Главная » Книги

Козлов Иван Иванович - Чернец

Козлов Иван Иванович - Чернец


1 2 3

  
  
   Иван Иванович Козлов
  
  
  
  
  Чернец
  
  
  
   Киевская повесть --------------------------------------
  Русская романтическая поэма.
  М., Правда, 1985
  OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru --------------------------------------
  
  
  Прекрасный друг минувших светлых дней,
  
  
  Надежный друг дней мрачных и тяжелых,
  
  
  Вина всех дум, и грустных и веселых,
  
  
  Моя жена и мать моих детей!
  
  
  Вот песнь моя, которой звук унылый,
  
  
  Бывало, в час бессонницы ночной,
  
  
  Какою-то невидимою силой
  
  
  Меня пленял и дух тревожил мой!
  
  
  О, сколько раз я плакал над струнами,
  
  
  Когда я пел страданье Чернеца,
  
  
  И скорбь души, обманутой мечтами,
  
  
  И пыл страстей, волнующих сердца!
  
  
  Моя душа сжилась с его душою:
  
  
  Я с ним бродил во тме чужих лесов;
  
  
  С его родных днепровских берегов
  
  
  Мне веяло знакомою тоскою.
  
  
  Быть может, мне так сладко не мечтать;
  
  
  Быть может, мне так стройно не певать! -
  
  
  Как мой Чернец, все страсти молодые
  
  
  В груди моей давно я схоронил;
  
  
  И я, как он, все радости земные
  
  
  Небесною надеждой заменил.
  
  
  Не зреть мне дня с зарями золотыми,
  
  
  Ни роз весны, ни сердцу милых лиц!
  
  
  И в цвете лет уж я между живыми
  
  
  Тень хладная бесчувственных гробниц.
  
  
  Но я стремлю, встревожен тяжкой мглою,
  
  
  Мятежный рой сердечных дум моих
  
  
  На двух детей, взлелеянных тобою,
  
  
  И на тебя, почти милей мне их.
  
  
  Я в вас живу, - и сладко мне мечтанье!
  
  
  Всегда со мной мое очарованье.
  
  
  Так в темну ночь цветок, краса полей,
  
  
  Свой запах льет, незримый для очей.
  
  
  17 сентября 1824
  
  
  Санкт-Петербург
  
  
  
  
   1
  
  
  За Киевом, где Днепр широкой
  
  
  В крутых брегах кипит, шумит,
  
  
  У рощи на горе высокой
  
  
  Обитель иноков стоит;
  
  
  Вокруг нее стена с зубцами,
  
  
  Четыре башни по углам
  
  
  И посредине божий храм
  
  
  С позолоченными главами;
  
  
  Ряд келий, темный переход,
  
  
  Часовня у святых ворот
  
  
  С чудотворящею иконой,
  
  
  И подле ключ воды студеной
  
  
  Журчит целительной струей
  
  
  Под тенью липы вековой.
  
  
  
  
   2
  
  
  Вечерний мрак в туманном поле;
  
  
  Заря уж гаснет в небесах;
  
  
  Не слышно песен на лугах;
  
  
  В долинах стад не видно боле;
  
  
  Ни рог в лесу не затрубит,
  
  
  Никто не пройдет, - лишь порою
  
  
  Чуть колокольчик прозвенит
  
  
  Вдали дорогой столбовою;
  
  
  И на Днепре у рыбаков
  
  
  Уж нет на лодках огоньков;
  
  
  Взошел и месяц полуночный,
  
  
  И звезды яркие горят;
  
  
  Поляны, рощи, в_о_ды спят;
  
  
  Пробил на башне час урочный;
  
  
  Обитель в сон погружена;
  
  
  Повсюду мир и тишина.
  
  
  В далекой келье луч лампадный
  
  
  Едва блестит; и в келье той
  
  
  Кончает век свой безотрадный
  
  
  Чернец, страдалец молодой.
  
  
  Утраты, страсти и печали
  
  
  Свой знак ужасный начертали
  
  
  На пасмурном его челе;
  
  
  Гроза в сердечной глубине,
  
  
  Судьба его покрыта тмою:
  
  
  Откуда он, и кто такой? -
  
  
  Не знают. Но, в вражде с собой,
  
  
  Он мучим тайной роковою.
  
  
  Раз ночью, в бурю, он пришел;
  
  
  С тех пор в обители остался,
  
  
  Жизнь иноков печально вел,
  
  
  Дичился всех, от всех скрывался;
  
  
  Его вид чудный всех страшил,
  
  
  Чернец ни с кем не говорил,
  
  
  Но в глубине души унылой
  
  
  Ужасное заметно было.
  
  
  В торжественный молитвы час
  
  
  И он певал хвалебный глас...
  
  
  Но часто вопли тяжкой муки
  
  
  Святые прерывали звуки!
  
  
  Бывало, он, во тме ночей,
  
  
  Покоя в келье не находит,
  
  
  И в длинной мантии своей
  
  
  Между могил, как призрак, бродит;
  
  
  Теперь недвижим, ждет конца:
  
  
  Недуг терзает Чернеца.
  
  
  
  
   3
  
  
  Пред ним, со взором умиленья,
  
  
  Держал игумен крест спасенья, -
  
  
  И тяжко страждущий вздыхал:
  
  
  Он пламенел, он трепетал,
  
  
  Он дважды тихо приподнялся,
  
  
  Он дважды речь начать старался;
  
  
  Казалось, некий грозный сон
  
  
  Воспоминать страшился он,
  
  
  И робко, дико озирался.
  
  
  Чернец, Чернец, ужели ты
  
  
  Всё помнишь прежние мечты!..
  
  
  Но превозмог он страх могилы,
  
  
  Зажглися гаснущие силы:
  
  
  Он старца за руку схватил,
  
  
  И так страдалец говорил:
  
  
  
  
   4
  
  
  "Отец! меж вас пришлец угрюмый,
  
  
  Быть может, я моей тоской
  
  
  Смущал спасительные думы
  
  
  И мир обители святой.
  
  
  Вот тайна: дней моих весною
  
  
  Уж я всё горе жизни знал;
  
  
  Я взрос бездомным сиротою,
  
  
  Родимой ласки не видал;
  
  
  Веселья детства пролетали,
  
  
  Едва касаясь до меня:
  
  
  Когда ровесники играли,
  
  
  Уже задумывался я;
  
  
  Огонь и чистый и прекрасный
  
  
  В груди младой пылал напрасно:
  
  
  Мне было некого любить!
  
  
  Увы! я должен был таить,
  
  
  Страшась холодного презренья,
  
  
  От неприветливых людей
  
  
  И сердца пылкого волненья,
  
  
  И первый жар души моей;
  
  
  Уныло расцветала младость,
  
  
  Смотрел я с дикостью на свет,
  
  
  Не знал я, что такое радость;
  
  
  От самых отроческих лет
  
  
  Ни с кем любви не разделяя,
  
  
  Жил нелюдимо в тишине, -
  
  
  И жизнь суровая, простая
  
  
  Отрадною казалась мне.
  
  
  Любил я по лесам скитаться,
  
  
  День целый за зверьми гоняться,
  
  
  Широкий Днепр переплывать,
  
  
  Любил опасностью играть,
  
  
  Над жизнью дерзостно смеяться, -
  
  
  Мне было нечего терять,
  
  
  Мне было не с кем расставаться.
  
  
  
  
   5
  
  
  Но вскоре с невских берегов
  
  
  Покрытый воин сединами
  
  
  Приехал век дожить меле нами,
  
  
  Под тенью отческих дубров.
  
  
  Он жил в селе своем с женою,
  
  
  И с ними дочь в семнадцать лет...
  
  
  О старец! гроб передо мною...
  
  
  Во взорах тмится божий свет!..
  
  
  Ее давно уж в мире нет...
  
  
  Но ею всё живу одною...
  
  
  Она одна в моих мечтах,
  
  
  И на земле и в небесах!..
  
  
  Отец святой, теперь напрасно
  
  
  О ней тебе подробно знать,
  
  
  Я не хочу ее назвать!..
  
  
  Молися только о несчастной!
  
  
  Случайно нас судьба свела;
  
  
  Ее красы меня пленили;
  
  
  Она мне сердце отдала, -
  
  
  И мать с отцом нас обручили.
  
  
  Уже налой с венцами ждал;
  
  
  Всё горе прежнее в забвеньи, -
  
  
  И я в сердечном упоеньи,
  
  
  Дивясь, творца благословлял.
  
  
  Давно ль, печально увядая,
  
  
  Была мне в тягость жизнь младая?
  
  
  Давно ли дух томился мой,
  
  
  Убитый хладною тоской?
  
  
  И вдруг дано мне небесами
  
  
  И жить, и чувствовать вполне,
  
  
  И плакать сладкими слезами,
  
  
  И видеть радость не во сне!
  
  
  С какой невинностью святою
  
  
  Она пылающей душою
  
  
  Лила блаженство на меня!
  
  
  И кто из смертных под луною
  
  
  Так мог любить ее, как я?
  
  
  Сбылося в ней мое мечтанье,
  
  
  Весь тайный мир души моей, -
  
  
  И я, любви ее созданье,
  
  
  И я воскрес любовью к ней!
  
  
  
  
   6
  
  
  Но снова рок ожесточился;
  
  
  Я снова обречен бедам.
  
  
  Какой-то вдруг, на гибель нам,
  
  
  Далекий родственник явился;
  
  
  Он польских войск хорунжий был;
  
  
  Злодей, он чести изменил!
  
  
  Он прежде сам коварно льстился
  
  
  С ней в брак насильственно вступить.
  
  
  Хотел ограбить, притеснить, -
  
  
  И презрен был, и только мщенья
  
  
  Искал с улыбкой примиренья.
  
  
  О мой отец! сердечный жар,
  
  
  Благих небес высокий дар,
  
  
  Нет, не горит огонь священный
  
  
  В душе, пороком омраченной.
  
  
  Не видно звезд в туманной мгле:
  
  
  Любовь - святое на земле.
  
  
  Ему ль любить!.. Но, ах, судьбою
  
  
  Нам с нашей матерью родною
  
  
  Была разлука суждена!
  
  
  Она внезапно сражена
  
  
  Недугом тяжким... мы рыдали,
  
  
  Мы одр с молитвой окружали;
  
  
  Настал неизбежимый час:
  
  
  Родная скрылася от нас.
  
  
  Еще теперь перед очами,
  
  
  Как в страшную разлуки ночь
  
  
  Теплейшей веры со слезами
  
  
  Свою рыдающую дочь
  
  
  Земная мать благословляла
  
  
  И, взяв дрожащею рукой
  
  
  Пречистой девы лик святой,
  
  
  Ее небесной поручала.
  
  
  С кончиной матери смелей
  
  
  Стал мстить неистовый злодей;
  
  
  Он клеветал; уловкой злою
  
  
  Он слабой овладел душою, -
  
  
  И старец слову изменил:
  
  
  Желанный брак разрушен был.
  
  
  Обманут низкой клеветою,
  
  
  Он мнил, безжалостный отец,
  
  
  Что узы пламенных сердец
  
  
  Мог разорвать; и дочь младая,
  
  
  Его колена обнимая,
  
  
  Вотще лила потоки слез;
  
  
  Но я ни гнева, ни угроз,
  
  
  Ни мщенья их не убоялся,
  
  
  Презрел злодея, дочь увез
  
  
  И с нею тайно обвенчался.
  
  
  
  
   7
  
  
  Быть может, ты, отец святой,
  
  
  Меня за дерзость обвиняешь;
  
  
  Но, старец праведный, не знаешь,
  
  
  Не знал ты страсти роковой.
  
  
  Ты видишь сердца трепетанья,
  
  
  И смертный хлад, и жар дыханья,
  
  
  И бледный лик, и мутный взор,
  
  
  Мое безумье, мой позор,
  
  
  И грех, и кровь - вот пламень страстный!
  
  
  Моей любви вот след ужасный!
  
  
  Но будь мой рок еще страшней:
  
  
  Она была... была моей!
  
  
  О, как мы с нею жизнь делили!
  
  
  Как, утесненные судьбой,
  
  
  Найдя в себе весь мир земной,
  
  
  Друг друга пламенно любили!
  
  
  Живою неясностью мила,
  
  
  В тоске задумчивой милее,
  
  
  На радость мне она цвела;
  
  
  При ней душа была светлее.
  
  
  Промчался год прелестным сном.
  
  
  Уж мнил я скоро быть отцом;
  
  
  Мы сладко в будущем мечтали,
  
  
  И оба вместе уповали:
  
  
  Родитель гневный нам простит.
  
  
  Но злоба алчная не спит:
  
  
  В опасный час к нам весть несется,
  
  
  Что вся надежда отнята,
  
  
  Что дочь отцом уж проклята...
  
  
  Обман ужасный удается -
  
  
  Злодей несчастную убил:
  
  
  Я мать с младенцем схоронил.
  
  
  И я... творец!.. над той могилой,
  
  
  Где лег мой сын с подругой милой,
  
  
  Стоял - и жив!..
  
  
  
  
   Отец святой!
  
  
  Как было, что потом со мною,
  
  
  Не знаю: вдруг какой-то тмою
  
  
  Был омрачен рассудок мой;
  
  
  Лишь помню, что, большой дорогой
  
  
  И день и ночь скитаясь, я
  
  
  Упал; когда ж вошел в себя,
  
  
  Лежал уж в хижине убогой.
  
  
  Без чувства бед моих, без сил;
  
  
  Я жизнь страданьем пережил,
  
  
  И в сердце замерло волненье;
  
  
  Не скорбь, но страх и удивленье
  
  
  Являло томное лицо;
  
  
  В душе всё прежнее уснуло;
  
  
  Но невзначай в глаза мелькнуло
  
  
  Мое венчальное кольцо...
  
  
  . . . . . . . . . . . . . . . .
  
  
  
  
   8
  
  
  Я бросил край наш опустелый;
  
  
  Один, в отчаяньи, в слезах,
  
  
  Блуждал, с душой осиротелой,
  
  
  В далеких дебрях и лесах.
  
  
  Мой стон, мой вопль, мои укоры
  
  
  Ущелья мрачные и горы
  
  
  Внимали с ужасом семь лет.
  
  
  Угрюмый, скорбный, одичалый,
  
  
  Терзался я мечтой бывалой;
  
  
  Рыдал о том, чего уж нет.
  
  
  Ночная тень, поток нагорный,
  
  
  И бури свист, и ветров вой
  
  
  Сливались втайне с думой черной,
  
  
  С неутолимою тоской;
  
  
  И горе было наслажденьем,
  
  
  Святым остатком прелатах дней;
  
  
  Казалось мне, моим мученьем
  
  
  Я не совсем расстался с ней.
  
  
  
  
   9
  
  
  Где сердце любит, где страдает,
  
  
  И милосердный бог наш там:
  
  
  Он крест дает, и он нее нам
  
  
  В кресте надежду посылает.

Другие авторы
  • Щербина Николай Федорович
  • Куликов Ф. Т.
  • Ешевский Степан Васильеви
  • Стурдза Александр Скарлатович
  • Лебедев Константин Алексеевич
  • Вонлярлярский Василий Александрович
  • Деларю Михаил Данилович
  • Лунин Михаил Сергеевич
  • Немирович-Данченко Владимир Иванович
  • Аммосов Александр Николаевич
  • Другие произведения
  • Крашевский Иосиф Игнатий - Божий гнев
  • Екатерина Вторая - Краткие библиографические примечания
  • Гарин-Михайловский Николай Георгиевич - В сутолоке провинциальной жизни
  • Гончаров Иван Александрович - Л. И. Фрегат Паллада. Очерки путешествия Ивана Гончарова, в двух томах. Издание А. И. Глазунова
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Письма (1841-1848)
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Очерки жизни и избранные сочинения Александра Петровича Сумарокова, изданные Сергеем Глинкою... Часть вторая и третья
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Русские народные сказки. Часть первая
  • Фонвизин Денис Иванович - Всеобщая придворная грамматика
  • Стасов Владимир Васильевич - Еще по поводу постановки "Жизни за царя"
  • Лухманова Надежда Александровна - Флирт
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 549 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа