Главная » Книги

Соболевский Сергей Александрович - Миллион сочувствий, Страница 3

Соболевский Сергей Александрович - Миллион сочувствий


1 2 3 4 5

перечмокал ты,
   Ты, Пинда и Сената сокол!
   25 мая 1858
  
   ДЕТЯМ С. Д. НЕЧАЕВА
  
   1
   Сколь ни обширна и просторна
   Наука стряпать и варить, -
   Ее Мария, Софья, Анна
   Успели верно изучить.
   Угодно было им на воле
   Постигнуть без больших трудов
   Соленье в уксусе, в рассоле,
   Варенье ягод и плодов.
  
   2
   Когда ж, Степан, Димитрий, Юрий,
   Мне будет доля та дана,
   Чтоб с вами за столом рог турий
   Наполнил зелена вина?
   Облизывать мы будем губки,
   Припасы разъедим все в пух
   И осушим с наливкой кубки
   За здравие стряпух!
   <1858>
  
   A. E. ШИПОВОЙ
   Так, в немилость я попал
   К мудрой генеральше,
   Хоть всегда себя держал
   От нее подальше.
  
   Отчего пришла в азарт
   На меня Шипиха?
   Что Шипов - не Бонапарт,
   Она - не Монтихо.
   <1859>
  
   ЭКСПРОМТ ПРО ШИЛОВА
   Что же про Шилова,
   Крошку человечка?..
   Ума небольшого,
   Пред женой - овечка.
   <1859>
  
   НА ЗАСЕДАНИЕ ОБЩЕСТВА ЛЮБИТЕЛЕЙ РОССИЙСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ
   Когда я был Аркадским принцем,
   Я также был библиофил
   И свой народ я, как гостинцем,
   Статейками не раз дарил.
   Но что в статейку ни поставь я,
   А все лицом ударюсь в грязь!
   Проклятая библиографья
   Никак, никак мне не далась.
   Когда я был Аркадским принцем,
   В Аркадьи ферму я завел,
   Уютный домик с мезонинцем,
   Двор для овец и улья пчел.
   Топить и дом, и мезонинец
   Не нужно покупать мне дров:
   На это мне пришлет в гостинец
   Свои изданья Пустячков.
   Я не бывал Аркадским принцем,
   Но у вельможных у господ
   В смиреньи был я челядинцем,
   И очищал я им проход.
   И задувал я очень много
   И многих, милые, из вас.
   Авось ли Господа я Бога
   Надую тоже в смертный час!
   Хором все прочие:
   Когда я был Аркадским принцем,
   В Любителях я заседал.
   Всех просим: нами, как зверинцем,
   Любуйтеся, велик и мал.
   Какие все мы купидоны!
   Кто Антиной, кто Аполлон!
   Почто ж, беременные жены,
   От вас мужья нас гонят вон??
   1859
  
   НА ИЗДАТЕЛЯ А. С. ПУШКИНА
   О, жертва бедная двух адовых исчадий:
   Тебя убил Дантес и издает Геннади!
   1860
  
   ВОПИЮЩАЯ НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ
   Скопят людей у нашей братьи!
   Про это сведав, на беду -
   Приказ: всех нас забрать и
   Немедленно предать суду.
   Чьего ж заступничества ради
   Другим скопителям простор?
   Не под судом до этих пор
   Отрешков, Анненков, Геннади!
   <1860>
  
   ПУТЕВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ
  
   I
   Мне Мюнхен памятен навеки,
   Искусства и наук притон!
   Сокровищами библьотеки
   Я удивлен, я завлечен.
  
   Первопечатных... Но мне трудно,
   Шалит капризный мой живот,
   И на чердак меня на <судно>
   Отвел задобренный кустод.
  
   Потом иду к Пинакотеке,
   Куда любители картин
   Приходят, как приходит к Мекке
   На поклоненье Музеллин.
  
   Мурильо!.. снова <опростаться>
   Мне надобно; кляня судьбу,
   По лестнице спешу спуститься:
   Здесь abtritt 1 сделан в погребу.
  
   Вот наконец и Глиптотека,
   Ваяния изящный храм!
   Как придал гений человека
   Божественность самим богам!
  
   Как мрамор иль металл покорно
   Им претворен в людскую плоть,
   Дабы в плоти той рукотворной
   Бесплотный зрелся б нам Господь.
  
   Дабы герой, философ, в самой...
   Опять зовет, и не слегка;
   Гляжу и семо, и овамо -
   Ни погреба, ни чердака!!
   А в брюхе трубы и литавры...
   Вот сад! Туда, туда! В саду,
   Где так тенисты мирт и лавры,
   Приют под кустиком найду!
  
   В вагоне 8 сентября 1861
   1 Отхожее место (нем.).
  
   II
   Отсель к странам Италии
   Хочу воспеть поезд!
   Какие все каналии
   Живут в тебе, Триест!
   В столице сей Иллирии,
   Лет пять тому назад,
   Мучительные чирии
   Покрыли весь мой <зад>.
   Желая исцеления,
   Я сел на пароход
   И потерпел мучение
   Соседственных блевот.
   Ужасное мучение!
   От рвоты страшный смрад,
   И хуже, <что пердения>
   Не испускает <зад>.
   Приплыли мы к Венеции.
   Ведут нас в лазарет
   И разные жгут специи -
   Таков у них декрет.
   Недурен храмик Маркуса...
   Читали мы в "Молве",
   Что строен он в честь Маркуса,
   Что доктором в Москве.
   Доволен я Европою -
   Прекраснейший трактир.
   Хозяйка с <пышной жопою>
   Мне ставила <клистир>.
   За то, что арсенальские
   Там устрицы пожрав,
   Я за table d'hote 1 канальские
   Пускал и пиф и паф.
   И что за наслаждение!
   Лишь только я на таз,
   И с гондол льется пение
   Твоих октав, о Tacс!
   Не все сидел за книгою,
   Не все я рассуждал -
   С графиней Моченигою
   По Lido я гулял.
   Пленял своими курами
   Я тамошних красот
   И венчан был амурами
   Разов... до пятисот.
   <1830>
   1 Во время обеда (фр.).
  
   M. H. КАТКОВУ ДРУЗЬЯ
   Катков! Ты тем стал мил,
   Что нам в Шедоферотте
   Тьму пакостей открыл.
   Мильон сочувствий вот те!
  
   Какой в нем правды глас?
   Вы все нас знать привыкли;
   Скажите ж, между нас
   Что каждый не велик ли?
   (Выступают вперед.)
  
   И смеет он сказать
   Про наших, что-де хамы,
   Когда протестовать
   Здесь стали даже дамы?!
   (Указывая на А. В. Кирееву.)
  
   Держи, держи, Катков,
   Газету на аренде.
   Арапов, Н. Сушков,
   Сергей Сушков, А. Менде.
   <1862>
  
  
   А. Д. БЛУДОВОЙ
   Я не причастен секте оной,
   И в панславическом жару
   Перед Булгарскою Мадонной
   Я на колени не паду.
   Смешны мне синие чулочки,
   Хотя б и в пожилых годах,
   Хотя б на министерской дочке,
   На камер-фрейлинских ногах.
   1863
  
   ЮБИЛЯРУ
   Сегодня праздник - юбилей,
   Ради того, что барин некий
   Был великий дуралей
   Целых пять десятилетий.
   <1864>
  
   А. П. ЕЛАГИНОЙ
   Святая мученица Евдокия,
   Моли Бога о нас!
   Мы все грешные такие!!!
   А первый из них аз.
   Святая мученица Евдокия,
   Моли Бога о нас.
   Мы все усердно
   К тебе прибегаем,
   А ты милосердно
   Напои нас чаем.
   Святая мученица Евдокия,
   Моли Бога о нас!
   <1864>
  
   В. Ф. ОДОЕВСКОМУ
   Случилось раз во время оно,
   Что с дерева упал комар:
   Запиской в комитет ученый
   Тебя зовут, князь Вольдемар.
  
   Приняв в соображенье казус,
   Ты, рывшись в книгах, рассудил,
   Что в Роттердаме жил Эразмус,
   Который в парике ходил.
  
   Одушевлен его примером,
   Ты сбрил власы, надел парик
   И свойственным тебе манером
   Таинственно главой поник.
  
   "Комар, без всякого сомненья, -
   Ты провещал, - есть Божья тварь;
   Но в музыкальном отношеньи
   Меж насекомых он - звонарь!
  
   И так как он паденьем в поле
   Не причинил лесам вреда,
   Предать сей случай Божьей воле,
   А тварь избавить от суда!"
   <1864>
  
   В. Ф. ОДОЕВСКИЙ СИДОРУ
   С тобою, милый Исидор,
   Сиамские мы точно братья.
   Как буду музыкальный вздор
   Без помощи твоей играть я?
  
   Для ут, ре, ми, фа, соль, ля, си
   Уход твой от меня ужасен:
   Какой прибавки ни проси,
   Вперед я на нее согласен.
   <1864>
  
   В. А. ЧЕРКАССКОМУ
   (когда выбрали его московским городским головой)
   Глава Москвы первопрестольной,
   Тебе к бессмертью легок путь:
   Для этого тебе довольно
   Один приказ лишь подмахнуть.
  
   Бессмертьем наградят заране
   Того, кто здесь устроит то,
   Что благодарно парижане
   Именовали Рамбюто.
  
   На каждой улице, Черкасский,
   Устрой такой же нам приют;
   Из благодарности Черкасским
   Его в народе прозовут.
   <1864>
  
   НА МОГИЛУ NN
   Вот жизнь афериста!
   Уж был человек!
   Играл он Эгиста,
   Играл и юриста,
   Играл журналиста,
   Во все весь свой век
   Играя нечисто.
   1864
  
   ПО ПОВОДУ ДВОРЯНСКИХ СОБРАНИЙ 1864-1865 годов
  
   1
   Скажи опричникам своим,
   Что мы по манию народа
   Сюда, под сень гнилого свода,
   Сошлись и твердо здесь сидим.
  
   Или попрет один хожалый
   Дворянской Грамоты права?!
   Нет, одного на это мало!
   Но вот являются их два...
   (Быстро расходятся и даже не заходят... в буфет.)
  
   Наевшись щей, напившись квасу,
   Их разобрал патриотизм.
   Хоть в двести семьдесят два гласа,
   Но безопасен сей цивизм.
  
   Монарх, исполни их желанье!
   Пусть в два кружка их соберут:
   Поврет Дворянское Собранье,
   Попереврет и лучший люд.
  
   С Боярской Думою мы сладим
   Легко, без грозного "молчи!",
   Коль их надеждою поманим
   На камергерские ключи.
  
   Потом лишь будь уха стерляжья,
   Икрой зернистой лишь корми,
   Шампанским глотки лишь увлажь я -
   И слажу с лучшими людьми!
   <1865>
  
   НА ЧТЕНИЕ К. К. ПАВЛОВОЙ В ОБЩЕСТВЕ ЛЮБИТЕЛЕЙ РОССИЙСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ
   в мае 1866 года
   Забыв о милой Каролине,
   О прелести ее стихов,
   Я уезжал вчера in's Grune 1
   Послушать майских соловьев,
   А бывшие в собраньи лица
   Единогласно говорят,
   Что эдак воет лишь волчица,
   Когда берут у ней волчат.
   1866
   1 За город (нем.).
  
   САЛОН В. Ф. ОДОЕВСКОГО
   В московские салоны,
   Где наилучший тон,
   Повадились вдруг фоны.
   Один из них так фон!
  
   Сего мы фона фонам
   Всем ставили в пример;
   Притом он был бароном:
   То был барон фон Бер.
  
   И кто же ему ровен!
   Фон Ропп или фон Рекк,
   Хотя про них фон Ховен
   Преблагосклонно рек?
  
   Но лишь Орел-Ошмянцев
   Является в салон,
   То всех эст-лиф-курляндцев
   Гони метлой хоть вон.
  
   О росс, сим будь утешен!
   А немцам вот урок,
   Сколь наш, российский, фешен 1
   Пред западным высок.
   <1866>
   1 Fashion (фр.) - светский лоск.
  
   НА ОТЪЕЗД КНЯЗЯ ЧЕРНЫШЕВА НА КАВКАЗ ДЛЯ РЕВИЗИИ ВМЕСТЕ С ПОЗЕНОМ
   В Колхиду едет вновь Язон,
   Руно же привезет не он,
   А Позен.
   <1866>
  
   А. И. фон КРУЗЕНШТЕРНУ
   О ware ich ein Potentat
   (Das solite mir jedoch gebuhren),
   Wer wurde lenken meinen Staat
   Und meine Heere fuhren?
   Wer wurde tragen meinen Stern
   Und meine Orden? Woll kein andrer,
   Als Du, mein lieber Alexander
   Ifanowitch von Krusenstern!
   <1866>
  
   А. И. фон КРУЗЕНШТЕРНУ
   О, если б правил я страной,
   (Что, впрочем, по заслугам),
   Кто б мне помог в юдоли той
   И был бы верным другом?
   Кто б получил звезду в пример
   И ордена? Конечно,
   Лишь ты, мой Александр сердечный
   Иванович фон Крузенштерн.
   <1866>
  
   EX CAMPIS ELYSIIS
   Sie werden sie schon haben
   Die Lander an dem Rheine,
   Mit allen Gottesgaben
   Und mit dem Moselweine.
  
   Das heisst ja: annexiren
   Des Rheines lincke Seite!
   Уж немец будет смирен,
   Лишь чаще его бейте!
  
   Sie werden es behalten
   Und deutsche Madchen..... en,
   Die jungern und die alten,
   Die magern und die dicken.
  
   Den Madchen wird's gefallen,
   Den ultra-deutsch gesinnten!!
   Viel besser als das knallen
   All'ihrer Nagelflinten.
  
   Ist auch den deutschen Schreibern
   Gehassig der Franzose -
   Lieb ist den deutschen Weibern
   Die Ziegelrothe Hose.
  
   Und war der grosse Korner
   Der Dichter, noch am Leben,
   So wurd'es grosse Korner
   Fur ihm aus Frankreich geben.
   1866. До войны
  
   EX CAMPIS ELYSIIS 1
   Вот земли перед вами
   На Рейне голубом,
   С их Божьими дарами
   И с мозельским вином.
  
   Вот это: annexiren 2
   Весь левый Рейн и пейте!
   (Уж немец будет смирен,
   Лишь чаще его бейте!)
  
   Взять всё одним ударом,
   Чтоб дев ...ть немецких,
   И молодых, и старых,
   И толстых, и тощецких.
  
   Понравится девицам
   В ультрагерманском духе
   Вот так с врагом возиться,
   Чем из орудий бухать.
  
   Пусть пруссакам французы
   Уж издавна отвратны,
   Зато их бедным музам
   Штаны врагов приятны.
  
   И если б Кернер славный
   Был жив, клянусь, скорее
   Ему б ввезли подавно
   Шрапнели покрупнее.
   1866. До войны
   1 Бывшие земли обетованные (лат.).
   2 Аннексировать (нем.).
  
   * * *
   Wir alle leiden an dem Spleen,
   Und nichts kann uns erheitern,
   Hangt man nicht auf den Golovnin,
   Mit Konstantin und Reitern.
   <После 1866>
  
   * * *
   Нас всех вконец измучил сплин,
   Дух не поднять и жаром винным,
   А весел только Гoловнин
   Да Рейтерн с Константином.
   <После 1866>
  
   * * *
   Pour eviter Votre ruine
   Et que le diable les emporte,
   Sire, chassez Golovnine
   Et mettez Reitern a la porte.
   <После 1866>
  
   * * *
   Чтоб не погибнуть средь руин
   И черт, смеясь, не терся в свите,
   Царь, пусть изыдет Головнин
   И Рейтерна гоните!
   <После 1866>
  
   * * *
   Un jour en causant des choses a d'autres
   Et de la pluie a de beau temps,
   Notre Seigneur d'a en montrant
   Schevireff a ses Apotres:
   Amen, amen, en verite, j'en rage,
   En le creant en notre image
   Papa ne nous a pas flatte...
   <После 1866>
  
   <НА С. П. ШЕВЫРЕВА>
   Посреди беседы как-то,
   Указав на Шевырева,
   Наш Господь сказал сурово
   Всем апостолам де-факто:
   Боже, как этот прохожий
   Сотворен на нас похожим,
   Нам это не льстит, однако...
   <После 1866>
  
  &

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 263 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа