Главная » Книги

Михайлов Михаил Ларионович - Переводы, Страница 2

Михайлов Михаил Ларионович - Переводы


1 2 3 4 5

ада;
  
  
  
  Внизу чуть видны города.
  
  
  
  Здесь раньше солнышко встает
  
  
  
  И позже вечер настает.
  
  
  
   Я сын свободных гор!
  
  
  
  Здесь чистый ключ скалу пробил;
  
  
  
  Меня он первого поил.
  
  
  
  Рекой он мчится там, в лугах;
  
  
  
  А я вмещал его в руках.
  
  
  
   Я сын свободных гор!
  
  
  
  Мне горы - родина и дом.
  
  
  
  Гроза ль кругом, гремит ли гром,
  
  
  
  Шипит ли молния змеей,
  
  
  
  Не заглушить им голос мой.
  
  
  
   Я сын свободных гор!
  
  
  
  В грозу под солнцем я стою;
  
  
  
  Она ревет, а я пою.
  
  
  
  А разозлится, крикну ей:
  
  
  
  "Не тронь ты горных шалашей!"
  
  
  
   Я сын свободных гор!
  
  
  
  Когда ж ударят вдруг в набат
  
  
  
  И вспыхнет где одна из хат,
  
  
  
  Я вмиг туда! Топор в руках,
  
  
  
  И та же песня все в устах:
  
  
  
   Я сын свободных гор!
  
  
  
  Между 1862 и 1865 (?)
  
  
  
   ВЕСЕННИЙ ПОКОЙ
  
  
   Ах, не кладите в могилу меня
  
  
   В ясное утро весеннего дня!
  
  
   Если меня схоронить захотите,
  
  
   Лучше в густую траву положите!
  
  
   Любо в траве и в цветах мне лежать:
  
  
   Издали будет свирель мне звучать,
  
  
   А в вышине будут плыть надо мною
  
  
   Майские тучки прозрачной грядою!
  
  
   <1861>
  
  
  
  
  ПРОЩАНЬЕ
  
  
   Так прощай, моя радость, прощай!
  
  
   Дождались мы с тобой расставанья"
  
  
   Поцелуй же меня, приласкай!
  
  
   Уж другого не будет свиданья.
  
  
   На прощанье нарви мне цветов!
  
  
   Все на яблоне ветки белеют.
  
  
   Не увижу на ней я плодов:
  
  
   Без меня они летом созреют.
  
  
   <1861>
  
  
  
   ДОБРЫЙ ТОВАРИЩ
  
  
  
  Был у меня товарищ,
  
  
  
  Товарищ дорогой.
  
  
  
  Бил барабан тревогу;
  
  
  
  Он шел со мною в ногу,
  
  
  
  Шаг в шаг, рука с рукой.
  
  
  
  Тут вдруг шальная пуля,
  
  
  
  Не мне ли? Нету; с ног
  
  
  
  Его рядком свалило,
  
  
  
  Как словно отхватило
  
  
  
  От тела мне кусок.
  
  
  
  Он протянул мне руку;
  
  
  
  А мне - вбивать заряд.
  
  
  
  "Ну, не взыщи, сердечный!
  
  
  
  Дай мира в жизни вечной
  
  
  
  Тебе господь, камрад!"
  
  
  
  Между 1862 и 1865 (?)
  
  
  
   АВГУСТ КОПИШ
  
  
  
   ИСТОРИЯ О НОЕ
  
  
   Как вылез Ной из сундука,
  
  
   Явился бог ему, слегка
  
  
   Понюхал жертву - и сказал:
  
  
   "Тебя всегда я отличал
  
  
   За смирный нрав твой. Честь тебе!
  
  
   Проси же милости себе!"
  
  
   "Вот, - Ной сказал, - моя беда...
  
  
   Противна стала мне вода
  
  
   С тех самых пор, как в ней гниют
  
  
   И грешный скот, и грешный люд, -
  
  
   И мне хотелось бы, господь,
  
  
   Иным питьем потешить плоть!"
  
  
   Пошел господь в свой рай - и вот
  
  
   Пук виноградных лоз несет...
  
  
   И говорит: "Возьми, старик!
  
  
   Смотри, за ним уход велик.
  
  
   Вот так и так". Все рассказал
  
  
   И скрылся. Ной наш ликовал.
  
  
   Он созвал всех - детей, жену...
  
  
   Все сбились в кучку тут одну.
  
  
   К работе! Садят по холмам -
  
  
   И рассадили все, - а там
  
  
   И погреб строят, жмут вино -
  
  
   И в бочки р_о_злито оно.
  
  
   Ной был муж кроткий и святой...
  
  
   Сначала - к бочке, там - к другой...
  
  
   И в честь господню пил да пил -
  
  
   И вечно здрав и весел был.
  
  
   Так по потопе, говорят,
  
  
   Он жил лет триста пятьдесят.
  
  
   Отсюда истина видна,
  
  
   Что нет греха в питье вина.
  
  
   Коль христианин ты прямой,
  
  
   Вина не смешивай с водой:
  
  
   Еще с потопа в ней гниют
  
  
   И грешный скот, и грешный люд.
  
  
   <1861>
  
  
  
   ФРИДРИХ РЮККЕРТ
  
  
  
  
  ПОХОРОНЫ
  
  
  
   Как ее любили!
  
  
  
   Как похоронили!
  
  
  
   Ветерок над гробом
  
  
  
   Проносился стоном;
  
  
  
   Майский колокольчик
  
  
  
   Вторил грустным звоном.
  
  
  
   С яркими свечами
  
  
  
   Светляки летели,
  
  
  
   И на них ревниво
  
  
  
   Звездочки глядели.
  
  
  
   В черном одеянье
  
  
  
   Ночь, поникши взором,
  
  
  
   Тихо шла с тенями
  
  
  
   Молчаливым хором.
  
  
  
   Много слез уронит
  
  
  
   Утро молодое;
  
  
  
   Освятит могилу
  
  
  
   Солнце золотое.
  
  
  
   Как ее любили!
  
  
  
   Как похоронили!
  
  
  
   <1859>
  
  
  
  
  У ДВЕРЕЙ
  
  
  У двери Богатства я долго стучал:
  
  
  К ногам моим грош из окошка упал.
  
  
  У дома Любви не пробился к дверям:
  
  
  Так много народу толпилося там.
  
  
  Стучался я в замок, где Слава живет;
  
  
  Сказали: "Ты пеш; не отворим ворот!"
  
  
  Мне слышались стоны под кровлей Труда,
  
  
  И страшно войти показалось туда.
  
  
  Побрел я по свету дом Счастья искать:
  
  
  Никто мне дороги не мог указать.
  
  
  Один остается мне домик теперь:
  
  
  Туда постучаться попробую в дверь...
  
  
  И верно, хоть много в Могиле гостей,
  
  
  Найдется местечко мне, бедному, в ней!
  
  
  <1857>, <1858>
  
  
  
   АДАЛЬБЕРТ ШАМИССО
  
  
  
   НА МЕЛЬНИЦЕ
  
  
  
  Ребенком принял мельник
  
  
  
  Меня к себе в семью;
  
  
  
  Здесь вырос я, здесь прожил
  
  
  
  И молодость свою.
  
  
  
  Как ласкова со мною
  
  
  
  Дочь мельника была!
  
  
  
  Как ясны были очи
  
  
  
  И как душа светла!
  
  
  
  Порой, как с братом, сядет
  
  
  
  Со мною вечерком,
  
  
  
  И нет конца беседе -
  
  
  
  Толкуем обо всем.
  
  
  
  И радости и горе -
  
  
  
  Все поверял я ей;
  
  
  
  Ни слова не промолвил
  
  
  
  Лишь о любви своей.
  
  
  
  Люби сама - без слова
  
  
  
  Узнала бы она:
  
  
  
  Чтоб высказаться сердцу,
  
  
  
  Людская речь бедна.
  
  
  
  Я сердцу молвил: "Сердце!
  
  
  
  Терпи, молчи любя!
  
  
  
  О счастье полно думать!
  
  
  
  Оно не для тебя".
  
  
  
  Бывало, чуть приметит
  
  
  
  В лице печали след:
  
  
  
  "Ах, что с тобой? Грустишь ты!
  
  
  
  В щеках кровинки нет!
  
  
  
  Да полно же крушиться!
  
  
  
  Да будь же весел вновь!"
  
  
  
  И из любви гасил я
  
  
  
  В душе своей любовь.
  
  
  
  Однажды - шел я к роще -
  
  
  
  Меня вдруг догнала,
  
  
  
  Так весело взглянула
  
  
  
  И за руку взяла.
  
  
  
  "Порадуйся со мною:
  
  
  
  Теперь невеста я!
  
  
  
  А без тебя и радость
  
  
  
  Нерадостна моя!"
  
  
  
  Я целовал ей руки,
  
  
  
  Лицо стараясь скрыть:
  
  
  
  Катились градом слезы;
  
  
  
  Не мог я говорить.
  
  
  
  Казалось, все надежды,
  
  
  
  Все, чем душа жила,
  
  
  
  Передо мной могила
  
  
  
  Навеки погребла.
  
  
  
  В тот вечер обручали
  
  
  
  Невесту с женихом;
  
  
  
  Сидел почетным гостем
  
  
  
  Я с ними за столом.
  
  
  
  Вокруг вино и песни,
  
  
  
  Веселый говор, смех;
  
  
  
  Пришлось и мне смеяться:
  
  
  
  Не плакать же при всех!
  
  
  
  Наутро после пира
  
  
  
  Ходил я сам не свой:
  
  
  
  Мне было тошно, больно
  
  
  
  Средь радости чужой.
  
  
  
  О чем же я крушился?
  
  
  
  Чего хотел от них?
  
  
  
  Ведь все меня любили -
  
  
  
  Она, ее жених.
  
  
  
  Они меня ласкали,
  
  
  
  А я болел душой.
  
  
  
  Мне тяжко было видеть
  
  
  
  Их ласки меж собой.
  
  
  
  Задумал я - далеко,
  
  
  
  Навек от них уйти:
  
  
  
  Все уложил в котомку
  
  
  
  И все припас к пути.
  
  
  
  Прошу их: "Отпустите
  
  
  
  На белый свет взглянуть!"
  
  
  
  Сам думаю: "Кручину
  
  
  
  Размычу где-нибудь".
  
  
  
  Она так кротко смотрит.
  
  
  
  "Куда ты? Бог с тобой !
  
  
  
  Тебя мы все так любим!
  
  
  
  Ведь ты нам свой, родной!"
  
  
  
  Катились градом слезы, -
  
  
  
  И не скрывал я их:
  
  
  
  Все плачут, покидая
  
  
  
  Знакомых и родных.
  
  
  
  Они со мной простились
  
  
  
  И провожать пошли...
  
  
  
  И замертво больного
  
  
  
  С дороги принесли.
  
  
  
  На мельнице все ходят
  
  
  
  За мной как за родным;
  
  
  
  Она приходит с милым
  
  
  
  Сидеть со мной, больным.
  
  
  
  В июле будет свадьба.
  
  
  
  Они меня зовут,
  
  
  
  Чтоб ехал жить я с ними,
  
  
  
  Что я стоскуюсь тут.
  
  
  
  Шумят в воде колеса -
  
  
  
  И все б их слушал я!..
  
  
  
  Все думаю: нашла бы
  
  
  
  Здесь мир душа моя!
  
  
  
  Тут все бы мое горе,
  
  
  
  Все скорби утопил!
  
  
  
  Они же ведь желают,
  
  
  
  Чтоб я доволен был!
  
  
  
  <1861>
  
  
  
  ФЕРДИНАНД ФРЕЙЛИГРАТ
  
  
  
   У ГРОБОВЩИКА
  
  
  "Горькое дело! страшное дело!
  
  
  Ляжет в досках этих мертвое тело!"
  
  
  "Вот еще выдумал горе какое!
  
  
  Нам что за дело? Не наше - чужое!"
  
  
  "Полно бранить! разве я виноват?
  
  
  - Первый ведь гроб я работаю, брат".
  
  
  "Первый, последний ли - что за забота?
  
  
  Пой: веселее под песни работа.
  
  
  Доски распилишь - отмерь же, смотри!
  
  
  Выстругай глаже и стружки сбери!
  
  
  Доску к доске пригони поплотнее:
  
  
  Тесно лежать, так чтоб было теплее.
  
  
  Выкрасить - дно и бока уложить
  
  
  Стружками надо, а сверху обить.
  
  
  Стружки приличней, чем пух или перья;
  
  
  Это старинное наше поверье.
  
  
  Гроб ты снесешь; а как мертвый уж в нем,
  
  
  Крышку захлопнул - и дело с концом!"
  
  
  "Все это знаю я! Доски исправно
  
  
  Я распилил и их выстругал славно...
  
  
  Только все дрожь не проходит в руках,
  
  
  Только все слезы стоят на глазах.
  
  
  Струг ли, пилу ли рука моя водит,
  
  
  Сердце все мрет, словно кровью исходит.
  
  
  Горькое дело! страшное дело!
  
  
  Ляжет в досках этих мертвое тело".
  
  
  <1860>
  
  
  
   НИКОЛАУС ЛЕНАУ
  
  
  
   СОВЕТ И ЖЕЛАНИЕ
  
  
  "Не живи так быстро, так мятежно!
  
  
  Посмотри - еще весна кругом.
  
  
  К сердцу радость ластится так нежно...
  
  
  Ты ж бледнеешь, вянешь с каждым днем.
  
  
  Ненадолго розы увядают:
  
  
  Лишь пахнет весной - цветут опять;

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 312 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа