю, как и жив остался,
  
  
   Как не оглох и не ослеп.
  
   Отчаялся во всем... Не жизнь была - мученье!
  
   И вдруг, негаданно-нежданно, облегченье.
  
  
   Явился этот самый _нэп_.
  
   Сначала думалось: "Взамен оглобли - дышло,
  
  
   Ан, вышло..."
  
  
  
  "Эвона что вышло! -
  
   Осклабился подвыпивший кулак. -
  
   Вон на себя Москва какой наводит лак!
  
   Опять же у тебя... опять забил подвалы...
  
  
   Вновь, слышно, входишь в капиталы.
  
   Какого ж те рожна? Теперя знай одно:
  
  
   На лад былой - гони монету!"
  
   "На лад былой, ох-хо!.. Вот то-то и оно,
  
  
   Что счастье наше не полно:
  
   Нет главного... былой уверенности нету!"
  
   1922 г.
  
  
  
   Эпилог второй
  
  
  
  
  ОЖИЛИ
  
   Товарищ, погляди на них... хозяйским оком...
  
   Пусть на Тверской они пасутся вечерком,
  
   Пусть наливаются, скотинки эти, соком
  
  
  И покрываются жирком,
  
   Пусть шерстью обрастут они! Зевать не надо,
  
   А надо их стеречь, как мы их стережем,
  
  
  Грозя кнутом, а не ножом.
  
   А должный срок придет, и мы все это стадо
  
  
  Как захотим, так обстрижем!
  
   1922 г.
  
  
  
   БЛАГОСЛОВЕНИЕ
  
   Отец Ипат венчал Вавилу бедняка.
  
   За шесть целковых паренька
  
   Условясь в брачные законопатить путы,
  
   Он окрутил его с невестой в три минуты.
  
  
  Венчал - спешил, глотал слова,
  
   Как будто сто чертей его толкали в спину, -
  
   Дай бог, чтоб из молитв прочел он половину
  
  
   (И то сказать, ведь плата какова!).
  
   Вавила парень был, однакож, голова.
  
  
   Облобызавшися с женою,
  
  
  Попу в протянутую длань
  
   Он сунул трешницу. "Идем домой, Малань!"
  
   "Стой! - батя взвыл, такой ошпаренный ценою. -
  
   Да ты же, чертов сын, рядился как со мною?"
  
  
   "Как ты венчал, так получай!
  
  
   Вперед как следует венчай:

Другие авторы
  • Межевич Василий Степанович
  • Глинка Федор Николаевич
  • Плавильщиков Петр Алексеевич
  • Лубкин Александр Степанович
  • Нарежный В. Т.
  • Брянский Николай Аполлинариевич
  • Наседкин Василий Федорович
  • Щебальский Петр Карлович
  • Ксанина Ксения Афанасьевна
  • Иоанн_Кронштадтский
  • Другие произведения
  • Нагродская Евдокия Аполлоновна - Стихотворения
  • Маяковский Владимир Владимирович - Рожденные столицы
  • Никитенко Александр Васильевич - Моя повесть о самом себе и о том, чему свидетель в жизни был
  • Неизвестные Авторы - Модест и София
  • Дорошевич Влас Михайлович - Ночь
  • Бальмонт Константин Дмитриевич - Прощальный взгляд
  • Короленко Владимир Галактионович - Падение царской власти
  • Кржижановский Сигизмунд Доминикович - Три сестры
  • Абрамов Яков Васильевич - Генри Мортон Стэнли. Его жизнь, путешествия и географические открытия
  • Морозов Михаил Михайлович - Избранная библиография
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 241 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа