Главная » Книги

Бедный Демьян - Стихотворения, эпиграммы, басни, сказки, повести (1908 - октябрь 1917), Страница 31

Бедный Демьян - Стихотворения, эпиграммы, басни, сказки, повести (1908 - октябрь 1917)



tify">  
   Ваня был врачу показан,
  
  
   Весь обмыт и перевязан.
  
  
   И хоть Фрола врач потом
  
  
   Обозвал в сердцах скотом,
  
  
   Фрол не тем был растревожен:
  
  
   "Ваня как? Не безнадежен?"
  
  
   "Нет, - утешила сестра, -
  
  
   Можно жить и без ребра".
  
  
  
  
  XXIII
  
  
   Здесь в тылу - но не в глубоком,
  
  
   И у фронта все ж под боком,
  
  
   Разместился лазарет.
  
  
   Что за жизнь в нем - не секрет.
  
  
   Где-то там людей увечат,
  
  
   Здесь их свозят, но не лечат,
  
  
   А, подправив как-нибудь,
  
  
   Отправляют в дальний путь -
  
  
   На вокзал или в могилу,
  
  
   Что солдатику под силу:
  
  
   Жив - положат на арбу,
  
  
   Помер - вынесут в гробу.
  
  
   Будет в книгах лишний номер
  
  
   Да отметка: "выбыл", "помер"...
  
  
   Вот и все! - К чему хула? -
  
  
   Тут у всех свои дела:
  
  
   Доктора торгуют спиртом,
  
  
   Сестры спят и бредят флиртом,
  
  
   Господа-офицера
  
  
   (Флирт - коварная игра!)
  
  
   Лечат раны злого свойства:
  
  
   Плод амурного геройства.
  
  
   Что поделаешь! Амур -
  
  
   Все же милый бедокур:
  
  
   В царстве злобы, скорби, плача
  
  
   У него своя задача.
  
  
   Смерть чинит нам сколько бед!
  
  
   Но Амур за нею вслед,
  
  
   Обрядясь в свои доспехи,
  
  
   Быстро штопает прорехи!
  
  
  
  
   XXIV
  
  
   Чрез неделю поутру
  
  
   Ваня стал молить сестру:
  
  
   "Увозить нас будут скоро...
  
  
   Я слыхал из разговора...
  
  
   Доктор тут сказал вчера...
  
  
   Будь, сестрица, так добра...
  
  
   Путевых там сколько литер?..
  
  
   Мне б хотелось очень... в Питер".
  
  
  
  "Питер", "Питер"! - ночью, днем
  
  
   Бредил Ваня лишь о нем.
  
  
   Меньше думал он о ране.
  
  
   Объявили скоро Ване:
  
  
   Будет так, как он просил.
  
  
  
   Питер Ваню воскресил.
  
  
  
  
   XXV
  
  
  
   Питер - город, вправду, чуден,
  
  
   И богат и многолюден.
  
  
   От заставы до дворца
  
  
   Красоты в нем без конца.
  
  
   Хоть, положим, в каждой части
  
  
   Красота различной масти:
  
  
   Тут - дворец, а там - завод,
  
  
   Тут - цари, а там - народ.
  
  
   Красоту толкуют всяко.
  
  
   Мне милей всего, однако,
  
  
   "Трудовая сторона",
  
  
   Чтится "Выборгской" она:
  
  
   "Большевистская столица!"
  
  
  
  У Невы тут есть больница.
  
  
   Вместе с Ваней сам я в ней
  
  
   Пролежал немало дней.
  
  
   Я был начисто уволен,
  
  
   Ваня ж был иным доволен:
  
  
   В Петербурге вписан он
  
  
   Был в запасный батальон, -
  
  
   У волынцев нес работу:
  
  
   Ладил маршевую роту,
  
  
   Без ругни и толкачей
  
  
   Обучал бородачей.
  
  
  
  
   XXVI
  
  
   Православная царица
  
  
   На народ на свой ярится
  
  
   И, начхав ему в лицо,
  
  
   Пишет немцам письмецо:
  
  
   "На Руси я все устрою
  
  
   По берлинскому покрою,
  
  
   Англичанин да француз
  
  
   Русский выкусят арбуз.
  
  
   Англичане сильно гадят:
  
  
   Конституцию нам ладят,
  
  
   А французы - бунтари,
  
  
   Леший всех их побери.
  
  
   Ни английских конституций,
  
  
   Ни французских революций
  
  
   Нам не хочется с царем:
  
  
   Самодержцами умрем.
  
  
   Чтоб сберечь свое наследство,
  
  
   Мы одно лишь видим средство:
  
  
   Под Вильгельмовой рукой
  
  
   Обрести себе покой,
  
  
   Помириться с ним, в надежде,
  
  
   Что поможет нам, как прежде,
  
  
   Подтянуть российских шельм
  
  
   Унзер гроссе фрёйнд Вильгельм".
  
  
   Подписалася: Алиса.
  
  
   Приоткрылась ли кулиса,
  
  
   То ли трещину дала, -
  
  
   Тайна царская всплыла.
  
  
   Разговор пошел повсюду:
  
  
   Что цари готовят люду,
  
  
   На какой идут прием,
  
  
   Чтобы слопать нас живьем!
  
  
  
  
  XXVII
  
  
   "Поздравляю! Вы слыхали?"
  
  
   "Что?" - "Она сама жива ли!"
  
  
   "Кто?" - "Да, вправду, вы... того...
  
  
   Не слыхали ничего?
  
  
   Уж трезвонит вся столица:
  
  
   Овдовела ведь царица!
  
  
   Гришка-то, пассаж какой:
  
  
   Со святыми упокой!"
  
  
   "Почему ж молчат газеты?"
  
  
   "А наморднички-с надеты!"
  
  
  
  По столице слухи шли.
  
  
   А чрез день уже могли
  
  
   Все прочесть в любой газете
  
  
   "О скандале в высшем свете":
  
  
   Как с Распутиным друзья,
  
  
   Высочайшие князья,
  
  
   Учинили злую шутку:
  
  
   Заманив к себе Гришутку,
  
  
   С ним пропьянствовали ночь.
  
  
   А затем "убрали прочь", -
  
  
   Заведя с ним спор и драку,
  
  
   "Пристрелили, как собаку".
  
  
  
  
  XXVIII
  
  
   У князей на мужика
  
  
   Поднялась легко рука.
  
  
   Гришка - плут и проходимец,
  
  
   Знатной сволочи любимец,
  
  
   Но ему, признаться, я -
  
  
   Снисходительный судья.
  
  
   Все же сделал он работу:
  
  
   Снял с царей всю позолоту,
  
  
   Растоптал их образа,
  
  
   Заплевал им все глаза!
  
  
   И князья, чиня расправу,
  
  
   За свою стояли славу,
  
  
   Отгоняли злую тень.
  
  
   Поздно! - Близок был уж день,
  
  
   День, когда народ проснется,
  
  
   Ужаснется, встрепенется
  
  
   И, налегши силой всей,
  
  
   Расчехвостит всех князей!
  
  
  
   Часть третья
  
  
  
  ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
  
  
  
  
   I
  
  
   "Ах вы, Сашки, канашки мои,
  
  
   Разменяйте вы бумажки мои!
  
  
   А бумажки всё новенькие,
  
  
   Двадцатипятирублевенькие".
  
  
   Отчего - и не понять! -
  
  
   Трудно денежки менять?
  
  
   Всё бумажки да бумажки,
  
  
   Ни одной нигде медяшки,
  
  
   А серебряных монет
  
  
   Уж давно в помине нет.
  
  
   Золотые тож исчезли, -
  
  
   В чей-то, знать, карман полезли,
  
  
   Люд простой не знает - в чей,
  
  
   Знает царский казначей.
  
  
  
  
   II
  
  
   Царь снаряды льет да пушки,
  
  
   Обирает деревушки,
  
  
   Тащит все из черных хат,
  
  
   Да не трогает палат.
  
  
   Богачи - опора трона,
  
  
   Ими держится корона,
  
  
   И готовятся кнуты
  
  
   Для голодной бедноты.
  
  
   Богачам одна забота:
  
  
   Выгнать с бедных больше пота,
  
  
   И война им не страшна -
  
  
   Пухла б только их мошна.
  
  
  
  
   III
  
  
   Царь печатает плакаты,
  
  
   Что дела, мол, плоховаты,
  
  
   Обнищала-де казна,
  
  
   Сила ж вражья все грозна.
  
  
   Так без помощи народа
  
  
   С ней не справиться в три года,
  
  
   И повинен-де народ
  
  
   Дать деньжаток на расход.
  
  
   Пусть поможет, кто чем может.
  
  
   Люд несчастный кости гложет,
  
  
   Но, поддавшись на обман,
  
  
   Лезет горестно в карман.
  
  
  
  
   IV
  
  
   Помогли царю поборы,
  
  
   У царя снарядов горы,
  
  
   А в строю, само собой,
  
  
   Тьма народу... на убой.
  
  
   "Ну, теперь нас, немцы, троньте!"
  
  
   Укрепились мы на фронте, -
  
  
   (Словно турок на колу!)
  
  
   Глядь: расхлябались в тылу.
  
  
  
  
   V
  
  
  
  
  В деревне
  
  
   У Прокофьевны в избушке
  
  
   Дух - пробить не впору пушке,
  
  
   А народ все прет да прет.
  
  
   Любопытство всех берет, -
  
  
   Слух прошел, вишь, в околотке:
  
  
   Зять приехал в гости к тетке.
  
  
   Васька - парень с головой,
  
  
   Он в трактире - половой.
  
  
   А трактирчик-то столичный,
  
  
   Ходит люд туда различный;
  
  
   Тот словечко, этот пять,
  
  
   Всех послушать - все узнать,
  
  
   Станешь умным без науки.
  
  
   Ваське, стало, карты в руки.
  
  
   Окружил его народ,
  
  
   Смотрит Ваське жадно в рот.
  
  
   "Что, брат, деется на свете?"
  
  
   "Кто грешит и кто в ответе?"
  
  
   "Скоро ль кончится война?"
  
  
   "Все выкладывай сполна!"
  
  
   Обтерев о скатерть ложку,
  
  
   Закрутивши козью ножку
  
  
   И спросивши прикурить,
  
  
   Стал Васюха говорить:
  
  
   "Есть чем, братцы, похвалиться,
  
  
   Есть чем с вами поделиться.
  
  
   Как припомню, словно сон.
  
  
   Был на днях я средь персон,
  
  
   Милость чья нам столь потребна:
  
  
   После царского молебна
  
  
   Сам святой митрополит
  
  
   Речь сказал, как бог велит, -
  
  
   Про врагов и супостатов,
  
  
   Про зловредных демократов,
  
  
   То-бишь, всяких бунтарей
  
  
   Против бога и царей.
  
  
   Несть бо власти, аще... аще...
  
  
   За царя молитесь чаще!
  
  
   После, выйдя на амвон
  
  
   И отвесив всем поклон,
  
  
   Стал держать министр судейский
  
  
   Речь про замысел злодейский:
  
  
   Вновь-де стал крамольный сброд
  
  
   Трудовой смущать народ,
  
  
   Соблазнять иною долей,
  
  
   Подстрекать землей и волей..."
  
  
   "Ты скажи нам... о себе! -
  
  
   Поднялся тут шум в избе. -
  
  
   От земли ты, что ж, отрекся?!?
  
  
   Тут Васюха сразу спекся,
  
  
   Поперхнулся и умолк,
  
  
   Озираючись, как волк.
  
  
   Видит: сват глядит не сватом,
  
  
   Теща прет к нему с ухватом:
  
  
   "Ну-тка, скажь нам, мил зятек,
  
  
   Что про землю ты ответил?!"
  
  
   Васька живо дело сметил:
  
  
   В двери шмыг - и наутек!
  
  
   Через рытвины, ухабы
  
  
   Улепетывал от бабы
  
  
   Наш Васюха во весь дух,
  
  
   Приговаривая вслух:
  
  
   "Ой вы, ноги мои, ноги,
  
  
   Не споткнитесь средь дороги,
  
  
   Замети, метель, следы,
  
  
   Чтоб уйти мне от беды!"
  
  
   Вася в питерской харчевне
  
  
   Всем трезвонил о деревне:
  
  
   "Ох, уж эти мужики!
  
  
   Ох, и что за чудаки!
  
  
   В гости звали, принимали,
  
  
   Прижимали-обнимали,
  
  
   Все бока мне обломали,
  
  
   Угощали так, что вот
  
  
   По сей день болит живот.
  
  
   Как поедете, ребятки,
  
  
   Вы к родне своей на святки,
  
  
   Дай вам бог, чтоб вас родня
  
  
   Так встречала... как меня!"
  
  
  
  
  Разоренные
  
  
   Воробушек воробушку:
  
  
   "Чирик, чирик, чирик!"
  
  
   Один был первогодочек,
  
  
   Другой уже старик.
  
  
   Сел старый, пригорюнившись,
  
  
   Все перышки сложив,
  
  
   А малый расфуфырился:
  
  
   "Жив-жив, жив-жив, жив-жив!"
  
  
   "Жив? Много ль жить осталось?" -
  
  
   Промолвил старина.
  
  
   "Да как же! Бают, дедушка,
  
  
   Вот кончится война!"
  
  
   "Ох, кончится - не кончится,
  
  
   А все разорено...
  
  
   От холоду да голоду
  
  
   Подохнем все равно".
  
  
  
  
   VI
  
  
  
   На столичном рынке
  
  
   Бог знает, что творится
  
  
   Средь рыночной толпы:
  
  
   "Сижу без дров, сестрица!"
  
  
   "Ни фунтика крупы!"
  
  
   "Заплачешь, хоть не плакса!"
  
  
   "Грабиловка!" - "Обман!"
  
  
   "Какая ж это такса?"
  
  
   "Поход на наш карман!"
  
  
   "Но кто ж того не знает,
  
  
   Что таксу издает
  
  
   Не тот, кто покупает,
  
  
   А тот, кто продает!"
  
  
   "Бери-ка чином выше".
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 350 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа