Главная » Книги

Масальский Константин Петрович - Стихотворения, Страница 2

Масальский Константин Петрович - Стихотворения


1 2 3 4 5

div>
  
  
  "Но лучше уголок загнуть", -
  
   Корыстолюбие успело тут шепнуть.
  
  
  
  В каком-то гибельном тумане
  
   Рассудок Правдина. Как будто бы сквозь сон,
  
  
  
  За картой карту ставит он.
  
  
  
  Уж десять тысяч взял он пленных.
  
  
  
  Дрожит, бледнея, банкомет.
  
  
  
  "Ужель для выгод ты презренных
  
  
  
  Забудешь честь твою? Нет, нет!" -
  
  
  
  Заговорила громко совесть
  
  
  
  В душе высокой Правдина. -
  
  
  
  Хоть в этом месте наша повесть
  
  
  
  Не всем покажется верна,
  
  
  
  Однако ж то известно точно
  
  
  
  (Придет же этакой каприз!),
  
  
  
  Что вдруг на даму весь свой приз
  
  
  
  Правдин поставил, и нарочно,
  
  
  
  Чтоб проиграть. Но, как ни бился,
  
  
  
  Не мог он проиграть никак,
  
  
  
  И до того догорячился,
  
  
  
  Что целый банк сорвал, чудак!
  
  
  
  
  КАПИТАН
  
  
   Правдин выходит в зал.
  
  
  Там был уж прямо пир горою!
  
  
  Шампанское лилось рекою;
  
   Хозяин казачка в восторге заплясал
  
  
  С каким-то полновесным кумом.
  
  
   Весь пол дрожал.
  
  
  С ужасным, нестерпимым шумом
  
   Им аплодируют. Чуть не оглох Правдин,
  
  
   И спасся в отдаленный
  
  
   Покой, где был один
  
   Какой-то офицер. Он, в мысли погруженный,
  
  
  Стоял, опершись о камин.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Вы, верно, удалились
  
  
  Сюда, как я же, отдохнуть?
  
  
  
  
  Офицер
  
  
  Да. Слишком уж развеселились!
  
   Здесь поспокойнее. Притом ужасно грудь
  
  
  Теснит.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
   Конечно, простудились.
  
  
  Однако ж очень вы бледны.
  
  
  Совет бы мой: скорей в постелю,
  
  
  
   Да выпить бузины.
  
  
  
  
  Офицер
  
   О, ничего! Меня не будет чрез неделю,
  
  
  Мы умереть должны ж когда-нибудь.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  Помилуйте! Беда великая, что грудь
  
  
   Болит! К чему так мрачно мыслить!
  
  
   Одна лишь смерть на свете есть,
  
  
   Болезней же не перечислить.
  
   Позвольте мне узнать, с кем я имею честь...
  
  
  
  
  Офицер
  
   Мечинский, капитан.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  
   Мне было бы приятно,
  
   Когда б доверенность мог вашу заслужить.
  
  
  
  
  Офицер
  
  
   Я уж сказал, что, вероятно,
  
  
   Недолго мне осталось жить.
  
  
  
  
  Правдин
  
   Вы удивляете меня. Чистосердечность,
  
  
   Наверно, вас не оскорбит:
  
   Мне в том ручается ваш благородный вид.
  
  
   Шагнуть охота ваша в вечность,
  
  
  
  По чести, мне смешна.
  
  
  
  
  Офицер
  
   Конечно, я смешон. Но если б глубина
  
  
  Моей души могла вам быть видна,
  
  
   Меня жалеть бы стали.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Ах, как желал бы я,
  
   Чтоб с вами были мы давно уже друзья
  
   И чтобы мог я вас избавить от печали.
  
  
  
  
  Офицер
  
  
   Со мной умрет печаль моя.
  
  
   Смерть прекратит мое страданье!..
  
  
  Благодарю за доброе желанье!
  
   Но поздно... кончено!.. Прощайте!.. Мне пора.
  
   И с чувством Правдину пожал Мечинский руку,
  
   Как бы прощаясь с ним на вечную разлуку.
  
   Правдин задумался. Вот слышит со двора
  
  
   Стук дрожек. Сердце в нем забилось
  
   И сострадание живое пробудилось.
  
   Невольно он вскочил и отворил окно,
  
  
  Исполненный какого-то волненья.
  
  
  На улице всё тихо и темно;
  
  
  Лишь несся дрожек стук из отдаленья.
  
  
  
  
  СВИДАНИЕ
  
   Пробило шесть часов на шпице крепостном,
  
  
   А уж Правдин нашел тот дом,
  
  
   Где жил Мечинский. В дверь стучится
  
  
  И сквозь нее он с денщиком бранится.
  
   "Какого лешего так рано принесло?
  
  
  
  Еще не рассвело!" -
  
   Ворчит за дверью бас. "Да отвори, проклятый!"
  
   И с заспанным лицом встречает Правдина
  
  
   Аршина в три солдат усатый.
  
  
   "Что, дома капитан?" - "Вот на!
  
  
   Да он, я чай, еще в постеле".
  
   "Мне нужно говорить об очень важном деле", -
  
  
  Сказал Правдин - и прямо в кабинет.
  
   Спит, сидя у стола, Мечинский за бумагой;
  
   На креслах близ него лежит под шпагой
  
  
   С курком взведенным - пистолет.
  
   Лице уснувшего изображает муку.
  
  
   И на плечо тихонько руку
  
   Модест ему кладет. Открыл глаза он вдруг.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Мечинский! Здравствуйте! Ваш друг
  
  
   Пришел утешить вас в печали.
  
  
  Я знаю всё, мне всё пересказали.
  
  
  
  
  Мечинский
  
  
  Всё знаете? Зачем же вы ко мне?
  
  
   Когда вам всё уже известно,
  
   То я прошу меня оставить в тишине.
  
   Шутить теперь со мной довольно неуместно.
  
  
  
  
  Правдин
  
   Я не шутить пришел, я вам пришел помочь.
  
  
  
  
  Мечинский
  
   Уж не советами ль? Довольно надавали!
  
  
  Я счастлив был! - Друзья меня ласкали.
  
  
   Я гибну! - Все подальше прочь.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Скажите мне: вы проиграли...
  
  
  
  
  Мечинский
  
  
   Ну, проиграл! Какое дело вам?
  
  
  
  Ответ за то не вы, я дам.
  
  
   Узнайте ж всё: именье полковое
  
  
  
   Я также проиграл,
  
  
  
  Оставьте же меня в покое, -
  
  
  
  Три ночи сряду я не спал.
  
  
   Ну, что ж еще? Иль упрекать хотите?
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  Вот весь ваш проигрыш. Возьмите,
  
  
   И не меня - творца благодарите!
  
  
  
   Любви ко ближним он
  
  
  
   Установил закон.
  
  
  
  Как будто громом поражен,
  
  
  
  Окаменев от изумленья,
  
   Мечинский устремил глаза на Правдина.
  
   И сильно грудь его вздымалась, стеснена
  
  
  
  Порывом чувств и умиленья.
  
   Вдруг слезы у него рекою полились,
  
  
  
  И оба бросились в объятья
  
  
  
  И крепко, крепко обнялись!
  
  
  
   Нет, никогда и братья,
  
   Из детства дружные, не обнимались так,
  
  
  
   Расставшися в сраженьи
  
   И снова свидевшись, когда бежит уж враг
  
   И русское "ура!" несется в отдаленьи.
  
  
  
  
  ОСЕНЬ
  
  
  Настал сентябрь. Гулянья опустели:
  
   То мелкий сыплет дождь, то холодно, то град!
  
   Крестовский, Каменный и Строганова сад
  
  
  
  С Елагиным осиротели.
  
  
  
  Давно ли нас пленяла там
  
  
  
  Эфирная одежда дам,
  
  
  
  Давно ль? Не будет и недели!
  
  
  Теперь... увы! По самым тем местам
  
   Нет ходу без галош, без зонтика, шинели!
  
  
  
  Так пусто, скучно всё, хоть плачь!
  
  
  
  Все потянулись в город с дач;
  
  
  
  Вдоль Карповки и Черной речки
  
  
  
  Закрылись ставни. Блещут свечки
  
   В окошках изредка. Туманно фонари
  
  
  Лишь от дождя на лужах пузыри
  
   Да грязь на улицах пустынных освещают.
  
   И тишина везде! Собаки только лают.
  
  
  
  Читатель, верно, спросит нас:
  
  
  
   Зачем в столь поздний час
  
  
  
  И в дождь его мы затащили
  
  
  
  
  Невесть куда!
  
   Нас леший обошел - вот в чем и вся беда!
  
  
  Невольно мы с дороги своротили;
  
   Возьмем извозчика и в город поскорей!
  
  
  Торопимся туда не без причины:
  
   Полковник Остряков звал на вечер гостей, -
  
   Жены его, Sophie, сегодня именины.
  
   Играет музыка. Танцуют экосез.
  
   Подагрин, камергер, с хозяйкой в первой паре
  
   Степенно движется. С ним тут же в ряд залез
  
  
  
  Еще его постарей
  
  
  
  Полковник отставной,
  
  
   Тряхнуть решился стариной.
  
  
  
  Кто ж это? Угадайте!..
  
   Андрей Ильич Правдин!.. Вот кто-то со звездой,
  
  
  Вот ротмистр Винд... Но сами досчитайте
  
  
  
   Всех остальных.
  
  
  
  Какое дело нам до них!
  
   Заметим только то, что в паре предпоследней
  
   С Надеждою Праздин, советник, танцевал.
  
  
  
  Вдруг осторожно из передней
  
  
  
  Вошел слуга с запиской в зал.
  
   "Приказано отдать немедленно", - сказал
  
   И подал Правдину. Надписано: "секретно".
  
   Он развернул ее и быстро прочитал,
  
   И было на лице смущение приметно.
  
  
  
  В карман записку положив,
  
  
  
  Он снова весел стал и жив.
  
   Но вскоре грусть опять его преодолела.
  
   Надежда на него внимательно смотрела;
  
  
  Оттанцевав, спросила у него:
  
   "Вы так задумчивы, - что с вами?"
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  
  
  
   Ничего.
  
   Так, что-то скучно...
  
  
  
  
  Надежда
  
  
  
  
   Грусть приходит без причины
  
   Всегда пред радостью.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
  
  
   Дай бог, чтоб было так...
  
   Вы, верно, сердитесь, что в ваши именины
  
  
   Так скучен я, вандал, чудак...
  
  
  
  
  Надежда
  
   Кто сердится на вас! Но если бы вы были
  
   Не так задумчивы, то, верно б, и других
  
  
   Вы очень тем развеселили.
  
  
   Да мало нужды вам до них.
  
  
  
  
  Правдин
  
  
   Как, право, вы жестоки!
  
  
   Я, впрочем, заслужил упреки.
  
   Простите, виноват! Я буду веселей, -
  
   Лишь только б котильон начался поскорей!
  
  
   Оркестр усталый, полуспящий
  
  
   Давно уж проклял котильон.
  
  
  Вот граф Пустов, и ловкий и блестящий,
  
  
   Как Бельведерский Аполлон,
  
  
   Сидит с Венерой Медицейской,
  
  
   И с нею провожает он
  
   Всех вальсир_у_ющих усмешкою злодейской.
  
  
   Очки и черные усы
  
  
   Гусар Рубакин поправляя
  
  
   И с дамой светский вздор болтая,
  
  
   Глядит украдкой на часы.
  
  
   Барон Леже сидит подальше
  
  
   И сыплет фразы генеральше.
  
  
   В восторге, в восхищеньи он,
  
  
   Что генерал засел в бостон.
  
   Со всеми грасами, с торжественною миной,
  
  
   Измять бояся галстух свой,
  
   Вот камер-юнкер Штольц летит с княжной Ириной,
  
  
   Любуясь внутренно собой.
  
  
  Он думает, что все ему дивятся,
  
  
  Все вне себя от ловкости его,
  
   Забыв, что ездят все на балы для того,
  
   Чтоб исключительно собою заниматься,
  
  
   Чтобы блеснуть, чтоб посмеяться,
  
  
   Посплетничать, пересудить
  
  
   И скучный вечер так убить,
  
  
  
   ГОРЕСТНАЯ ВЕСТЬ
  
   И, возвратясь домой, не думая о сне,
  
  
  
   Правдин наедине,
  
  
  
   Как бы в жару недуга,
  
  
   Сто раз читал записку друга
  
  
   И прижимал ее к устам,
  
  
   Давая волю течь слезам.
  
  
   "Убит судьбою я неправой!
  
  
   Разрушены мои мечты!
  
   Знай, что когда прочтешь мою записку ты,
  
   Мечинский далеко уж будет за заставой.
  
  
   Прощай, мой милый друг, прощай!
  
  
  Меня везут в уездный город дальный.
  
  
   Там скоро кончу век печальный...
  
  
  
  
  Не упрекай,
  
   Что долг тебе отдать я средства не имею:
  
   Я жизнью жертвовал для этого моею, -
  
   В том честию клянусь! Змеянову сказал
  
  
  Всё, что лишь мог, на поединок звал,
  
   Но он на всё твердил: "Безумство и нелепость!"
  
   Я шпагу обнажил - и отвезен был в крепость.
  
   Он рану вылечил, как слышал я потом.
  
   Я уж сказал, к чему приговорен судом.
  
   Здесь был я поражен еще ударом новым:
  
  
  
  Она уже за Остряковым.
  
  
  
  Итак, я Софьею забыт!..
  
   Пусть небо счастием ее благословит..,
  
  
  
   Но мне напоминают,
  
  
  
  Что уж пора пуститься в путь.
  
  
  Не скрою: слезы мне писать мешают.
  
   Уж не увидимся. Прощай!.. Не позабудь!.."
  
   Сел на софу Модест, и тихо зол целитель,
  
  
  
  _Сердец тревожных усмиритель_, {*}
  
  
  
  {* "Илиада". Перевод Гнедича.}
  
  
  
  Сон сладостный его склонил,
  
  
  
  И он записку уронил.
  
  
  
  
  ВЫГОВОР
  
  
  
  Прошло с десяток дней.
  
   В палату барина отправя, мел Андрей
  
  
  
  Покои, напевая:
  
  
  
  "Молодка молодая..."
  
  
   "Поздравь меня, - я под судом
  
  
   И должен распрощаться с местом", -
  
   Войдя, сказал Правдин. Андрею будто гром
  
  
   Отшиб язык. Он только жестом
  
   Свой ужас выразил и стал с открытым ртом.
  
  
   "Поди ты к дядюшке скорее:
  
  
  
  Ко мне его проси.
  
   Да вот еще письмо на почту отнеси".
  
  
  
  Правдин любил в Андрее
  
  
   Простой и откровенный нрав,
  
   И позволял слуге читать нравоученья,
  
   Когда случалося, что барин был неправ.
  
  
   Придя в себя от изумленья,
  
  
  
  Спросил Андрей:
  
  
   "Какой бессовестный злодей
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 325 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа