Главная » Книги

Васильев Павел Николаевич - Христолюбовские ситцы, Страница 3

Васильев Павел Николаевич - Христолюбовские ситцы


1 2 3 4 5 6

очитай,
  
  
  
  "Ура!" кричали Комбинату
  
  
  
  Кубань,
  
  
  
  Кедровая Палата,
  
  
  
  Черлак, Лебяжье
  
  
  
  И Китай.
  
  
  
  С трибуны, ветками обитой,
  
  
  
  Встав над толпою в полный рост,
  
  
  
  Оратор, всюду знаменитый.
  
  
  
  Такое слово произнес:
  
  
  
  - Товарищи мои родные!
  
  
  
  Я возвестить вам
  
  
  
  Громко рад -
  
  
  
  Деревне ситцы продувные
  
  
  
  Сегодня
  
  
  
  Дарит Комбинат.
  
  
  
  Товарищи мои и братья,
  
  
  
  Навек минули
  
  
  
  Дни потерь,
  
  
  
  Пусть носят праздничные платья
  
  
  
  В колхозах
  
  
  
  Девушки теперь!
  
  
  
  О том, что мы бедны, -
  
  
  
  Шептали,
  
  
  
  О том, что голодны, -
  
  
  
  Шептали,
  
  
  
  Но в клевете обчелся враг.
  
  
  
  Над жизнью
  
  
  
  Радостной и новой
  
  
  
  Подымем выше
  
  
  
  Кумачовый,
  
  
  
  Непобедимый красный флаг.
  
  
  
  Назло врагу и мироеду,
  
  
  
  Мы кровью добыли победу...
  
  
  
  Вниманье, граждане!
  
  
  
  Сейчас
  
  
  
  Здесь пронесут знамена-ситцы,
  
  
  
  Пускай весь мир
  
  
  
  На них дивится -
  
  
  
  Да здравствует рабочий класс!
  
  
  
  Как на пиру, в заздравье брату,
  
  
  
  Раз сорок девять, почитай,
  
  
  
  "Ура!" кричали Комбинату
  
  
  
  Кубань,
  
  
  
  Кедровая Палата,
  
  
  
  Черлак, Лебяжье
  
  
  
  И Китай.
  
  
  
  Над степью августовской голой
  
  
  
  Сияло солнце в злой пыли,
  
  
  
  Оркестр
  
  
  
  Исполнил марш веселый...
  
  
  
  И ситцы разные пошли.
  
  
  
  Они, светясь, горели краской.
  
  
  
  Но вдруг
  
  
  
  Увидел в них народ
  
  
  
  То, что на всенощной
  
  
  
  С опаской
  
  
  
  Пустынный колокол поет.
  
  
  
  Шел ветер горестный за ними...
  
  
  
  На них,
  
  
  
  В густом горчичном дыме,
  
  
  
  По-псиному разинув рты,
  
  
  
  Торчком,
  
  
  
  С глазами кровяными,
  
  
  
  Стояли поздние цветы.
  
  
  
  Они вились на древках - ситцы,
  
  
  
  Но ясно было видно всем -
  
  
  
  Не шевелясь,
  
  
  
  Висели птицы,
  
  
  
  Как бы удавленные кем.
  
  
  
  Мир прежних снов
  
  
  
  Коровьим взглядом
  
  
  
  Глядел с полотнищ...
  
  
  
  И, рябой,
  
  
  
  Пропитанный
  
  
  
  Тяжелым ядом,
  
  
  
  Багровый,
  
  
  
  Черный,
  
  
  
  Голубой,
  
  
  
  Вопил, недвижим!
  
  
  
  Былью древней
  
  
  
  Дымился в ситцевых кустах,
  
  
  
  Лежал заснувшею царевной
  
  
  
  С блудливой тенью на устах.
  
  
  
  Тих, полорот,
  
  
  
  Румян, беззлобен,
  
  
  
  И звал
  
  
  
  К давно ушедшим дням,
  
  
  
  Явясь химерою, подобьем
  
  
  
  Того,
  
  
  
  Что страшно вспомнить нам.
  
  
  
  И всё ж при этом
  
  
  
  Был он весок...
  
  
  
  Или - по-прежнему темна -
  
  
  
  Из этих ситцев занавесок
  
  
  
  Опять нашьет себе страна?
  
  
  
  И выпрыгнут былые кони,
  
  
  
  И, восковая, горяча,
  
  
  
  На христолюбовской иконе
  
  
  
  Зажжет угасшее свеча?
  
  
  
  Что за причуды?
  
  
  
  Кто художник?
  
  
  
  Чьей волей
  
  
  
  Стаи поздних птиц
  
  
  
  Остались на дождливых пожнях,
  
  
  
  Где запах мертвых медуниц
  
  
  
  Витает...
  
  
  
  . . . . . . . . . . . . . .
  
  
  
  
  Директор
  
  
  Мы позвали вас
  
  
  Поговорить.
  
  
  Да. Я согласен.
  
  
  Вы провели на этот раз
  
  
  Всех ловко.
  
  
  Но весьма опасен
  
  
  Тот путь,
  
  
  Которым вы пошли.
  
  
  Откуда родом?
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  В Павлодаре
  
  
  Родился я.
  
  
  Но рос вдали
  
  
  С четырнадцати лет.
  
  
  
  
  Директор
  
  
  Едва ли
  
  
  Родитель был ваш беден?
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  Нет!
  
  
  Но я его не помню.
  
  
  С детства
  
  
  Меня воспитывал мой дед.
  
  
  
  
  Директор
  
  
  А на какие жили средства?
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  Иконы рисовали...
  
  
  
  
  Директор
  
  
  Так.
  
  
  Разбитый,
  
  
  На корню подгнивший,
  
  
  Ремесел прежних
  
  
  Не забывший,
  
  
  На ситцах расцветает враг!
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  Враг?..
  
  
  
  
  Директор
  
  
  Да!
  
  
  Спросить позвольте снова,
  
  
  Почто
  
  
  На ситцах черный чад?
  
  
  Почто
  
  
  На ситцах трехпудовы
  
  
  Цветы бессмысленно торчат?
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  Вы видели их...
  
  
  
  
  Директор
  
  
  В самом деле,
  
  
  я,
  
  
  Как партиец,
  
  
  Признаюсь:
  
  
  Моя вина,
  
  
  Мы проглядели.
  
  
  Ответим за ошибку...
  
  
  Пусть.
  
  
  Но ты запомни, Христолюбов,
  
  
  И трижды
  
  
  Оглянись назад -
  
  
  Не только на собраньях в клубах
  
  
  Тебя сегодня заклеймят.
  
  
  Запомни, гражданин,
  
  
  Эпоху
  
  
  Не шутовским цветам твоим,
  
  
  Не твоему чертополоху
  
  
  Глушить
  
  
  Цветением чумным!
  
  
  Ее не провести угрюмым
  
  
  Забавникам.
  
  
  Яснее дня
  
  
  Она гудёт зеленым шумом,
  
  
  Своих слепых врагов тесня.
  
  
  Чем ты живешь?
  
  
  Чего ты ждешь?..
  
  
  . . . . . . . . . . . . .
  
  
  Игнатий шел домой.
  
  
  Багровый
  
  
  Летел куда-то облак.
  
  
  Дождь
  
  
  Накрапывал.
  
  
  И непохож
  
  
  Сам на себя был город новый.
  
  
  Луны премудрая игра
  
  
  Шла.
  
  
  Через улицу бежали
  
  
  Лисицы быстро...
  
  
  У двора
  
  
  Валялись сорванные шали,
  
  
  И гулкий дальний блеск удил
  
  
  Беззвучно таял...
  
  
  Кто когда-то
  
  
  Вот в этом низком доме жил?
  
  
  Чьи пальцы тонкие, девичьи,
  
  
  Задев заветную струну,
  
  
  По-лебединому,
  
  
  По-птичьи
  
  
  Здесь пели песню не одну?
  
  
  Колокольцы по тыну закрутятся,
  
  
  Вздрогнет утренний сад, чуть живой,
  
  
  Я опять понесусь
  
  
  За тобой,
  
  
  Моя утица,
  
  
  Синекрылый селезень твой!
  
  
  Тебе ли говорю, сестрица?
  
  
  Темно в дороге -
  
  
  Посвети!
  
  
  Снять шапку
  
  
  И перекреститься
  
  
  Иль повернуться и уйти?
  (Тих советский город на Поречье! Христолюбов. Улица. Луна. Вот идет ему старик навстречу, важный и спокойный...)
  
  
  
   Христолюбов
  Старина!
  
  
  
  
  Старик
  Что, сынок?
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  
   (указывая рукой)
  Ведь это позднышевский дом?
  
  
  
  
  Старик
  Позднышевский.
  
  
  
   Христолюбов
  Почему ж его не срыли?
  
  
  
  
  Старик
  Придет время, так сроют.
  
  
  
   Христолюбов
  А разве не пришло время?
  
  
  
  
  Старик
  Значит, не пришло, если стоит целым.
  
  
  
   Христолюбов
  
  
  
   (задумчиво)
  
  
  Вот так калитку распахнешь
  
  
  И вздрогнешь,
  
  
  Вспомнив, что, на плечи
  
  
  Накинув шаль, запрятав дрожь.
  
  
  Ты целых
  
  
  Двадцать весен ждешь
  
  
  Условленной вчера лишь встречи!
  
  
  Вот так,
  
  
  Чуть повернув лицо,
  
  
  Увидишь теплое сиянье
  
  
  Забытых снов
  
  
  И звезд мельканье,
  
  
  Калитку, старое крыльцо,
  
  
  Река блеснет,
  
  
  Блеснет кольцо,
  
  
  И кто-то скажет: "До свиданья!.."
  
  
  
  
  Старик
  
  
  О чем это ты?
  
  
  
   Христолюбов
  Так, пустое! А не знал ли ты дочь Позднышева, Екатерину?
  
  
  
  
  Старик
  Катерину? Погоди, это старшая, что ль?
  
  
  
   Христолюбов
  Старшая. Где она теперь?
  
  
  
  
  Старик
  Уехала. За ОГПУ вышла.
  
  
  
   Христолюбов
  Как за ОГПУ?
  
  
  
  
  Старик
  А так. За начальника ихнего.
  
  
  
   Христолюбов
  Видишь, старый. Все разлетелось, все рассыпалось. И Катерину увезли, и дом сроют, и останется лишь одно голое место. Ты очень не любишь его?
  
  
  
  
  Старик
  Кого?
  
  
  
   Христолюбов
  Ну, ОГПУ этого?
  
  
  
  
  Старик
  Михаил Семеныча? А за что ж мне его не любить? Душевный человек, рыбачить вместе ходили.
  
  
  
   Христолюбов
  А!..
  
  
  . . . . . . . . . . . . . . . . .
  
  
  ...Пришел домой и свет зажег -
  
  
  И сразу
  
  
  Беспорядок ожил:
  
  
  В углу
  
  
  Пять пьяниц толсторожих
  
  
  Сидели обнявшись...
  
  
  Кружок
  
  
  Их был украшен юной девой, -
  
  
  В шелку ее кипела плоть,
  
  
  Она держала кружку в левой,
  
  
  А в правой ветчины ломоть.
  
  
  А рядом,
  
  
  От заката красен,
  
  
  Играл горнист в сырую тьму,
  
  
  Он был огромен и прекрасен,
  
  
  Но не хватало
  
  
  Глаз ему.
  
  
  И все войска
  
  
  Под флагом рваным,
  
  
  Построенные в полукруг,
  
  
  Казались глазу сбродом странным,
  
  
  Без плеч,
  
  
  Без туловищ,
  
  
  Без рук...
  
  
  И тут же
  
  
  Старый,
  
  
  Heхороший
  
  
  Портрет валялся мордой вверх,
  
  
  Со злобой
  
  
  Кем-то на пол брошен,
  
  
  Весь в паутине липкой мерк.
  
  
  Из рамы женщина смеялась:
  
  
  Был тлен в ее лице и вялость,
  
  
  И в сини, в искрах золотых
  
  
  Глаза погасли...
  
  
  Но осталась
  
  
  Улыбка пасмурная в них.
  
  
  И пухлый, красный рот
  
  
  С краями,
  

Другие авторы
  • Мансуров Александр Михайлович
  • Наседкин Василий Федорович
  • Иванов Федор Федорович
  • Тенишева Мария Клавдиевна
  • Васильев Павел Николаевич
  • Маурин Евгений Иванович
  • Флобер Гюстав
  • Нагродская Евдокия Аполлоновна
  • Барро Михаил Владиславович
  • Верлен Поль
  • Другие произведения
  • Вересаев Викентий Викентьевич - Феогнид. Стихотворения
  • Вяземский Петр Андреевич - Дела иль пустяки давно минувших лет
  • Немирович-Данченко Владимир Иванович - Переписка А. П. Чехова и Вл. И. Немировича-Данченко
  • Карамзин Николай Михайлович - История государства Российского. Том 8
  • Лондон Джек - Язычник
  • Чернов Виктор Михайлович - Стихия скитальчества у корифеев русской литературы
  • Айхенвальд Юлий Исаевич - Веневитинов
  • Гиппиус Василий Васильевич - Библиография научных трудов
  • Ярков Илья Петрович - Моя жизнь
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Господин кум
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
    Просмотров: 326 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа