Главная » Книги

Масальский Константин Петрович - Стихотворения, Страница 3

Масальский Константин Петрович - Стихотворения


1 2 3 4 5

align="justify">   Вас ввел в беду, Модест Петрович?"
  
   - "Еще не знаю я; наверное, Ничтович,
  
  
  Мой давний враг. Да, впрочем, я и сам
  
  
  Доверчив был и откровенен слишком".
  
   - "Вот то-то вы, сударь, ведь говорил я вам!
  
  
  
  С моим дрянным умишком
  
   Вернее вас смекнул, что в правде проку нет.
  
  
   Политикой живет весь свет.
  
   Ну, мне не верили - так немцев и французов
  
   Спросили бы. Они умом-то запаслись
  
   Побольше нас. А вы... вы груздем назвались,
  
   Так, по пословице, извольте лезти в кузов!" {*}
  
   {* Назвавшись груздем, полезай в кузов. Русская пословица.}
  
  
   - "Поди ж скорей! - сказал Правдин. -
  
   Я груздь, и сознаю теперь свою ошибку".
  
  
   И долго он, оставшися один,
  
   С печального лица не мог согнать улыбку.
  
  
  
  
  ДОПРОСЫ
  
  
  Лишь солнце вышло на восток,
  
   Правдин, принарядясь, батистовый платок
  
  
  Опрыснувши парижскими духами,
  
  
  К министру в дрожках поскакал
  
  
  И твердыми вступил шагами
  
  
  
   В приемный зал.
  
  
  Там, нянча грузные портфели,
  
   Докладчики с лицом таинственным сидели;
  
   Но колокольчика серебряного звук
  
  
   Всех поднял с кресел вдруг,
  
  
   И камердинер по паркету
  
  
   Мелькнул чрез залу к кабинету.
  
   Вошел на цыпочках и, появясь опять,
  
  
  На Правдина взглянул с лицем приятным
  
  
  
  И голосом чуть внятным
  
  
  Проговорил: "Вас приказал позвать".
  
  
  
  Модест вошел. "Садитесь, -
  
   С улыбкой ласковой министр ему сказал. -
  
  
  
  Вы, верно, удивитесь,
  
  
  
   Что вас призвал
  
  
  
   Я для допроса.
  
   Что против этого мне скажете доноса?"
  
   Тут встал министр, и, подойдя к окну,
  
   Бумагу взял с него и подал Правдину.
  
  
   Нет подписи, числа и года.
  
  
  Написана французским языком;
  
   Она была у нас в руках для перевода,
  
  
   Здесь сообщим его тайком:
  
  
   "Всегда быв подданным примерным,
  
  
  
   Всегда горя
  
  
  
   К святыне олтаря
  
  
   Усердием нелицемерным,
  
   Сиятельнейший граф, донесть решаюсь вам,
  
  
   Вам, как опоре твердой трона,
  
  
   Как исполнителю закона,
  
  
   О том, что слышал лично сам.
  
  
  Неверие приметно возрастает
  
  
   В незрелых молодых умах
  
  
  И гибелью всеобщей угрожает,
  
   Всех благомыслящих давно волнует страх.
  
  
   Принять немедля должно меры,
  
  
  Чтобы столпов не подпилили веры
  
  
   Ее враги. Из них один,
  
  
   Советник отставной Правдин,
  
   При мне осмелился над верою ругаться
  
   И над усердьем к ней безбожно насмехаться.
  
  
   Я истину моих всех слов
  
  
   Присягой подтвердить готов,
  
   Но с тем, чтоб вам одним был я известен.
  
   В подобном деле ход законный неуместен.
  
  
   Явяся завтра утром к вам,
  
   Еще бумагу я секретную подам".
  
  
  
  
  Правдин
  
   Противу клеветы позвольте объясненье
  
  
  Мне вашему сиятельству подать.
  
  
  
  
  Министр
  
   Я вас призвал за тем. Прошу вас написать,
  
  
   Что можете, в опроверженье.
  
   Садитесь здесь, к столу.
  
  
  
  
  
   За ширмами он сел.
  
  
  
  
  Камердинер
  
  
  Барон Ренар, для самых важных дел.
  
  
  
  
  Министр
  
  
  
  Проси.
  
  
  
  
  И член триумвирата,
  
  
  
  Друг Богатонова, кощей,
  
   Роль вспомнивший свою доносчика-лжесвята,
  
  
  
  Начав поклоны от дверей,
  
   Министра удивил своей спиною гибкой
  
  
  
  И, не заметя Правдина,
  
   Вручил ему донос с приятною улыбкой.
  
  
  
  
  Министр
  
  
  Еще на вас бумага подана.
  
   И против этой вы, что можно, напишите.
  
   Модест бумагу взял. Бледнее полотна
  
   Вдруг сделался барон.
  
  
  
  
  Ренар
  
  
  
  
  
  Ви, граф, мой извините,
  
  
   Мой так бумага написаль,
  
  
  Штоби один особа ваша зналь.
  
   Не так, то мне назад бумага мой дадите.
  
  
  
  
  Министр
  
  
  
   Нельзя, барон.
  
  
  Наверно, вам известен тот закон,
  
  
  Который повелел, чтоб обвинитель
  
  
  Объявлен был тому, кого винят.
  
   Вы знаете, что я законов исполнитель.
  
  
  Еще скажу, что вас приговорят
  
  
  К тому, чему другого подвергали,
  
  
  
  Когда бы вы не доказали
  
   Доноса вашего. Не я в том виноват.
  
   А! Господин Правдин, да вы уж написали!
  
  
  Прочтите вслух.
  
  
  
  
  Ренар
  
  
  
  
   Мой в этом деле праф.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  Позвольте прежде, граф,
  
   Чтобы сюда купец был призван Богатонов,
  
  
   Произведя ему допрос,
  
  
  Уверитесь, как первый лжив донос.
  
  
  
  
  Ренар
  
   Мой просит государь. Мой не знаваль законов.
  
  
  
  
  Министр
  
   Великий Петр сказал, что все должны их знать.
  
   Он исключения не сделал для баронов,
  
   Тут Богатонова министр велел призвать,
  
  
  
  Который, ничего не зная,
  
   За ерофеичем спокойно заседал
  
   И третью чарочку капустой заедал.
  
  
  
  Как будто казни ожидая,
  
  
  
   Вошел он в кабинет
  
   И уронил картуз со страху на паркет,
  
  
  
  
  Дрожа всем телом.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  Не правда ли, что я один лишь раз
  
  
   С бароном виделся у вас?
  
  
  
  
  Богатонов
  
   Когда вы, например, пришли ко мне за делом?
  
   Так точно. Образ снять я со стены готов!
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  Что вам сказал тогда я об окладе?
  
  
  
  
  Богатонов
  
  
  
  Я точно не упомню слов.
  
  
  
  Пусть места мне не будет в аде,
  
  
  
   Коли солгу,
  
  
  
  Но сколько вспомнить я могу,
  
  
  
  Отеческий совет вы дали,
  
   Чтоб более добра я ближнему творил.
  
   Кажись, что вы, барон, им что-то тут сказали.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  Что я еще о вере говорил?
  
  
  
  
  Богатонов
  
   Готов я, например, сквозь землю провалиться,
  
   Ни слова более от вас я не слыхал.
  
  
  Я присягну.
  
  
  
  
  Ренар
  
  
  
  
  Не правду сказыв_а_л.
  
  
  
  
  Богатонов
  
  
  
  Вот на! Хоть побожиться.
  
  
  Обманщиком я сроду не бывал.
  
  
  
  
  Правдин
  
   Полковник Остряков дал после свадьбы бал.
  
  
  Там виделся еще я раз с бароном,
  
   Но более нигде мне не встречался он.
  
  
  
  
  Министр
  
  
  
  Что скажете, барон?
  
   Он утвердительным ответствовал поклоном.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Барон в другом доносе прав:
  
  
   У Острякова точно, граф,
  
  
   О вас судил я слишком смело,
  
  
   Корыстина вы защищали дело,
  
  
   И я рассержен был...
  
  
  
  
  Министр
  
  
  
  
  
   И поделом.
  
  
  
  Сначала долго заблуждался,
  
  
  
  Но всё загладил я потом,
  
  
  
  В делах лишь тот не ошибался,
  
  
  
  Кто вовсе с ними не знаком.
  
  
  Второй донос я у себя оставлю
  
   В воспоминание, что ошибался я,
  
  
  А первый в суд сегодня же отправлю.
  
  
  
  Барон! Вина тут не моя.
  
  
  
  
  НОВАЯ БЕДА
  
  
   Так кончив дело об окладе,
  
  
   Обласканный министром, к дяде
  
  
   Правдин поехал на обед,
  
  
  
  Не думая нимало,
  
   Какое новое его там горе ждало.
  
  
  У всех почти людей при виде бед,
  
  
   Которых сами не боятся,
  
   Во глубине души охота есть смеяться,
  
   А между тем у них премрачное лицо.
  
   Всё это испытал, квартальный над собою,
  
   Когда Андрей Ильич, простясь с детьми, с женою,
  
   У дома своего, без чувства, на крыльцо
  
   Упал. Вокруг него квартальный суетился,
  
  
  
  Ругая непроворных слуг.
  
  
  
  "Меня ведут в тюрьму, мой друг! -
  
   Сказал Андрей Ильич, с слезами обнимая
  
  
  Племянника. - Всех участь ждет такая
  
  
  
   Бесстыдина порук.
  
   Я при займе его однажды поручился.
  
   Ты знаешь, как он жил. Он вовсе разорился.
  
   Сто тысяч за него я должен заплатить!..
  
  
   Недолго мне осталось жить!
  
   Что будет с дочерьми и с бедною женою!
  
  
  Поди, Модест, как можешь, утешай:
  
   Они в отчаяньи. Поди скорей! Прощай".
  
  
  
  С растерзанной душою
  
  
   Правдин глядел вослед ему,
  
   И в сердце положил: я за него в тюрьму!
  
  
  
   ПОСЛЕДНИЕ СРЕДСТВА
  
  
  Правдин весь день и часто ночь трудился,
  
   Всё продал, что имел, в аренду отдал дом
  
   И к дяде на жилой чердак переселился.
  
   Чердак тот сходен был с известным огурцом,
  
   Который в Риме рос. _За нужду_ можно было
  
  
   В него _двоим_, согнувшись, _влезть_,
  
  
  
  _И то ни стать, ни сесть_. {*} {* Крылов.}
  
  
   Однообразно и уныло
  
   Шел день за днем в семье Андрея Ильича.
  
   В тюрьме свидания несчастных утешали.
  
   Соседки Правдина давно уж примечали,
  
   Что в верхней комнате всю ночь горит свеча,
  
   И в чернокнижники Модеста записали.
  
   Но несмотря на то, что часто черный змей,
  
  
  
   Когда светало,
  
   Таскал к нему мешки серебряных рублей,
  
   На выкуп старика всё суммы не ставало.
  
  
   В типографических станках
  
   Опять готовился прекрасный альманах.
  
  
   Программа нового журнала
  
  
   Пред новым годом вышла в свет.
  
   Груздь был любимейший прозаик и поэт,
  
   Посыпались на Груздь подписчики сначала,
  
   Как на Данаю дождь. Но, к довершенью бед,
  
   Вдруг занемог и слег в постель издатель.
  
  
   Помог в такой беде приятель:
  
   Резнов издание журнала поддержал;
  
   И долго слух с тех пор по городу носился,
  
   Что Груздь забыл писать, что Груздь ума лишился,
  
  
   И Правдина журнал упал.
  
  
  Волнуемый толпой печальных дум,
  
  
   Он стал задумчив и угрюм;
  
  
  
   Его приметно силы
  
  
  
   Слабели с каждым днем,
  
  
   Он быстро шел к дверям могилы, -
  
   Был сходен с брошенным проезжими огнем,
  
   Который пламенел в бореньи с зимней вьюгой.
  
   Тогда лишь услаждал он горечь бытия,
  
   Когда летел мечтой в волшебные края,
  
   Где жизни спутницей и нежною подругой
  
   Он милую свою Надежду называл.
  
  
   Какую в сердце жизнь вливал
  
   Ее прелестный взор, исполненный участья!
  
  
   Тогда все горести, несчастья,
  
  
   Весь мир счастливец забывал.
  
  
  
   НЕЖДАННЫЙ ГОСТЬ
  
   Настала наконец суббота роковая.
  
   Правдин, жестокую борьбу в душе скрывая,
  
  
   Измучен ею, утомлен,
  
   На жертву тайную и тяжкую решился.
  
   Мысль, что старик Правдин в тюрьме еще томился,
  
   Преодолела всё. К Надежде пишет он.
  
  
  Холодный пот с лица его катился.
  
  
   "Решась писать к вам в первый раз,
  
   Уверен я, что тем не оскорблю вас:
  
   Я принужден к тому, я должен изъясниться.
  
  
  
  Не стану тратить слов, -
  
   Для счастья вашего я жизнь отдать готов!
  
  
   И с вами должен разлучиться.
  
   Прощаюсь навсегда с любимою мечтой!
  
  
   Я жизни путь пройду не с той,
  
  
  Которую мне сердце указало.
  
  
  Решился я! Во что бы то ни стало
  
  
   Я счастья моего ценой
  
   Куплю для старика свободу и покой.
  
   Казаться буду я веселым и спокойным,
  
   И не узнает он, как жертва мне тяжка,
  
  
  Пусть я умру, любви его достойным!
  
   Уже принадлежит другой моя рука".
  
  
  В глубокое унынье погружен,
  
  
   Письмо уж запечатал он.
  
  
   Карета к дому подъезжает;
  
   Вот кто-то говорит с Андреем на крыльце,
  
  
   И вдруг с восторгом на лице
  
  
   Мечинский в комнату влетает!..
  
   Писали много мы уж на своем веку,
  
   Изображали мы и радость, и тоску,
  
  
  Отчаянье, надежду, ожиданья,
  
  
  Шум городов и тишину полей.
  
   Всему и всем от нас достались описанья!
  
   По наших двух друзей нежданный миг свиданья
  
   Не описать! Сули хоть миллион рублей!
  
  
  
  
  НОВОСТЬ
  
  
  Мы для того пустились рассуждать,
  
   Чтоб досыта друзьям наговориться дать.
  
   Мечинский наконец решась проститься с другом,
  
   Уж подошел к дверям, как вдруг - налево кругом.
  
  
  
  
  Мечинский
  
   Еще тебе забыл сказать, что я женат.
  
  
  
  
  Правдин
  
   Ты шутишь?
  
  
  
  
  Мечинский
  
  
  
  Право, нет.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  
  
  Позволь поздравить, брат!
  
  
  
   Я рад сердечно.
  
  
  
  А Софью позабыл?
  
  
  
  
  Мечинский
  
  
   Я всей душой ее любил.
  
  
   Да что ж, не горевать же вечно.
  
   Сначала я скучал, а после рассудил,
  
  
   Что я всю жизнь хоть протоскую,
  
   Не ворочу ее!.. Я полюбил другую.
  
  
  
   В уездном городке,
  
  
  
   Куда меня послали,
  
   У городничего мы часто танцевали,
  
   И вскоре у меня явилось на руке
  
   Кольцо. Я действовал решительно и смело:
  
  
   Как раз к венцу - и в шляпе дело!
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 270 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа