Главная » Книги

Гомер - Илиада, Страница 23

Гомер - Илиада



составной; выступает
   705 У оснований рогов под ярмом у них пот изобильный;
  
  Гладким одним ярмом разделенные между собою,
  
  Землю взрезая, к меже они общую борозду гонят.
  
  Так же, плечо у плеча, и Аяксы стояли, сражаясь.
  
  Но с Теламоновым сыном немало товарищей смелых
   710 Дружной шагало толпой. От него они щит принимали,
  
  Если усталость и пот колени ему изнуряли.
  
  Локры же следом не шли за лихим Оилеевым сыном:
  
  Милое сердце у них не лежало к борьбе рукопашной.
  
  Не было гривистых шлемов, сверкающих медью, у локров,
   715 Не было круглых щитов окаймленных и ясенных копий.
  
  Только на лук с шерстяною пращою, сплетенной искусно,
  
  В битве они полагались и, с ними придя к Илиону,
  
  Частой своею стрельбою крушили фаланги троянцев.
  
  Первые, - те впереди вкруг Аяксов, в доспехах узорных,
   720 С войском сражались троянским и Гектором меднодоспешным.
  
  Локры стреляли, таясь назади. И кипящую храбрость
  
  Уж забывали троянцы: смущали их частые стрелы.
  
   Тут бы плачевно назад от судов и от стана ахейцев
  
  Воины Трои в открытый ветрам Илион возвратились,
   725 Если бы Пулидамант не сказал, перед Гектором ставши:
  
  "Гектор! Ничьи увещанья тебя убедить неспособны!
  
  Бог выше меры тебя одарил для военного дела;
  
  Ты же поэтому хочешь и в мудрости первым считаться.
  
  Но невозможно никак, чтоб все в себе совместил ты,
   730 Бог одного одаряет способностью к бранному делу,
  
  (Пляски иному дает, а иному - кифару и пенье),
  
  В грудь же другого влагает Кронион широко гремящий
  
  Ум благородный. И многим он пользу умом тем приносит,
  
  Многих спасает, всех больше и сам познает его цену.
   735 Выскажу я тебе то, что мне кажется самым хорошим.
  
  Битвы венок вкруг тебя загорается, Гектор, повсюду!
  
  Высокодушные Трои сыны, перешедши чрез стену, -
  
  Частью с оружьем стоят в стороне, а частью дерутся
  
  В меньшем числе против многих, рассеявшись между судами.
   740 Выйдя из битвы, сюда созови наилучших ахейцев.
  
  Здесь, все вместе собравшись, вполне б мы вопрос разрешили, -
  
  Броситься ль нам на суда многовеслые их в ожиданьи,
  
  Что преисполнит нас силою бог, иль немедля обратно
  
  От кораблей удалиться, пока еще целы мы сами.
   745 Сильно боюсь я, чтоб долга вчерашнего нам аргивяне
  
  Не захотели вернуть! У судов ненасытный войною
  
  Муж остается! Едва ль он воздержится вовсе от битвы".
  
   Так он сказал. И одобрил слова справедливые Гектор.
  
  Вмиг со своей колесницы с оружием спрыгнув на землю,
   750 Пулидаманту в ответ он слова окрыленные молвил:
  
  "Пулидамант! Удержи у себя тут храбрейших троянцев,
  
  Я же отправлюсь туда и в общую битву вмешаюсь,
  
  И, приказанья нужные дав, вернусь к вам обратно".
  
   Так он ответил и, схожий с горой снеговой, устремился
   760 С криком призывным чрез толпы троян и союзников Трои.
  
  Начали все собираться поспешно к Панфоеву сыну,
  
  Храброму Пулидаманту, лишь Гектора зов услыхали.
  
  Гектор передних ряды обходил и усердно искал в них,
  
  Где Деифоб и владыка Гелен, где Асий Гиртаков,
   760 Асиев сын Адамант. Повсюду искал, не найдет ли.
  
  Их он нашел, но не всех невредимыми или живыми:
  
  Те пред кормами ахейских судов неподвижно простерлись,
  
  Души сгубив под руками врагов, а другие лежали
  
  За городскими стенами от ран рукопашных и стрельных.
   765 Вскоре нашел он на левом крыле многослезного боя
  
  Брата Париса, супруга прекрасноволосой Елены.
  
  Он товарищам дух ободрял, побуждая их к бою.
  
  Тот, подойдя, обратился к нему с оскорбительной речью:
  
  "Горе-Парис, лишь по виду храбрец, женолюб, обольститель!
   770 Где у тебя Деифоб, где сила владыки Гелена?
  
  Где, скажи, Асиад Адамант, где Асий Гиртаков,
  
  Офрионей? Илион погибает сегодня высокий!
  
  До основания, весь! Его неизбежна погибель!"
  
   Гектору тотчас в ответ сказал Александр боговидный:
   775 "Гектор, безвинного ты обвиняешь, в твоем это духе!
  
  Прежде не раз обнаруживал я нерадение в битве,
  
  Но родила меня мать не совсем уж бессильным и робким.
  
  С самой поры, как ты бой перенес к кораблям мореходным,
  
  С самых тех пор мы находимся здесь и с данайцами бьемся
   780 Без перерыва. Друзья же, которых назвал ты, убиты.
  
  Только один Деифоб, да сила владыки Гелена
  
  С поля битвы ушли, врагом пораженные оба
  
  Длинными копьями в руки. От смерти же спас их Кронион.
  
  Гектор, веди нас, куда тебе сердце и дух твой прикажут.
   785 С одушевленьем мы все за тобою пойдем. Недостатка,
  
  Верь мне, не будет в отпоре, насколько в нас силы достанет.
  
  Выше же сил, как бы кто ни хотел, невозможно сражаться".
  
   Так ему молвил герой и смягчил этим душу у брата.
  
  Двинулись оба туда, где сильнейшая битва и сеча
   790 Вкруг Кебриона кипела и храброго Пулидаманта,
  
  Пальмия, сходного с богом вождя Полифета, Орфая,
  
  Фалька, Гиппотионидов Аскания с Морием храбрым.
  
  Прибыли только вчера из Аскании тучной на смену
  
  Двое последних. И Зевс тогда ж устремил их в сраженье.
   795 В битву троянцы неслись, как вихрь из крутящихся ветров,
  
  Громом Зевса-отца посылаемый с неба на землю.
  
  В гуле чудовищном с морем мешается он, где бушует
  
  Много клокочущих волн многошумной пучины, - горбатых,
  
  Белых от пены, бегущих одна за другой непрерывно.
   800 Так и троянцы, сомкнувши ряды, одни за другими,
  
  Медью блестя и гремя, за вождями своими шагали.
  
  Гектор их вел за собой, мужегубцу Аресу подобный.
  
  Щит перед грудью своей он держал, во все стороны равный,
  
  С толстою медной пластиной на часто наложенных кожах;
   805 Ярко сияющий шлем, обнимая виски, сотрясался.
  
  Всюду рядам он врагов угрожал, под щитом наступая,
  
  Всюду испытывал их, не расстроит ли натиском смелым.
  
  Духа, однако, в груди не смутил у ахейцев отважных.
  
  Первым великий Аякс его вызвал, широко шагая:
   810 "Ближе, храбрец, подойди! Почему только так издалека
  
  Ты собрался нас пугать? Мы в сраженьях не так уже плохи.
  
  Зевсовым только тяжелым бичом смирены мы, ахейцы!
  
  Да неужели же вправду надеешься ты уничтожить
  
  Наши суда? Но ведь есть и у нас на защиту их руки!
   815 Много верней, что прекрасно обстроенный город ваш прежде
  
  Нашими будет руками захвачен и в прах уничтожен.
  
  А для тебя недалек уже день тот, когда, убегая,
  
  Будешь родителю Зевсу молиться и прочим бессмертным,
  
  Чтобы быстрей ястребов пышногривые кони летели,
   820 В город тебя унося средь поднятой по полю пыли!"
  
   Так он сказал. И высоко парящий орел в это время
  
  Справа от них пролетел. Закричало ахейское войско,
  
  Радуясь доброму знаку. Блистательный Гектор ответил:
  
  "Эх, ты, болтун, самохвал! Ну, что говоришь ты такое!
   825 О, если б столь несомненно же было, что сын я бессмертный
  
  Эгидоносиого Зевса, что Герой рожден я державной,
  
  Что почитаем я буду, как Феб-Аполлон и Афина,
  
  Как несомненно, что нынешний день несет вам несчастье, -
  
  Всем вам, ахейцам! Меж ними погибнешь и ты, если только
   830 Выждать посмеешь копье, которым лилейное тело
  
  Я у тебя разорву. Насытишь ты жиром и мясом
  
  Псов троянских и птиц, пред судами ахейскими павши!"
  
   Так он сказал и повел. И за ним с потрясающим криком
  
  Кинулись воины; сзади все войско ответило криком.
   835 Крикнули также с другой стороны аргивяне; отваги
  
  Не забывая, напора храбрейших троян они ждали.
  
  Крик их общий эфира достиг и сияния Зевса.
  
  
  
  ПЕСНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
  
  
  
   ОБМАНУТЫЙ ЗЕВС  [М. И. Пиков]
  
   Нестор, хоть пил в это время, но тоже те крики услышал.
  
  Асклепиаду тотчас же слова он крылатые молвил:
  
  "Как, Махаон, повернутся дела эти дальше, подумай!
  
  Крики бойцов молодых пред судами становятся громче.
  
  5 Ты оставайся, сиди и вином утешайся искристым.
  
  Теплую ванну тебе пышнокосая здесь Гекамеда
  
  Скоро согреет и с тела отмоет кровавые сгустки.
  
  Я же на холм поднимусь и быстро все разузнаю".
  
   Так произнесши, искусно сработанный, медью блестящий
   10 Щит сыновний он взял, Фрасимеда, смирителя коней,
  
  В ставке лежавший. В бою ж Фрасимед находился с отцовским.
  
  Крепкое взял и копье, повершенное острою медью,
  
  Вышел из ставки - и вдруг недостойное дело увидел:
  
  В полном смятеньи ахейцы бегут, а троянцы за ними
   15 Гордые гонятся вслед. Опрокинуты стены ахейцев!
  
  Как огромное море колышется слабою зыбью,
  
  Яростный путь над собою предчувствуя воющих ветров;
  
  Волн покамест еще ни туда, ни сюда не бросает,
  
  Ждет, когда разразится от Зевса решающий ветер, -
   20 Так же старик колебался и духом своим разрывался
  
  Надвое: к войску ль ему поспешить быстроконных данайцев
  
  Иль к Агамемнону, сыну Атрея, пастырю войска.
  
  Вот что, в уме поразмыслив, за самое лучшее счел он:
  
  К сыну Атрея пойти. Меж тем убивали друг друга
   25 Воины в битве кровавой, и громко звенела вкруг тел их
  
  Медь под ударами острых мечей и пик двуконечных.
  
   Встретились Нестору трое идущих от берега моря
  
  Вскормленных Зевсом царей, получивших в сражении раны, -
  
  Сын Тидея, а с ним Одиссей и Атрид Агамемнон.
   30 Очень далеко от битвы по берегу моря седого
  
  Их находились суда. Извлекли их ахейцы на сушу
  
  К берегу ближе, а стену воздвигли у более дальних.
  
  Берег залива, как ни был широк, не мог совершенно
  
  Всех вместить кораблей. И сильно теснились народы.
   35 Так что как бы зубцами суда поднимались от моря,
  
  Берег залива всего заполняя от мыса до мыса.
  
  Трое вождей, желая взглянуть на войну и сраженье,
  
  Вместе шли, опираясь на копья. Печалился сильно
  
  Дух в их груди. Повстречался им старец, наездник геренский
   40 Нестор, и дух в груди смутил у ахейцев испугом.
  
  Громко к нему обратился владыка мужей Агамемнон:
  
  "Нестор, рожденный Нелеем, великая слава ахейцев!
  
  Что ты приходишь сюда, покинувши бой смертоносный?
  
  Очень боюсь я, чтоб Гектор могучий угроз не исполнил, -
   45 Тех, что высказал раз на народном собраньи троянцев,
  
  Что к Илиону назад от судов он вернется не прежде,
  
  Чем корабли нам сожжет и нас перебьет перед ними.
  
  Так он тогда говорил, и все исполняется нынче!
  
  Горе мне, горе! Ужели и все остальные ахейцы
   50 Злобу питают такую ж ко мне, как Пелид быстроногий,
  
  И не желают сражаться при наших кормах корабельных!"
  
   Нестор, наездник геренский, на это Атриду ответил:
  
  "Да, совершается все, как сказал он, и даже Кронион,
  
  В небе гремящий, не смог бы уже ничего изменить здесь!
   55 Пала ахейцев стена, которая, мы ожидали,
  
  Несокрушимым оплотом и нам, и судам нашим будет.
  
  Те же упорно, не зная усталости, перед судами
  
  Нашими бьются. Нельзя распознать уж, внимательно глядя,
  
  Как и откуда ахейцев испуганных гонят троянцы, - >
   60 Так все смешалось в убийстве. И крики доходят до неба.
  
  Следует нам обсудить, как дальше все дело устроить,
  
  Если помочь еще можно умом. Но мешаться в сраженье
  
  Я б не советовал вам: для раненых бой невозможен".
  
   Снова ответил ему повелитель мужей Агамемнон:
   65 "Раз уж, Нестор, сраженье идет при кормах корабельных,
  
  Раз оказались без пользы стена, как и ров, на который
  
  Столько трудов положили данайцы, который, - все ждали, -
  
  Несокрушимым оплотом окажется им и судам их,
  
  То очевидно, - Зевесу сверхмощному стало угодно,
   70 Чтоб от отчизны вдали здесь бесславно погибли ахейцы.
  
  Знал я - некогда Зевс защищал аргивян благосклонно,
  
  Знаю теперь, что троянцев подобно блаженным бессмертным
  
  Он прославляет, ахейцам же силу и руки ослабил.
  
  Что же! Давайте-ка дружно исполним все то, что скажу я!
   75 Все корабли, что стоят ближайшими к берегу моря,
  
  Стащим с места сейчас же и спустим на волны морские,
  
  На якорях высоко укрепим их, безлюдною ж ночью,
  
  Если тогда до утра нападенье троянцы отложат,
  
  Стащимте на море так же и все корабли остальные.
   80 Нет никакого стыда убежать от беды даже ночью,
  
  Много лучше хоть бегством спастись от беды, чем погибнуть".
  
   Мрачно взглянув на него, отвечал Одиссей многоумный:
  
  "Что за слова у тебя чрез ограду зубов излетели!
  
  Лучше б, несчастный, начальствовал ты над каким-нибудь войском
   85 Робких, ничтожных людей, - не над нами, которым уж с детства
  
  Жизнь проводить предназначил Кронион до старости самой
  
  В войнах тяжелых, пока без остатка мы все не погибнем.
  
  Значит, осаду снимаешь ты с широкоуличной Трои,
  
  Из-за которой так много мы всяческих бед претерпели!
   90 Лучше молчи, чтоб другой кто-нибудь из ахейцев не слышал
  
  Речи, которой в устах у себя ни один не позволит
  
  Слово умеющий молвить, согласное с здравым рассудком,
  
  Скипетр носящий, кому повинуется столько народов,
  
  Сколько среди аргивян под твоею находится властью!
   95 Слово твое возмутило меня. Ну, что говоришь ты!
  
  Ты предлагаешь теперь же, во время войны и сраженья,
  
  В море спустить корабли, чтоб еще совершилось полнее
  
  Все по желанию тех, кто и так торжествует над нами!
  
  Гибель над нами нависнет вернейшая. Кто из ахейцев
   100 Выдержит бой, если в море спускать корабли вы начнете?
  
  Будут все время они озираться и битву покинут.
  
  Вред лишь советы твои принесут, повелитель народов!"
  
   Тотчас ответил ему владыка мужей Агамемнон:
  
  "О Одиссей! Поразил ты глубоко упреком жестоким
   105 Дух мой! Но я Ведь совсем и не думал давать приказанья,
  
  Чтобы ахейцы суда против воли спускали на море.
  
  Пусть другой кто-нибудь нам предложит решенье получше;
  
  Будь он хоть молод, хоть стар, - одинаково он мне желанен".
  
   Громкоголосый тогда Диомед в их беседу вмешался:
   110 "Здесь этот муж! Недалеко искать, если только хотите
  
  Выслушать слово мое безо всякой вражды и обиды
  
  Из-за того, что меж вами рождением всех я моложе.
  
  Я хвалюсь, что рожден я тоже отцом благородным,
  
  Славным Тидеем, покрытым землею могильною в Фивах.
   115 Три безупречные сына родились на свет у Порфея,
  
  Жили в Плевроне они и в скалистокрутом Калидоне, -
  
  Агрий с Меланом и третий Иней конеборец; меж братьев
  
  Доблестью он выдавался; отцу моему был отцом он.
  
  Там он и жил. Но отец мой осел после долгих скитаний
   120 В Аргосе: так пожелалось Зевесу и прочим бессмертным.
  
  В жены Адрастову дочь себе взял он, немало припасов
  
  В доме имел у себя, довольно имел и обширных
  
  Нив хлебородных, и много в округе садов плодоносных,
  
  Всякого много скота. В копьеборстве же всех превышал он.
   125 Впрочем, вы сами слыхали и скажете, правда ли это.
  
  Знаете все вы, что я не худого, не робкого рода,
  
  Слова хорошего, если скажу, не отриньте с презреньем.
  
  Необходимость зовет нас, - так в бой же, не глядя на раны!
  
  Сами участвовать в битве кровавой не будем, а станем
   130 Одаль от стрел, чтобы раны из нас кто не принял на рану.
  
  Будем на бой лишь других побуждать, - всех тех, что доселе,
  
  Слушаясь робкого сердца, стоят вдалеке и не бьются".
  
   Так говорил он. Прослушав внимательно, те согласились.
  
  Двинулись в путь. Во главе их - владыка мужей Агамемнон.
   135 Слеп, однако же, не был и славный Земли колебатель.
  
  Следом за ними пошел, уподобившись древнему мужу.
  
  За руку правую взял Агамемнона, сына Атрея,
  
  И со словами к нему окрыленными так обратился:
  
  "Царь Агамемнон! Теперь восхищается духом свирепым
   140 Славный Пелид, наблюдая убийство и бегство ахейцев!
  
  Сердца нет в груди ахиллесовой, нет никакого!
  
  Пусть бы он так и погиб, пусть бог его ослепил бы!
  
  Зла ж на тебя никакого не держат блаженные боги.
  
  Скоро теперь уж вожди и советники войска троянцев
   145 Пыль по широкой равнине поднимут, и сам ты увидишь,
  
  Как побегут они в город от наших судов и от стана!"
  
   Молвил и с криком могучим стремительно полем понесся.
  
  Так же, как девять иль десять бы тысяч воскликнуло разом
  
  Сильных мужей на войне, зачиная аресову распрю,
   150 Голос такой испустил из груди земледержец могучий,
  
  Каждому в сердце ахейцу вдохнувши великую силу
  
  Против троянцев упорно, не зная усталости, биться.
  
   Златопрестольная Гера с Олимпа глазами своими
  
  Вдаль поглядела с высокой вершины, мгновенно узнала
   155 Брата и деверя, с бурной спешившего силою в битву,
  
  Людям дающую славу. И радость ей в сердце проникла.
  
  Зевса потом увидала. Сидел он на самой вершине
  
  Иды, богатой ключами, - и злоба ее охватила.
  
  Стала тогда размышлять волоокая Гера богиня,
   160 Как бы ей ум обмануть эгидодержавного Зевса.
  
  Вот наилучшим какое решение ей показалось:
  
  К Зевсу на Иду прийти, нарядившись как можно красивей, -
  
  Может быть, он загорится желаньем на ложе любовном
  
  Телом ее насладиться, она же глубокий и сладкий
   165 Сон на ресницы прольет и на ум проницательный Зевса.
  
  Тотчас пошла она в спальню, которую выстроил милый
  
  Сын ей Гефест, к косякам прикрепивши надежные двери
  
  С тайным запором: его лишь она из богов отпирала.
  
  Гера вошла и, закрыв за собою блестящие двери,
   170 С тела, будящего страсть, сначала амвросией смыла
  
  Всю приставшую грязь и потом амвросическим кожу
  
  Маслом блестящим натерла, приятного запаха полным;
  
  Стоило хоть бы немного встряхнуть его в зевсовом доме,
  
  И аромат от него достигал до земли и до неба.
   175 Кожу прекрасную им умастивши, себе расчесала
  
  Волосы и заплела их руками в блестящие косы,
  
  И с головы их бессмертной своей красиво спустила.
  
  Платьем оделась нетленным, какое Паллада-Афина
  
  Выткала ей, изукрасив различным прекрасным узором,
   180 После того золотыми застежками грудь застегнула,
  
  Поясом с сотней висящих кистей опоясала стан свой,
  
  Серьги трехглазые, с тутовой ягодой сходные, вдела
  
  В мочки ушей. И великою прелестью вся засветилась.
  
  Сверху богиня богинь покрывалом прекрасным оделась,
   185 Только что сотканным, легким; бело оно было, как солнце.
  
  К светлым ногам привязала красивого вида подошвы.
  
  После того же, как все украшенья богиня надела,
  
  Вышла из спальни она. Афродиту к себе подозвавши,
  
  К ней, в стороне от богов остальных, обратилася с речью:
   190 "Милая дочь, не исполнишь ли то, о чем попрошу я?
  
  Или откажешь мне в просьбе, за то на меня негодуя,
  
  Что защищаю данайцев, а ты помогаешь троянцам?"
  
   Зевсова дочь Афродита на это ответила Гере:
  
  "Дочь великого Крона, богиня почтенная Гера!
   195 Что замышляешь, скажи? Исполнить велит мое сердце,
  
  Если исполнить могу и если исполнить возможно".
  
   В сердце коварство тая, отвечала владычица Гера:
  
  "Дай мне силу любви и влекущую прелесть, которой
  
  Ты покоряешь бессмертных богов и людей земнородных!
   200 Я отправляюсь взглянуть на границы земли многодарной,
  
  Предка богов Океана проведать и матерь Тефию,
  
  В доме своем воспитавших меня и вскормивших любовно,
  
  Юной принявши от Реи, когда громомечущим Зевсом
  
  Крон был под землю и век беспокойное море низвергнут.
   205 Их я проведать иду, чтоб уладить раздор бесконечный.
  
  Долгое время уже любви и совместного ложа
  
  Оба они избегают. Вражда им вселилася в сердце.
  
  Если бы мне удалось убедить их словами своими
  
  Соединиться в любовных объятьях на общей постели,
   210 Вечно б меня называли они и почтенной, и милой".
  
   Ей Афродита улыбколюбивая так отвечала:
  
  "Слово отринуть твое не могу: привычно ль мне это?
  
  Спишь ты в объятиях Зевса меж всех наилучшего бога".
   215 Так отвечала она и у груди своей отвязала
  
  Пестроузорный ремень, всевозможные чары вмещавший:
  
  В нем и любовь, и желанье, в нем также слова обольщения,
  
  Те, которые ум отнимают у самых разумных.
  
  Гере она его в руки вложила и так ей сказала:
  
  "На, положи этот пестрый ремень меж грудей своих, Гера!
   220 В нем заключается все. И назад на Олимп, уверяю,
  
  Ты не придешь, не достигнув того, чего сердцем желаешь".
  
   Молвила так. Улыбнулась в ответ волоокая Гера.
  
  И, улыбнувшись, тотчас же ремень меж грудей положила.
  
   Зевсова дочь Афродита в жилище к себе возвратилась.
   225 Гера же кинулась тотчас с высокой вершины Олимпа,
  
  Чрез Пиерию прошла и Эмафию, милую сердцу,
  
  Вихрем промчалась по снежным горам быстроконных фракийцев,
  
  По высочайшим вершинам, земли не касаясь ногами,
  
  После, с Афона спустясь на волнами кипящее море,
   230 В Лемнос пришла, - во владенье Фоанта, подобного богу.
  
  Там повстречалась богиня со Сном, приходящимся братом
  
  Смерти. В руку его как вросла, назвала и сказала:
  
  "Сон, повелитель бессмертных богов и людей земнородныхЬ
  
  Как словам ты моим когда-то внимал, так и нынче
   235 Слова послушайся. Вечно я буду тебе благодарна.
  
  Светлые Зевса глаза усыпи у него под бровями,
  
  Только что ложе со мной он в любовных объятьях разделит.
  
  Кресло за то золотое, нетленное в дар ты получишь;
  
  Сын мой, художник искусный Гефест, это чудное кресло
   240 Сделает сам для тебя, а снизу приладит скамейку,
  
  Чтобы блестящие ноги в пирах на скамейку ты ставил".
  
   Сон усладитель немедля владычице Гере ответил:
  
  "Дочь великого Крона, богиня почтенная Гера!
  
  Всякого бога другого средь всех небожителей вечных
   245 Я бы легко усыпил; и теченья реки Океана
  
  Я усыпил бы, - его, от которого все происходит.
  
  К Зевсу ж Крониону я ни за что подойти не посмел бы,
  
  Чтобы его усыпить, разве только он сам приказал бы.
  
  Было уж раз: ты меня проучила своим приказаньем
   250 В день тот, когда безбоязненный сын знаменитый Кронида,
  
  Город троянцев разрушив, домой на судах возвращался.
  
  Разум тогда усыпил я эгидодержавному Зевсу,
  
  Сладко разлившись вокруг; а ты измышляла несчастья
  
  Сыну его и наслала на море неистовый ветер,
   255 И далеко от друзей отнесла его, сбивши с дороги,
  
  В Кос, населенный богато. Проснувшися, всех по чертогу
  

Другие авторы
  • Красовский Василий Иванович
  • Каблуков Сергей Платонович
  • Ахшарумов Дмитрий Дмитриевич
  • Голлербах Эрих Федорович
  • Волков Алексей Гаврилович
  • Колычев Е. А.
  • Мертваго Дмитрий Борисович
  • Соррилья Хосе
  • Мейерхольд Всеволод Эмильевич
  • Уйда
  • Другие произведения
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Из сборников дешевой юмористической библиотеки "Сатирикона" и "Нового Сатирикона"
  • Воровский Вацлав Вацлавович - Средство от безработицы
  • Писарев Модест Иванович - Гроза. Драма А. Н. Островского
  • Баженов Александр Николаевич - Баженов А. Н.: биографическая справка
  • Богданов Александр Александрович - Критик-Птеродактиль
  • Плетнев Петр Александрович - К Н. И. Гнедичу
  • Григорьев Аполлон Александрович - Влад. Княжнин. Аполлон Григорьев и цыганы
  • Мериме Проспер - Жемчужина Толедо
  • Лафонтен Август - Август Лафонтен: биографическая справка
  • Мольер Жан-Батист - Любовь-целительница
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
    Просмотров: 249 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа