Главная » Книги

Щепкина-Куперник Татьяна Львовна - Из женских писем, Страница 8

Щепкина-Куперник Татьяна Львовна - Из женских писем


1 2 3 4 5 6 7 8 9

                    Старая сказка.
  
         Въ просторной комнатѣ царила тишина,
         Часы ходъ времени лѣниво отмѣчали,
         И было все полно таинственной печали.
            Неяснымъ свѣтомъ чуть озарена
            Изъ-подъ большого абажура,
         Въ зеленомъ сумракѣ виднѣлася фигура
         Склоненной женщины; бѣлѣлася кровать,
         А эта женщина припала къ изголовью
         Съ такою пламенной тоской, съ такой любовью,
            Что сразу можно было-бъ отгадать,
         Что здѣсь идетъ борьба, и что за жизнь ребенка
            Здѣсь борется измученная мать.
         А въ полной тишинѣ такь странно, слишкомъ звонко,
         Звучалъ порывистый и нервный голосокъ,
            И лихорадочно стремился словъ потокъ.
         - Ну, что же, мамочка! опятъ ты замолчала?
            Еще мнѣ сказочку скажи:
         О Золушкѣ мнѣ разскажи сначала,
         Какъ у нея была карета и пажи,
         И какъ пропало все... И объ Ослиной Кожѣ,
         Какъ гадк³й царь ее прогналь въ пятнадцать лѣтъ,
         И какъ она пустилась нищей въ свѣтъ.
         Послушай! Въ сказкахъ вѣдь совсѣмъ на насъ похоже:
         Все было у меня,- и ничего вдругъ нѣтъ!
         Скажи мнѣ... Кто теперь живетъ у насъ въ квартирѣ?
         - Чуж³е, милый мой!..
                   - Есть мальчики у нихъ?
         Кто въ дѣтской спитъ моей,у этихъ... у чужихъ?
         Ахъ!.. Наша дѣтская была всѣхъ лучше въ м³рѣ.
         Какъ я любиль глядѣть въ нашъ садикъ изъ окна!..
         Тамъ было такъ свѣтло... тамъ было все чудесно!
         А здѣсь совсѣмъ не то. У насъ темно и тѣсно...
         Вотъ эта сѣрая, противная стѣна,
         Мнѣ на нее смотрѣтъ всегда головкѣ больно.
         - Ну, полно, мальчикъ мой, довольно:
         Воть ты поправишься, сыночекъ мой родной,
         И къ тетѣ, можетъ быть, поѣдемъ мы весной:
         Тамь будемъ мы гулять, удить, купаться въ морѣ,
         За ягодами въ лѣсъ...
                   - А купишь мнѣ ружье?
         - Куплю, куплю тебѣ, сокровище мое.
         Попробуй-ка уснутъ?..
                   Съ тревогою во взорѣ,
         Пылавш³й лобикъ тронула она:
         - Усни, мой маленьк³й, закрой спокойно глазки!
         - Нѣтъ, спать я не хочу.
                   - Чего-жь ты хочешь?
                                 - Сказки.
         - О Красной Шапочкѣ?
                   - Нѣтъ, эта мнѣ скучна.
         - Тогда о Золушкѣ?
                   - И Золушки не нужно!
         - О Синей Бородѣ?
                   - Я знаю наизусть.
         - О Ванѣ съ Машею, какъ дѣтки жили дружно?..
         - Нѣтъ, новая пусть будетъ сказка, пусть!
         Ты выдумай сама,
                   - Сама... постой... но что же?..
         Жилъ мальчикъ маленьк³й...
                   - Такой какъ я, скажи?
         - Такой какъ ты, спокойнѣе лежи.
         Жилъ малъчикъ съ мамочкой своей...
                   - И съ папой тоже?
         - И съ папой, да. Онъ былъ...
                       - Постой!
         Скажи мнѣ, мамочка, скажи, гдѣ папа мой?..
         - Уѣхаль по дѣламъ; тебѣ вѣдь я сказала.
         - Нѣтъ, воть что я тебѣ скажу одинъ секретъ:
         Послушай, мамочка, не уѣзжалъ онъ, нѣтъ!
            Ты этого не знала?
         Когда ходилъ гулять я съ няней въ Лѣтн³й садъ,
         Я встрѣтилъ вѣдь его! Онь быль съ красивой дамой...
         Нѣть, право, я не лгу. Ты знаешь, съ этой самой,
         Что пр³ѣзжала къ намъ два вечера подрядъ,
         Когда ты къ тетѣ ѣздила на дачу.
         Она еще тогда конфекть мнѣ привезла...
         Но все-таки она мнѣ показаласъ зла.
         Да не смотри же такь, не то сейчасъ заплачу!
            О, мама, я боюсь!
         - Нѣть, нѣтъ, мой маленьк³й,ты видишь, я смѣюсь;
         Ну, успокойся же! Ты и забыль про сказку!
         Тотъ мальчикь маленьк³й послушнымъ быль всегда,
         И воть ему купили разъ коляску
         И ослика...
                   - Живого, мама, да?
         - Живого, милый мой.
                   - О, мама, мнѣ неловко!
         Мнѣ жарко, душно мнѣ, и такъ болитъ головка!
         - Усни, сыночекъ яюй!..
                   - Ахъ, мама, больно мнѣ!
         Возьми меня къ себѣ!..
                   И мальчикъ весь въ огнѣ
         Метался на рукахъ у матери несчастной.
         Она баюкала его съ тоскою страстной,
         И прижимала съ нѣжностью къ груди,
         И, на него съ тревогой глядя,
         Шептала:
            - Ангель мой, родной мой, погоди,
         Вотъ докторь къ намъ придеть, ты знаешь,- добрый дядя,
         "Лѣкарство дастъ тебѣ, головка и пройдетъ.
         О, няня, поскорѣй перемѣните ледъ!
         - Живого ослика? О! я боюсь той дамы!
         Пусть папа купитъ мнѣ... Я не уйду отъ мамы,
         Я... не... хочу!..
                   Но вотъ, измученъ, истомленъ,
            Тяжелымъ сномъ забылся онъ.
            Со взглядомъ полнымъ муки
         Мать, на колѣняхъ и ломая руки,
         Твердила, какъ въ бреду, несвязныя слова:
         - Онъ у меня одинъ теперь, о, Боже!
         Спаси обоихъ насъ! Онъ мнѣ всего дороже.
             Я имъ дышу, я имъ жива!
         О, сохрани его Своей всесильной властью,
         Ужели мало одному несчастью...
         Но если жизнь Тебѣ нужна - возьми мою,
         Ее безропотно Тебѣ я отдаю!
         И слезы жгуч³я текли, полны печали.
         Онѣ имученной души не облегчали -
         Отравы полонъ былъ горюч³й ихъ потокъ.
         Вдругь, въ тишинѣ ночной, продребезжалъ звонокъ.
         Навстрѣчу кинулась она къ нему мгновенно.
         Надежда у нея мелькнула сокровенно:
         - Вы, докторъ? Наконецъ!.. Ты?..
            Вы?.. Вы здѣсь?.. Зачѣмъ?..
         Въ отвѣтьей голосъ раздался надменно:
         - Мнѣ кажется, что здѣсь не лишн³й я совсѣмъ,
         Ребенокь боленъ нашъ... Я счелъ священнымъ долгомъ
         Заѣхать...
             По молчаньи долгомъ,
         Собравишсь съ силами, отвѣтила она:
         - О долгѣ говорить рѣшились вы со мною?..
         Послушайте! Намъ здѣсь рисовка не нужна.
         Да, вы насъ бросили. Вы разошлись съ женою...
         О, Боже мой, такъ просто разошлись!
         Стѣснен³й никакихъ, исполненъ вашъ капризъ,
         Вамъ такь нужна была свобода!..
         Но справились ли вы о сынѣ за полгода?
         Вы намъ кидали жалк³е гроши,
         Чтобъ обезпечить намъ существованье,
         Но сколько дали вы жестокаго страданья
            Для этой маленькой души
            Ни въ чемъ невиннаго созданья?
         Пока онъ былъ здоровъ, забыли вы его.
         Вамъ и не шла на умъ та нравственная ломка,
         Которой обрекли вы сына своего.
         - Гдѣ папа? Что за роль играетъ у него
         И въ домѣ и въ душѣ та... незнакомка?
         Зачѣмъ вашъ сынъ лишенъ родного уголка,
            Тепла и воздуха, и свѣта?
            Зачѣмъ въ слезахъ, всю въ черномъ, безъ привѣта
         Онъ видитъ мать свою? Зачѣмъ такъ далека
         Теперь ужъ отъ него вся жизнь его былая?
         И наконецъ, зачѣмъ... зачѣмъ ему лгала я,
         Что вы уѣхали?
                   - Зачѣмъ же лгали вы?
         - Что-жъ мнѣ сказатъ ему? Онъ проситъ объясненья,
         Но слишкомъ тяжелы вопросы и сомнѣнья
             Для восьмилѣтней головы!
         Сознайтесъ... вы не думали объ этомъ?
         Зачѣмъ же вы явилисъ къ намъ сейчасъ,
         Дразнить ребенка отнятымъ привѣтомъ?
         Нѣтъ, лучше во-время уйдите вы отъ насъ.
         Весъ слабый организмъ его теперъ подкошенъ,
         Онъ мнѣ принадлежтъ! Да, мнѣ! Онъ вами брошенъ.
         Чтожъ? Явится къ нему покинувш³й отецъ,
         И снова дастъ ему счастливую минутку,
         И прочь опятъ уйдетъ? Оставъте-жъ, наконецъ,
         Для сердца дѣтскаго такую злую шутку.
         О, пожалѣйне же его... и... и меня.
         Вѣдь я любила васъ! Но, голову склоня
         Предъ вашей волею, я отказалась сразу
         Отъ счастья своего, смиренно, какъ раба.
         Такая наша женская судьба!
         Не проронила ни одну я фразу,
            Что оскорбить бы васъ могла!
         Какъ много мнѣ вы причинили зла,
         Какую нанесли мучительную рану
         Моей душѣ - я говоритъ не стану.
         Но для него... Теперь я лишь его люблю.
         Оставьте насъ вдвоемъ! Не мучайте напрасно!
         Онъ боленъ! Для него волнен³е опасно,
         Смертельно, можетъ быть. Я жалости молю!
            Но, отстранивъ ее сурово,
         Онъ кинулъ ей:- Что значитъ вашъ испугъ?
         Довольно нервничать! Вы бредите, мой другъ!
         И мимо онъ прошелъ. Она - за нимъ, готова,
            Когда придется, у него
            Ребенка вырвать своего.
         Но, быстро подбѣжавъ къ постели,
         Вдругъ пошатнулась:- Неужели?!.
            Мой мальчикъ... что это? Мой
             Богъ! Не дышитъ онъ!..
         И съ воплемъ замерла... Отецъ гляди, несмѣлый,
         На блѣдныя уста, на лобикъ посинѣлый...
         - Тсс!.. Сказка кончена - послѣдн³й крѣпокъ сонъ!..
  

ПРЕЛЕСТНЫЙ ЧАСЪ.

(Переводъ изъ Ростана).

  
                   Прелестный часъ.
  
         Подъ звуки музыки обѣдъ кончался поздно.
         Весь старый паркъ блестѣлъ, элег³ю забывъ;
         Порою вѣтерка душистаго порывъ
         Покачивалъ въ вѣтвяхъ легко и грац³озно
         Цвѣтныя чашечки японскихъ фонарей,
         Лиловыхъ, розовыхъ и палевыхъ огней.
         Ихъ отражен³я, какъ тонк³я спирали,
         На водахъ озера колеблясь умирали.
         То чудный вечеръ былъ!.. Сливались, какъ сквозь сонъ,
         Природы красота и прелесть декорац³й,
         Листва столѣтнихъ липъ и молодыхъ акац³й
         Смыкались въ вышинѣ, какъ сказочный плафонъ.
         Въ отверст³я ея смотрѣли къ намъ, мерцая,
         Далекихъ звѣздъ огни, и тихо въ этотъ часъ
         Безпечная любовь царила между насъ,-
         Любовь свободная, глубокая, живая.
         Куда-то далеко дѣйствительность ушла,
         Все залито луной, и сосенъ силуэты,
         Какъ блѣднымъ бархатомъ, с³ян³емъ одѣты;
         Въ убранствѣ тщательно накрытаго стола
         Исчезъ порядокъ весь; на канделябрахъ стройныхъ
         Рядъ огоньковъ дрожитъ, всселыхъ, безпокойныхъ,
         Прикрытыхъ розовымъ щиткомъ цвѣтной тафты,
         Прозрачно-розовымъ, какъ странные цвѣты.
         То чудный вечерь былъ, волшебный, незабвенный;
         О немъ не вспомнить намъ безъ грусти сокровенной.
         Аристократ³я талантовъ и умовъ,
         Аристокраф³я сердецъ неповседневныхъ,
         Тѣ взгляды, полные значен³я безъ словъ,
         Молчанье, полное мечтан³й задушевныхъ...
         На мигъ - задумчивость, и съ новымъ вдругъ огнемъ
         Польется разговоръ, души коснется страстно
         Рѣчь вдохновенная, звучащая согласно
         Одной вибрац³ей съ чистѣйшимъ хрусталемъ.
         Въ бокалахъ искрилось живительное Асти,
         И, подчиняя насъ своей красивой власти,
         Старалась роскошь насъ блаженствомъ окружить.
         Ф³алки на столѣ набросаны небрежно,
         Однѣ, темнѣй, еще благоухали нѣжно;
         То были Пармск³я... онѣ хотѣли жить -
         То были Пармск³я; лѣсныя - умирали.
         Какъ будто сорвана невидимой рукой,
         Вдругъ трепетала вся одна изъ розъ порой,
         И лепестки ея всѣ сразу облетали.
         Въ малѣйшей складочкѣ, въ изяществѣ цвѣтка,
         Во всемъ - скрывались здѣсь изящества вѣка;
         Вѣка развит³я въ малѣйшей фразѣ крылись;
         И въ каждомъ кустикѣ такъ ярко отразились
         Вѣка борьбы и жертвъ, и духа торжество
         Надъ первобытною матер³ей тяжелой.
         А разговорь лился изящныи и веселый;
         Касались музыки, поэз³и,- всего,-
         И метафизики... Быль шумъ и смѣхъ повсюду,-
         Напрасно въ тишь и въ ночь манила темнота.
         Вотъ подали на столь лѣсной клубники груду.
         Пунцовымъ ягодамъ - пунцовыя уста
         Прелестныхъ лакомокь лукаво улыбались;
         Онѣ довѣрчивѣй къ сосѣду нагибались,
         И пополамъ, смѣясь, дѣлили свой миндаль;
         А рядомъ вспыхнуль споръ и слышалось "Стендаль".
         На вянущихъ цвѣтахъ играли блики свѣта;
         Въ бокалахъ таялъ ледь прозрачнаго сорбета.
         Минутой странный насъ охватывалъ экстазъ,
         Что было поводомъ для этого экстаза?
         Быть можетъ, полная глубокой тайны фраза,
         Движен³е рѣсницъ и взглядь глубокихъ глазъ;
         А можетъ быть, и видъ какой-нибудь бездѣлки,
         Дессертный ножичекь особенной отдѣлки.
         То быль тотъ дивный часъ, когда въ уставш³й заль
         Съ террасы свѣжая вливается прохлада;
         Когда, облокотясь, оставивъ свой бокалъ,
         Мечтаешь безъ конца надъ кистью винограда...
         И рѣчь становится загадочнѣй, смутнѣй,
         И непонятные намеки слышишь въ ней.
         Любовь свободная, глубокая, живая,
         Безпечная любовь царила между насъ,
         И были мы дѣтьми въ блаженный этотъ чась.
         Кто говорилъ стихи, кто умолкалъ, мечтая,
         Зажглись огни сигарь, и легк³й дымъ гаваннъ
         Головки дамъ облекъ, какъ голубой туманъ.
         У самыхъ сдержанныхъ - отвѣтовъ рядъ задорныхъ
         Вертѣлся на устахъ; въ петлицахъ фраковъ черныхъ
         Явились звѣздочки душистыя гвоздикъ,
         Похищенныхъ у вырѣзныхъ корсажей.
         Вотъ отдаленный вальсь лукаво къ намъ проникъ,
         И отражен³емъ несбыточныхъ миражей
         Въ глазахъ мечтательницъ зажегъ онъ странный свѣтъ,
         Теперь онѣ едва находять намъ отвѣтъ
         И, кольца на рукахъ ломая машинально,
         Слѣдять, какъ вальсъ звучить и сладко и печально.
         А ночь вливается весеннею волной,
         И запахомъ цвѣтовъ весь полонъ садъ ночной;
         И аромать духовъ, и дымъ сигары цѣнной
         Легко сливается съ душистымъ вѣтеркомъ.
         То чудный вечеръ былъ, волшебный, незабвенный,
         О немъ не вспомнить намъ безь грусти сокровенной.
         О, тих³й, нервный смѣхъ... И долг³й взглядъ тайкомъ.
         Остроты, полныя насмѣшки утонченной,
         Гримаска милая притворно-огорченной,
         Тутъ философ³и возвышенная рѣчь,
     &

Другие авторы
  • Крайский Алексей Петрович
  • Первухин Михаил Константинович
  • Ватсон Мария Валентиновна
  • Богданов Василий Иванович
  • Гагарин Павел Сергеевич
  • Соловьев Владимир Сергеевич
  • Чарская Лидия Алексеевна
  • Башкирцева Мария Константиновна
  • Михайлов Г.
  • Вельяминов Николай Александрович
  • Другие произведения
  • Мамышев Николай Родионович - Ответ Г-ну. Б. В. Ш
  • Розанов Василий Васильевич - Рождество Христово ныне и вечно
  • Гофман Эрнст Теодор Амадей - Каменное сердце
  • Грум-Гржимайло Григорий Ефимович - Описание путешествия в Западный Китай
  • Мерзляков Алексей Федорович - Цензорское разрешение на альманах "Северная лира на 1827 год"
  • Федоров Николай Федорович - Реформа гегелевой "Логики"
  • Соловьев Владимир Сергеевич - Великий спор и христианская политика
  • Иммерман Карл - Мюнхгаузен. История в арабесках
  • Тучков Сергей Алексеевич - Тучков С. А.: Биографическая справка
  • Трубецкой Евгений Николаевич - Спор Толстого и Соловьева о государстве
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 229 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа