Главная » Книги

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (ноябрь 1917-1920), Страница 26

Бедный Демьян - Стихотворения, басни, повести, сказки, фельетоны (ноябрь 1917-1920)



div align="justify">   Прибежал народ.
  
  
  
  Смотрит, ахает, скорбит:
  
  
  
   Сын отцом убит!
  
  
  
  
   XIII
  
  
  Могилка свежая. И крест. А на кресте,
  
  
   В сердечной простоте,
  
  
  Под образком, глядящим кротко,
  
  
  Каракулями кто-то вывел четко:
  
  
  "Поплачьте все над Митей-бегунцом.
  
  
  Боялся смерти он. Скитался дезертиром.
  
  
  И дома смерть нашел: убит родным отцом.
  
  
  Спи, дорогой товарищ, с миром!
  
  
  
  
   Раскаявшийся дезертир Спиридоновского
  
  
  
  
   лесного отряда Тимофей Ряз..."
  
  
  
  
  
  
  (Фамилия неразборчива.)
  
  
  
  
  ЗАРУБКА
  
  
   Мужик хитер, да память коротка.
  
  
   Не будь у мужика
  
  
   Для памяти подмоги,
  
  
   Зарубки или узелка,
  
  
   Совсем бы сбился он с дороги.
  
  
  Вот басня, в ней урок. Хочу, чтоб кой-кого
  
  
  Уму да разуму она бы научила.
  
  
  
  
   *
  
  
   У мужика у одного
  
  
   С зарубки память соскочила.
  
  
  Емелька в оны дни, известно, как он жил:
  
  
   "Живем - о землю рожей!" -
  
  
  Работал день и ночь, и день и ночь тужил,
  
  
  В избе нетопленой прикрывшися рогожей;
  
  
   Худой, оборванный, босой,
  
  
   Кряхтел над тощей полосой
  
  
   И, встав порой у раздорожья,
  
  
  Где был в помещичью усадьбу поворот,
  
  
  Шептал озлобленно: "Ограбили народ!
  
  
  Всю землю отняли! А ведь земля-то божья!"
  
  
  Что ж приключилося с Емелькою, когда
  
  
   От бар не стало и следа?
  
  
  Дорваться стоило Емельке до земельки,
  
  
   Отшибло память у Емельки.
  
  
  С ним деликатничай, его не раздражай;
  
  
   Собравши новый урожай,
  
  
  С деньгой кубышечку храня у изголовья,
  
  
  Емелька позабыл все прежние присловья.
  
  
  Он прежде был добряк. Теперь он не таков.
  
  
  Теперь он кулаку иному не уступит:
  
  
   Он хлеб продаст тому, кто купит.
  
  
  Спокойно с городских рабочих, с бедняков,
  
  
   За фунт муки три шкуры слупит.
  
  
  На власть Советскую беда как он сердит.
  
  
  "Учитывают хлеб, - угрюмо он твердит, -
  
  
  На кой же ляд тогда, выходит, сеял рожь я?
  
  
  С учета этого убыток мне прямой!"
  
  
  "Емелька, а земля?.."
  
  
   "Земля, конешно... божья,
  
  
   А хлебец - мой!"
  
  
  
  
   *
  
  
  Емелька, мазан я с тобой одним елеем
  
  
  И говорю с тобой, как с братом иль отцом.
  
  
   Не будь, Емеля, подлецом,
  
  
   А наипаче - дуралеем!
  
  
  Голодные, мы сил последних не жалеем,
  
  
  Но до конца борьбы еще не довели.
  
  
  Коль мы по милости твоей переколеем,
  
  
   Ты околеешь - без земли.
  
  
  Советские враги - не о тебе радеют.
  
  
  И если баре вновь землею овладеют,
  
  
  То - заруби себе ты это на носу! -
  
  
  Так возмещать начнут они свои убытки,
  
  
  Что, вынося от них неслыханные пытки,
  
  
  Ты, весь обобранный до нитки
  
  
  И прячась где-нибудь в овраге иль в лесу,
  
  
  Начнешь завидовать ты собственному псу!
  
  
   ПОЛКОВНИК "КУЛАК-КУЛАКОВИЧ"
  
  
  
  
  Я - единственный начальник русских войск
  
  
  
   Гдовского, Псковского и Лужского районов. Я -
  
  
  
   законный представитель народной власти.
  
  
  
  
  Ослушников расстреливаю!
  
  
  
  
  Подписал:
  
  
  
  
  Атаман крестьянских партизанских отрядов
  
  
  
  
  полковник Булак-Балахович.
  
  
  То грозит нам не старый Илья-богатырь
  
  
  И не славный Алеша Попович,
  
  
  То дворянский ублюдок, голодный упырь,
  
  
  Пан-полковник Кулак-Кулакович.
  
  
   Не надеясь на силу своих кулаков,
  
  
   Он не брезгает подлым обманом
  
  
   И сзывает, сзывает в свой стан дураков,
  
  
   Величая себя атаманом.
  
  
  Эй, Кулак-Кулакович, лихой атаман,
  
  
  Далеко те до Разина Стеньки:
  
  
  Выворачивал Стенька боярам карман,
  
  
  Но ни сжег ни одной деревеньки.
  
  
   Стенька шел впереди своих вольных людей
  
  
   В кумаче, а не в царском уборе,
  
  
   И таких "атаманов", как ты, лиходей,
  
  
   Стенька вешал на первом заборе.
  
  
  И тебе, Кулаку-Кулаковичу, тож
  
  
  Не уйти от народной расправы, -
  
  
  Скоро в спину получишь ты пулю иль нож
  
  
  От своей же от белой оравы.
  
  
   Потому что настанет такая пора:
  
  
   Все Епишки поймут и Микешки,
  
  
   До чего довести может эта игра,
  
  
   Где они - только жалкие пешки;
  
  
  Что какая-то сволочь пройдет в короли,
  
  
  Офицеры получат поместья,
  
  
  А для пешек достанется - холмик земли
  
  
  Да позор векового бесчестья!
  
  
  
   СУДАРЬ-БАРИН
  
  
  
  
  Песня
  
  
  
   (Фронтовая)
  
  
  
  
  Член особого совещания при Деникине,
  
  
  
   Колокольцев, заявил, что крестьяне должны
  
  
  
   будут 1/3 урожая и 1/2 сена отдать прежним
  
  
  
   владельцам - помещикам и арендаторам.
  
  
   Красным - "барин - злой татарин",
  
  
   Белым - мил припев другой:
  
  
   "Уж ты сударь, ты, наш барин,
  
  
   Сударь-барин дорогой!"
  
  
  
  Уж ты сударь, ты, наш барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   В белой гвардии солдаты,
  
  
   Одно слово, молодцы, -
  
  
   Про мужицкие заплаты
  
  
   Позабыли, подлецы!
  
  
  
  Уж ты сударь, ты, наш барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   Как росли под плеткой барской
  
  
   На спине у нас рубцы,
  
  
   Как жилось под властью царской, -
  
  
   Все забыли, стервецы!
  
  
  
  Уж ты барин, ты, наш барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   Позабыли, - ум отшибло! -
  
  
   Сколько мы вскормили вшей,
  
  
   Сколько в войнах люда гибло
  
  
   Ради барских барышей.
  
  
  
  Уж ты добрый, ты, наш барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   В белой гвардии ребята -
  
  
   Закаленные сердца:
  
  
   Разопнут родного брата,
  
  
   На штыки возьмут отца!
  
  
  
  Будь доволен, сударь-барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   Дураков везде довольно,
  
  
   Ими улицы мости.
  
  
   Лезут в петлю добровольно:
  
  
   Барин вновь у них в чести.
  
  
  
  Распрекрасный ты наш барин,
  
  
  
  Сударь-барин дорогой!
  
  
   "Были босы, будем босы:
  
  
   Без сапог - ногам не преть.
  
  
   Вот те, барин, сенокосы,
  
  
   Вот те, барин, хлеба треть!
  
  
  
  Поправляйся, сударь-барин,
  
  
  
  Благодетель дорогой!"
  
  
   "Дай по трешнице на рыло
  
  
   Холуям твоим на чай
  
  
   И добро, какое было,
  
  
   Все обратно получай!
  
  
  
   Получай, голубчик барин,
  
  
  
   Поправляйся, дорогой!"
  
  
   Братцы! Силы мы утроим
  
  
   И господским холуям -
  
  
   Всем деникинским героям -
  
  
   Накладем мы по шеям!
  
  
  
  Холуям и добрым барам
  
  
  
  Накладем мы по шеям!
  
  
  НЕ ТЕРЯЙТЕ, ТОВАРИЩИ, ВЕРЫ ВЫСОКОЙ
  
   Вот что, товарищи, досадно:
  
   С красной Венгрией что-то неладно.
  
   Хоть и врут на три четверти радиограммы,
  
   Но, видно, в Будапеште не обошлося без драмы,
  
   Пахнет гнуснейшим предательством
  
   (Социал-соглашательством!).
  
   Польстясь на посулы Антанты,
  
   Соглашательские франты
  
   Пытаются во главе республики
  
   Поставить отбор из чистейшей публики,
  
   То-бишь, пустивши в оборот "демократию",
  
   Разводить с Антантой "дипломатию"
  
   (Танцевать по чужому приказу).
  
   Антанта прижала их сразу:
  
   "Неча играть нам в прятки,
  
   Снимайте штаны, ребятки!"
  
   А те готовы со страху
  
   Снять и рубаху.
  
   Простая штука,
  
   И впредь дуракам наука,
  
   Умный всегда в одиночестве.
  
   Нет, не ошибусь я в пророчестве.
  
   Как нам будет ни трудно держаться,
  
   На судьбу все ж нам грех обижаться.
  
   С надрыву расейский народ киловат,
  
   Но - жиловат.
  
   Мы Антантам всем на зло продержимся,
  
   На колени (к чертям!) ни пред кем не повержемся.
  
   Выпал жребий нам тяжкий, но славный,
  
   "Класс рабочий всемирный" - союзник наш гласный.
  
   Кто не верит в него, тому не во что верить,
  
   Тому все наши подвиги надо похерить,
  
   Растянувшись в гробу, ручки-ножки сложить.
  
   Для чего больше жить?
  
  
  
  
   *
  
   Не теряйте, товарищи, веры высокой.
  
   Не осталась Советская Русь одинокой!
  
   Пролетария можно предать, обмануть,
  
   В кабалу его в прежнюю снова вернуть,
  
   Пролетарий обманутый - все ж пролетарий!
  
   Он не прежний униженный парий,
  
   Он не прежний забитый, запуганный раб.
  
   Он ослаб.
  
   Велико его бремя.
  
   Но придет его время,
  
   Торжествуя, победно восстать.
  
   Что пигмейской душе не под стать,
  
   То под стать исполину:
  
   Как ни тяжек веками накопленный гнет,
  
   Но, стряхнув его с плеч, исполин разогнет,
  
   Навсегда разогнет исполинскую спину.
  
   Жребий горький, но славный дала нам судьба,
  
   Злую, злейшую участь раба
  
   На своей испытали мы шкуре,
  
   И по силам такая, как наша, борьба
  
   Только нашей широкой натуре,
  
   Нашей воле стальной,
  
   Закаленной в тягчайшей неволе.
  
   Мы всех дольше стояли с согбенной спиной
  
   И терпели всех боле,
  
   И за это дана нам судьбой
  
   Величайшая честь - нашей силой бунтарской
  
   Завязать и решить окончательный бой
  
   За судьбу всей семьи мировой пролетарской,
  
   О делах наших будут судить по концу,
  
   По концу будет честь воздана и награда,
  
   Вам - героям, железным бойцам Петрограда,
  
   Мне - страданий и подвигов ваших певцу!
  
  
  
   ИЗДЫХАЮЩАЯ ГАДИНА
  
  
  
  
  Перехвачено такое письмо к бывшему
  
  
  
   управляющему помещичьим имением от скрывшегося
  
  
  
   к белым владельца этого имения:
  
  
  
  
  "Передай крестьянам, пусть производят
  
  
  
   порубку крупного леса, но молодой оставляют,
  
  
  
   потому что - если испортят весь молодой лес,
  
  
  
   то нечем будет п_р_о_c_т_ь м_у_ж_и_к_о_в".
  
  
  
  
  ("Кронштадтские известия" 12 августа
  
  
  
   1919 г.)
  
  
   Из имения бесследно
  
  
   Где-то скрывшись, барин злой
  
  
   Ждет, настроившись победно:
  
  
   Заживет он вновь безбедно,
  
  
   Как вернется строй былой.
  
  
   Настрочив письмо умело,
  
  
   Мужикам дает он весть:
  
  
   "Эй вы, хамы! Грабьте смело,
  
  
   Но, творя лихое дело,
  
  
   Знайте: барин где-то есть!
  
  
   Скоро всем вам, погодите,
  
  
   Вновь надену я оброть,
  
  
   Крупный лес мой изводите,
  
  
   Прутья ж все-таки щадите,
  
  
   Чтоб вас было чем пороть!"
  
  
   ЗАЖИГАЙТЕ, ДРУЗЬЯ, БОЕВЫЕ ОГНИ
  
  
  На полмесяца я уезжал из Москвы.
  
  
  "Вот соскучатся!" - думал. Увы!
  
  
  Ни один человек не заметил.
  
  
  Возвращаясь из Питера снова назад,
  
  
  Ждал я: будет, конечно, мне встречный парад.
  
  
  Но... никто меня так и не встретил.
  
  
  Чтоб излить хоть немного досаду свою,
  
  
  Я решил написать... интервью.
  
  
  Не теряя фасону,
  
  
  Сам себя выдаю
  
  
  За большую персону.
  
  
  Ведь не все ж комиссарам подобная честь.
  
  
  Интервью мое многим полезно прочесть.
  
  
  
  
   *
  
  
  Петроградские все впечатленья
  
  
  От поездки моей таковы:
  
  
  Коммунистов побольше и без промедленья
  
  
  В Петроград мы отправить должны из Москвы.
  
  
  Кое-что, я боюсь, мы уже проглядели.
  
  
  Присмотрелся ко многому я в две недели,
  
  
  В две недели изрядно успев ощутить,
  
  
  Что не время шутить.
  
  
  Уж на что я шутник, но и мне не до шуток.
  
  
  Жутко в Питере. Воздух в нем кажется жуток.
  
  
  Напряженность глухая на каждом шагу:
  
  
  Всем нутром своим чувствуешь близость к врагу.
  
  
  Вот он здесь притаился под боком,
  
  
  Сторожа каждый шаг твой недремлющим оком,
  
  
  Выбирая минуту, чтоб сделать скачок, -
  
  
  Темной ночью горит его злобный зрачок.
  
  
  Я не лезу в пророки,
  
  
  Но вчера я для "Правды" писал свои строки
  
  
  В ту, быть может, минуту, когда
  
  
  Под Кронштадтом английские гибли суда,
  
  
  Получивши отпор от кронштадтских героев.
  
  
  Вражьи гнусные планы на время расстроив,
  
  
  Ни минуты терять не должны мы теперь.
  
  
  Разъяренный антантовский раненый зверь
  
  
  Снова бросится в бой, напряженье утроив.
  
  
  Враг могучие когти свои показал.
  
  
  Маски сброшены. Время сурово.
  
  
  Красный Питер, он первое слово сказал,
  
  
  Он же скажет последнее грозное слово.
  
  
  Для врагов наступают последние дни:
  
  
  Может, месяц им дан, но уж не дано году.
  
  
  Бой идет к роковому исходу:
  
  
  Или мы, иль они.
  
  
  Зажигайте ж, друзья, боевые огни!
  
  
  Мирный труд будет подвигов наших наградой.
  
  
  Пробил час стать нам грозной, стальною оградой
  
  
  Перед замыслов наших святым очагом.
  
  
  Питер бьется с последним, но злейшим врагом!
  
 &nb

Другие авторы
  • Соллогуб Владимир Александрович
  • Бибиков Виктор Иванович
  • Врангель Александр Егорович
  • Черный Саша
  • Модзалевский Лев Николаевич
  • Невежин Петр Михайлович
  • Ермолов Алексей Петрович
  • Крашенинников Степан Петрович
  • Вилькина Людмила Николаевна
  • Сырокомля Владислав
  • Другие произведения
  • Соловьев Сергей Михайлович - История России с древнейших времен. Том 18
  • Лесков Николай Семенович - Последняя встреча и последняя разлука с Шевченко
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович - Внучка панцирного боярина
  • Щепкина-Куперник Татьяна Львовна - Фальшивая монета
  • Писарев Дмитрий Иванович - Промахи незрелой мысли
  • Годлевский Сигизмунд Фердинандович - Э. Ренан. Его жизнь и научно-литературная деятельность
  • Федоров Николай Федорович - Кланяться или не кланяться?..
  • Тихомиров Лев Александрович - Дело жизни Герцена
  • Щербина Николай Федорович - Щербина Н. Ф.: биографическая справка
  • Страхов Николай Иванович - Александр I. Спаситель Отечества и Европы
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 361 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа