Главная » Книги

Архангельский Александр Григорьевич - Пародии. Эпиграммы, Страница 7

Архангельский Александр Григорьевич - Пародии. Эпиграммы


1 2 3 4 5 6 7 8

ify">   Напишите, когда собираетесь колоть кабанчика {31}.
   _________________________________________________
   1) Личность неизвестна. Адресат.
   2) Личность неизвестна. По-видимому, знакомый Василия Петровича.
   3) Жена Терентия Захаровича.
   4) Их дети.
   5) См. 1 и 2.
   6) Жена Семена Семеновича.
   7) Сын Ирины Дмитриевны.
   8) Мать Павла Васильевича.
   9) См. 5.
   10) По-видимому, жена отправителя письма.
   11) Скипидар - лекарство от простуды.
   12) Горчичники, банки - средства от простуды.
   13) Казначейство - казенное учреждение эпохи царизма.
   14) Доридонтов, Яков Ильич. Управляющий Казначейством.
   15) Жених.
   16) Катенька, Ляля - по-видимому, невесты.
   17) См. 10.
   18) Гости Ивана Кузьмича.
   19) То же.
   20) По-видимому, казначейские чиновники.
   21) См. 18, 19.
   22) Карточная игра.
   23) См. 21.
   24) См. 20.
   25) См. 23.
   26) Пушкин Александр Сергеевич - великий поэт. Подробно о нем см. у пушкинистов: Волохатова, проф. Дарвалдаева, Свиристелькина и др.
   27) По-видимому, родственник.
   28) Судя по одинаковому отчеству - сестры.
   29) См. 27.
   30) См. 27.
   31) Выше средней упитанности и веса свинья.
  

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ АДЕЛАИДЫ ЮРЬЕВНЫ МИЛОСЛАВСКОЙ-ГРАЦИЕВИЧ

   Под редакцией Корнеплодия Чубуковского
   От редактора
   Автор воспоминаний Аделаида Юрьевна Ми-лославская - вдова поручика артиллерии Иоани-кия Степановича Грациевича, умершего в конце прошлого столетия от крупозного воспаления легких.
   Воспоминания Милославской-Грациевич рисуют яркую картину тех тусклых условий, среди которых приходилось жить и бороться поколению людей конца прошлого столетия.
   В заключение считаем долгом выразить глубочайшую благодарность Матильде Иоаникиевне Грациевич-Сидоровой за любезно предоставленную метрическую выпись автора воспоминаний.
   Корнеплодий Чубуковский.

I

   Прадед. Прабабка. Дед. Бабушка. Братья прадеда. Сестры прадеда. Братья деда. Сестры деда. Отец. Мать. Братья и сестры отца. Дядя. Тетя. Переезд в Березкино. День ангела деда.
   Прадед мой Мстислав Иоаннович Милослав-ский был женат на Елизавете Петровне, урожденной Кочубеевой, и от их брака появились дети:
   Алексей, Юрий, Сергей, Ростислав, Митрофан, Василий, Анна, Мария и Марфа.
   Алексей вскоре умер. Ростислав, Митрофан, Мария и Анна также умерли в раннем возрасте.
   Из оставшихся в живых - Юрий Мстиславо-иич женился на Анне Иоанновне, урожденной Загорской, которая умерла, оставив ему детей: Аделаиду, Петра, Юрия, Алексея и Еван-гелину.
   Братья прадеда Святополк и Ананий вышли в отставку: первый - в чине генерал-майора, второй - полковника. Вячеслав же умер от воспаления слепой кишки.
   Что касается сестер, то они умерли в преклонном возрасте.
   Братья деда моего - Степан и Василий - и сестры - Евдоксия, Степанида и Агния - переехали в Рязанскую губернии", где до самой смерти занимались рукоделием и сельским хозяйством.
   После болезни дяди Вани и скоропостижной кончины тети Мани мы переехали в Березкино, гДе справляли день ангела дедушки, который и умер немного погодя от грудной жабы.

II

   Замужество. Знакомство с Пушкиным, Гоголем, Грибоедовым. Иван Иванович Трубадуров. Смерть мужа. Переезд в Петербург. Гончаров. Толстоевский. Тынянов. Лев Толстой.
   По смерти дедушки я вскоре познакомилась с моим будущим мужем - Иоаникием Степановичем Грациевичем.
   Отец его Степан Иоаникиевич Грациевич был женат на Федоре Максимилиановне, урожденной Святополковой, умершей от родов и оставившей детей: Иоаникия, Акилину, Димитрия и близнецов: Анания, Азария и Мисаила.
   Муж мой, будучи в чине поручика артиллерии, любил литературу и познакомил меня с произведениями Александра Сергеевича Пушкина, Николая Васильевича Гоголя и Александра Сергеевича Грибоедова.
   Бессмертную комедию "Горе от ума" читывал нам вслух сосед наш Иван Иванович Трубадуров, женатый на дочери нашего духовника, умершего от рака печени.
   Вскоре скончался и муж мой от заворота кишок, поев горячего хлеба.
   Оставшись вдовой, я решила посвятить себя литературным воспоминаниям, для чего переехала в Петербург.
   Во втором томе своих воспоминаний я расскажу о знакомстве с Гончаровым, Толстоевским и Тыняновым.
   А сейчас, вспоминая и оглядываясь на пройденный путь, не могу не воскликнуть словами нашего великого писателя земли русской Льва Николаевича Толстого, женатого на Софье Андреевне:
   "Счастливая, невозвратная пора - детство". Счастливая эпоха, в которой мне довелось жить и бороться!
  

О ТВОРЧЕСТВЕ ПУШКИНА
(Страничка из учебника)

   Как известно, творчество Александра Сергеевича Пушкина протекало в тяжелых условиях двух императоров, Александра 1 и Николая 1, которые оба относились отрицательно к его творчеству и неоднократно, пользуясь неограниченной монархией и деспотизмом, высылали его преимущественно в разные места тогдашней Российской империи (а также в село Михай-ловское).
   Но эти нападки царственных сатрапов не могли сломить творчества великого поэта, и оно продолжалось с еще большим успехом у читателей. Поэт смело продолжал ткать свои вольнолюбивые стихи и поэмы, а также эпиграммы на высшую власть и тогдашних администраторов (которые считали Пушкина не столько опасным поэтом, сколько всего лишь царским чиновником).
   Это еще больше возбуждало в поэте вольнолюбивый дух, и он продолжал писать свои гениальные произведения. Особенно удавались ему любовные стихи к различным женщинам, с которыми у него были мимолетные романы или просто дружественные отношения.
   Наконец Пушкин женился, но женитьба не принесла его творчеству толчка для дальнейшего расцвета (Наталья Гончарова, на которой женился поэт, хотя и имела от него детей, но, будучи красавицей, предпочитала праздную придворную жизнь с танцами на балах).
   Вскоре за женой Пушкина начал ухаживать офицер Дантес, а кроме него, пользуясь неограниченной монархией, и сам Николай 1. Все это не могло не отразиться на творчестве Пушкина, и он скончался на дуэли с Дантесом.
   Пушкин оставил нам большое количество не только стихов, но и прозы. Это литературное наследство великого поэта изучается специалистами-пушкинистами для объяснения его остальным непонимающим читателям.
  

КСТАТИ О ПЕРЕВОДАХ

1 Критика и библиография

   ИОГАН ЯКОВ ГЕНРИХ БРУДЕРШАФТ. "Любовь Минны фон Кайзерпуф". Авторизирован-ный перевод с древненемецкого Серафимы Булыжной, Анатолия Карпенко и Федора Непомнящего. Под редакцией А. Экземплярова.
   Иоган Яков Генрих Брудершафт, молодой древненемецкий романист, почти неизвестен широким кругам нашей читающей публики, а между прочим, его творчество любопытно, как образец той невыносимой атмосферы, в которой задыхается буржуазная мысль зашедшего в безысходный тупик Запада.
   Роман "Любовь Минны фон Кайзерпуф" трактует проблему любви и брака. Он крайне любопытен, как образец того тупика, в который загнана буржуазная мораль, бессильная разрешить эти вопросы.
   Нас в данном случае интересует не эта сторона. Мы не можем обойти молчанием перевод, сделанный тремя (1) переводчиками. Чудовищные ляпсусы, потрясающая безграмотность и полное незнакомство с древненемецким языком обнаруживаются с первых же строк романа.
   У Брудершафта сказано: "Минна стояла у плетня, озаренная лучами пылающего солнца".
   У переводчиков читаем: "Она лежала на кровати, озаренная лучами потухающего (!) камина".
   У Брудершафта: "Ее нежное личико бледнело, как луна".
   У переводчиков; "Ее морщинистое (!) лицо скрежетало (!!) от злости".
   Луг превращается переводчиками в море, овес - в корабль. Фраза "Она махнула платком, и слезы на ее щеках сверкнули жемчужинами" переводится: "Она лягнула (1) платок, и ее глаза задрожали (!), как два жемчуга".
   Можно привести еще множество примеров (для чего пришлось бы процитировать всю книгу от начала до конца!), но и этих вполне достаточно.
   Неряшество, беззастенчивое вранье, чудовищная халтура!
   Удивительней всего то, что редактировал этот. с позволения сказать, перевод А. Экземпляров.
   Куда и чем он смотрел, прикрывая своим именем халтурную работу переводчиков?
   Такому положению вещей должен быть положен предел!
   А. Зигзагов
  

2 Письмо в редакцию

   Товарищ редактор!
   Не откажите в любезности напечатать в Вашей уважаемой газете следующее:
   К переводу романа Иогана Якова Генриха Брудершафта "Любовь Минны фон Кайзерпуф" я никакого отношения не имел и не имею.
   То, что я указан в книге как переводчик, - явно недоразумение, тем более что древненемецкого языка я не знал и не знаю.
   Анатолий Карпенко.
   Уважаемый товарищ редактор! Считаю долгом довести до сведения читателей, что мое участие в переводе романа Иогана Брудершафта выразилось в столь ничтожной доле, что принять на себя упреки критиков я никак не могу. Ответственность за промахи и ляпсусы должна пасть на тех, кто является в данном случае автором перевода.
   Федор Непомнящий.
  
   Глубокоуважаемый товарищ редактор! Разрешите через посредство редактируемой Вами газеты ответить на те обвинения, которые
   обрушились на переводчиков со стороны А. Зигзагова.
   Ему следовало бы, прежде чем упрекать нас - тружеников переводного фронта, вспомнить латинскую пословицу: "Сперва попробуй сам, а потом ругайся". Перевод этой книги был сделан нами в потрясающе короткий срок, а именно - в пять дней. Можете представить, как много пришлось нам поработать над этой вещью! Далее. А. Зигзагову следовало бы сперва узнать, что роман переведен не с древненемецкого, а с французского, на который он был до этого переведен с английского. Поэтому упреки в незнании нами древненемецкого языка отпадают. Ясно, что А. Зигзагов совершенно неосновательно ж пристрастно обрушился на нас - честных тружеников переводного фронта, даже не состоящих в секции переводчиков.
   Примите и прочее.
   Серафима Булыжная.
  
   Товарищ редактор!
   Вернувшись из отпуска, я с удивлением увнал о том, что А. Зигзагов обругал меня, как редактора перевода романа И. Брудершафта "Любовь Минны фон Кайзерпуф".
   Находясь в отпуску, я, естественным образом, не мог участвовать в редактировании перевода. Кроме того, я был занят другой срочиой работой по редактированию перевода испанского писателя Дриго де Лопе Гуменце "Кастальская Мадонна", романа японского новеллиста Ушибо-Ахру-Садо "Вишневый сок любви" и ряда других романов португальских, новозеландских и американских писателей.
   Сказанного, думаю, вполне достаточно. Справедливые упреки А. Зигзагова поэтому я никак не могу принять на свой счет.
   А. Экземпляров.
   P. S. Я только что узнал, что редакция перевода романа действительно была сделана мной. Это обстоятельство еще раз вынуждает меня категорически отвести упреки А. Зигзагова по моему адресу.
  

ДЕТСКОЕ

ДРУЗЬЯ ДЕТЕЙ

   1. У ХРЮШЕЧКИ-СВИНУШЕЧКИ
  
   У хрюшечки-свинушечки
   Пуховые подушечки.
   Розовая кошечка
   Смотрит из лукошечка.
   Смеются из пеленочек
   Жирафчик и слоненочек.
   Лягушечка квакает,
   Редактор крякает.
   Ку-ку.
   Бабушка Федора
  
   2. БОБА-БАРАБАНЩИК
  
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик
   Очень мал.
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик
   Утром встал.
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик
   Палки взял.
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик,
   Боба-барабанщик
   Зашагал.
   Тетенька Лизавета
  
   3. ДАМА ИЗ АМСТЕРДАМА
  
   Приехала дама
   Из желтого Амстердама.
   С нею - пудель-приятель,
   Социал-предатель,
   На предателе фрак,
   На фраке - фашистский знак.
   Пошли они в "Асторию" -
   Попали в историю.
   Сунулись в "Гранд-отель" -
   Вышла канитель.
   Швейцар Василий очень строг
   Не пустил их на порог:
   - Хоть вы и дама
   Из желтого Амстердама
   И с вами приятель,
   Социал-предатель,
   На предателе фрак,
   А на фраке фашистский знак, -
   Убирайтесь поскорей,
   Нет свободных номерей!
   Потому что вы дама
   Из желтого Амстердама
   И с вами приятель,
   Социал-предатель,
   На предателе фрак,
   А на фраке фашистский знак.
   Вскоре, понятно,
   Уехали обратно -
   Дама
   Из Амстердама,
   Ее приятель,
   Социал-предатель,
   На предателе фрак,
   На фраке - фашистский знак.
   Дяденька Форшмак
  
   4. ПЕТЯ-ДЕТКА
  
   Петя-детка заскучал,
   Заскучал и закричал:
   - Я скучаю и кричу!
   Я кричаю и скучу.
   Баю-баиньки хочу!
   Тара-ра, тара-ра,
   Прибежали доктора:
   Крокодил-крокодиленок,
   Красно-розовый слоненок,
   Жирофлистый жирофленок
   И прочие Петины доброжелатели.
   Петя-детка все лежит,
   Он скучает и дрожит.
   На лице его вларашки,
   По спине его мурашки,
   Буки-веди-таракашкж!
   Тара-ра, тара-ра,
   Закрнчалв доктора:
   Крокодил-крокодиленок,
   Красно-розовый слоненок,
   Жирофлистый жирофленок
   И прочие Петины доброжелатели:
   - Петя, слушай наши сказки,
   Спи-усни, закрывши глазки.
   Петя сморщил нос и лоб
   И с кроватки на пол - хлоп.
   Он рукой не шевелит
   И ногой не шевелит,
   Языком не шевелит,
   Головой не шевелит.
   - Петя спит - ypa! ура! -
   Заплясали доктора:
   Крокодил-крокодиленок,
   Красно-розовый слоненок,
   Жирофлистый жирофленок
   И прочие Петины доброжелатели.
   Вот такие Пети-детки
   Не нужны для пятилетки!
   Дяденька Корнеплодий
  
   5. МЫ - ИНДУСТРИАЛЬЧИКИ
  
   Дорогие деточки,
   Тише, не кричать!
   Планчик пятилеточки
   Будем изучать.
   Точечки, кружочечки,
   Как звездочки, горят.
   Стальные молоточечки
   На строечках стучат.
   Вагончик за вагончиком
   По рельсикам бежит,
   С железом и бетончиком
   К заводикам спешит.
   Работают в три сменочки
   И тут, и тут, и тут.
   Домночки, мартеночки.
   Комбайнчики растут.
   Мы девочки, мы мальчики,
   Мы все инженера.
   Мы все индустриальчики.
   Ура! Ура! Ура!
   Святополк Вагранкин
  

СКАЗКИ ДЛЯ ДЕТЕЙ

В. Инбер

О КРАСНОЙ ШАПОЧКЕ

   У Красной Шапочки
   Не ножки, а ноженьки,
   Не ручки, а лапочки
   Беленькой коженьки.
   На щечечке ямочка,
   Ротик малюсенький.
   Шапочку мамочка
   Послала к бабусеньке.
   Отправилась душечка,
   Крошка манюнечка.
   В лесу - избушечка,
   В избушке - бабунечка
   - Бонжур, бабусенька
   Отчего твои глазики
   Такие круглюсенькие,
   Как медные тазики?
   Почему твоя рученька
   Длинная, длинная?.. -
   Бедная внученька,
   Крошка невинная!
   Волк отвратительный,
   Сцапав в охапочку,
   Скушал решительно
   Красную Шапочку.
   Деточки, крошечки,
   Мальчики, девочки,
   Милые крошечки -
   Верочки, Севочки!
   Вы слышали драмочку
   Про Красную Шапочку?
   Слушайтесь мамочку!
   Слушайтесь папочку!
  

В. Маяковский

О РЫБАКЕ И РЫБКЕ

   У самого
   берега
   жил
   рыбак.
   Направо -
   море,
   налево -
   дом.
   Каждое
   утро
   рыбак
   натощак
   Рыбку
   ловил
   неводом.
   Ловил,
   и какого еще
   рожна!
   Ухи
   похлебать
   теперь бы.
   Но была
   у него
   старуха
   жена.
   Хуже
   не
   сыщешь
   стерьвы!
   Золотую
   рыбку
   поймал
   рыбак,
   Не чуя
   скверной
   истории.
   И вот
   попал
   к жене
   под башмак,
   Чтоб ей
   сгореть
   в крематории
   Семейная жизнь
   превратилась
   в содом -
   Рыбак
   вареного
   рака
   ошпаренней.
   То выстрой
   старухе
   изящный
   дом,
   То сделай ее барыней!
   Барыней побыла, -
   требует,
   чтоб
   Звали ее
   царицею.
   Рыбаку впору
   спрятаться
   в гроб,
   Ползает
   мокрой
   мокрицею.
   Мне
   попадись
   такая
   жена -
   Зануда
   старого
   быта -
   Я б как гаркнул:
   - Цыц, сатана!
   Сиди
   у разбитого
   корыта! -
   Я б разделал
   ее под орех.
   Моргнуть
   не посмела б
   глазом...
   Читайте
   журнал
   "Бывший Леф"
   И -
   никаких
   сказок!
  

И. Уткин

О РЕПКЕ

   Для сказки надо зацепку.
   Зацепку? Так что из того!
   Посеял Мотеле репку,
   И выросла репка - во!
   Мотеле репку тянет -
   Попробовать захотел!
   Потянет, потом перестанет,
   Прямо-таки вспотел!
   Так трудно тянуть в одиночку.
   И день проходит, и ночь.
   Вот Мотеле кликнет дочку,
   Внучку, Жучку и проч.
   И после такого подхода, -
   Семья - ведь это же трест! -
   Нет в земле корнеплода,
   И Мотеле репку ест.
   Дети! Запомните крепко:
   Мудрость выше борща!
   В одиночку сажайте репку,
   А вытаскивайте сообща!
  

ЭСТРАДА

КЛУБНО-ЭСТРАДНАЯ ПРОГРАММА

Образцовую клубно-эстрадную программу эту посвящаю ГОМЭЦ.

No 1. ИНДУСТРИАЛЬНАЯ БАЛЛАДА (Мелодекламация)

   Фабричные трубы
   вздымаются ввысь.
   Вздымается дым,
   словно грива.
   Мне милая шепчет:
   - Ударно борись
   С зияющим зевом
   прорыва. -
   Я правую руку
   кладу на станок.
   Я в левую руку
   беру молоток.
   А милая громко,
   волнуясь, кричит:
   - Прорыв ликвидни ты
   в два счета... -
   Влюбленное сердце
   ударно стучит,
   И вмиг закипает
   работа.
   Гудит, завертевшись,
   прокатный станок,
   Ударную песню
   поет молоток.
   Я милой поклялся
   прогулы забыть.
   К прогулам растет
   моя злоба.
   Любить - это значит
   ударником быть,
   С прорывом бороться
   до гроба.
   Три смены бессменно
   стою над станком,
   Три смены бессменно
   стучу молотком.
   У милой глаза -
   не глаза - бирюза,
   И локон спадает
   игриво.
   Мне милая шепчет:
   - Люблю тебя за
   перевыполнение программы
   четвертого квартала и
   успешную ликвидацию
   прорыва. -
   И вторит ей нежно
   прокатный станок,
   И песню победы
   поет молоток.
  

No 2. КОЛХОЗНО-СОВХОЗНЫЙ
(Бодро-урожайно)

   Комбайнерка молодая
   выезжает на поля.
   Тракториста выглядая,
   напевает: тру-ля-ля.
   Золотится
   рожь густая,
   облака
   как паруса,
   Ой ты,
   девица простая,
   Гой ты,
   любушка-краса.
   Распевает комбайнерка,
   Весел ей
   колхозный труд.
   Как допела
   до пригорка,
   Видит - парень
   тут как тут.
   Тракториста
   голос звонок,
   Смех ударно
   серебрист.
   Ой ты, гой еси, миленок,
   Славный Ваня-тракторист!
   Как пошла у них
   работа -
   Знай хватай
   да нагружай.
   И свезли они
   в два счета
   Весь колхозный урожай.
   С той поры
   мы стали зрячи,
   Все по-новому
   идет.
   Кулак плачет,
   Середняк скачет.
   Бедняк песенки поет.
  

ТУРГЕНЕВ НА ЭСТРАДЕ

   ("Как хороши, как свежи были розы..."в передаче Хенкина, Смирнова-Сокольского и Утесова)
  
   Где-то, когда-то, давно-давно тому назад, я прочел одно стихотворение. Оно скоро позабылось мною... но первый стих остался у меня в памяти:
   "Как хороши, как свежи
   были розы... Теперь зима; мороз
   запушил стекла окон; в темной комнате горит свеча..." И т. д.
   И. С. Тургенев. " Стихотворения в прозе"
  

В. Хенкин

   Между прочим должен вам прямо сказать, уважаемые граждане, что память у меня конкретно стала хреновая. Не то чтоб совсем паморки отшибло, но в общем и целом, как говорится, - дырявая память. Вот прочитал стишки, а черти где и черти когда, хоть зарежьте, не помню. Но самое смешное - одна строчечка из этого стишо-чечка пристала ко мне, как банный лист. Куда, понимаете ли, ни пойду, в кооператив или, из-вините за выражение, в другое место, а в голове зудит и зудит: "Как хороши, как свежи были розы..."
   Вы понимаете?
   Вот теперь, как говорится, зима. В нашей коммунальной квартире канализация не действует, электричество выключено, свечи горят, центральное отопление лопнуло, холод собачий. А я сижу, как архиерей в оранжерее, и мелодекламирую:
   "Как хороши, как свежи были розы..." И представляются моему, конечно умственному, взору разные соблазнительные картинки. То, понимаете ли, вижу я, будто у окна сидит, извините за выражение, девушка. Этакий симпом-пончик! Морда, конечно, интеллигентная. Ну, там, конечно, губы раскрыты, взгляд задумчивый, дышит, как полагается, грудью. То сразу три тургеневских канашечки. Две чай пьют с печеньем "Пушкин" и вроде как насмехаются с меня, а третья на пианино вальс запузыривает.
   Другой, конечно, на моем месте подошел и прямо бы сказал: "Не желаете ли винограду "дамские пальчики", могу по блату достать. Лопайте на здоровье!" Или там еще какое конкретное жизнерадостное предложение внес. А я, понимаете ли, стою и ни мурмур. Смелости не хватает. Молчу и, конечно, вздыхаю.
   "Как хороши, как свежи Маши, да, к сожалению, не наши!"
   Иван Иванович, сосед мой, говорит: "Ты, говорит, Вася (меня Васей зовут!). Ты, говорит, Вася, потому робеешь, что в тебе малокровие и обмен веществ. Ты, говорит, на витамины "С" налегай, опять же гравидан пей!"
   А я действительно, дорогие гражданочки, кашляю, как сукин сын, поясницу ломит, в ухе стреляет - можно сказать, одной ногой в крематорий смотрю.
   А что касается гравидана, можете себе представить, определенно помогает. Один мой малокровный знакомый пил и, безусловно, помолодел, но, между прочим, помер. И, самое смешное, помер он жертвой транспортного движения, под трамваем.
  

Смирнов-Сокольский

   Много еще всякого хлама и трухи
   Среди нашей героической
   Житейской прозы.
   Вот прочел я, не помню
   Где и когда, стихи:
   "Как хороши, как свежи были розы..."
   Кто написал этот,
   С позволения сказать, стишок,
   Этот яркий образчик
   Откровенной халтуры,
   От которого прет
   Стопроцентный душок
   Буржуазно-капиталистически
   Мещанской литературы?
   Дорогие товарищи!
   Обидно до слез!
   В то время как на дворе
   Зима и морозы,
   Когда надо решать
   Дровяной вопрос,
   Нам подсовывают какие-то
   Феодальные розы
   В то время как надо
   О культуре кричать,
   Бичевать обывателей,
   Которые слона толстокожей,
   Разве можно под
   Барскими окнами торчать
   И любоваться смазливой
   Дворянско-помещичьей рожей?
   С этим безобразием
   Кончить пора!
   Не такой мы момент,
   Дорогие товарищи, переживаем!
   Кстати, о Гоголе. Еду вчера
   От Сокольников

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 280 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа