Главная » Книги

Маяковский Владимир Владимирович - Облако в штанах

Маяковский Владимир Владимирович - Облако в штанах


1 2 3

  
  
   Владимир Маяковский
  
  
  
   Облако в штанах
  
  
  
  
  Тетраптих --------------------------------------
  Владимир Маяковский. Полное собрание сочинений в тринадцати томах.
  Том первый. 1912-1917
  Подготовка текста и примечания В. А. Катаняна
  ГИХЛ, М., 1955
  OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru --------------------------------------
  
  
  Вашу мысль,
  
  
  мечтающую на размягченном мозгу,
  
  
  как выжиревший лакей на засаленной кушетке,
  
  
  буду дразнить об окровавленный сердца лоскут;
  
  
  досыта изъиздеваюсь, нахальный и едкий,
  
  
  У меня в душе ни одного седого волоса,
  
  
  и старческой нежности нет в ней!
  
  
  Мир огр_о_мив мощью голоса,
  
  
  иду - красивый,
  
   10 двадцатидвухлетний.
  
  
  Нежные!
  
  
  Вы любовь на скрипки ложите.
  
  
  Любовь на литавры ложит грубый.
  
  
  А себя, как я, вывернуть не можете,
  
  
  чтобы были одни сплошные губы!
  
  
  Приход_и_те учиться -
  
  
  из гостиной батистовая,
  
  
  чинная чиновница ангельской лиги.
  
  
  И которая губы спокойно перелистывает,
  
   20 как кухарка страницы поваренной книги.
  
  
  Хотите -
  
  
  буду от мяса бешеный
  
  
  - и, как небо, меняя тона -
  
  
  хотите -
  
  
  буду безукоризненно нежный,
  
  
  не мужчина, а - облако в штанах!
  
  
  Не верю, что есть цветочная Ницца!
  
  
  Мною опять славословятся
  
  
  мужчины, залежанные, как больница,
  
   30 и женщины, истрепанные, как пословица.
  
  
  
  
   1
  
  
  Вы думаете, это бредит малярия?
  
  
  Это было,
  
  
  было в Одессе.
  
  
  "Приду в четыре", - сказала Мария.
  
  
  Восемь.
  
  
  Девять.
  
  
  Десять.
  
  
  Вот и вечер
  
  
  в ночную жуть
  
   40 ушел от окон,
  
  
  хмурый,
  
  
  декабрый.
  
  
  В дряхлую спину хохочут и ржут
  
  
  канделябры.
  
  
  Меня сейчас узнать не могли бы:
  
  
  жилистая громадина
  
  
  стонет,
  
  
  корчится.
  
  
  Что может хотеться этакой глыбе?
  
   50 А глыбе многое хочется!
  
  
  Ведь для себя не важно
  
  
  и то, что бронзовый,
  
  
  и то, что сердце - холодной железкою.
  
  
  Ночью хочется звон свой
  
  
  спрятать в мягкое,
  
  
  в женское.
  
  
  И вот,
  
  
  громадный,
  
  
  горблюсь в окне,
  
   60 плавлю лбом стекло окошечное.
  
  
  Будет любовь или нет?
  
  
  Какая -
  
  
  большая или крошечная?
  
  
  Откуда большая у тела такого:
  
  
  должно быть, маленький,
  
  
  смирный любёночек.
  
  
  Она шарахается автомобильных гудков.
  
  
  Любит звоночки коночек.
  
  
  Еще и еще,
  
   70 уткнувшись дождю
  
  
  лицом, в его лицо рябое,
  
  
  жду,
  
  
  обрызганный громом городского прибоя.
  
  
  Полночь, с ножом мечась,
  
  
  догн_а_ла,
  
  
  зарезала, -
  
  
  вон его!
  
  
  Упал двенадцатый час,
  
  
  как с плахи голова казненного.
  
   80 В стеклах дождинки серые
  
  
  свылись,
  
  
  гримасу громадили,
  
  
  как будто воют химеры
  
  
  Собора Парижской Богоматери.
  
  
  Проклятая!
  
  
  Что же, и этого не хватит?
  
  
  Скоро криком издерется рот.
  
  
  Слышу:
  
  
  тихо,
  
   90 как больной с кровати,
  
  
  спрыгнул нерв.
  
  
  И вот, -
  
  
  сначала прошелся
  
  
  едва-едва,
  
  
  потом забегал,
  
  
  взволнованный,
  
  
  четкий.
  
  
  Теперь и он и новые два
  
  
  мечутся отчаянной чечеткой.
  
   100 Рухнула штукатурка в нижнем этаже.
  
  
  Нервы -
  
  
  большие,
  
  
  маленькие,
  
  
  многие! -
  
  
  скачут бешеные,
  
  
  и уже
  
  
  у нервов подкашиваются ноги!
  
  
  А ночь по комнате тинится и тинится, -
  
  
  из тины не вытянуться отяжелевшему глазу.
  
   110 Двери вдруг заляскали,
  
  
  будто у гостиницы
  
  
  не попадает зуб н_а_ зуб.
  
  
  Вошла ты,
  
  
  резкая, как "нате!",
  
  
  муча перчатки замш,
  
  
  сказала;
  
  
  "Знаете -
  
  
  я выхожу замуж".
  
  
  Что ж, выходите,
  
   120 Ничего.
  
  
  Покреплюсь.
  
  
  Видите - спокоен как!
  
  
  Как пульс
  
  
  покойника.
  
  
  Помните?
  
  
  Вы говорили:
  
  
  "Джек Лондон,
  
  
  деньги,
  
  
  любовь,
  
   130 страсть", -
  
  
  а я одно видел:
  
  
  вы - Джиоконда,
  
  
  которую надо украсть!
  
  
  И украли.
  
  
  Опять влюбленный выйду в игры,
  
  
  огнем озаряя бровей з_а_гиб.
  
  
  Что же!
  
  
  И в доме, который выгорел,
  
  
  иногда живут бездомные бродяги!
  
   140 Др_а_зните?
  
  
  "Меньше, чем у нищего копеек,
  
  
  у вас изумрудов безумий".
  
  
  Помните!
  
  
  Погибла Помпея,
  
  
  когда раздразнили Везувий!
  
  
  Эй!
  
  
  Господа!
  
  
  Любители
  
  
  святотатств,
  
   150 преступлений,
  
  
  боен, -
  
  
  а самое страшное
  
  
  видели -
  
  
  лицо мое,
  
  
  когда
  
  
  я
  
  
  абсолютно спокоен?
  
  
  И чувствую -
  
  
  "я"
  
   160 для меня мал_о_.
  
  
  Кто-то из меня вырывается упряма
  
  
  Allo!
  
  
  Кто говорит?
  
  
  Мама?
  
  
  Мама!
  
  
  Ваш сын прекрасно болен!
  
  
  Мама!
  
  
  У него пожар сердца.
  
  
  Скажите сестрам, Люде и Оле, -
  
   170 ему уже некуда деться.
  
  
  Каждое слово,
  
  
  даже шутка,
  
  
  которые изрыгает обгорающим ртом он,
  
  
  выбрасывается, как голая проститутка
  
  
  из горящего публичного дома.
  
  
  Люди нюхают -
  
  
  запахло жареным!
  
  
  Нагнали каких-то.
  
  
  Блестящие!
  
   180 в касках!
  
  
  Нельзя сапожища!
  
  
  Скажите пожарным:
  
  
  на сердце горящее лезут в ласках.
  
  
  Я сам.
  
  
  Глаза наслезнённые бочками выкачу.
  
  
  Дайте о ребра опереться.
  
  
  Выскочу! Выскочу! Выскочу! Выскочу!
  
  
  Рухнули.
  
  
  Не выскочишь из сердца!
  
   190 На лице обгорающем
  
  
  из трещины губ
  
  
  обугленный поцелуишко броситься вырос.
  
  
  Мама!
  
  
  Петь не могу.
  
  
  У церковки сердца занимается клирос!
  
  
  Обгорелые фигурки слов и чисел
  
  
  из черепа,
  
  
  как дети из горящего здания.
  
  
  Так страх
  
   200 схватиться за небо
  
  
  высил
  
  
  горящие руки "Лузитании".
  
  
  Трясущимся людям
  
  
  в квартирное тихо
  
  
  стоглазое зарево рвется с пристани.
  
  
  Крик последний, -
  
  
  ты хоть
  
  
  о том, что горю, в столетия выстони!
  
  
  
  
   2
  
  
  Славьте меня!
  
   210 Я великим не чета.
  
  
  Я над всем, что сделано,
  
  
  ставлю "nihil" {*}.
  
  
  {* "Ничто" (лат.).}
  
  
  Никогда
  
  
  ничего не хочу читать.
  
  
  Книги?
  
  
  Что книги!
  
  
  Я раньше думал -
  
  
  книги делаются так:
  
  
  пришел поэт,
  
   220 легко разжал уста,
  
  
  и сразу запел вдохновенный простак -
  
  
  пожалуйста!
  
  
  А оказывается -
  
  
  прежде чем начнет петься,
  
  
  долго ходят, размозолев от брожения,
  
  
  и тихо барахтается в тине сердца
  
  
  глупая вобла воображения.
  
  
  Пока выкипячивают, рифмами пиликая,
  
  
  из любвей и соловьев какое-то варево,
  
   230 улица корчится безъязыкая -
  
  
  ей нечем кричать и разговаривать.
  
  
  Городов вавилонские башни,
  
  
  возгордясь, возносим снова,
  
  
  а бог
  
  
  города на пашни
  
  
  рушит,
  
  
  мешая слово.
  
  
  Улица м_у_ку молча пёрла.
  
  
  Крик торчком стоял из глотки.
  
   240 Топорщились, застрявшие поперек горла,
  
  
  пухлые taxi {*} и костлявые пролетки.
  
  
  {* такси (франц.).}
  
  
  Грудь испешеходили.
  
  
  Чахотки площе.
  
  
  Город дорогу мраком запер.
  
  
  И когда -
  
  
  все-таки! -
  
  
  выхаркнула давку на площадь,
  
  
  спихнув наступившую на горло паперть,
  
  
  думалось:
  
   250 в х_о_рах архангелова хорала
  
  
  бог, ограбленный, идет карать!
  
  
  А улица присела и заорала:
  
  
  "Идемте жрать!"
  
  
  Гримируют городу Круппы и Круппики
  
  
  грозящих бровей морщь,
  
  
  а во рту
  
  
  умерших слов разлагаются трупики,
  
  
  только два живут, жирея -
  
  
  "сволочь"
  
   260 и еще какое-то,
  
  
  кажется - "борщ".
  
  
  Поэты,
  
  
  размокшие в плаче и всхлипе,
  
  
  бросились от улицы, ероша космы:
  
  
  "Как двумя такими выпеть
  
  
  и барышню,
  
  
  и любовь,
  
  
  и цветочек под росами?"
  
  
  А за поэтами -
  
   270 уличные тыщи:
  
  
  студенты,
  
  
  проститутки,
  
  
  подрядчики.
  
  
  Господа!
  
  
  Остановитесь!
  
  
  Вы не нищие,
  
  
  вы не смеете просить подачки!
  
  
  Нам, здоровенным,
  
  
  с шагом саженьим,
  
   280 надо не слушать, а рвать их -
  
  
  их,
  
  
  присосавшихся бесплатным приложением
  
  
  к каждой двуспальной кровати
  
  
  Их ли смиренно просить:
  
  
  "Помоги мне!"
  
  
  Молить о гимне,
  
  
  об оратории!
  
  
  Мы сами творцы в горящем гимне -
  
  
  шуме фабрики и лаборатории.
  
   290 Что мне до Фауста,
  
  
  феерией ракет
  
  
  скользящего с Мефистофелем в небесном паркете!
  
  
  Я знаю -
  
  
  гвоздь у меня в сапоге
  
  
  кошмарней, чем фантазия у Гете!
  
  
  Я,
  
  
  златоустейший,
  
  
  чье каждое слово
  
  
  душу новородит,
  
   300 именинит тело,
  
  
  говорю вам:
  
  
  мельчайшая пылинка живого
  
  
  ценнее всего, что я сделаю и сделал!
  
  
  Слушайте!
  
  
  Проповедует,
  
  
  мечась и стеня,
  
  
  сегодняшнего дня крикогубый Заратустра!
  
  
  Мы
  
  
  с лицом, как заспанная простыня,
  
   310 с губами, обвисшими, как люстра,
  
  
  мы,
  
  
  каторжане города-лепрозория,
  
  
  где золото и грязь изъ_я_звили проказу, -
  
  
  мы чище венецианского лазорья,
  
  
  морями и солнцами омытого сразу!
  
  
  Плевать, что нет
  
  
  у Гомеров и Овидиев
  
  
  людей, как мы,
  
  
  от копоти в оспе.
  
   320 Я знаю -
  
  
  солнце померкло б, увидев
  
  
  наших душ золотые россыпи!
  
  
  Жилы и мускулы - молитв верней.
  
  
  Нам ли вымаливать милостей времени!
  
  
  Мы -
  
  
  каждый -
  
  
  держим в своей пятерне
  
  
  миров приводные ремни!
  
  
  Это взвело на Голгофы аудиторий
  
   330 Петрограда, Москвы, Одессы, Киева,
  
  
  и не было ни одного,
  
  
  который
  
  
  не кричал бы:
  
  
  "Распни,
  
  
  распни его!"
  
  
  Но мне -
  
  
  люди,
  
  
  и те, что обидели -
  
  
  вы мне всего дороже и ближе.
  
   340 Видели,
  
  
  как собака бьющую руку лижет?!
  
  

Другие авторы
  • Вонлярлярский Василий Александрович
  • Унсет Сигрид
  • Милюков Александр Петрович
  • Савинов Феодосий Петрович
  • Китайская Литература
  • Чеботаревская Александра Николаевна
  • Татищев Василий Никитич
  • Каленов Петр Александрович
  • Житова Варвара Николаевна
  • Гнедич Николай Иванович
  • Другие произведения
  • Крыжановская Вера Ивановна - Смерть планеты
  • Григорьев Аполлон Александрович - Нигилизм в искусстве
  • Екатерина Вторая - Всякая всячина
  • Барро Михаил Владиславович - Пьер-Жан Беранже. Его жизнь и литературная деятельность
  • Гретман Августа Федоровна - А. Ф. Гретман: краткая справка
  • Салиас Евгений Андреевич - Госпожа Смерть
  • Мей Лев Александрович - Псковитянка
  • Короленко Владимир Галактионович - Памяти замечательного русского человека
  • Радлов Эрнест Львович - Э. Л. Радлов: научно-биографическая справка
  • Вяземский Петр Андреевич - По поводу статьи о Полевом и Белинском
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 597 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа