Главная » Книги

Шекспир Вильям - Сонеты, Страница 5

Шекспир Вильям - Сонеты


1 2 3 4 5 6 7 8

bsp; Тебя изобразил лишь твой правдивый друг.
  
  
   Прикрасы там нужны, где все убого,
  
  
   Где красок нет, - в тебе же их так много!
  
  
  
  
   83
  
  
  По-моему, прикрас тебе не надо,
  
  
  И потому я их не придавал.
  
  
  Я находил, что чар твоих отрада
  
  
  Сильнее всех напыщенных похвал.
  
  
  Поэтому умолк я, чтоб ты сам
  
  
  Мог видеть, как новейшие приемы
  
  
  Неподходящи, слишком узки там,
  
  
  Где совершенства с ложью не знакомы.
  
  
  Мое молчанье ты вменил мне в грех,
  
  
  Когда оно достойно одобренья
  
  
  За то, что не был я собратом тех,
  
  
  Кто вместо жизни дал лишь искаженье.
  
  
   В твоих очах гораздо больше света,
  
  
   Чем могут выразить твои поэты.
  
  
  
  
   84
  
  
  Там больший пыл восторга невозможен,
  
  
  Где сказано, что ты один лишь - ты...
  
  
  В каких краях, где в тайниках заложен
  
  
  Бесценный перл подобной красоты?
  
  
  Убого то перо, что не сумеет
  
  
  Превознести предмета своего.
  
  
  Но о тебе одно сказать довлеет:
  
  
  Что ты лишь ты - и больше ничего!
  
  
  Кто спишет то, что вписано в тебе,
  
  
  Не исказив, что создала природа, -
  
  
  Такой поэт прославится везде,
  
  
  И стих его не обесцветят годы.
  
  
   Свои дары пятнаешь ты, ценя
  
  
   Лишь чад похвал, уродящих тебя.
  
  
  
  
   85
  
  
  Моя немая муза, милый, спит,
  
  
  Когда к тебе несутся песнопенья,
  
  
  И много перьев золотых скрипит,
  
  
  А музы ткут изысканность хваленья.
  
  
  Со мною - мысль, с другими - лишь слова.
  
  
  Кричу "аминь", как дьяк во славу Бога,
  
  
  Услышав всякий гимн, где у стиха
  
  
  Изящество и благозвучье слога.
  
  
  И говорю: "Да, это так; да, верно!"
  
  
  И хочется еще хвалы прибавить,
  
  
  Но мысленно. В моей любви безмерной
  
  
  Не слово - мысль одна умеет славить.
  
  
   Цени ж других за их слова пустые;
  
  
   Меня - за мысли пламенно-немые.
  
  
  
  
   86
  
  
  Его стихов ли гордое ветрило,
  
  
  Стремясь к тебе, награде всех наград,
  
  
  В моем мозгу рой дум похоронило
  
  
  И обратило в гроб цветущий сад?
  
  
  Его ли дух, злым духом наученный
  
  
  Писать стихи, стал палачом моих?
  
  
  Нет, не злой дух, советник сокровенный,
  
  
  Нет, и не сам он поразил мой стих.
  
  
  Ни он, ни этот тайный вдохновитель,
  
  
  Средь тишины желанный гость ночной,
  
  
  Не может хвастаться как победитель.
  
  
  Я не боюсь побед их надо мной!
  
  
   Но чуть ты стал сочувствовать ему,
  
  
   Я замолчал и погрузился в тьму.
  
  
  
  
   87
  
  
  Прощай! Ты слишком дорог для меня
  
  
  И самому себе ты знаешь цену.
  
  
  Тебе свобода мной возвращена,
  
  
  И моему предел положен плену.
  
  
  Как удержать тебя мне против воли?
  
  
  Заслугами моими не богат, -
  
  
  Не стою я такой блаженной доли
  
  
  И все права мои даю назад.
  
  
  Ты дал их мне, еще меня не зная
  
  
  И зная мало о себе самом.
  
  
  Твои дары, в разладе возрастая,
  
  
  Из чуждого вернутся в отчий дом.
  
  
   Я обладал тобой, как в сновиденьи,
  
  
   И был царем - до мига пробужденья.
  
  
  
  
   88
  
  
  Когда захочешь обличить меня,
  
  
  Изобразив, глумясь, в окраске темной,
  
  
  Против себя с тобою буду я
  
  
  И докажу, что прав ты, вероломный!
  
  
  Я лучше всех сам знаю, в чем я слаб.
  
  
  Пред всеми разверну позорный свиток
  
  
  Моих грехов, чтобы, как верный раб,
  
  
  Сиянью твоему придать избыток.
  
  
  И я не буду в проигрыше, нет, -
  
  
  Лишь помышляя о твоем покое,
  
  
  Все, что я сделаю себе во вред,
  
  
  Раз нужно для тебя, нужней мне вдвое.
  
  
   Я так люблю тебя. Весь, весь я твой!
  
  
   Мне в радость скорбь моя за твой покой!
  
  
  
  
   89
  
  
  Скажи, что я виновен - без протеста
  
  
  Я стану в этом уверять других;
  
  
  Скажи, что хром - и я не сдвинусь с места,
  
  
  Не возражая против слов твоих.
  
  
  Не можешь ты меня унизить боле,
  
  
  Придать мрачнее вид делам моим,
  
  
  Чем я. И вот, твоей покорный воле,
  
  
  Я притворюсь тебе совсем чужим.
  
  
  Я стану избегать возможной встречи,
  
  
  И имя столь любимое твое
  
  
  Я исключу из повседневной речи,
  
  
  Чтоб выдать нас оно вдруг не могло.
  
  
   Сам на себя воздвигну клеветы...
  
  
   Могу ль любить, кого не любишь ты?..
  
  
  
  
   90
  
  
  Коль хочешь быть врагом мне - будь им ныне,
  
  
  Когда гоним я роком и людьми.
  
  
  Примкни скорей к враждебной мне судьбине,
  
  
  Но медленной отравой не томи!
  
  
  Когда душа печали сбросит гнет,
  
  
  О, не буди подавленную муку!
  
  
  За бурей вслед пусть дождик не идет...
  
  
  Не замедляй решенную разлуку,
  
  
  Покинь, - но не последним, умоляю,
  
  
  За меньшими печалями вослед,
  
  
  Нет, сразу порази! Тогда познаю
  
  
  Тягчайшую из выпавших мне бед.
  
  
   И горе, что считаю ныне горем,
  
  
   Покажется мне каплей рядом с морем!
  
  
  
  
   91
  
  
  Кто хвалится искусством, кто - рожденьем,
  
  
  Кто - деньгами, кто - парчевым плащом,
  
  
  Кто - мускульною силой, кто - именьем,
  
  
  Кто - соколом, собакой иль конем.
  
  
  И каждый радость, сродную ему,
  
  
  Считает самой высшей из утех.
  
  
  Все это не по вкусу моему.
  
  
  Мое пристрастье - лучшее из всех:
  
  
  Твоя любовь мне знатности милее,
  
  
  Богаче денег и славней венца,
  
  
  Охотничьей потехи веселее,
  
  
  Когда ты мой - нет гордости конца...
  
  
   Но горе в том, что все отнять ты властен,
  
  
   А без твоей любви я так несчастен!
  
  
  
  
   92
  
  
  Но что ни делай, чтоб порвать со мной,
  
  
  До смертного конца ты будешь мой.
  
  
  Я буду жить, пока меня ты любишь,
  
  
  Ты осчастливишь, ты же и погубишь.
  
  
  Чего страшиться худшей из обид,
  
  
  Когда в малейшей - жизни прекращенье?
  
  
  Нет, лучшая мне доля предстоит,
  
  
  Чем быть рабом каприза настроенья.
  
  
  Изменой мне не возмутишь покоя,
  
  
  Коль от нее зависит жизнь моя...
  
  
  О, наконец могу вздохнуть легко я,
  
  
  Счастливым жить и умереть любя.
  
  
   Соблазнов красоте не избежать.
  
  
   Но я измен твоих могу не знать...
  
  
  
  
   93
  
  
  И буду жить в неведеньи счастливом,
  
  
  Как муж обманутый. Твое лицо
  
  
  Еще казаться будет мне правдивым,
  
  
  Когда ты сердцем будешь далеко.
  
  
  В твоих глазах нет места ухищренью,
  
  
  По ним измен твоих мне не узнать.
  
  
  В других чертах всегда по выраженью
  
  
  Обман и хитрость можно прочитать.
  
  
  Но Небо, сотворив тебя, решило
  
  
  В твоем лице любовь запечатлеть.
  
  
  Какие б бури сердце не носило,
  
  
  Их в прелести твоей не разглядеть.
  
  
   Ты чуден, как Эдема плод запретный,
  
  
   Как в нем, в тебе паденье не заметно...
  
  
  
  
   94
  
  
  Кто в силах повредить, но не вредит,
  
  
  Не делает того, чем угрожает,
  
  
  Влияя на других, сам как гранит
  
  
  Незыблем, тверд, соблазны побеждает, -
  
  
  По праву тот наследует блага,
  
  
  Возделывает их, не расточая,
  
  
  Как властелин, разумно умножая,
  
  
  Когда другие стражи лишь добра.
  
  
  Весенний цвет наряден для весны,
  
  
  Сам по себе он лишь живет и вянет,
  
  
  И если вдруг он зараженным станет,
  
  
  То хуже он негоднейшей травы.
  
  
   Так красота от скверны и обмана
  
  
   Как сгнивший цвет - зловеннее бурьяна...
  
  
  
  
   95
  
  
  Каким прелестным делаешь ты стыд,
  
  
  Который, словно червь в пахучей розе,
  
  
  Слух о тебе в зародыше пятнит:
  
  
  Твои грехи подобны вешней грезе.
  
  
  Кто о тебе вещает, описав
  
  
  Сластолюбивый пыл твоих забав,-
  
  
  Не может порицать без восхищенья.
  
  
  И против воли шлет благословенье.
  
  
  Что за приют! Какой прелестный кров,
  
  
  Избрав тебя, нашли себе пороки!
  
  
  Твоей красы блистающий покров
  
  
  Меняет грязь в прозрачные потоки.
  
  
   Но берегись, сокровище мое!
  
  
   У лучшего ножа тупеет острие.
  
  
  
  
   96
  
  
  Кто говорит, что юный пыл твой - грех,
  
  
  Кто прелесть в нем особую находит.
  
  
  Но грех ли, прелесть - он чарует всех,
  
  
  И взор твой в прелесть даже грех возводит.
  
  
  Как на руке у молодой царицы
  
  
  Ничтожный камень блещет как алмаз,
  
  
  Твоих проступков темные страницы
  
  
  Блестят как добродетели для нас.
  
  
  Не все ль ягнята пали б жертвой волка,
  
  
  Когда б он мог их видом обмануть?
  
  
  Какую массу лиц ты сбил бы с толка,
  
  
  Когда б хотел все чары развернуть?
  
  
   Не делай этого! Мне честь твоя,
  
  
   Раз что ты мой, дороже, чем моя.
  
  
  
  
   97
  
  
  Как на зиму похожи дни разлуки
  
  
  С тобой, о радость промелькнувших дней!
  
  
  Какой мороз! Как все томится в скуке!
  
  
  Какой декабрь средь леса и полей!
  
  
  А между тем то было вслед за летом,
  
  
  Роскошной осенью, в пору плодов,
  
  
  Зачатых некогда весенним цветом,
  
  
  Как плод любви осиротелых вдов.
  
  
  И вялыми казались мне плоды,
  
  
  Которые не знают ласк отца,
  
  
  Ведь лето и отрада там, где ты,
  
  
  А без тебя у рощи нет певца.
  
  
   А если есть, поет он так уныло,
  
  
   Что вянет лист, страшась зимы постылой.
  
  
  
  
   98
  
  
  Я далеко был от тебя весной,
  
  
  Когда апрель в одежде многоцветной
  
  
  Дышал повсюду жизнью молодой,
  
  
  И сам Сатурн был светлый и приветный.
  
  
  Ни пенье птиц, ни мед благоуханья
  
  
  Пестреющей долины не могли
  
  
  Заставить верить их очарованью,
  
  
  Или сорвать цветок с лица земли.
  
  
  Ни бледность лилии, ни роз блистанье
  
  
  Не тешило меня: я видел в них
  
  
  Лишь бледный отблеск твоего сиянья,
  
  
  О образец всех прелестей земных!
  
  
   Да, зимним мне казался их убор,
  
  
   И с ними вел такой я разговор:
  
  
  
  
   99
  
  
  Я так цветок фиалки упрекал:
  
  
  Прелестный вор, твое благоуханье
  
  
  Ты не из уст ли милого украл?
  
  
  Чтоб лепесткам твоим придать блистанье
  
  
  Не у него ли кровь из жил ты взял?
  
  
  Лилей корил за цвет руки твоей,
  
  
  Ростки душицы - за красу волос,
  
  
  Виновными глядели кущи роз,
  
  
  Одни красны, другие же бледней
  
  
  Чем снег, а третьи - в краске томной млели,
  
  
  Украв твой цвет и нежный аромат.
  
  
  За это воровство их черви ели,
  
  
  Когда всего пышнее их наряд.
  
  
   И не было ни одного цветка,
  
  
   Который не ограбил бы тебя.
  
  
  
  
   100
  
  
  Где, Муза, ты, что не поешь так долго
  
  
  О том, кто для тебя источник сил?
  
  
  Иль в пошлой песне, изменяя долгу,
  
  
  На недостойных тратишь светлый пыл?
  
  
  Вернись! Скорее искупи вину
  
  
  В созвучьях нежных, полных вдохновенья.
  
  
  Воспой того, кто ценит песнь твою,
  
  
  Кто дал ей содержанье и уменье.
  
  
  Восстань, взгляни на милого чело -
  
  
  Не провело ли время в нем морщины -
  
  
  И если да, осмей упадок зло.
  
  
  Позорь везде и дряхлость и седины.
  
  
   Но будь проворней времени, лети!
  
  
   Губящую косу предупреди!
  
  
  
  
   101
  
  
   Лентяйка Муза! Как искупишь ты
  
  
   Пренебреженье к правде с красотою?
  
  
   Не обе ли они отражены
  
  
   В чертах того, кто так любим тобою?
  
  
   Ответь мне. Уж не хочешь ли сказать,
  
  
   Что правда без похвал всегда нетленна?
  
  
   Что красоту не стоит украшать?
  
  
   Что совершенство в корне совершенно?
  
  
   Что он красив, так будешь ты нема?
  
  
   Тебе в молчаньи оправданья нет,
  
  
   Когда ты в силах, чтоб во все века
  
  
   Он жил и всюду проливал свой свет.
  
  
  
  За дело, Муза! Сделаем с тобою,
  
  
  
  Его красу на все века живою!
  
  
  
  
   102
  
  
  Моя любовь растет, хоть не на взгляд.
  
  
  Люблю не меньше, меньше выражая.
  
  
  Любовь - товар, когда о ней кричат
  
  
  На площади, ей цену поднимая.
  
  
  В весеннюю пору любви моей
  
  
  Тебя встречал моею песней звонкой,
  
  
  Как у порога лета соловей.
  
  
  Но чуть окрепнет в ниве стебель тонкий,
  
  
  Смолкает он, - не потому, что слаще
  
  
  Пора весны, когда он пел о розе,
  
  
  Но потому, что там гудит в зеленой чаще
  
  
  И глушит песнь любви в вседневной прозе.
  
  
   Поэтому, как он, и я молчу,
  
  
   Тебя тревожить песней не хочу.
  
  
  
  
   103
  
  
   Какую бедность, Муза, ты явила
  
  
   Там, где так много высказать могла, -
  
  
   Где в содержаньи голом больше силы,
  

Другие авторы
  • Языков Николай Михайлович
  • Вассерман Якоб
  • Урусов Сергей Дмитриевич
  • Шаховской Александр Александрович
  • Меньшиков Михаил Осипович
  • Чаев Николай Александрович
  • Урванцев Николай Николаевич
  • Маяковский Владимир Владимирович
  • Кюхельбекер Вильгельм Карлович
  • Медведев М. В.
  • Другие произведения
  • Богданов Александр Александрович - Протест А. А. Богданова в редакцию "Пролетария"
  • Немирович-Данченко Василий Иванович - Мурманский берег
  • Аксаков Иван Сергеевич - В ответ на статью "Гражданина" о печати
  • Фурманов Дмитрий Андреевич - Епифан Ковтюх
  • Бедный Демьян - Бедный Демьян: биографическая справка
  • Чернышевский Николай Гаврилович - М. Г. Петрова. "Негласная беседа о Чернышевском"
  • Куприн Александр Иванович - Друзья
  • Остолопов Николай Федорович - Лирическая песнь при известии о новых победах
  • Фет Афанасий Афанасьевич - О стихотворениях Ф. Тютчева
  • Шевырев Степан Петрович - Веверлей, или Шестьдесят лет назад
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 276 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа