Главная » Книги

Толстой Лев Николаевич - Том 24, Произведения 1880-1884, Полное собрание сочинений

Толстой Лев Николаевич - Том 24, Произведения 1880-1884, Полное собрание сочинений



ЛЕВ ТОЛСТОЙ

ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ

Издание осуществляется под наблюдением

государственной редакционной комиссии

СЕРИЯ ПЕРВАЯ

ПРОИЗВЕДЕНИЯ

ТОМ 24

(Перепечатка разрешается безвозмездно)

   (Издание: Л. Н. Толстой, Полное собрание сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 24, Государственное Издательство Художественной Литературы, Москва - 1957; OCR: Габриел Мумжиев)
  

СОДЕРЖАНИЕ

СОЕДИНЕНИЕ И ПЕРЕВОД ЧЕТЫРЕХ ЕВАНГЕЛИЙ

  

Стр.

  
   Предисловие к первому изданию...................7
   Предисловие к изданию "Свободного слова".............7
   Вступление ...............................9
   Введение
   Значение заглавия .........................20
   Цель книги.............................
  23
   Разумение жизни .........................25
   Возвещение о благе Иисуса Христа - сына Бога. Введение . . . 44
  
   Глава первая. Воплощение разумения
  
   Рождение и детство Иисуса Христа............... 46
   Общий смысл проповеди Иоанна................. 59
   Искушение в пустыне.......................
  60
   Прибытие на брак в Кану....................
  84
   Проповедь Иисуса.........................
  84
   Первые ученики Христовы....................
  86
   Проповедь Иисуса в Назарете ..................
  90
   Рождение, детство и начало проповеди Иисуса. Общее изложение
   главы первой............................
  94
  
   Глава вторая
  
   Общее примечание к 2-й книге..................
  99
   Отрицание субботы......................... 103
   Изгнание из храма и отрицание внешнего богопочитания . . . 116
   Беседа с самарянкой........................ 126
   Общий смысл беседы Иисуса с самарянкой........... 130
   Об очищении духом и истинном богоугождении ....... 131
   Молва о Христе.......................... 140
   Новое богоугождевие в духе делом. Отрицание иудейского Бога.
   Общее изложение главы второй
  ................. 142
  
   Глава третья. Разъяснение Иисусом значения Иоанна............................. 149
  
   О пришествии царствия Божия.................. 157
   Беседа с Никодимом....................... 158
   Что сказано в беседе с Никодимом ............... 170
   Притчи о сеятеле, закваске и другие, объясняющие царство
   Божие................................ 174
   Царство Бога. Общее изложение главы третьей........... 191
  
   Глава четвертая. Нагорная проповедь
  
   Нищие и богатые.......................... 197
   Соль земли; свет мира....................... 206
   Вечный закон............................ 211
   Первое правило: Не сердись................... 218
   Второе правило: Не блуди.................... 223
   Третье правило: Не клянись................... 227
   Четвертое правило: Не противься злу злом.......... 232
   Пятое правило: Не воюй..................... 246
   О милостыне, посте и молитве.................. 255
   Богатство ложное и истинное................... 265
   Тесный путь. Притча о постройке дома............. 274
   Избрание двенадцати апостолов................
  276
   Закон. Общее изложение главы четвертой.............. 277
  
   Глава пятая. Исполнение закона дает жизнь истинную
  
   Новое учение о Боге....................... 285
   Избрание учеников и речь к ним Иисуса............ 286
   Зло не уничтожается злом.................... 299
   Исцеление расслабленного..................... 305
   Притча о наследстве (талантах) ................. 319
   О хлебе жизни........................... 327
   Исполнение закона дает жизнь истинную. Общее изложение главы
   пятой................................ 344
  
   Глава шестая. Пища жизни - не хлебом сыт
  
   О родстве плотском и духовном................. 353
   Буря на озере........................... 355
   Иисус у Марфы и Марии.................... 358
   Притча о богатом......................... 360
   Притча о смоковнице.......................362
   Притча о пире...........................366
   Притча о хозяине и приказчике................. 374
   Притча о богатом и Лазаре.................... 383
   Объяснение притчи о Лазаре................... 3
   Главные заповеди......................... 390
   О богатом и богатстве....................... 392
   Иисус и Закхей.......................... 407
   Мерило добра............................ 411
   Исполнение воли Бога....................... 418
   Чтобы получить жизнь истинную, человек должен отречься от лож­ной жизни плоти. Общее изложение главы шестой...... 419
  
   Глава седьмая. Доказательство истинности учения
  
   Требования доказательств от Христа .............. 431
   Беседа Иисуса с фарисеями ...................439
   Прозрение слепого......................... 465
   Иисус - дверь жизни....................... 477
   Разъяснение притчи о пастухе и овцах............. 482
   Воскрешение Лазаря........................ 494
   Доказательства истинности учения. Общее изложение главы
   седьмой............................... 498
  
   Глава восьмая. Другой жизни нет
  
   О наградах в царстве Бога.................... 507
   Притча о расплате хозяина с работниками........... 509
   Больше всех тот, кто всем слуга................. 513
   Притча о блудном сыне...................... 519
   Притча о работниках в чужом саду............... 523
   Вера подобна зерну горчичному................. 528
   О наступлении царства Бога................... 532
   О молитве.............................. 542
   Притча о судье и вдове...................... 545
   Притча о девах со светильниками................ 553
   О пришествии сына человеческого................ 558
   Другой жизни нет. Общее изложение главы восьмой........ 563
  
   Глава девятая. Соблазны
  
   Будьте как дети.......................... 571
   Понятие вины........................... 580
   О браке и разводе......................... 588
   О податях ..... ......................... 590
   О блуднице............................. 600
   Об истинной жизни........................ 603
   О воскресении........................... 609
   Главные заповеди......................... 620
   О соблазне фарисейском, саддукейском и иродовом...... 627
   О хуле на духа святого
  ..................... 638
   Человек живет жизнью духа во плоти. Общее изложение главы
   девятой............................... 650
  
   Глава десятая. Борьба с соблазнами
  
   Совет Каиафы............................ 658
   Сбор и заговор первосвященников................ 680
   Борьба с соблазнами противления насилием.......... 701
   Борьба с соблазнами. Общее изложение главы десятой....... 708
  
   Глава одиннадцатая. Бог дух есть любовь
  
   Прощальная беседа ........................ 715
   Личная жизнь есть обман плоти. Истинная жизнь есть жизнь общая
   всем людям. Общее изложение главы одиннадцатой...... 751
  
   Глава двенадцатая. Победа духа
  
   Страдания и смерть Иисуса...................
  759
   Победа духа над плотью. Общее изложение главы двенадцатой . . 782
   Заключение к исследованию Евангелия...... 790
  

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ЕВАНГЕЛИЯ

  
   Предисловие............................ 801
  

Евангелие

Возвещение о благе Иисуса Христа, сына Бога

  
   Введение: Разумение жизни................... 816
   I. Сын бога............................ . 818
   II. Бог-дух............................. 823
   III. Начало разумения...................... 831
   IV. Царство бога .......................... 838
   V. Истинная жизнь........................ 847
   VI. Ложная жизнь........................ 860
   VII. Я и отец - одно....................... 872
   VIII. Жизнь не во времени ..................... 885
   IX. Соблазны............................ 894
   X. Борьба с соблазнами...................... 906
   XI. Прощальная беседа...................... 917
   XII. Победа духа над плотью.................. 924
   Заключение: Первое послание Иоанна Богослова.......... 934
  

ЧЕРНОВОЕ, НЕОКОНЧЕННОЕ, НЕОПУБЛИКОВАННОЕ

  
   Abrege de l'Evangile........................... 94
  

КОММЕНТАРИИ

  
   Н. Н. Гусев.
  
   "Соединение и перевод четырех Евангелий"
   История писания
   История печатания
   Описание рукописей
  .................
   Краткое изложение Евангелия
   История писания и печатания.................
   Описание рукописей.....................
   "Abrege de l'Evangile"
   История писания......................
   Описание рукописей.......................
  

ПРОИЗВЕДЕНИЯ

1880-1884

Подготовка текста и комментарии

Н.Н. Гусева

СОЕДИНЕНИЕ И ПЕРЕВОД

ЧЕТЫРЕХ ЕВАНГЕЛИЙ

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

  
   Друзья мои предложили мне напечатать это соединение и перевод Евангелия, составленные мною 10 лет тому назад, и я согласился на это, несмотря на то, что работа эта далеко не окончена и в ней много недостатков. Исправить и окончить ее я чувствую себя уже не в силах, так как то сосредоточенное, постоянно восторженное душевное напряжение, которое я испытывал в продолжение всей этой долгой работы, уже не может возобновиться.
   Но думаю, что и такою, какая она есть, работа эта может принести пользу людям, если им сообщится хоть малая доля того просветления, которое я испытывал во время ее, и той твердой уверенности в истинности открывшегося мне пути, по которому я иду, чем дальше, тем с большей радостью.
  

Лев Толстой.

   Ясная Поляна. 29 августа 1891 г.
  

ПРЕДИСЛОВИЕ К ИЗДАНИЮ "СВОБОДНОГО СЛОВА"

  
   Книга эта была писана мною в период незабвенного для меня восторга сознания того, что христианское учение, выражен­ное в Евангелиях, не есть то странное, мучившее меня своими противоречиями, учение, которое преподается церковью, а есть ясное, глубокое и простое учение жизни, отвечающее высшим потребностям души человека.
   Под влиянием этого восторга и увлечения я, к сожалению, ее ограничился тем, чтобы выставить понятные места Евангелия, излагавшего это учение (пропустив то, что не вяжется с основным и главным смыслом и не подтверждает и не отрицает его), но пытался придать и темным местам значение, подтверж­дающее общий смысл. Эти попытки вовлекли меня в искус­ственные и, вероятно, неправильные филологические разъяс­нения, которые не только не усиливают убедительность общего смысла, но должны ослаблять ее. Увидав ошибку (кроме того, что я был поглощен весь другими работами в том же напра­влении), я не решился опять переделывать свою работу, отде­ляя излишнее от необходимого, так как знал, что работа ком­ментарий на эту удивительную книгу четырех Евангелий ни­когда не может быть закончена, и потому оставил книгу так, как она есть; и теперь в том же виде предоставляю ее к печа­танию.
   Те, которым дорога истина, люди не предубежденные, искренно ищущие истины, сумеют сами отделить излишнее от существенного, не нарушив сущности содержания. Для людей же предубежденных и вперед решивших, что истина только в церковном толковании, никакая точность и ясность изложения не может быть убедительна.

Лев Толстой.

   Кореиз, 26 марта 1902 г.
  

ВСТУПЛЕНИЕ

  
   Приведенный разумом без веры к отчаянию и отрицанию жизни, я, оглянувшись на живущее человечество, убедился, что это отчаяние не есть общий удел людей, но что люди жили и живут верою.
   Я видел вокруг себя людей, имеющих эту веру и из нее выводящих такой смысл жизни, который давал им силы спокойно и радостно жить и так же умирать. Я не мог разумом выяснить себе этого смысла. Я постарался устроить свою жизнь так, как жизнь верующих, постарался слиться с ними, исполнять всё то же, что они исполняют в жизни и во внешнем богопочитании, думая, что этим путем мне откроется смысл жизни. Чем более я сближался с народом и жил так же, как он, исполнял все те внешние обряды богопочитания, тем более я чувствовал две противоположно действовавшие на меня силы. С одной стороны, мне более и более открывался удовлетворявший меня смысл жизни, не разрушаемый смертью; с другой стороны, я видел, что в том внешнем исповедании веры и богопочитании было много лжи. Я понимал, что народ может не видеть этой лжи по безграмотности, недосугу и неохоте думать и что мне нельзя не видеть этой лжи и, раз увидав, нельзя закрыть на нее глаза, как это мне советовали верующие образованные люди. Чем дальше я продолжал жить, исполняя обязанности верующего, тем более эта ложь резала мне глаза и требовала исследования того, где в этом учении кончается ложь, и начинается правда. В том, что в христианском учении была сама истина жизни, я уже не сомневался. Внутренний, разлад мой дошел, наконец, до того, что я не мог уже умышленно закрывать глаза, как я делал это прежде, и должен был неизбежно рассмотреть то вероучение, которое я хотел усвоить.
   Сначала я спрашивал разъяснений у священников, монахов, архиереев, митрополитов, ученых богословов. Разъяснены были все неясные места, часто недобросовестные, еще чаще противо­речивые; все ссылались на св. отцов, на катехизисы, на бого­словие. И я взял богословские книги и стал изучать их. И вот изучение это привело меня к убеждению, что та вера, которую исповедует наша иерархия и которой она учит народ, есть не только ложь, но и безнравственный обман. В православном вероучении я нашел изложение самых непонятных, кощунст­венных и безнравственных положений, не только не допускае­мых разумом, но совершенно непостижимых и противных нрав­ственности, и - никакого учения о жизни и о смысле ее. Но я не мог не видеть, что изложение богословия было ясно напра­влено не на изъяснение смысла жизни и учения о жизни, а только на утверждение самых непостижимых, ненужных мне поло­жений и на отрицание всех тех, которые не признают этих по­ложений. Это изложение, направленное на отрицание других учений, невольно заставило меня обратить внимание на эти другие вероучения. Другие оспариваемые вероучения оказа­лись такими же, как и то православное, которое их оспаривало. Одни еще нелепее, другие менее нелепы, но все вероучения одинаково утверждали положения непостижимые и ненужные для жизни и во имя их отрицали друг друга и нарушали еди­нение людей - главную основу христианского учения.
   Я был приведен к убеждению, что церкви никакой нет. Все различно верующие христиане называют себя истинными христианами и отрицают одни других. Все эти отдельные соб­рания христиан называют исключительно себя церковью и уверяют, что их церковь истинная, что от нее отпали другие и пали, а она устояла. Все верующие разных толков никак не видят того, что не оттого, что их вера осталась такою или иною, она есть истинная, а оттого они называют ее истинною, что они в ней родились или ее избрали и что другие точь-в-точь то же самое говорят про свою веру. Так что очевидно, что церкви одной никогда не было и нет, что церквей не одна, не две, а тысячи две, и что все друг друга отрицают и только утверждают, что каждая истинная и единая. Каждая говорит одно и то же: "наша церковь истинная, святая, соборная, апостольская, вселенская. Писание наше святое, предание святое. Иисус Христос есть глава нашей церкви, и дух святой руководит ею, и она одна преемственно выходит от Христа Бога".
   Если взять какую бы то ни было веточку из раскидистого куста, то совершенно справедливо будет сказать, что от веточки к веточке, и сучка к суку, и от сука к корню всякая веточка преемственна от ствола, но не всякая одна исключительно пре­емственна. Все одинаковы. Сказать, что всякая веточка есть одна настоящая веточка, будет нелепо; а это-то самое и говорят все церкви.
   В самом деле, тысячи преданий, и каждое отрицает, прокли­нает одно другое и свое считает истинным: католики, лютера­не, протестанты, кальвинисты, шекеры, мормоны, греко-православные, староверы, половцы, беспоповцы, молокане, менониты, баптисты, скопцы, духоборцы и пр., и пр., все оди­наково утверждают про свою веру, что она единая истинная а что в ней одной дух святой, что глава в ней Христос и что все другие заблуждаются. Вер тысяча, и каждая спокойно считает себя одну святою, И все знают это, и каждый, исповедующий свою веру за истинную, единую, знает, что другая вера точь-в-точь так же - палка о двух концах - считает свою истинною, а все другие - ересями. И 1800 лет скоро, как идет это самообманывание и всё еще продолжается.
   В делах мирских люди умеют разглядеть самые хитрые ловушки и не попадают в них; а в этом обмане 1800 лет мил­лионы живут, закрывая на него глаза. И в нашем европейском мире, и в Америке, где всё по-новому, все - как будто сгово­рились - повторяют тот же самый глупый обман: исповедует каждый свои истины веры, считая их едиными истинными и не замечая того, что другие точь-в-точь то же самое делают. Мало того, давно уже, очень давно, свободномыслящие люди и тонко и умно осмеяли эту людскую глупость и ясно показали, до какой степени это глупо. Они доказывали ясно, что вся эта христианская вера со всеми ее разветвлениями давно отжила, что пришла пора новой веры, и даже некоторые придумывали новые веры; но никто не слушает их и не идет за ними, а все по-старому верят каждый в свою особенную, христианскую веру: католики в свою, лютеране в свою, наши расколышки-поповцы - в свою, беспоповцы - в свою, мормоны- в свою, молокане - в свою и православные, те самые, к которым я хотел пристать, - в свою.
   Что же это такое значит? Почему люди не отстают от этого учения? Ответ один, в котором согласны все свободномыслящие люди, отвергающие религию, и все люди других религий, - тот, что учение Христа хорошо и потому так дорого людям, что они не могут жить без него. Но почему же люди, верующие в учение Христа, все разделились на разные толки и всё больше и больше делятся, отрицают, осуждают друг друга и не могут сойтись в одном веровании? Опять ответ прост и очевиден.
   Причина разделения христиан есть именно учение о церкви, учение, утверждающее, что Христос установил единую, истин­ную церковь, которая по существу своему свята и непогрешима и может и должна учить других. Не будь этого понятия "церк­ви", не могло бы быть разделения между христианами.
   Каждая христианская церковь, т. е. вероучение, несомненно происходит из учения самого Христа, но не одно оно происхо­дит, - от него происходят и все другие учения. Они все вы­росли из одного семени, и то, что соединяет их, что обще всем им, это то, из чего они вышли, т. е. семя. И потому, чтобы по­нять истинно Христово учение, не нужно изучать его, как это делает единое вероучение, от ветвей к стволу; не нужно также и так же бесполезно, как это делает наука, история религии, изучать это учение, исходя от его основания, исходя от ствола к ветвям. Ни то, ни другое не дает смысла учения. Смысл дается только познанием того семени, того плода, из которого все они вышли и для которого они все живут. Все вышли из жизни и дел Христа, и все живут только для того, чтобы про­изводить дела Христа, т. е. дела добра. И только в этих делах они все сойдутся. Меня самого к вере привело отыскивание смысла жизни, т. е. искание пути жизни, как жить. И, увидав дела жизни людей, исповедывавших учение Христа, я прилепился к ним. Таких людей, исповедующих делами учение Христа, я одинаково и безразлично встречаю и между право­славными, и между раскольниками всяких сект, и между ка­толиками и лютеранами; так что, очевидно, общий смысл жизни, даваемый учением Христа, исчерпывается не из вероучений, но из чего-то другого, общего всем вероучениям. Я наблюдал добрых людей не одного вероучения, а разных и во всех видел один и тот же смысл, основанный на учении Христа. Во всех тех разных сектах христиан я видел полное согласив во воз­зрении на то, что есть добро, что есть зло, и на то, как надо жить. И все эти люди это воззрение свое объясняли учением Христа. Вероучения разделились, а основа их одна; стало быть, в том, что лежит в основе всех вер, есть одна истина, Вот эту-то истину я и хочу узнать теперь. Истина веры должна находиться не в отдельных толкованиях откровения Христа,- тех самых толкованиях, которые разделили христиан на ты­сячи сект, а должна находиться в самом первом откровении са­мого Христа. Это самое первое откровение - слова самого Христа - находится в Евангелиях. И потому я обратился к изучению Евангелий.
   Знаю, что по учению церкви смысл учения находится не в одном Евангелии, но во всем писании и предании, хранимых церковью. Полагаю, что, после всего сказанного прежде, со­физм этот, состоящий в том, что писание, служащее основанием моему толкованию, не подлежит исследованию, потому что толкование истинное и святое единственно принадлежит церкви, что софизм этот нельзя уже повторять. Тем более, что толко­вание-то каждое разрушено противным толкованием другой церкви: все святые церкви отрицают одна другую. Запрещение этого чтения и понимания писания есть только признак тех грехов толкования, которые чувствует за собою толкующая церковь.
   Бог открыл истину людям. Я - человек и потому не только имею право, но должен воспользоваться ею и стать к ней лицом к лицу без посредников. Если Бог говорит в этих книгах, то он знает слабость моего ума и будет говорить мне так, чтобы не ввести меня в обман. Довод церкви о том, что нельзя до­пустить толкования писания для каждого, чтобы толкующие не заблудились и не распались на большое количество толков, для меня не может иметь значения. Он мог бы иметь значение тогда, когда толк церкви был бы понятен и когда была бы одна церковь и один толк. Но теперь, когда толкование церкви о сыне Божием и Боге, о Боге в трех лицах, о деве, родившей без повреждения девства, о теле и крови Бога, съедаемом в виде хлеба, и т. п., не может вместиться в здоровую голову; и когда толк не один, а их тысячи, то довод этот, сколько бы его ни повторяли, не имеет никакого смысла. Теперь, напротив, толкование нужно, и нужно такое, в котором бы все согласились. А согласиться могут все только тогда, когда толкование будет разумно. Все мы сходимся, несмотря на различие, только в том, что разумно. Если откровение это - истина, то оно для убеждения не должно и не может бояться света разума: оно должно призывать его. Если всё это откровение окажется глупостью, то тем лучше, и Бог с ним. Всё может Бог, это - правда, но одного он не может, это - говорить глупости. А написать такое откровение, которого нельзя бы было пони­мать, было бы глупо.
   Откровением я называю то, что открывается перед разумом, дошедшим до последних своих пределов, - созерцание бо­жественной, т. е. выше разума стоящей, истины. Откровением я называю то. что дает ответ на тот неразрешимый разумом вопрос, который привел меня к отчаянию и самоубийству,- какой смысл имеет моя жизнь? Ответ этот должен быть понятен и не противоречить законам разума, как противоречит, напр., утверждение о том, что бесконечное число - чет или нечет. Ответ должен не противоречить разуму, потому что противоречивому ответу я не поверю, и потому он должен быть не только понятен и не произволен, а неизбежен для разума, как неизбежно признание бесконечности для того, кто умеет считать. Ответ должен отвечать на мой вопрос: ка­кой смысл имеет моя жизнь? Если он не отвечает на этот вопрос, то он мне не нужен. Ответ должен быть такой, чтобы хотя сущ­ность его (как и сущность Бога) и была бы непостижима в себе, но чтобы все выводы последствий, получаемые от него, соот­ветствовали моим разумным требованиям, и чтобы смысл, при­данный моей жизни, разрешал бы все вопросы моей жизни. Ответ должен быть не только разумен, ясен, но и верен, т. е. такой, чтобы я поверил в него всею душою, неизбежно верил бы в него, как я неизбежно верю в существование бесконеч­ности.
   Откровение не может быть основано на вере, как ее понимает церковь - как доверие вперед тому, что мне будет сказано. Вера есть вполне удовлетворяющее разум последствие неиз­бежности, истинности откровения. Вера, по понятиям церкви, есть налагаемое на душу человека обязательство с угрозами и заманками. По моим понятиям, вера есть то, что верна та основа, на которой зиждется всякое действие разума. Вера есть знание откровения, без чего невозможно жить и мыслить.
   Откровение есть знание того, до чего не может дойти разумом человек, но что выносится всем человечеством из скрывающе­гося в бесконечности начала всего. Таково, по мне, должно быть свойство откровения, производящего веру; и такого я ищу в предании о Христе и потому обращаюсь к нему с самыми строгими разумными требованиями.
   Ветхий Завет я не читаю, потому что вопрос не состоит в том, какая была вера евреев, а - в чем состоит вера Христа, в ко­торой находят люди такой смысл, который дает им возможность жить? Книги еврейские могут быть занятны для нас, как объяснение тех форм, в которых выразилось христианство; но последовательности веры от Адама до нашего времени мы не можем признавать, так как до Христа вера евреев была местная. Чуждая нам вера евреев занимательна для нас, как вера, например, браминов. Вера же Христова есть та вера, которою мы живем. Изучать веру иудеев для того, чтобы понять христианскую, всё равно, что изучать состояние свечи до заж­жения ее, чтобы понять значение света, происшедшего от го­рящей свечи. Одно, что можно сказать, это то, что свойство, характер света может зависеть от самой свечи, как и форма выражений Нового Завета может зависеть от связи с иудей­ством, но свет не может быть объяснен тем, что он загорелся на той, а не на этой свече.
   И потому ошибка, сделанная церковью в признании Ветхо­го Завета таким же боговдохновенным писанием, как и Новый Завет, самым очевидным образом отражается на том, что, признав это на словах, церковь на деле не признает этого и впала в такие противоречия, из которых бы она никогда не вышла, если бы считала для себя сколько-нибудь обязатель­ным здравый смысл.
   И потому я оставляю писание Ветхого Завета, писание откро­венное, по церковному выражению, в 27 книгах. В сущности же предание это не выражено ни в 27 книгах, ни в 5, ни в 138 книгах, как и не может выразиться откровение Божие в числе страниц и букв. Сказать, что откровение Божие выражено в 185 листах письма на бумаге, всё равно, что сказать, что душа такого-то человека весит 15 пудов, или свет от лампы мерою - 7 четвериков. Откровение выразилось в душах людей, а люди передали его друг другу и записали кое-что. Из всего записан­ного известно, что было более ста Евангелий и Посланий, не принятых церковью. Церковь выбрала 27 книг и назвала их каноническими. Но очевидно, что одни книги получше выра­жали предание, другие похуже, и эта постепенность не пре­рывается. Церкви надо было положить где-нибудь черту, чтобы отделить то, что она признает боговдохновенным. Но очевидно, что нигде черта эта не могла отделить резко полной истины от полной лжи. Предание - как тень от белого к чер­ному или от истины ко лжи; и где бы ни провели эту черту, неизбежно отделены бы были тени, где есть черное. Это самое и сделала церковь, отделив предание и назвав одни книги каноническими, а другие апокрифическими. И замечательно, как хорошо она сделала это. Она выбрала так хорошо, что новейшие исследования показали, что прибавить нечего. Из этих исследований ясно стало, что всё известное и лучшее за­хвачено церковью в канонических книгах. Мало того, как бы для того, чтобы поправить свою неизбежную при проведении этой черты ошибку, церковь приняла некоторое предания из книг апокрифических.
   Всё, что можно было сделать, сделано отлично. Но при этом отделении церковь погрешила тем, что, желая сильнее отри­нуть не признанное ею и придать больше веса тому, что она признала, она положила огулом на всё признанное печать непогрешимости. Всё - от духа святого, и всякое слово истин­но. Этим она погубила и повредила всё то, что она приняла. Приняв в этой полосе преданий и белое, и светлое, и серое, т. е. более или менее чистое учение, наложив на всё печать непогрешимости, она лишила сама себя права соединять, ис­ключать, объяснять принятое, что составляло ее обязанность и чего она не делала и не делает. Всё свято: и чудеса, и Деяния Апостольские, и советы Павла о вине и стомахе, и бред Апока­липсиса и т. п. Так что после 1800 лет существования этих книг они лежат перед нами в том же грубом, нескладном, исполненном бессмыслиц, противоречий виде, в каком они были. Допустив, что каждое слово Писания - святая истина, цер­ковь старалась сводить, уяснять, развязывать противоречия и понимать их; и сделала всё, что может сделать, в этом смысле, т. е. дала наибольший смысл тому, что бессмысленно. Но пер­вая ошибка была роковая. Признав всё святое истиною, надо было оправдать всё, закрывать глаза, скрывать, подтасовы­вать, впадать в противоречия и - увы! - часто говорить неправду. Приняв всё на словах, церковь должна была на деле отказаться от некоторых книг. Таковы - вполне Апокалип­сис и отчасти Деяния Апостолов, часто не только не имеющие ничего поучительного, но прямо соблазнительное.
   Очевидно, что чудеса писались Лукою для утверждения в вере, и, вероятно, были люди, утверждавшиеся в вере этим чтением. Но теперь нельзя найти более кощунственной книги, более подрывающей веру. Может быть, нужна свеча там, где мрак. Но если есть свет, то его нечего освещать свечкой: он и так будет виден. Христовы чудеса - это свечи, которые приносят к свету, чтобы осветить его. Есть свет, то он и так виден, а нет света, то светит только поднесенная свечка.
   Итак, читать 27 книг подряд, признавая каждое слово истин­ным, как читает церковь, нельзя и не нужно, ибо придешь точно к тому же самому, к чему пришла церковь, т. е. к отри­цанию самоё себя. Для того, чтобы понять содержание писа­ния, принадлежащего к вере христианской, надо прежде всего решить вопрос: какие из 27 книг, выдаваемых за св. писание, более или менее существенны, важны, и начать именно с более важных. Такие книги, несомненно, суть четыре Евангелия. Всё предшествующее им может быть по большей мере только историческим материалом для понимания Евангелия; всё последующее - только объяснение этих же книг. И потому не нужно, как это делают церкви, непременно соглашать все книги (мы убедились, что это более всего привело церковь к проповеданию непонятных вещей), а нужно отыскивать в этих четырех книгах, излагающих, по учению же церкви, самое существенное откровение, - отыскивать самые главные основы учения, не сообразуясь ни с каким учением других книг; и это не потому, что я не хочу этого, а потому, что я боюсь заблуждений других книг, которые имеют такой яркий и оче­видный пример.
   Отыскивать я буду в этих книгах:
   1. То, что мне понятно, потому что непонятному никто не может верить, и знание непонятного равно незнанию.
   2. То, что отвечает на мой вопрос о том, что такое я, что та­кое Бог; и
   3. Какая главная, единая основа всего откровения?
   И потому я буду читать непонятные, неясные, полупонят­ные места не так, как мне хочется, а так, чтобы они были наиболее согласны с местами вполне ясными и сводились бы к од­ной основе.
   Читая таким образом не раз, не два, а много раз, как самое писание, так и писанное о нем, я пришел к тому выводу, что всё предание христианское находится в четырех Евангелиях, что книги Ветхого Завета могут служить только объяснением той формы, которую избрало учение Христа, могут лишь за­темнить, но никак не объяснить смысл учения Христа; что послания Иоанна, Иакова суть вызванные особенностью слу­чая частные разъяснения учения, что в них можно иногда най­ти с новой стороны выраженное учение Христа, но ничего нельзя найти нового. К несчастью же, весьма часто можно найти, особенно в посланиях Павла, такое выражение учения, которое может вовлекать читающих в недоразумения, затем­няющие самое учение. Деяния же Апостольские, как и многие послания Павла, часто не только ничего не имеют общего с Евангелием и посланиями Иоанна, Петра и Иакова, но и про­тиворечат им. Апокалипсис прямо уже ничего не открывает. Главное же то, что, как ни разновременно они написаны, Еванге­лия составляют изложение всего учения; всё же остальное есть толкование их.
   Читал я по-гречески, на том языке, на котором оно есть у нас, и переводил так, как указывал смысл и лексиконы, изредка отступая от переводов, существующих на новых языках, составленных уже тогда, когда церковь своеоб­разно поняла и определила значение предания. Кроме пе­ревода, я неизбежно был приведен к необходимости свести четыре Евангелия в одно, так как все они излагают, хотя и разноречиво, одни и те же события и одно и то же учение.
   Новое положение экзегетики о том, что Евангелие Иоанна, как исключительно богословское, должно быть рассматривае­мо отдельно, для меня не имело значения, так как цель моя не есть ни историческая, ни философская, ни богословская кри­тика, а отыскивание смысла учения. Смысл учения выражен во всех четырех Евангелиях; и потому если они все четыре суть изложение одного и того же откровения истины, то одно должно подтверждать и уяснять другое. И потому я рассматри­вал их, соединяя в одно все Евангелия, не исключая и Еван­гелия Иоанна.
   Попыток соединения Евангелий в одно было много, но те все, которые я знаю, - Arnolde, de Vence, Фаррара, Рейса, Гречулевича, - все они берут исторические основы соедине­ния, и все они безуспешны. Ни одно не лучше другого в смысле историческом, и все одинаково удовлетворительны в смысле учения. Я оставляю совершенно в стороне историческое значение и соединяю только по смыслу учения. Соединение Евангелий на этом основании имеет ту выгоду, что учение истин­ное представляет как бы круг, которого все части одинаково определяют значение друг друга и для изучения которого безразлично начинание изучения с одного или другого места. Изучая таким образом Евангелия, в которых с учением так тесно связаны исторические события жизни Христа, для меня историческая последовательность оказалась совершенно безразличною, и для последовательности исторических событий мне было всё равно избрать за основу тот или другой свод Евангелий. Я избрал два самые новые свода составителей, воспользовавшихся трудами всех предшественников: Гречу­левича и Рейса. Но так как Рейс отделил от синоптиков Иоан­на, то для меня был удобнее свод Гречулевича, и я его взял за основу своей работы, сличал его с Рейсом и отступал от обоих, когда смысл того требовал.
  

ВВЕДЕНИЕ

ЗНАЧЕНИЕ ЗАГЛАВИЯ

  
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 397 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа