Главная » Книги

Гомер - Илиада, Страница 31

Гомер - Илиада



смертной супруги!
  
  Вот и теперь ожидает тебя бесконечное горе
  
  О погибающем сыне, которого ты не увидишь
   90 В доме отеческом, ибо мне дух мой никак не позволит
  
  Жить и общаться с людьми, пока ненавистный мне Гектор
  
  Первым под пикой моей не погибнет и дух не испустит,
  
  За ограбленье его заплативши мне страшную пеню!"
  
   Сыну в ответ, заливаясь слезами, сказала Фетида:
   95 "Близок же, сын мой, твой смертный конец, если так говоришь ты!
  
  Тотчас за Гектором вслед и тебе ведь конец уготован!"
  
   В сильной печали в ответ ей сказал Ахиллес быстроногий:
  
  "Рад умереть я сейчас же, когда от опасности смертной
  
  Друга не мог защитить я! Далеко от родины милой
   100 Пал он, - и в этой беде я на помощь ему не явился!
  
  В милую землю родную обратно уж я не вернуся,
  
  И ни Патроклу я светом не стал, ни товарищам прочим, -
  
  Всем тем многим, которых избил шлемоблещущий Гектор.
  
  Праздный, сижу у судов я, земли бесполезное бремя, -
   105 Я, сильнее которого нет никого меж ахейцев
  
  В битве, хотя на собраниях есть и другие получше.
  
  О, да погибнет вражда средь богов и средь смертных, и с нею
  
  Гнев да погибнет, который и мудрых в неистовство вводит!
  
  Много слаще, чем мед, стекает он в грудь человека,
   110 После того же все больше в груди разрастается дымом.
  
  Так и меня вот разгневал владыка мужей Агамемнон.
  
  Но, как бы ни было горько, об этом теперь мы забудем,
  
  Пред неизбежностью дух свой в груди укротив поневоле.
  
  Против губителя мне дорогой головы выхожу я, -
   115 Гектора! Смерть же без страха приму я, как только ее мне
  
  Зевс пожелает послать и другие бессмертные боги.
  
  Смерти не мог избежать и Геракл многомощный, который
  
  Был наиболее дорог владыке Крониону-Зевсу:
  
  Все-таки Геры вражда и судьба одолели Геракла.
   120 Так же и я, если доля такая меня ожидает,
  
  Лягу мертвым. Но нынче уж славу себе я добуду.
  
  Многих жен полногрудых, - троянок, а также дарданок, -
  
  Многих заставлю я слезы руками обеими с нежных
  
  Щек своих вытирать, исходя в громогласных рыданьях!
   125 Скоро увидят, что долгие дни отдыхал я от боя!
  
  И не удерживай, мать, как ни любишь! Ничем не преклонишь!"
  
   Сереброногая так отвечала Фетида богиня:
  
  "Что же, все это верно, мой сын дорогой! Благородно
  
  Быструю смерть отражать от товарищей, в битве теснимых.
   130 Но ведь доспехом прекрасным твоим овладели троянцы,
  
  Медным, блестящим. На плечи надев, шлемоблещущий Гектор
  
  Им величается ныне, хотя, полагаю, не долго
  
  В нем красоваться придется ему: уж близка его гибель.
  
  Ты же, сын мой, смотри, не бросайся в аресову свалку
   135 Прежде, чем вновь у себя ты меня не увидишь глазами.
  
  Завтра сюда с восходящим я солнцем к тебе возвращуся
  
  И принесу от владыки Гефеста доспех превосходный".
  
   Кончивши так, отвернулась Фетида от милого сына
  
  И обратилась к морским своим сестрам с такими словами:
   140 "Вы погрузитесь теперь в широкое лоно морское
  
  И, повидавши там старца морского в родительском доме,
  
  Все расскажите ему. А я на Олимп многоглавый
  
  К мастеру славному тотчас отправлюсь, к владыке Гефесту,
  
  С просьбой, чтоб сделал он сыну доспехи, достойные славы".
   145 Так им сказала. И в волны морские они погрузились.
  
  Мать же Пелида сама направила путь свой к Олимпу,
  
  Чтоб принести от Гефеста оружие милому сыну.
  
   Ноги богиню несли на Олимп. Между тем аргивяне
  
  С криком ужасным бежали пред Гектором мужеубийцей
   150 И к берегам Геллеспонта домчались, к судам своим быстрым.
  
  Не удалось бы уж больше красивопоножным ахейцам
  
  Из-под обстрела увлечь ахиллесова друга Патрокла, -
  
  Ибо настигли опять его тело и люди, и кони
  
  С Гектором, сыном Приама, похожим на бурное пламя.
   155 За ноги трижды хватал шлемоблещущий Гектор Патрокла,
  
  Тело желая увлечь и троянцев зовя на подмогу.
  
  Гектора трижды Аяксы, дышавшие бурною силой,
  
  Прочь отражали от трупа. Но, в силе своей убежденный,
  
  Гектор упорно то в свалку бросался, то криком могучим,
   160 Остановившись, своих ободрял. Отступать же не думал.
  
  Так же, как рыжего льва пастухи полевые не в силах
  
  Прочь отогнать от добычи, какую, голодный, поймал он,
  
  Так же и оба Аякса воинственных были не в силах
  
  Гектора, сына Приама, отбросить от тела Патрокла.
   165 И овладел бы он им, и покрылся б великою славой,
  
  Если бы схожая с ветром Ирида к Пелееву сыну
  
  С вестью, чтоб выступил в битву, с Олимпа бегом не явилась
  
  Тайно от Зевса и прочих бессмертных. Послала Ириду
  
  Гера. Пред сыном Пелея предстала она и сказала:
   170 "Встань поскорей, Пелеид, ужаснейший между мужами!
  
  Тело Патрокла спаси! За него пред судами ахейцев
  
  Бурная сеча пылает. Бойцы убивают друг друга.
  
  Мужи-ахейцы хотят отстоять непременно Патрокла,
  
  Мужи-троянцы в открытый ветрам Илион его тело
   175 Рвутся увлечь. Упорнее прочих похитить Патрокла
  
  Рвется блистательный Гектор. Он голову хочет Патрокла,
  
  С нежной срубив ее шеи, на кол водрузить в Илионе.
  
  Живо вставай же, не медли! Подумай, какой тебе будет
  
  Стыд, если станет Патрокл игралищем псов илионских!
   180 Страшный позор тебя ждет, если труп изуродован будет!"
  
   К ней обратился тогда Ахиллес быстроногий с вопросом:
  
  "Кем из богов ты, Ирида богиня, мне послана с неба?"
  
  Скоростью равная ветру, ему отвечала Ирида:
  
  "Гера меня посылает, преславная Зевса супруга,
   185 Тайно. Об этом не знает ни Зевс, на высотах царящий,
  
  Ни кто-нибудь из богов остальных, на Олимпе живущих".
  
   Ей отвечая, промолвил тогда Ахиллес быстроногий:
  
  "Как же я выйду на битву? Доспех мой в руках у троянцев
  
  Милая мать запретила мне в битву мешаться, доколе
   190 Снова сюда не вернется, и я ее здесь не увижу.
  
  Мне обещалась она принести от Гефеста доспехи.
  
  Здесь же ничьих я не знаю, которые мог бы надеть я.
  
  Мне б подошел только щит Теламонова сына Аякса.
  
  Но ведь и сам он в передних рядах, полагаю я, бьется,
   195 Острою пикой вкруг тела Патрокла врагов избивая".
  
   Скоростью равная ветру, ему отвечала Ирида:
  
  "Знаем и мы хорошо, что доспех твой в руках у троянцев.
  
  Но подойди без оружья ко рву и врагам покажися.
  
  Может быть, в ужас придут при твоем появленье троянцы,
   200 Бой прекратят, и ахейцев сыны отдохнут хоть немного
  
  От понесенных мучений: в сражениях отдых недолог".
  
   Так сказав, быстроногая прочь удалилась Ирида.
  
  Встал Ахиллес, любимец Зевеса. Афина одела
  
  Мощные плечи его эгидой бахромчатой Зевса.
   205 Над головою сгустила богиня богинь золотое
  
  Облако, вкруг самого же зажгла ослепительный пламень.
  
  Так же, как дым, поднимаясь от города, всходит до неба
  
  С острова дальнего, где осажден неприятелем город;
  
  Меряясь в битве ужасной с врагами, весь день непрерывно
   210 Граждане бьются со стен; но едва лишь закатится солнце,
  
  Всюду огни зажигают сигнальные; свет их высоко
  
  К небу вздымается вверх, чтоб соседи его увидали
  
  И с кораблями своими на помощь пришли к осажденным. -
  
  Так же и свет с головы Ахиллеса достиг до эфира.
   215 За стену выйдя, он стал возле рва; но с войском ахейским
  
  Он не мешался: разумный завет материнский он помнил.
  
  Ставши близ рва, закричал; от себя и Паллада-Афина
  
  Крикнула. Страшное вдруг охватило троянцев смятенье.
  
  Так же, как трубные звуки далеко разносятся всюду,
   220 Оповещая всех граждан о приступе вражьем на город,
  
  Так далеко разносился и голос Эакова внука.
  
  Медный голос его едва услыхали троянцы,
  
  Дрогнуло сердце у всех. Повернули назад в колесницах
  
  Быстрые кони, погибель грозящую духом почуяв.
   225 В ужас возницы пришли, увидавши огонь неугасный
  
  Над головой Ахиллеса Пелида, высокого духом,
  
  Страшно пылавший; его разжигала Паллада-Афина.
  
  Трижды ужасно над рвом закричал Ахиллес богоравный,
  
  Трижды смешались фаланги троян и союзников славных.
   230 Тут от своих колесниц и от копий своих же погибло
  
  Лучших двенадцать троянских бойцов. Между тем аргивяне
  
  С радостным духом Патрокла к себе увлекли из-под копий
  
  И положили в носилки. Товарищи милые, плача,
  
  Труп окружили. Меж ними шагал Ахиллес быстроногий.
   235 Слезы горячие он проливал, на товарища глядя,
  
  Острой пронзенного медью, лежавшего мертвым в носилках, -
  
  Друга, которого сам с колесницей своей и с конями
  
  В битву послал, но живого, пришедшего с битвы, не встретил.
  
   Неутомимому солнцу меж тем волоокая Гера
   240 Против желанья его в Океан ниспуститься велела.
  
  Скрылось солнце в волнах, и ахейцев божественных войско
  
  Мощный бой и войну, всем ужасную, кончило тотчас.
  
   Также с другой стороны и троянцы, ушедши из битвы,
  
  От колесниц отпрягли своих лошадей быстроногих
   245 И на собранье сошлись до того, как подумать о пище.
  
  Стоя, держали троянцы совет; из них ни единый
  
  Сесть не посмел. Ужасались они, что опять появился
  
  Так уклонявшийся долго от битв Ахиллес быстроногий.
  
  Пулидамант Панфоид рассудительный стал говорить к ним.
   250 Только один между всеми смотрел и вперед, и назад он.
  
  Гектору был он товарищ, в одну они ночь родилися;
  
  Он выдавался речами, а Гектор - могучею пикой.
  
  Доброжелательства полный, к собранию он обратился:
  
  "Тщательно все обсудите, друзья мои. Я ж полагаю:
   255 В город уйти мы должны и пред станом врагов на равнине
  
  Не дожидаться священной зари: наши стены далеко.
  
  В дни, как пылал этот муж к Агамемнону ярой враждою,
  
  Легче намного нам было сражаться с сынами ахейцев.
  
  Сам веселился я духом, пред станом ахейским ночуя,
   260 Думал, что скоро судами двухвостыми мы овладеем.
  
  Нынче же страшно боюсь быстроногого я Ахиллеса:
  
  С духом безмерно могучим своим ни на миг не захочет
  
  Он на средине равнины остаться, где мы и ахейцы
  
  Поровну между собой разделяем аресову ярость.
   265 Будет борьбу он за Трою вести и за женщин троянских.
  
  В город вернемся скорее! Послушайтесь! Будет ведь вот как:
  
  Быстрого Сына Пелея от битвы сейчас удержала
  
  Ночь амвросийная. Если ж и завтра, нагрянув с. оружьем,
  
  Тут же застанет он нас, - не один Ахиллеса узнает!
   270 С радостью тот возвратится в священную Трою, кто сможет
  
  В бегстве спасенье найти. Растерзают немало троянцев
  
  Хищные птицы и псы. Никогда б мне об этом не слышать!
  
  Если, как нам ни горько, мы сделаем то, что сказал я,
  
  Сами мы ночь проведем на площади. Городу ж стены,
   275 Башни над ними и створы высоких ворот наших крепких, -
  
  Длинные, гладкие, прочно сплоченные, - будут защитой.
  
  Завтра же рано с зарей, в боевые облекшись доспехи,
  
  Станем на башнях. И горе ему, если он пожелает,
  
  От кораблей отойдя, под городом с нами сразиться!
   280 Снова воротится он к кораблям, истомивши напрасно
  
  Высокошеих коней, под стеной их гоняя без толку.
  
  Внутрь же проникнуть за стены ему его дух не позволит,
  
  Их не разрушит он. Быстрые псы его раньше изгложут!"
  
   Грозно взглянув на него, отвечал шлемоблещущий Гектор:
   285 "Пулидамант! Очень мало приятно мне, что говоришь ты!
  
  Ты предлагаешь назад нам вернуться и в городе скрыться.
  
  Или сидеть, запершися в стенах, вам еще не постыло?
  
  Прежде Приамову Трою священную смертные люди
  
  Все называли согласно богатою золотом, медью.
   290 Нынче сокровища все из домов совершенно исчезли.
  
  Сколько во Фригию, сколько в чарующий край меонийцев
  
  Продано наших сокровищ, пока был разгневан Кронион!
  
  Ныне ж, в то время как раз, как сын хитроумного Крона
  
  Дал мне славу добыть и к морю отбросить ахейцев -
   295 Мыслей подобных, глупец, не высказывай перед народом!
  
  Их никто не посмеет послушаться. Я не позволю!
  
  Нет уж! Давайте исполним-ка лучше все то, что скажу я!
  
  Ужинать сядьте сейчас, рассадившись везде по отрядам.
  
  Помните стражу ночную и бодрствуйте каждый на страже.
   300 Кто ж из троянцев чрезмерно богатством своим тяготится,
  
  Пусть соберет и отдаст для народного общего пира;
  
  Лучше, чтоб радость такую он дал не ахейцам, а нашим.
  
  Завтра же рано с зарей, в боевые облекшись доспехи,
  
  Мы пред судами ахейцев возбудим свирепую сечу.
   305 Если и впрямь близ судов поднялся Ахиллес богоравный,
  
  Хуже придется ему же, раз так пожелал он. А я уж
  
  Не побегу перед ним, а навстречу пойду, - и увидим,
  
  Он ли меня одолеет, иль я его, если сойдемся.
  
  Равен для всех Эниалий: и губящих также он губит".
   310 Так говорил он. И криком его поддержали троянцы.
  
  Глупые! Разума их лишила Паллада-Афина.
  
  Гектора все одобряли, хоть он и плохое придумал,
  
  Пулидаманта - никто, хоть совет он давал превосходный.
  
  Ужинать сели троянцы всем войском. Меж тем мирмидонцы
   315 Целую ночь провели над Патроклом в стенаньях и воплях.
  
  Громкий плач между ними зачал Ахиллес быстроногий.
  
  Другу на грудь положив к убийству привычные руки,
  
  Тяжко стонал он, подобно тому как лев бородатый
  
  Стонет, если охотник из зарослей леса похитит
   320 Львят его малых, а он, опоздавши, жестоко тоскует,
  
  Рыщет везде по ущельям, следов похитителя ищет,
  
  Чтобы на путь набрести. И берет его ярая злоба.
  
  Так же стонал Ахиллес, говоря меж своих мирмидонцев:
  
  "Горе! Слово пустое я выронил в день злополучный,
   325 Как успокоить старался героя Менетия в доме!
  
  Я говорил, что в Опунт приведу к нему славного сына
  
  Трою разрушившим, долю свою получившим в добыче.
  
  Но ожидания наши не все исполняет Кронион.
  
  Ту же нам землю обоим судьбой суждено окровавить
   330 Здесь, в троянской стране. В отчизну и я не вернуся.
  
  В доме отцовском не встретит меня ни Пелей престарелый,
  
  Ни моя мать. Но земля меня здесь на чужбине покроет.
  
  Ныне же, раз я, Патрокл, позднее спущуся под землю,
  
  Не погребу тебя раньше, чем голову сына Приама,
   335 Гордого смертью твоей, с доспехом сюда не доставлю.
  
  Возле костра твоего обезглавлю двенадцать я пленных
  
  Трои прекрасных сынов, за убийство твое отомщая.
  
  А до того будешь так ты лежать близ судов изогнутых.
  
  Здесь полногрудые жены троянских мужей и дарданских
   340 Будут и ночи, и дни над тобой заливаться слезами, -
  
  Жены, которых мы силой и длинною пикой добыли,
  
  Как разрушали с тобой города богатейшие смертных".
  
   Так он сказал и товарищам дал приказанье поставить
  
  Медный треножник большой на огонь, чтоб как можно скорее
   345 Тело Патрокла отмыли от пыли и сгустков кровавых.
  
  Те, треногий котел на пылавшее пламя поставив,
  
  Налили полный водою и дров под котел подложили.
  
  Брюхо сосуда огонь охватил. Вода согревалась,
  
  После того как она закипела в сверкающей меди,
   350 Тело омыли они и обильно намазали маслом,
  
  Девятилетнею мазью покрыли зиявшие раны
  
  И, на кровать положив, полотном его мягким одели
  
  От головы и до ног и белым покровом покрыли.
  
  Ночь напролет, окружив Ахиллеса, Пелеева сына,
   355 Плакали горько над телом Патрокла сыны мирмидонцев.
  
   Зевс же к Гере, сестре и супруге своей, обратился:
  
  "Ну, ты добилась, чего так желала, владычица Гера!
  
  В бой быстроногого ты подняла Ахиллеса. Должно быть,
  
  Длинноволосых ахейцев сама ты на свет народила!"
   360 Зевсу на это в ответ волоокая Гера сказала:
  
  "Как ты ужасен, Кронид! Ну, какие слова говоришь ты!
  
  Может свободно любой человек замышлять на другого,
  
  Хоть умереть обречен и такого ума не имеет.
  
  Я же, которая в праве считать себя первой богиней
   365 С честью двойною: за род и за то, что твоею супругой
  
  Я называюсь, - а ты над бессмертными властвуешь всеми, -
  
  Как же, гневясь на троянцев, для них не готовить мне бедствий?"
  
   Так меж собою вели разговоры бессмертные боги.
  
  Дома владыки Гефеста достигла богиня Фетида, -
   370 Звездных, нетленных чертогов, прекраснейших меж остальными,
  
  Медных, которые сам для себя кривоногий построил.
  
  Потом весь обливаясь, Гефест пред мехами вертелся
  
  В спешке горячей: готовил он двадцать треножников разом,
  
  Чтоб их расставить вдоль стен своего благозданного дома.
   375 К ножкам треножников он золотые приделал колеса,
  
  Чтобы в собранье богов они сами собою катились
  
  И чтобы сами домой возвращалися, взорам на диво.
  
  В этом они уже были закончены. Не было только
  
  Ручек красивых; готовил Гефест их и гвозди ковал к ним.
   380 Полный творческих мыслей, трудился он. В это-то время
  
  К дому его подошла среброногая мать Ахиллеса.
  
  Вышла, увидев ее, в покрывале блестящем Харита,
  
  Прелести полная: мужем ей был хромоногий искусник.
  
  За руку гостью взяла, называла и так говорила:
   385 "Что ты, длинноодеждная, в дом наш приходишь, Фетида,
  
  Чтимая, нам дорогая? Не часто ты нас навещаешь!
  
  Милости просим, войди, чтоб могла тебя угостить я".
  
   Так говорила, вводя ее дальше во внутренность дома.
  
  Там усадила Фетиду на кресле серебряногвоздном,
   390 Сделанном очень искусно; была и для ног там скамейка;
  
  Кликнула громко Гефеста и с речью к нему обратилась:
  
  "Выйди сюда к нам, Гефест! Для чего-то ты нужен Фетиде".
  
   Ей ответил тогда знаменитый хромец обеногий:
  
  "Как? У меня, в нашем доме, достойная чести богиня,
   395 Та, что спасла меня в час, как, сброшенный с неба, страдал я
  
  Волею матери, Геры бесстыдной! Был хром я, и это
  
  Скрыть захотелось ей. Много бы тут настрадался я, если б
  
  В бухте меня не укрыли Фетида, а с ней Евринома, -
  
  Дочь Океана, в себя же текущего кругообразно.
   400 Девять годов украшенья различные я им готовил, -
  
  Пряжки, застежки, витые запястья для рук, ожерелья,
  
  Сидя в глубокой пещере; вокруг Океан бесконечный,
  
  Пеной играя, шумел и бежал. Обо мне ни единый
  
  Ни из бессмертных богов, ни из смертных людей там не ведал,
   405 Кроме одних только спасших меня Евриномы с Фетидой.
  
  В дом наш сегодня приходит она! И обязан отдать я
  
  Долг за спасение жизни прекрасноволосой Фетиде.
  
  Ну-ка, поставь перед нею теперь угощенье получше,
  
  Я же пока отложу и меха, и другие орудья".
   410 Чудище чудищем, от наковальни, сопя, поднялся он,
  
  Сильно хромая, шатаясь на слабых ногах. Отодвинул
  
  В сторону, прочь от горнила, меха и заботливо спрятал
  
  Все инструменты, какими работал, в серебряный ящик.
  
  Губкою после того обтер запотевшие щеки,
   415 Обе руки, волосатую грудь и могучую шею
  
  И облачился в хитон, и с толстою палкой, хромая,
  
  Двинулся к двери. Навстречу ему золотые служанки
  
  Вмиг подбежали, подобные девам живым, у которых
  
  Разум в груди заключен, и голос, и сила, - которых
   420 Самым различным трудам обучили бессмертные боги.
  
  Под руки взяли владыку служанки, и он, колыхаясь,
  
  К месту побрел, где Фетида сидела в блистающем кресле.
  
  За руку взял он ее, и по имени назвал, и молвил:
  
  "Что ты, длинноодеждная, в дом наш приходишь, Фетида,
   425 Чтимая, нам дорогая? Не часто ты нас навещаешь!
  
  Что тебе нужно, скажи! Исполнить велит мое сердце,
  
  Если исполнить могу я, и если исполнить возможно".
  
   Слезы из глаз проливая, ему отвечала Фетида:
  
  "Есть ли, Гефест, хоть одна из богинь, на Олимпе живущих,
   430 Столько в сердце своем перенесшая горестей тяжких,
  
  Сколько страданий меж всеми лишь мне ниспослал Громовержец!;
  
  Только меня средь морских он богинь подчинил человеку -
  
  Сыну Эака Пелею. И ложе терпела я мужа,
  
  Вовсе того не желая. Охваченный старостью жалкой,
   435 В доме лежит он, бессильный. Но скорбь у меня и другая.
  
  Сына родить и взлелеять мне дал наш родитель Кронион,
  
  Первого между героев. И рос он, подобно побегу.
  
  Я воспитала его, как в саду деревцо молодое,
  
  Я к Илиону послала его в кораблях изогнутых
   440 Биться с сынами троянцев, - и он уж назад не вернется,
  
  И уж навстречу ему я не выйду в пелеевом доме!
  
  Раз на земле он живет и видит сияние солнца,
  
  Должен страдать он. И как, хоть пришедши, ему помогу я?
  
  Девушку ту, что ему присудили ахейцы в добычу,
   445 Вырвал обратно из рук у него Агамемнон владыка.
  
  Сердце себе сокрушил он, печалясь о ней. А данайцев
  
  К самым судам оттеснили троянцы и выйти из стана
  
  Им не давали. Молили старейшины воинств ахейских
  
  Сына и много даров перед ним перечислили славных.
   450 Сам он хотя защитить от беды их тогда отказался,
  
  Но, одевши в доспех свой Патрокла, его на поддержку
  
  В битву отправил, большое ему предоставивши войско.
  
  День напролет неустанно у Скейских ворот они бились
  
  И овладели бы Троей тогда ж, но героя Патрокла,
   455 Много троянцам принесшего бед, Аполлон дальновержец
  
  В первых рядах умертвил и Гектору славу доставил.
  
  Вот почему я сегодня к коленям твоим припадаю:
  
  Может быть, сжалишься ты над моим краткожизненным сыном,
  
  Шлем ему дашь густогривый, и щит, и поножи, и панцырь.
   460 Свой потерял он, отдав его другу, который врагами
  
  Был умерщвлен. А сам он лежит на земле и тоскует".
  
   Ей знаменитый хромец обеногий немедля ответил:
  
  "Можешь, богиня, совсем не заботиться больше об этом.
  
  О, если б сына Пелея, когда ему время настанет,
   465 Мог бы от смерти ужасной избавить я так же успешно,
  
  Как ему славные сделать могу я доспехи, которым
  
  Многие смертные, кто б ни увидел их, будут дивиться".
  
   Так он сказал, и оставил ее, и к мехам обратился.
  
  Их на огонь он направил и действовать дал приказанье.
   470 Сколько их было, все двадцать мехов задышали в горнило
  
  Разнообразнейшим, сильно огонь раздувавшим дыханьем,
  
  Те - помогая, когда он спешил, а другие - иначе,
  
  Как желалось Гефесту, чтоб дело закончить получше.
  
  Несокрушимой он меди и олова бросил в горнило,
   475 Ценного золота и серебра. Наковальню большую
  
  Прочно приладил к широкой подставке, и в правую руку
  
  Молот огромнейший взял, а в левую - крепкие клещи.
  
   В первую очередь выковал щит он огромный и крепкий,
  
  Всюду его изукрасив; по краю же выковал обод
   480 Яркий, тройной; и ремень к нему сзади серебряный сделал.

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 238 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа