Главная » Книги

Гомер - Илиада, Страница 38

Гомер - Илиада



сердито:
  
  "Тщетно, Сперхей, обрекался, моляся тебе, мой родитель,
   145 Если назад ворочусь я в отчизну мою дорогую,
  
  Волосы срезать мои и тебе принести с гекатомбой:
  
  Нехолощеных баранов заклать пятьдесят, чтобы кровь их
  
  Пала в ключи на участке твоем с алтарем благовонным.
  
  Так тебя старец молил. Но не исполнил ты просьбы!
   150 Нынче же, раз не вернусь я уж в милую землю родную,
  
  Волосы дам унести я с собою Патроклу герою".
  
   Так он сказал и вложил товарищу милому в руки
  
  Кудри свои. И у всех появилось желание плакать.
  
  Скорбью объятых покинуло б их заходящее солнце,
   155 Не подойди Ахиллес к Агамемнону с речью такою:
  
  "Сын Атрея! Твои приказанья исполнят скорее
  
  Мужи ахейские. Плачем пора бы уж сердце насытить.
  
  Пусть от костра разойдутся. Скажи, чтоб готовили ужин.
  
  Мы же, которые более всех об умершем горюем,
   160 Сделаем все, что потребно. Вожди пусть останутся с нами".
  
   Только что это услышал владыка мужей Агамемнон,
  
  Тотчас народ отослал обратно к судам равнобоким.
  
  Те лишь остались, кто должен участвовать был в погребенье.
  
  Сруб они вывели в сотню ступней шириной и длиною,
   165 И на вершину его мертвеца положили, печалясь.
  
  Много и жирных овец, и тяжелых быков криворогих,
  
  Перед костром заколов, ободрали. И, срезавши жир с них,
  
  Тело Патрокла кругом обложил Ахиллес этим жиром
  
  От головы до ступней; на костер побросал он и туши.
   170 Там же расставил сосуды двуручные с маслом и медом,
  
  К ложу их прислонив. Четырех лошадей крепкошеих
  
  С силою бросил в костер, стеная глубоко и тяжко.
  
  Девять собак у стола Ахиллеса владыки кормилось;
  
  Двух из них заколол Ахиллес и туда же забросил;
   175 Также двенадцать отважных сынов благородных троянцев
  
  Острою медью зарезал, свершив нехорошее дело.
  
  Силе железной огня пастись на костре предоставил,
  
  И зарыдал, и товарища звать принялся дорогого:
  
  "Радуйся, милый Патрокл, хотя бив жилищах Аида!
   180 Делаю все для тебя, что раньше тебе обещал я!
  
  Целых двенадцать отважных сынов благородных троянцев
  
  Вместе с тобою, Менетиев сын, огонь пожирает.
  
  Гектора ж я не огню, а собакам отдам на съеденье!"
  
   Так грозил Ахиллес. Но Гектора псы не касались.
   185 Псов отгоняла от тела Зевесова дочь Афродита
  
  Денно и нощно, и труп амвросическим розовым маслом
  
  Мазала, чтоб Ахиллес, волоча, не уродовал тела.
  
  Черное облако Феб-Аполлон распростер над умершим
  
  С неба до самой земли и покрыл им такое пространство,
   190 Сколько мертвец занимал, чтоб от силы палящего солнца
  
  Раньше поры в сухожильях и членах не высохло тело.
  
   Не разгорался однако костер над умершим Патроклом.
  
  Тут придумал другое в уме Ахиллес быстроногий:
  
  Встав в стороне от костра, двум ветрам принес он молитву, -
   195 Ветру Борею и ветру Зефиру. Прекрасные жертвы
  
  Им обещал. И молил, возлиянья творя золотою
  
  Чашей, скорей прилететь, чтобы трупы на срубе сгорели
  
  И чтоб дрова запылали. Молитву Пелида услышав,
  
  Вестницей быстрой помчалась Ирида к божественным ветрам.
   200 Все они, в доме собравшись несущего бурю Зефира,
  
  Весело в нем пировали. На каменном стала пороге,
  
  К ним подбежавши, Ирида. Как только ее увидали,
  
  С места вскочили они, и к себе приглашал ее каждый.
  
  Сесть отказалась, однако, Ирида и так им сказала:
   205 "Не до сидения мне! Я спешу к океанским теченьям
  
  В край эфиопов, где вечно живущим богам гекатомбы
  
  Будут они приносить; и я пировать там хотела б.
  
  Шумного просит Зефира с Бореем Пелид быстроногий
  
  В стан прилететь аргивян, обещая прекрасные жертвы.
   210 Чтобы палящий огонь вы раздули в костре, на который
  
  Мертвый положен Патрокл; о нем все ахейцы горюют".
  
  Так сказав, удалилась Ирида. Они поднялися,
  
  С шумом ужасным помчались, гоня облака пред собою.
  
  Дуя неистово, моря достигли. От бури свистящей
   215 Вздыбились волны. Они прилетели в троянскую землю,
  
  В тлевший ударили сруб, и взвилося шумящее пламя.
  
  Ночь напролет они вместе на пламя костра налетали,
  
  Дуя со свистом. И ночь напролет Ахиллес быстроногий,
  
  Из золотого кратера двуручного черпая чашей,
   220 Землю вином поливал, и земля от вина увлажнялась.
  
  Звал при этом душу он Патрокла друга.
  
  Как горюет над сыном отец, его кости сжигая, -
  
  Тяжкое горе принесшим родителям смертью до брака,
  
  Так над другом Пелид горевал, его кости сжигая.
   225 Медленным шагом, глубоко вздыхая, костер обходил он.
  
   Уже взошел Зареносец, земле возвещая о свете,
  
  Следом в платье шафранном Заря распростерлась над морем.
  
  Начал костер догорать, и огонь наконец прекратился.
  
  Ветры взвились и домой обратно к себе устремились
   230 Морем фракийским; оно застонало, волнами бушуя.
  
  Прочь от костра отошел Ахиллес быстроногий, на землю
  
  Лег, изнуренный, и сладостный сон на него ниспустился.
  
  Все остальные толпою направились к сыну Атрея.
  
  Топот и шум подходящих Пелида от сна пробудили.
   235 Он приподнялся и сел и с такой обратился к ним речью:
  
  "Сын Атрея и все остальные вожди всеахейцев!
  
  Первым делом вином искрометным костер загасите
  
  Всюду, где сила огня сохранилась. Потом же давайте
  
  Кости Патрокла сберем, Менетьева славного сына,
   240 Их от других отобрав: отличить же совсем их нетрудно:
  
  В самой средине костра он лежал, остальные горели
  
  По сторонам далеко, - вперемежку и кони и люди.
  
  Кости, двойным окутавши жиром, в сосуд золотой мы
  
  Сложим, покамест и сам я в печальном Аиде не скроюсь.
   245 Слишком высокой могилы над ним я прошу вас не делать, -
  
  Так, приличный лишь холм! А потом уж его и широким
  
  Сделайте нам, и высоким, ахейцы, какие живыми
  
  После меня при судах многовеслых останетесь в стане".
  
   Так говорил он. И все подчинились Пелееву сыну.
   250 Первым делом костер загасили вином искрометным
  
  Всюду, где пламя ходило. Обрушился пепел глубокий.
  
  Белые кости собрав благодушного друга, сложили
  
  С плачем в сосуд золотой их, окутали жиром в два слоя,
  
  В ставку сосуд отнесли и тканью покрыли льняною.
   255 Круг для холма начертили, фундамент на нем заложили
  
  Окрест костра, и тотчас на фундамент насыпали землю.
  
  Холм насыпав могильный, пошли они прочь. Но на месте
  
  Всех удержал Ахиллес и, в круг усадив их широкий,
  
  Вынес призы с кораблей, - тазов и треножников много,
   260 Мулов доставил, коней быстроногих, быков крепколобых
  
  И с поясами красивыми жен, и седое железо.
  
   Прежде всего предложил он призы для наездников быстрых
  
  Женщину вывел, во всяких искусную женских работах,
  
  Также и в двадцать две меры треножник ушатый поставил, -
   265 Первому приз. Кобыла второму шестигодовая,
  
  Неукрощенная, в чреве своем носящая мула.
  
  Третьему приз - прекрасный котел, на огне не бывавший,
  
  Белый, блестящий еще, в четыре вместимостью меры;
  
  Два золотые таланта четвертому призом назначил.
   270 Пятому - медный двуручный сосуд, на огне не бывавший.
  
  После того поднялся и слово сказал аргивянам:
  
  "Сын Атрея и пышнопоножные мужи-ахейцы!
  
  Вот на арене награды лежат для наездников быстрых.
  
  Если бы в память другого сегодня мы тут состязались,
   275 Первый-то приз, уж, конечно, я б сам получил. Вам известно,
  
  Как мои лошади всех остальных быстротой превосходят,
  
  Ибо бессмертны они. Отцу моему их, Пелею,
  
  В дар Посейдаон привел, а родитель мой мне передал их.
  
  Но в состязанье ни я не вступаю, ни кони лихие.
   280 Громкого славой, какого возницу они потеряли,
  
  Доброго! Сколько он раз на гривы волнистые масло
  
  Нежное им поливал, водою их светлою вымыв!
  
  Свесивши гривы до самой земли, теперь неподвижно
  
  Кони стоят и скорбят, с печалью глубокою в сердце.
   285 Вы же, другие, готовьтесь вступить в состязание каждый,
  
  Кто в своих лошадях и в своей колеснице уверен".
  
   Так сказал Ахиллес, и наездники быстрые встали.
  
  Выступил первый меж всеми Евмел, мужей повелитель,
  
  На свет рожденный Адметом, в ристаниях конных искусный.
   290 Следом за ним поднялся Тидеид Диомед многомощный;
  
  Тросовых коней подвел под ярмо он, в бою у Энея
  
  Отнятых некогда; сам же Эней был спасен Аполлоном.
  
  После того поднялся и Атрид Менелай русокудрый,
  
  Богорожденный. Подвел под ярмо он коней быстроногих,
   295 Агамемнонову Эфу с его, Менелая, Подаргом.
  
  Анхизиад Ехепол подарил Агамемнону Эфу,
  
  Чтоб не итти с ним под Трою, открытую ветрам, остаться
  
  Дома и в радости жизнь проводить: большое богатство
  
  Дал ему Зевс; а жил Ехепол в Сикионе пространном.
   300 Эту кобылу запряг Менелай; рвалась она к бегу.
  
  Следом запряг молодой Антилох лошадей густогривых, -
  
  Сын блестящий Нелида, высокого духом владыки
  
  Нестора старца. В Пилосе рожденные быстрые кони
  
  Были в его колеснице. И Нестор старик, подошедши,
   305 Начал советы давать без того уж разумному сыну:
  
  "Молод еще, Антилох, ты, но боги тебя возлюбили, -
  
  Зевс с Посейдоном, и всяким тебя обучили приемам
  
  В конской езде. Чрезмерно тебя наставлять мне не нужно.
  
  Мастер ты сам вкруг столба заворачивать коней. Но в беге
   310 Медленны лошади наши. Боюсь, чтоб беды не случилось.
  
  Кони противников легче. Но сами они ни на сколько
  
  Лучше тебя самого иль умней поступить не сумеют.
  
  Значит, мой друг, постарайся, вложи себе в сердце сноровку
  
  Всякого рода, чтоб лучших призов у тебя не отняли.
   315 В деле своем лесоруб не силой берет, а сноровкой;
  
  Той же сноровкой ведет по волнам винночерного моря
  
  Кормчий свой легкий корабль, бросаемый в стороны ветром;
  
  Той же сноровкой и в гонках один побеждает другого.
  
  Слишком иной положась на свою колесницу и коней,
   320 Без толку кругом широким мотается влево и вправо,
  
  По полю кони несутся без цели, он ими не правит.
  
  Тот же, кто в деле хитер, даже худшими правя конями,
  
  Глаз со столба не спускает и близко его огибает,
  
  Знает, когда натянуть ременные крепкие вожжи,
   325 Держит уверенно их, следя за передним возницей.
  
  Цель я точно тебе укажу, и ее ты запомнишь:
  
  Вон поднимается высохший ствол там, в сажень маховую,
  
  Дуба либо сосны; не сгнил он еще под дождями.
  
  Справа и слева ствола два высятся белые камня
   330 На повороте дороги; кругом же все поле свободно.
  
  Мужа ли это могила, умершего в давнее время?
  
  Или и прежде когда-то стоял уж там столб поворотный?
  
  Нынче его для бегов Ахиллес быстроногий наметил.
  
  Близко примчавшись к столбу, на бегу заворачивай коней,
   335 Сам же покрепче держись в колеснице красиво сплетенной.
  
  Влево слегка наклонись, а коня, что под правой рукою,
  
  Криком гони и бичом, совершенно ослабивши вожжи.
  
  Левый же конь твой пускай мимо цели проносится близко,
  
  Чтобы казалося, будто по самой поверхности цели
   340 Ось колеса прочертила. А камень задеть опасайся:
  
  Так изувечить нетрудно коней и разбить колесницу;
  
  Этим ты радость доставишь другим, а себе поношенье.
  
  Будь же поэтому, друг, рассудителен, будь осторожен!
  
  Если же в беге своем обогнешь ты уж столб поворотный,
   345 Нет никого, кто тогда бы тебя обогнал иль настиг бы,
  
  Если б хоть сам за тобою божественный мчался Арион,
  
  Конь быстроногий Адраста, от вечных богов происшедший,
  
  Или троянские кони властителя Лаомедонта".
  
   Так сказал и на место уселся рожденный Нелеем
   350 Нестор, подробно во всем наставивши милого сына.
  
   Пятым вождь Мерион снарядил лошадей густогривых.
  
  На колесницы взошли и жребии в шлем побросали.
  
  Сын Пелеев встряхнул. Антилоху выскочил первый
  
  Жребий, Нелееву сыну; а следом - владыке Евмелу;
   355 Третий достался царю Менелаю, Атрееву сыну;
  
  После него Мериону досталося гнать. А последний
  
  Жребий первейшему выпал наезднику, сыну Тидея.
  
  Стали все в ряд. Указал им вдали, на равнине свободной,
  
  Знак поворотный Пелид. Посадил наблюдателем там он
   360 Феникса, равного богу, отцовского старого друга,
  
  Чтобы заезды он помнил и правду потом сообщил бы.
  
   Те одновременно все на коней замахнулись бичами,
  
  Сильно вожжами хлестнули и голосом крикнули грозным.
  
  Быстро ринулись кони вперед по широкой равнине
   365 Прочь от ахейских судов. Под копытами их поднималась
  
  Пыль и стояла под грудью, подобно туману иль вихрю;
  
  Гривы густые коней развевались с дыханием ветра;
  
  То многоплодной земли на бегу колесницы касались,
  
  То высоко подлетали на воздух. Возницы конями
   370 Правили стоя. В груди колотилось безудержно сердце
  
  Жаждой победы. И криком возницы коней ободряли,
  
  Каждый своих. И, пыля, летели они по равнине.
  
   Но лишь когда к окончанию бег приходил и обратно
  
  К морю помчались они, начало проявляться искусство
   375 Каждого. Кони тотчас же наддали. И вынеслись быстро
  
  Перед другими вперед кобылицы лихие Евмела.
  
  Тросовы следом за ними неслись жеребцы Диомеда, -
  
  Очень за этими близко бежали, совсем недалеко,
  
  Так что, казалось, хотели вскочить в колесницу к Евмелу,
   380 Спину и шею ему согревали горячим дыханьем
  
  И, положив на него свои головы, сзади летели.
  
  Тут бы его перегнал он иль спорною сделал победу,
  
  Если бы Феб-Аполлон не гневился на сына Тидея:
  
  Вышиб мгновенно блистающий бич он из рук Диомеда.
   385 Брызнули слезы из глаз у того от досады; он видел,
  
  Как от него уходили все дальше евмеловы кони,
  
  Кони ж его без бича отставали все больше и больше.
  
  Но от Афины не скрылось, какие подстраивал козни
  
  Феб Диомеду. Она устремилась за пастырем войска,
   390 Бич ему подала и коням его силу вдохнула.
  
  В гневе помчалась потом за Адметовым сыном в погоню
  
  И над конями его сломала ярмо; от дороги
  
  В сторону бросились кони, а дышло на землю упало.
  
  Сам же Евмел с колесницы стремглав к колесу покатился,
   395 До крови локти себе исцарапал, и губы, и ноздри,
  
  Лоб над бровями жестоко расшиб. От удара о землю
  
  Слезы из глаз покатились, и голос цветущий пресекся.
  
  Мимо промчался Тидид на конях своих однокопытных
  
  И далеко впереди остальных очутился. Афина
   400 Силу вдохнула коням и славу ему ниспослала.
  
  Вслед за Тидидом Атрид Менелай проскакал русокудрый.
  
  А Несторид Антилох на коней отцовских прикрикнул:
  
  "Эй, шевелитесь и вы! Неситесь как можно быстрее!
  
  Я не прошу, чтобы вы в состязанье вступали вон с теми:
   405 Коням Тидеева сына отважного нынче Афина
  
  Скорость лихую вдохнула, и славу ему посылает.
  
  Нет, догоните лишь коней Атрида, от них не отстаньте!
  
  Быстро вперед! Берегитесь, чтоб вас не покрыла позором
  
  Эфа, кобыла! Зачем, дорогие, вы так отстаете!
   410 Вот что скажу вам обоим, и это исполнено будет:
  
  Больше забот о себе от Нестора, пастыря войска,
  
  Дома не ждите, - тотчас он вас острою медью зарежет,
  
  Если по лености вашей мы худшей добьемся награды.
  
  Ну же, спешите! Летите вдогонку, как можно скорее!
   415 Сам же на хитрость такую пущусь: где дорога поуже,
  
  Там постараюсь я съехаться с ним. От меня не уйдет он!"
  
   Так он сказал, и они, испугавшись хозяйского крика,
  
  Малое время бежали быстрее. Но вскоре суженье
  
  На углубленном пути увидал Антилох боестойкий.
   420 Рытвина это была, где зимние воды, скопившись,
  
  Часть дороги размыли и место кругом углубили.
  
  Тут удержал Менелай колесницу, боясь столкновенья.
  
  Сбоку погнал Антилох лошадей своих однокопытных,
  
  Мимо дороги, и так, своротивши слегка, подгонял их.
   425 Тут Антилоху в испуге сказал Менелай русокудрый:
  
  "Как, Антилох, неразумно ты правишь! Сдержи колесницу!
  
  Видишь, дорога узка! Обгоняй уж потом, на просторе!
  
  Здесь колесницы столкнутся, и будет беда нам обоим!"
  
   Так говорил Менелай. Антилох, притворясь, что не слышит,
   430 Шибче погнал лошадей, коля их бодцом непрерывно.
  
  Сколько с размаху запущенный диск пролетает, который
  
  Юноша бросил, чтоб силу свою испытать молодую,
  
  Столько пространства неслись они рядом. Но вскоре отстали
  
  Кони Атрида. Он гнать перестал их по собственной воле,
   435 В страхе, чтоб лошади вдруг не столкнулись на узкой дороге,
  
  Не опрокинули б их колесниц, красиво сплетенных,
  
  Сами ж они бы не грохнулись в пыль, добиваясь победы.
  
   В негодованье ему закричал Менелай русокудрый:
  
  "Кто-нибудь есть ли зловредней тебя, Антилох, середь смертных?
   440 Что ж, проезжай! А считался и ты меж ахейцев разумным!
  
  Приза без клятвы тебе получить все равно не придется!"
  
   Так произнесши, к коням Менелай обратился и крикнул:
  
  "Не отставать у меня, не печалиться сердцем смущенным!
  
  Много скорее колени и ноги коней тех устанут,
   445 Нежели ваши: давно уже молодость их миновала!"
  
   Так он сказал, и они, испугавшись хозяйского крика,
  
  Шибче рванулись вперед и близко от тех очутились.
  
   Сидя в собранье, за бегом коней аргивяне следили.
  
  По полю, пыль поднимая, стремительно лошади мчались.
   450 Идоменей, предводитель критян, заприметил их первый.
  
  Он на вышке сидел отдельно от прочих в собранье.
  
  Голос того, кто коней понукал, - хоть и был он далеко, -
  
  Сразу узнал он; узнал и коня впереди по особым
  
  Признакам: конь был гнедой, но на лбу у него, в середине,
   455 Белое, круглое, словно луна, пятно выделялось.
  
  На ноги он поднялся и слово сказал аргивянам:
  
  "О дорогие друзья, вожди и советники войска!
  
  Я ль там один различаю коней, или также и все вы?
  
  Кажется мне, впереди уж какие-то кони другие!
   460 Кажется, что и возница не тот! Кобылицы Евмела
  
  Чем-то задержаны в поле. А мчались они перед всеми.
  
  Ясно я видел, что столб они прежде других обогнули,
  
  Но не могу их теперь увидать, и напрасно блуждают
  
  Взоры мои по пространству широкой троянской равнины.
   465 Может быть, вожжи из рук у него убежали, не смог он
  
  Ловко коней удержать у столба, повернув неудачно,
  
  Выпал, наверно, и сам, и свою поломал колесницу,
  
  А кобылицы взбесились и прочь от него ускакали.
  
  Встаньте, однако, и вы, поглядите и сами; не в силах
   470 Я хорошо различить; но кажется мне, перед нами
  
  Муж, этолиец рожденьем, отважный правитель аргосцев,
  
  Сын конеборца Тидея, герой Диомед многомощный ".
  
   Грубо быстрый Аякс Оилид возразил Девкалиду:
  
  "Идоменей, не болтай раньше времени! Те ж кобылицы
   475 Резвые скачут вдали по широкой троянской равнине.
  
  Ты не настолько уж молод годами средь прочих ахейцев,
  
  И не настолько уж зорко глаза с головы твоей смотрят!
  
  Вечно болтаешь ты зря! Не годится тебе это делать!
  
  Брось болтать! И получше тебя здесь присутствуют люди!
   480 Кони все те ж впереди, которые были и раньше, -
  
  Кони Евмела, и сам он с вожжами стоит в колеснице".
  
   Вспыхнувши гневом, ответил Аяксу критян предводитель
  
  "В ссорах ты первый герой, злоречивый Аякс, в остальном же
  
  Много другим уступаешь ахейцам, и нравом ты злобен.
   485 Ну-ка, давай об заклад на котел иль треножник побьемся,
  
  Выберем оба судьей Агамемнона, сына Атрея.
  
  Мне проигравши заклад, узнаешь, какие там кони".
  
   Так сказал он. И быстрый Аякс поднялся Оилеев,
  
  В гневе собравшись ответить ему оскорбительным словом.
   490 Много и дальше пошла б между ними обоими ссора,
  
  Если бы, сам Ахиллес не поднялся и так не сказал бы:
  
  "Идоменей и Аякс! Перестаньте друг друга позорить
  
  Тяжкими, злыми словами! Пристойно ли вам это делать?
  
  Сами бы вы осудили другого, кто так поступал бы.
   495 Сядьте спокойно на место свое, за конями следите.
  
  Скоро примчатся возницы сюда, добиваясь победы,
  
  Сами тогда без большого труда вы узнаете каждый
  
  Коней, - какие идут впереди, и какие - вторыми".
  
   Так он сказал. Диомед в это время уж близко примчался.
   500 Он наотмашь коней бичевал непрерывно. Они же
  
  Быстро мчались к судам, высоко над землей расстилаясь.
  
  Пыль все время хлестала вознице в лицо из-под ног их.
  
  Золотом, оловом ярко сверкая, его колесница
  
  Быстро вослед за конями неслась быстроногими. Сзади
   505 Лишь незначительный след за собой оставляли колеса
  
  В тонкой пыли, - до того они быстро летели дорогой.
  
  Остановил их возница в средине собранья ахейцев.
  
  Пот в изобилии падал на землю с груди их и шеи.
  
  Сам Диомед с колесницы блистающей спрыгнул на землю,
   510 Бич свой к ярму прислонил. А Сфенел много мощный, немедля,
  
  Первую принял награду. Товарищам гордым велел он
  
  Женщину в ставку отвесть Диомеда, треножник ушатый
  
  Также туда отнести. И стал распрягать колесницу.
  
   Вслед за Тидидом пригнал Антилох лошадей густогривых,
   515 Не быстротой обогнав Менелая, а хитрой уловкой.
  
  Но и при этом отстал Менелай лишь совсем не на много,
  
  На расстоянье таком, какое коня отделяет
  
  От колеса, когда он хозяина мчит в колеснице
  
  Полем; концы от волос хвоста его трогают обод;
   520 Близко следом за ним бежит колесо. Промежуток
  
  Самый меж ними ничтожный. А мчится он по полю долго.
  
  На расстоянье таком же скакал Менелай русокудрый
  
  За Антилохом. Вначале на брошенный диск приотстал он.
  
  Вскоре, однако, догнал. Наддала пышногривая Эфа,
   525 Конь Агамемнона быстрый, - скорей побежала, чем прежде.
  
  Если бы дальше еще состязание их продолжалось,
  
  То обогнал бы Атрид и победы не сделал бы спорной.
  
   Вождь Мерион, товарищ блистательный Идоменея,
  
  Сколько копье пролетает, настолько отстал от Атрида.
   530 На ноги медленны были его густогривые кони,
  
  Был он и сам в состязаниях конских намного слабее.
  
  Сын же Адмета явился последним, свою колесницу
  
  Вслед за собою катя и гоня кобылиц пред собою.
  
  Жалость взяла Ахиллеса, как только его он увидел.
   535 Стал он среди аргивян и слова окрыленные молвил:
  
  "Первый наездник последним пригнал лошадей своих быстрых!
  
  Все же давайте по правде присудим вторую награду
  
  Сыну Адмета. А первую пусть

Другие авторы
  • Колосов Василий Михайлович
  • Бунин Иван Алексеевич
  • Садовский Ив.
  • Горький Максим
  • Гофман Виктор Викторович
  • Грааль-Арельский
  • Рони-Старший Жозеф Анри
  • Языков Дмитрий Дмитриевич
  • Дриянский Егор Эдуардович
  • Герценштейн Татьяна Николаевна
  • Другие произведения
  • Одоевский Владимир Федорович - Заветная книга
  • Сальгари Эмилио - Маяк
  • Аксакова Анна Федоровна - Честь России и Славянское дело
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович - Так называемое "нечаевское дело" и отношение к нему русской журналистики
  • Матюшкин Федор Федорович - Ильин П. В. К вопросу о принадлежности Ф. Ф. Матюшкина к тайному обществу декабристов
  • Вонлярлярский Василий Александрович - Абдаллах бен-Атаб
  • Никандров Николай Никандрович - Руда
  • Аксаков Иван Сергеевич - Где у нас ключ недоразумений?
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Дюжина ножей в спину революции
  • Фурманов Дмитрий Андреевич - Автобиография
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
    Просмотров: 279 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа