Главная » Книги

Катенин Павел Александрович - Инвалид Горев, Страница 2

Катенин Павел Александрович - Инвалид Горев


1 2

тветил: "Пожалуй!"
  
   Горев за делом: чинит, чертит и пишет
  
   Ведомость, сказку, записку, словом, бумагу;
  
   Пишет на славу, на диво всей волости Спасской.
  
   Грамоты выучен он не на медные деньги;
  
   Чистым брал серебром московский учитель
  
   Князя Селецкого. Князь - Макаров ровесник,
  
   Выкормок груди одной; кормилицы сына
  
   К братцу водили играть, и учили их вместе
  
   С год, до отъезда в столицу княжого семейства.
  
   В почерке сила своя, а в смысле другая.
  
   Всю перерыв до листа лоскутную кипу,
  
   Видит бестолочь Горев: очередь сбита,
  
   Пропусков тьма, а инде записано дважды,
  
   В справках ошибки, и в счетах неверны итоги.
  
   Он, как усердный делец и честный служивый,
  
   Сыну все показал: "Поправить,- мол,- надо".
  
   Тот туда и сюда: "Без батюшки-тестя
  
   Мне-де нельзя; оно же вам, батюшка, трудно,
  
   Мы уж кой-как"... (себе на уме - "наплутуем").
  
   Взял бумаги и запер. Отец в недоумье:
  
   "Что не в угоду?" Не глуп, а зело недогадлив,
  
   Кончив одно, за что другое приняться?
  
   В поле - плохой работник: отвычка и раны;
  
   Воду таскать, колоть дрова и лучину,
  
   Нянчить внучку, когда родимой не время,-
  
   Радости мало во всем; а горше под старость
  
   Быть меньшим, и где же? - в родительском доме.
  
   Сын и сноха - хозяева; Таня, их ангел,
  
   Как ни мала, что хочет - то делает; земский
  
   Вживе клад, а сдохнет - вдвое и дорог;
  
   Дура Маланья все ж половинщица; дай-ко
  
   Денег Мавра Петровна,- матушкой будет.
  
   Батюшка что? Седьмая спица, сердечный!
  
   Вкралась скорбь, змеей обвилася по сердцу,
  
   Есть, ни пить не дает и сон прогоняет.
  
   Злее нет болезни; чуму и холеру
  
   Худо, а лечат врачи; но кто же от скорби
  
   Врач? К кому прибегнуть? К господу-богу.
  
   Молится Горев; чуть обедня - ив церковь.
  
   В постный праздник Усекновенья предтечи
  
   После службы зашел он к земскому-свату;
  
   Гостя застал: слуга господский по платью!
  
   "Чей?" - спросил. "Селецкого князя".- "Какого?" -
  
   "Князь один: Александр Михайлович".- "Разве
  
   В Бареве он?" - "Давным-давно".- И Макару,
  
   Знать, любопытному, все рассказал он подробно:
  
   "В гвардии князь служил лет десять; в походе
  
   Прусском был капитан, полковник на новый
  
   Год, и женился; выбрал невесту из немок,
  
   Софью Романовну, дочь старика генерала;
  
   Как по фамильи - не в память: мудреная, с фоном.
  
   Славная барыня, даром что немка! Как с мужем
  
   В душу жила! Добра как много творила!
  
   Как умела по-нашему! Русская словно!
  
   Бог ей не дал веку: на первом ребенке
  
   Стала хилеть, со вторым скончалась. С печали -
  
   Князь в отставку, свету челом, да в деревню.
  
   Только и было отлучки в год ополченья.
  
   С ним в чужие края ходил ненадолго;
  
   В прочем - ни пяди. Живет келейным монахом,
  
   Тешится Мишей сынком и сам его учит
  
   Он охотник учить; на выбор крестьянских
  
   Взял с полсотни ребят, и в Бареве школу
  
   Для пользы крестьянской завел: присмотр и порядок!
  
   Старшим - бедный поручик с ногой-деревяшкой
  
   Ундер гвардейский под ним и два рядовые.
  
   Видно, что были служивые; правда, до гроба
  
   Хлеб им, приют, содержанье и - доброе слово".-
  
   "Нынче дома ли князь?" - "И, ведомо! Завтрв
  
   Он имянинник; гости будут, и в город
  
   Ездил я за тем - купить из припасов.
  
   Завтра в нашем селе что светлая пасха".
  
   Горев думать: "Барин добрый, полковник
  
   Мы с ним играли: дай, схожу я поздравлю
  
   С ангелом! Там же покойница спит на кладб_и_ще -
  
   Матушка: чуть ее помню; но все по усопшей
  
   Богоугодное дело - отпеть панихиду".
  
   Княжий закупщик уехал; Макар же, чтоб лишних
  
   Верст не мерять, в Спасском остался до _у_тра.
  
   Встал с зарей, оделся чисто и с солнцем
  
   В ход пошел; а ходу часа ему на два.
  
   В Бареве все на ногах; пестреет народом
  
   Красный двор: мужики кто в синем, кто в смуром;
  
   Бабы в кат_а_х, в стамедных цветных сарафанах;
  
   Дичи, ягод, меду, яиц, полотенец
  
   (Барину всё на поклон) разложено пропасть.
  
   Парни все под гребенку, в сереньких куртках,
  
   Бойкие, бегают; издали смотрит служивый
  
   Важный, о двух крестах и о двух же медалях.
  
   Горев вежливо с ним в знакомство, в беседу:
  
   То, да се, да житье каково? - "Хорошо бы.-
  
   Тот в ответ,- да мало нас, а мальчишек
  
   Много баловней. С прошлой недели товарищ
  
   Слег в больницу от старых свинцовых орехов.
  
   Я да ундер. Поручик, его благородье,-
  
   С князем либо с князьком; ему ж не по чину
  
   С нами: взглянет, прикажет, что надо, и полно.
  
   Хочем просить еще бы кого, да не сыщешь
  
   Скоро нашего брата здесь в околотке".
  
   Вот меж тем и звон пошел с колокольни;
  
   Вот из дверей на крыльцо офицер колченогий;
  
   Жалко! лет тридцати, и собою красавец:
  
   "Смирно,- мол,- братцы; князь сейчас!" И притихли.
  
   Подлинно, з_а_ словом, сам имянинник, и с сыном
  
   (Что за дитя: херувим!) выходит. Поклоны
  
   Тут от всех, поздравленья, подарки; хозяин
  
   Ласково всем отвечал и после обедни
  
   В гости звал пировать. Тут выступил Горев:
  
   "Здравья желаю, ваше сиятельство".- "Здравствуй,
  
   Брат сослуживец. Давно ли здесь и отколе?
  
   Как зовут?" - "Нельзя меня вам припомнить:
  
   Очень давно; а меня знавали вы". - "Стыдно,
  
   Только забыл: виноват; скажись".- "Я - Макарка,
  
   Сын кормилицы Домны; звалс_я_ постреленком".
  
   Князь улыбнулся, и в бледном лице его краска
  
   Вдруг проступила: взыграли детские лета.
  
   "Помню,- сказал он,- очень помню! Спасибо,
  
   Старый знакомый, что ты навестил. Не подумай:
  
   В шутку - твой приход мне лучший подарок.
  
   Домна рассталась с детьми, чтоб ехать с питомцем:
  
   Столько любила! Мне грех забыть, и на память
  
   Каменный крест поставил ей на могилу". -
  
   "Бог за милость продли вам несчетные годы,-
  
   Молвил Макар,- и сыну и внукам во веки".
  
   Оба рады бы всплакать, да совестно. Странно!
  
   Нет похулы в слезах, а люди смеются.
  
   Вот трезвон, и в церковь пора. От молебна
  
   Князь - к себе отдохнуть, и призвал Макара:
  
   С детства его не видав, хотелось проведать,
  
   С толком ли он человек и многого ль стоит.
  
   Горев делом смекнул; рассказывал просто,
  
   Лишних слов не вводя. Довольно и правды:
  
   Пусть формуляр в Желнихе; свидетельство ранам
  
   Носит он за пятью печатями на теле.
  
   Речь складна: дураком не создан с природы;
  
   Видел не мало всего, а вытерпел боле:
  
   Мог поумнеть. Искони несчастье и разум
  
   Вместе свыклись, друг не ходит без дружки -
  
   Ум и кличет беду, и крепится бедою.
  
   Князю понравился Горев; открыл он бумажник,
  
   Вынул сто рублей: "Возьми-ка, служивый!"
  
   Тот не берет. "Ты, друг мой, чинишься напрасно.
  
   Верю, своих у тебя есть сотня, другая;
  
   Но и третья не лишняя: так ли?" - "Бесспорно,
  
   Ваше сиятельство: деньги хлеба не просят,
  
   Хлеб же дают; но взять от вас не посмею". -
  
   "Как! почему?" - "Есть просьба, крайняя нужда:
  
   Сто ли рублей? Не в пример: в ней страшно отказа". -
  
   "В чем? Скажи". - "Ох, ваше сиятельство, худо
  
   Дома житье! Четвертая нынче неделя:
  
   Ст_о_ит года царской службы. Бывало,
  
   Холод, грязь, сухарей ни крошки, а весел:
  
   Люди с тобой! Угольком на биваке закуришь
  
   Трубку - соси да болтай, и голод не пикнет;
  
   Перевязь чистишь, суму, ружье - и не скучно.
  
   Черные дни втерпежь, а мало ли красных?
  
   Здесь кому, на что я годен? На вымет!
  
   Поздно нашего брата учить послушанью;
  
   Знаем давно, и рады, лишь был бы начальник.
  
   Кто в полку?- Офицер, дворянин благородный,
  
   Ундер, фельдфебель, наш брат: поумнее, постарше,
  
   Тем и вышел; знает чин чина - и любо.
  
   Как же я покорюсь снохе либо сыну?
  
   Пусть и грубости нет, а всё уж большие;
  
   Всё их воля, и я... " Примолк, опасаясь
  
   Князю наскучить и в сердце растрогать кручину.
  
   "В чем же,- князь спросил,- ко мне твоя просьба?" -
  
   "Будьте отцом! У вас здесь школа ребятам,
  
   Учат и смотрят солдаты. Как тех, осчастливьте
  
   Так и Макара! Горев другого не хуже.
  
   Рад стараться до крови капли; ни платы
  
   Мне, ни одежи не надо; останусь доволен
  
   Харчем и пойкой: вам не в убыток, а я бы
  
   Вечно бога молил; и только надежды:
  
   Он да вы". - "Ты просишь слишком умильно,-
  
   Князь отвечал: - давно бы попросту молвил,
  
   Мне ж человек и нужен вместо больного". -
  
   "Слышал, ваше сиятельство; то мне и духу
  
   Придало: так уж я боялся!" - "Чего же?" -
  
   "Сам не знаю путем,- куста, как ворона!
  
   Сорок лет хожу по мытарствам: напуган!" -
  
   "Песня с концом; но мы не согласны в условьях:
  
   Даром слуг не беру, плачу по окладу.
  
   Брату грудному прибавил бы,- прочим обидно.
  
   Эту же сотню возьми не в счет, а в подарок".
  
   "Ваше..." - "Молчи! Горазд ли ты грамоте русской?"
  
   Радостный Горев тут и сам усмехнулся:
  
   "Разве изволили вы забыть Аполлоса
  
   Саввича с длинной указкой? - Смешон был покойник
  
   В розовом фраке и взбитых пуклях под пудрой".
  
   "Но тому давно: ты мог разучиться".
  
   "Новую выучил в Бресте; французскую". - "Право?
  
   Честь и хвала! Без нее обойдемся, однако.
  
   Прямо теперь явись к поручику; скажешь
  
   Наш уговор, а там - знай его благородье".-
  
   "Слушаю, ваше сиятельство!" - "С богом, за дело".
  
   Горев с тех пор спокойно там проживает,
  
   Даже доныне. Школа давно уж закрыта,
  
   Вслед за тем как сам основатель скончался.
  
   Князь Александр Михайлович, зная, что редко
  
   Сын с отцом согласен в образе мыслей,
  
   Зная при том, что мертвый живым не указчик,
  
   Только одно приказал в завещанье духовном:
  
   "Трем инвалидам по смерть давать содержанье
  
   Прежнее, с тем, чтоб они учили крестьянских
  
   Мальчиков,- всех безденежно, кто пожелает".
  
   Князь молодой на службе. Бедный поручик
  
   Стал богат по жене, единственной дочке
  
   Пузина с первой супругой. Мавра Петровна
  
   При смерти долго лежала во время холеры;
  
   Бог умудрил в болезни - дала обещанье,
  
   Буде встанет, пойти в монастырь,- исцелилась;
  
   Каясь в вине, упала в ноги Макару;
  
   С ним и со всеми простилась в любви и постриглась.
  
   Пузин хлопочет с попами о третьей женитьбе.
  
   Карп Демьянович помер, и Танюшка ангел
  
   С ним на сутках: от крику случился родимец;
  
   Так что Федор и Вера радость и горе
  
   Вдруг получили: земский оставил им денег
  
   Кучу; дети все мрут - хоронят да плачут!
  
   Дура Маланья смеется над ними и часто
  
   Дразнит назло: "Вот вам за то, что Макара-
  
   Дядю обидели! Бог вас проклял, и ничто".
  
   1835
  
  
  
  
  Примечания
  Инвалид Горев. Замысел относится к концу двадцатых годов. Написана в 1835 г. Впервые: Библиотека для чтения. 1836. No 7. С. 3.
  Сильные ж с гневом отвергли.- Имеется в виду образование антифранцузской коалиции в составе Англии, России и Австрии, не признававших права Наполеона на престол. На десять лет война.- Война держав коалиции с Францией началась осенью 1805 г. С сыном король не ладил.- Речь идет о борьбе испанского короля Карла IV с наследным принцем Фердинандом. Те спроста приехали и т. д.- В 1808 г. Карл IV и Фердинанд по настоянию Наполеона выехали во Францию, после чего последовал их отказ от прав на испанский престол. Ростбиф - здесь: англичанин.

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 199 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа