Главная » Книги

Пальмин Лиодор Иванович - Стихотворения, Страница 2

Пальмин Лиодор Иванович - Стихотворения


1 2 3 4 5

  
   Но вот в столицах, взяв пример
  
  
  10 С цивилизованной Европы,
  
  
   Для блага бедных пропасть мер
  
  
   Изобретают филантропы.
  
  
   Узнав, что всюду, где народ,
  
  
   Кишат подобные Михеи,
  
  
   Они стремглав пускают в ход
  
  
   Свои гуманные затеи:
  
  
   Подписки в пользу бедняков,
  
  
   Спектакли с целью благородной,
  
  
   Тьмы звонких фраз и громких слов
  
  
  20 Благотворительности модной.
  
  
   Терпи, терпи, бедняк Михей,
  
  
   В грядущее будь полон веры!
  
  
   О лучшей участи твоей
  
  
   Строжайше приняты все меры!..
  
  
   А между тем неурожай,
  
  
   Две-три губернии без хлеба,
  
  
   С Михеем тщетно целый край
  
  
   Ждет милосердия от неба.
  
  
   И вот Михей похоронил
  
  
  30 Зараз троих своих малюток,
  
  
   Их лютый голод истощил:
  
  
   Они не ели двое суток.
  
  
   Но вот в газетах тьмы статей
  
  
   Завыли пред лицом Европы,
  
  
   И, будто спущены с цепей,
  
  
   Засуетились филантропы:
  
  
   Дают обеды, вечера,
  
  
   Струят шампанское реками,
  
  
   Сгорают жаждою добра
  
  
  40 И даже бредят бедняками.
  
  
   Из угожденья мужичкам
  
  
   Танцуют польки и кадрили
  
  
   И даже ручки модных дам
  
  
   Почтить их лептой не забыли.
  
  
   Терпи, терпи, бедняк Михей,
  
  
   В грядущее будь полон веры!
  
  
   О лучшей участи твоей
  
  
   Строжайше приняты все меры!..
  
  
   Еще прошел тяжелый год,
  
  
  50 И вновь Михей, с нуждою споря,
  
  
   Троих малюток в гроб кладет,
  
  
   Уже седой от слез и горя.
  
  
   Вот и Арина в гроб сошла,
  
  
   Михей один с своей душою:
  
  
   Теперь он пропил всё дотла
  
  
   И бродит по миру с сумою.
  
  
   Михей умаялся и лег
  
  
   С Ариной рядом на кладбище,
  
  
   Беспечно сон его глубок,
  
  
  60 И не нуждается он в пище...
  
  
   Как прежде, предан свет большой
  
  
   Филантропическим затеям,
  
  
   И вот с кладбищенской травой
  
  
   Лепечет ветер над Михеем.
  
  
   Терпи, терпи, бедняк Михей,
  
  
   В грядущее будь полон веры!
  
  
   О лучшей участи твоей
  
  
   Строжайше приняты все меры!..
  
  
   <1878>
  
  
  
  313. ПОДРАЖАТЕЛЬНОСТЬ
  
  
   Мы по примеру обезьян
  
  
   Во всем Европе подражаем,
  
  
   Берем из Франции канкан,
  
  
   В Париже моды занимаем.
  
  
   Всё занято, что ни спроси,
  
  
   От наций западной Европы,
  
  
   По их примеру на Руси
  
  
   Заведены и филантропы...
  
  
   И сам патриотизм святой,
  
  
   В сердцах кипящий, энергичный,
  
  
   И тот как будто бы не свой,
  
  
   А тоже с пломбой заграничной.
  
  
   От шляпок и ботинок дам
  
  
   До стариковского халата,
  
  
   От просвещенья до реклам -
  
  
   Всё, всё из-за границы взято...
  
  
   В костюме, в кушанье, в речах,
  
  
   И в барской сфере, и в лакейской,
  
  
   И даже в самых дураках
  
  
   Прогресс заметен европейский.
  
  
   У нас родного больше нет,
  
  
   Всё подражание, и даже
  
  
   Прогресса западного цвет
  
  
   В разбое, жульничестве, в краже.
  
  
   Лишь грязь российских городов,
  
  
   Назло науке иноземной,
  
  
   Осталась с искони веков
  
  
   Неподражаемо туземной...
  
  
   <1878>
  
  
  
   314. ИСТИНА
  
  
   По рынку враждующих партий
  
  
   В молчании истина шла;
  
  
   Ее снеговая одежда
  
  
   Чиста безупречно была.
  
  
   Был прост, мишурой не украшен
  
  
   Ее незатейный убор,
  
  
   Величием скромным и кротким
  
  
   Отрадно сиял ее взор.
  
  
   И кто-то воскликнул несмело:
  
  
   "Вот истина, вот она здесь!"
  
  
   Но был равнодушно-небрежен
  
  
   К ней рынок враждующий весь.
  
  
   Одни от нее отреклися
  
  
   За гордую смелость чела,
  
  
   За то, что лакейству и рабству
  
  
   Она незнакома была.
  
  
   Другие ж ее не признали
  
  
   За то, что уж слишком скромна,
  
  
   Что вычурных фраз кудреватых
  
  
   Не сыпала щедро она.
  
  
   У ней на челе красоваться
  
  
   Был должен, по мненью иных,
  
  
   Колпак с погремушками, пестрый,
  
  
   Такой же точь-в-точь, как у них.
  
  
   Другие ж ее не признали
  
  
   За истину ради того,
  
  
   Что не было сходного с ними
  
  
   Решительно в ней ничего...
  
  
   За то, что она не кривлялась,
  
  
   А также за то, что на ней
  
  
   Различных почетных медалей
  
  
   Не видели взоры людей...
  
  
   Так истина, презрена всеми,
  
  
   Шла, очи взведя к небесам,
  
  
   Меж капищ с ее изваяньем
  
  
   И между хвастливых реклам...
  
  
   <1878>
  
  
  
  315. БЕЗВЕСТНЫМ БРАТЬЯМ
  
   Плохо живется... Но, мнится, средь света
  
   Я не один лишь страдаю, но где-то
  
  
  Тоже страданье живет...
  
   Пусть же к порогу далекого брата
  
   Мимо чертогов, притонов разврата,
  
   Ветер мой вздох донесет.
  
   Друг мой безвестный, бедняк горемычный!
  
   Кто бы ты ни был - работник, фабричный,
  
  
  Слесарь, пахатель, поэт...
  
   Да, кто бы ни был ты, труженик бедный,
  
   Жизнью измученный, грустный и бледный, -
  
  
  Шлю я тебе мой привет!
  
   Плохо, мой милый, живется нам что-то,
  
   Душат нас горе, нужда и забота, -
  
  
  Душат обоих зараз...
  
   Эх, подадим же друг другу мы руки, -
  
   Общее горе и общие муки,
  
  
  Общие слезы у нас!
  
   Только разрозненны, друг, мы с тобою...
  
   Что, если, связаны общей судьбою,
  
  
  Мы бы мольбу к небесам
  
   Вместе послали? И небо, быть может,
  
   Общая наша молитва встревожит, -
  
  
  Небо и сжалится к нам...
  
   Ветер полночный! Лети же по свету,
  
   Песню сердечную, тихую эту
  
  
  К братьям снеси поскорей, -
  
   К братьям далеким средь жизненной битвы...
  
   Слившись же в хор, голоса и молитвы
  
  
  Тронут судьбу поскорей...
  
   <1882>
  
  
  
  316. ИЗ ЗИМНИХ ПЕСЕН
  
  
   Мрачные, серые дни без рассвета!
  
  
   Солнышко божье скрывается где-то.
  
  
   Мрачные зимние дни!
  
  
   Серы, безжизненны, тусклы и люди,
  
  
   Искры небесной не кроют их груди...
  
  
   Так же бесцветны они.
  
  
   Мрачно-бесцветна журнальная сфера,
  
  
   Мелко в ней всё, водянисто и серо,
  
  
   Мысли живительной нет...
  
  
   Дрябло-бесцветна ученость сухая;
  
  
   Роется в хламе она, ковыляя,
  
  
   Точно беззубый скелет...
  
  
   Мрачные зимние тучи нависли...
  
  
   Скучно без солнца, без жизни, без мысли...
  
  
   И, как цветок полевой,
  
  
   В сумраке вянет и сохнет без света
  
  
   Слабая, чахлая песня поэта
  
  
   Под непроглядною мглой...
  
  
   <1882>
  
  
  
  
  317. ПЕСНЯ
  
  
   Пусть никто из вас не взыщет,
  
  
   Если песнь моя порой,
  
  
   Словно ворон, злобно рыщет
  
  
   И насмешливо просвищет
  
  
   Над иною головой.
  
  
   Если в ухе идиота
  
  
   (Кто попался - не взыщи, -
  
  
   Не спасет и мех енота)
  
  
   Прозвучит иная нота,
  
  
   Точно камень из пращи...
  
  
   Этой песне колыбелью
  
  
   Не златой роскошный юг,
  
  
   Но она своею трелью
  
  
   Вместе с дикою метелью
  
  
   Вторит вою зимних вьюг.
  
  
   И, увы, под серым небом
  
  
   Эта песня рождена,
  
  
   И, невидимая Фебом,
  
  
   В толкотне гоньбы за хлебом
  
  
   Злобно мечется она...
  
  
   В духоте на волю рвется,
  
  
   Крылья связаны у ней, -
  
  
   Словно птичка, в клетке бьется,
  
  
   И везде она наткнется
  
  
   На болванов и хлыщей...
  
  
   <1882>
  
  
  
   318. СУЕТА СУЕТ
  
  
   Надменный гений человека
  
  
   Вознесся гордо до небес,
  
  
   Светил, блуждающих от века,
  
  
   Определил объем и вес;
  
  
   Измерил точно сферы неба,
  
  
   Глубь океанов и морей,
  
  
   Лишь пустяков не может - хлеба
  
  
   Достать для гибнущих людей...
  
  
   Нам служат почтою покорной
  
  
   Перуны молнии самой,
  
  
   Машины силой чудотворной
  
  
   Перевернут хоть шар земной.
  
  
   Полету гордому науки
  
  
   Дан бесконечный кругозор,
  
  
   Но человеческие муки
  
  
   Всё те ж, как были до сих пор...
  
  
   Законы блещут величаво,
  
  
   Умы всемирных мудрецов
  
  
   Всё разъяснили - суд и право -
  
  
   В тьме фолиантов и томов.
  
  
   Как метеор, в глаза невежде
  
  
   Блестит витийство мудреца,
  
  
   Но сильный слабого, как прежде,
  
  
   Гнетет и душит до конца...
  
  
   К услугам роскоши и моды,
  
  
   Для утоления страстей
  
  
   Спешат сокровища природы
  
  
   Из лона гор, со дна морей.
  
  
   Покорены все в мире силы...
  
  
   Но человечество вокруг
  
  
   Низводят в ранние могилы,
  
  
   Как прежде, горе и недуг...
  
  
   Полна сияния и славы
  
  
   Прогресса гордая краса,
  
  
   Его чертоги величавы,
  
  
   Его игрушки - чудеса.
  
  
   Ведем мы с небом даже битву....
  
  
   Но шлют напрасно там и здесь
  
  
   Народы старую молитву:
  
  
   "Наш хлеб насущный дай нам днесь!"
  
  
   <1882>
  
  
   319. ПРИДОРОЖНАЯ КАРТИНКА
  
  
  С возом тяжелым лошадка худая
  
  
  Бьется, все силы свои надрывая,
  
  
   Мечется, рвется, храпит.
  
  
  Падает зверь, неповинный и жалкий,
  
  
  Падает он под мужицкою палкой...
  
  
   Грустный и тягостный вид!
  
  
  Грубый крестьянин, бессмысленно грязный,
  
  
  С криком и бранью своей безобразной
  
  
   Лошадь неистово бьет.
  
  
  Грустно и горько... И мнится к тому же:
  
  
  Бедного зверя глупее и хуже
  
  
   Этот безжалостный скот.
  
  
  Но не спешите в своей укоризне:
  
  
  Он ли виновен, что в нашей отчизне
  
  
   Сходен и сам со скотом?
  
  
  Кто ж? Не лошадка? Не мы ж виноваты?
  
  
  Спросим дорожные ветлы и хаты,
  
  
   Эхо лесное о том...
  
  
  Спросим у снега по степи окрестной,
  
  
  Спросим у солнышка в выси небесной...
  
  
   Крикнем: ну, кто ж виноват?
  
  
  Но безответны снега на поляне,
  
  
  Избы и ветлы, и солнце в тумане
  
  
   Тучи угрюмые тмят...
  
  
  <1882>
  
  
  
  320. ПОД ПАСМУРНЫМ НЕБОМ
  
  
  
   Увы, не видно Феба
  
  
  
   За мглою безотрадной!
  
  
  
   Заклеено всё небо
  
  
  
   Газетой ретроградной.
  
  
  
   Вся тьмой земля объята:
  
  
  
   Не пропускает света
  
  
  
   Обширного формата
  
  
  
   Небесная газета...
  
  
  
   И солнце, думать надо,
  
  
  
   Чтоб ярко не светило,
  
  
  
   Субсидию из ада
  
  
  
   Негласно получило...
  
  
  
   А ночью, лишь собаки
  
  
  
   Вступают в службу с воем,
  
  
  
   На миг луна во мраке
  
  
  
   Выходит под конвоем...
  
  
  
   И даже звезды неба
  
  
  
   Захерил дух эпохи...
  
  
  
   Поэты, дети Феба!
  
  
  
   Дела, ей-богу, плохи...
  
  
  
   <1882>
  
  
  
  321. ПТИЧКИ ПЕРЕЛЕТНЫЕ
  
  
  
  От столицы до столицы,
  
  
  
  Через долы и поля,
  
  
  
  Вьются, носятся, как птицы,
  
  
  
  Сторублевых вереницы,
  
  
  
  Груды серий, векселя.
  
  
  
  Сотни тысяч, миллионы
  
  
  
  Совершают перелет,
  
  
  
  И стадами, как вороны,
  
  
  
  Их проценты и купоны
  
  
  
  Взад мелькают и вперед.
  
  
  
  А под ними избы, хаты,
  
  
  
  Голод, холод с нищетой,
  
  
  
  И на рубищах заплаты,
  
  
  
  И тяжелые утраты,
  
  
  
  Люд убогий и больной.
  
  
  
  Звуки стонов и проклятий,
  
  
  
  Из-за хлеба тяжкий труд,
  
  
  
  И на пользу бедных братии
  
  
  
  Зерна добрых предприятий
  
  
  
  От безденежья гниют.
  
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 346 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа