Главная » Книги

Кедрин Дмитрий Борисович - Соловьиный манок

Кедрин Дмитрий Борисович - Соловьиный манок


1 2 3 4 5 6 7

  
  
  
  Дмитрий Кедрин
  
  
  
   Соловьиный манок --------------------------------------
  М., Правда, 1990
  OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru --------------------------------------
  
  
  
  
  Содержание
  "Любезный читатель! Вы мрак, вы загадка..."
  Афродита
  Китайская любовь
  Кукла ("Как темно в этом доме!..")
  Художнику
  Поединок
  Кровинка
  Ад
  Бродяга
  Двойник
  Должник
  Кофейня
  Соловей
  Подмосковная осень
  Сердце (Бродячий сюжет)
  "Когда кислородных подушек..."
  Кровь
  Песня про пана
  Любовь ("Щекотка губ и холодок зубов...")
  Страдания молодого классика
  Горбун и поп
  Беседа
  Вино
  Глухарь
  "Прощай, прощай, моя юность..."
  Зимнее
  Бессмертие
  Зяблик
  Пластинка
  Клетка
  Остановка у Арбата
  Цветок
  Бабка Мариула
  "Когда-то в сердце молодом..."
  Бабье лето
  Уголек
  В парке
  Архимед
  Осенняя песня
  Природа
  Бог
  "Скинуло кафтан зеленый лето..."
  "Вот и вечер жизни. Поздний вечер..."
  Воспоминания о Крыме
  "Оказалось, я не так уж молод..."
  Мороз на стеклах
  "Какое просторное небо! Взгляни-ка..."
  "О твоей ли, о моей ли доле..."
  "Ты говоришь, что наш огонь погас..."
  "Был слеп Гомер, и глух Бетховен..."
  Мать ("Любимого сына старуха в поход провожала...")
  "Юность! Ты не знаешь власти детских ручек..."
  Инфанта
  "Ночь поземкою частой..."
  Задача
  Как мужик обиделся
  "Все мне мерещится поле с гречихою..."
  Мышонок
  "На кладбище возле домика..."
  Я
  "Нам, по правде сказать, в этот вечер..."
  Приглашение на дачу
  "Бывало, в детстве я в чулан залезу..."
  Колокола
  
  
  
  
  * * *
  
  
  Любезный читатель! Вы мрак, вы загадка.
  
  
  Еще не снята между нами рогатка.
  
  
  Лежит моя книжка под Вашей рукой.
  
  
  Давайте знакомиться! Кто Вы такой?
  
  
  Быть может, Цека посылает такого
  
  
  В снега, в экспедицию "Сибирякова",
  
  
  А может быть, чаю откушав ко сну,
  
  
  Вы дурой браните больную жену.
  
  
  Но нет, Вы из первых. Вторые скупее,
  
  
  Вы ж царственно бросили 20 копеек,
  
  
  Раскрыли портфель и впихнули туда
  
  
  Пять лет моей жизни, два года труда.
  
  
  И если Вас трогают рифмы, и если
  
  
  Вы дома удобно устроитесь в кресле
  
  
  С покупкой своей, что дешевле грибов, -
  
  
  Я нынче же Вам расскажу про любовь
  
  
  Раскосого ходи с работницей русской,
  
  
  Китайца роман с белобрысой Маруськой,
  
  
  Я Вам расскажу, как сварили Христа,
  
  
  Как Байрон разгневанный сходит с холста,
  
  
  Как к Винтеру рыбы ввалились гурьбою,
  
  
  Как трудно пришлось моему Балабою,
  
  
  Как шлет в контрразведку прошенье мужик
  
  
  И как мой желудок порою блажит.
  
  
  Порой в одиночку, по двое, по трое,
  
  
  Толпою пройдут перед Вами герои.
  
  
  И каждый из них принесет Вам ту злость,
  
  
  Ту грусть, что ему испытать довелось,
  
  
  Ту радость, ту горечь, ту нежность, тот смех,
  
  
  Что всех их роднит, что связует их всех.
  
  
  Толпа их... Когда, побеседовав с нею,
  
  
  Читатель, Вам станет немного яснее,
  
  
  Кого Вам любить и кого Вам беречь,
  
  
  Кого ненавидеть и чем пренебречь, -
  
  
  За выпись в блокноте, за строчку в цитате,
  
  
  За добрую память - спасибо, читатель!..
  
  
  Любезный читатель! А что, если Вы
  
  
  Поклонник одной лишь "Вечерней Москвы",
  
  
  А что, если Вы обыватель и если
  
  
  Вас трогают только романы Уэдсли.
  
  
  Увы! Эта книжка без хитрых затей!
  
  
  Тут барышни не обольщают детей,
  
  
  Решительный граф, благородный, но бедный,
  
  
  Не ставит на карту свой перстень наследный,
  
  
  И вкруг завещания тайного тут
  
  
  Скапен с Гарпагоном интриг не плетут!..
  
  
  Двугривенный Ваш не бросайте без цели,
  
  
  Купите-ка лучше коробочку "Дели".
  
  
  Читать эту книжку не стоит труда:
  
  
  Поверьте, что в ней пустячки, ерунда.
  
  
  1932
  
  
  
  
  АФРОДИТА
  
  
  
  Протирая лорнеты,
  
  
  
  Туристы блуждают, глазея
  
  
  
  На безруких богинь,
  
  
  
  На героев, поднявших щиты.
  
  
  
  Мы проходим втроем
  
  
  
  По античному залу музея:
  
  
  
  Я, пришедший взглянуть.
  
  
  
  Старичок завсегдатай
  
  
  
  И ты.
  
  
  
  Ты работала смену
  
  
  
  И прямо сюда от вальцовки.
  
  
  
  Ты домой не зашла,
  
  
  
  Приодеться тебе не пришлось.
  
  
  
  И глядит из-под фартука
  
  
  
  Краешек синей спецовки,
  
  
  
  Из-под красной косынки -
  
  
  
  Сверкающий клубень волос.
  
  
  
  Ты ступаешь чуть слышно,
  
  
  
  Ты смотришь, немножко робея,
  
  
  
  На собранье богов
  
  
  
  Под стволами коринфских колонн.
  
  
  
  Закатившая очи,
  
  
  
  Привычно скорбит Ниобея,
  
  
  
  Горделиво взглянувший,
  
  
  
  Пленяет тебя Аполлон.
  
  
  
  Завсегдатай шалеет.
  
  
  
  Его ослепляет Даная.
  
  
  
  Он молитвенно стих
  
  
  
  И лепечет, роняя пенсне:
  
  
  
  "О небесная прелесть!
  
  
  
  Ответь, красота неземная,
  
  
  
  Кто прозрел твои формы
  
  
  
  В ночном ослепительном сне?"
  
  
  
  Он не прочь бы пощупать
  
  
  
  Округлость божественных ляжек,
  
  
  
  Взгромоздившись к бессмертной
  
  
  
  На тесный ее пьедестал.
  
  
  
  И в большую тетрадь
  
  
  
  Вдохновенный его карандашик
  
  
  
  Те заносит восторги,
  
  
  
  Которые он испытал.
  
  
  
  "Молодой человек! -
  
  
  
  Поучительно,
  
  
  
  С желчным присвистом,
  
  
  
  Проповедует он, -
  
  
  
  Верьте мне,
  
  
  
  Я гожусь вам в отцы:
  
  
  
  Оскудело искусство!
  
  
  
  Покуда оно было чистым,
  
  
  
  Нас божественной радостью
  
  
  
  Щедро дарили творцы".
  
  
  
  "Уходи, паралитик!
  
  
  
  Что знаешь ты,
  
  
  
  Нищий и серый?
  
  
  
  Может быть, для Мадонны
  
  
  
  Натурой служила швея.
  
  
  
  Поищи твое небо
  
  
  
  В склерозных распятьях Дюрера,
  
  
  
  В недоносках Джиотто,
  
  
  
  В гнилых откровеньях Гойя".
  
  
  
  Дорогая, не верь!
  
  
  
  Если б эти кастраты, стеная,
  
  
  
  Создавали ее,
  
  
  
  Красота бы давно умерла.
  
  
  
  Красоту создает
  
  
  
  Трижды плотская,
  
  
  
  Трижды земная
  
  
  
  Пепелящая страсть,
  
  
  
  Раскаленное зренье орла.
  
  
  
  Посмотри:
  
  
  
  Все богини,
  
  
  
  Которые, больше не споря,
  
  
  
  Населяют Олимп,
  
  
  
  Очутившийся на Моховой,
  
  
  
  Родились в городках
  
  
  
  У лазурного теплого моря,
  
  
  
  И - спроси их -
  
  
  
  Любая
  
  
  
  Была в свое время живой.
  
  
  
  Хлопотали они
  
  
  
  Над кругами овечьего сыра,
  
  
  
  Пряли тонкую шерсть,
  
  
  
  Пели песни,
  
  
  
  Стелили постель...
  
  
  
  Это жен и любовниц
  
  
  
  В сварливых властительниц мира
  
  
  
  Превращает Скопас,
  
  
  
  Переделывает Пракситель.
  
  
  
  Красота не угасла!
  
  
  
  Гляди, как спокойно и прямо
  
  
  
  Выступал гладиатор,
  
  
  
  Как диск заносил Дискобол.
  
  
  
  Я встречал эти мускулы
  
  
  
  На стадионе "Динамо",
  
  
  
  Я в тебе, мое чудо,
  
  
  
  Мою Афродиту нашел.
  
  
  
  Оттого на тебя
  
  
  
  (Ты уже покосилась сердито)
  
  
  
  Неотвязно гляжу,
  
  
  
  Неотступно хожу по следам.
  
  
  
  Я тебя, моя радость,
  
  
  
  Живая моя Афродита, -
  
  
  
  Да простят меня боги! -
  
  
  
  За их красоту не отдам.
  
  
  
  Ты глядишь на них, милая,
  
  
  
  Трогаешь их, дорогая,
  
  
  
  Я хожу тебе вслед
  
  
  
  И причудливой тешусь игрой:
  
  
  
  Ты, я думаю молча,
  
  
  
  На цоколе стройном, нагая,
  
  
  
  Рядом с пеннорожденной
  
  
  
  Казалась бы младшей сестрой,
  
  
  
  Так румянец твой жарок,
  
  
  
  Так губы свежи твои нынче,
  
  
  
  Лебединая шея
  
  
  
  Так снежно бела и стройна,
  
  
  
  Что когда бы в Милане
  
  
  
  Тебя он увидел бы - Винчи, -
  
  
  
  Ты второй Джиокондой
  
  
  
  Сияла бы нам с полотна!
  
  
  
  Между тем ты не слепок,
  
  
  
  Ты - сверстница мне,
  
  
  
  Ты - живая.
  
  
  
  Ходишь в стоптанных туфлях.
  
  
  
  Я родинку видел твою.
  
  
  
  Что ж, сердись или нет,
  
  
  
  А тебя, проводив до трамвая,
  
  
  
  Я беру тебя в песню,
  
  
  
  Мечту из тебя создаю.
  
  
  
  Темнокудрый юнец
  
  
  
  По расплывчатым контурам линий
  
  
  
  Всю тебя воссоздаст
  
  
  
  И вздохнет о тебе горячо.
  
  
  
  Он полюбит твой профиль,
  
  
  
  И взор твой студеный и синий,
  
  
  
  И сквозь легкую ткань
  
  
  
  Золотое в загаре плечо.
  
  
  
  Вечен ток вдохновенья!
  
  
  
  И так, не смолкая, гудит он
  
  
  
  Острым творческим пламенем
  
  
  
  Тысячелетья, кажись.
  
  
  
  Так из солнечной пены
  
  
  
  Встает и встает Афродита,
  
  
  
  Пены вольного моря,
  
  
  
  Которому прозвище -
  
  
  
  Жизнь.
  
  
  
  1931
  
  
  
   КИТАЙСКАЯ ЛЮБОВЬ
  
  
   Полезно заметить,
  
  
   Что с Фый Сянь ку
  
  
   Маруська сошлась, катаясь.
  
  
   Маруська пошла
  
  
   На Москва-реку,
  
  
   И к ней подошел китаец.
  
  
   Китаец был желт
  
  
   И черноволос,
  
  
   Сказал ей, что служит в тресте.
  
  
   Хоть он и скуласт
  
  
   И чуточку кос,
  
  
   А сели кататься вместе.
  
  
   Он выпалил сотню
  
  
   Любовных слов,
  
  
   Она ему отвечала.
  
  
   Итак, китайская эта любовь
  
  
   Имеет свое начало.
  
  
   Китаец влюбился,
  
  
   Как я, как все...
  
  
   В Таганке жила Маруська.
  
  
   Китаец пришел к ней.
  
  
   Ее сосед
  
  
   На нехристя пса науськал.
  
  
   Просвирни судачили из угла:
  
  
   "Гляди-ка! С кем она знается!"
  
  
   И Марья Ивановна предрекла:
  
  
   "Эй, девка!
  
  
   Родишь китайца!"
  
  
   "В какую ж он масть
  
  
   Пойдет, сирота?" -
  
  
   Гадали кумушки заново.
  
  
   "Полоска бела, полоска желта", -
  
  
   Решила Марья Ивановна.
  
  
   Она ошибалась.
  
  
   Дитя родилось -
  
  
   Гладкое, без полосок.
  
  
   Ребенок был желт
  
  
   И слегка раскос,
  
  
   Но - определенно - курносый!
  
  
   Две мощные крови
  
  
   В себе смешав,
  
  
   Лежал,
  
  
   Кулачки меж пеленок пряча,
  
  
   Сначала поплакал,
  
  
   Потом, не спеша,
  
  
   И улыбаться начал.
  
  
   Потом,
  
  
   Расширяя свои берега,
  
  
   Уверенно, прочно, прямо
  
  
   Пошел на коротких
  
  
   Кривых ногах
  
  
   И внятно промолвил: "Мама".
  
  
   Двух рас
  
  
   В себе сочетающий кровь,
  
  
   Не выродился,
  
  
   Не вымер,
  
  
   Но жил, но рос,
  
  
   Крутолоб и здоров,
  
  
   И звали его -
  
  
   Владимир!
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 468 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа