Главная » Книги

Языков Николай Михайлович - 21 апреля

Языков Николай Михайлович - 21 апреля


  
  
  Николай Михайлович Языков
  
  
  
  
  21 апреля
  
  
  
  
   Nunc est bibendum: nunc pede libero
  
  
  
  
   Pulsanda tellus...
  
  
  
  
  
  
  Hor., lib. I. Car. XXXVII {1}
  
  
  
  
   1
  
  
   Сидит Людмила под окном,
  
  
   Часы вечернего досуга
  
  
   С ней делит старая подруга,
  
  
   И рассуждают - о пустом:
  
  
   О жизни будущего века,
  
  
   О мнимой младости своей,
  
  
   О воспитании детей,
  
  
   О прегрешеньях человека
  
  
   И злой политике чертей.
  
  
  
  
  2
  
  
   Как сон души благочестивой,
  
  
   Беседа женская тиха,
  
  
   Когда без чувства, без греха
  
  
   Язык болтает неленивый;
  
  
   Но речи смелые летят,
  
  
   Они решительны и громки,
  
  
   Когда от сердца говорят
  
  
   Ребра Адамова потомки.
  
  
  
  
  3
  
  
   "Ax боже мой! что вижу я!
  
  
   Душа пугается моя,
  
  
   Какими страшными толпами
  
  
   Идут студенты! И куда?
  
  
   Ей-богу, вольность им беда
  
  
   С их удалыми головами.
  
  
   О! будь я ректор! Я б дала
  
  
   Поступкам их другую славу;
  
  
   Их отвращала б ото зла
  
  
   И не пускала б за заставу...
  
  
   Смотрите: что у них в руках!
  
  
   Вино и трубки!!" - так судила,
  
  
   С душой на стареньких устах,
  
  
   Религиозная Людмила;
  
  
   Так непонятлив женский взор,
  
  
   Так суеверная старуха
  
  
   Мечтает видеть злого духа,
  
  
   Глядя на светлый метеор!
  
  
  
  
  4
  
  
   Идут студенты. Неба своды
  
  
   Сияют мирною красой:
  
  
   Богам любезен пир свободы,
  
  
   И просвещенной и живой!
  
  
   Сыны ученья и забавы
  
  
   Небрежно, весело идут;
  
  
   Вперед! вперед! Вот у заставы,
  
  
   Где строго что-то берегут
  
  
   Игрушки мнительной державы.
  
  
  
  
  5
  
  
   Чу! за границей городской
  
  
   Гремят студентские напевы:
  
  
   Их не поет старик плохой,
  
  
   Их не поют плохие девы;
  
  
   Но их поэзия мила
  
  
   Душе чувствительной и вольной,
  
  
   Как шум веселости застольной,
  
  
   Как вдохновенные дела.
  
  
  
  
  6
  
  
   Туда, где Либгарт домовитый
  
  
   На лоне старческих отрад
  
  
   Проводит жизненный закат
  
  
   Своей души незнаменитой,
  
  
   Где обольстительно шумят
  
  
   Пруда серебряные воды
  
  
   И, сладостный певец природы,
  
  
   В тени раскидистых ветвей
  
  
   Весенний свищет соловей;
  
  
   Где, может быть, в минувши годы
  
  
   Сражались рыцари мечей,
  
  
   Громили чухон-дикарей,
  
  
   И, враг тиранства благородный,
  
  
   Отчизне гордо изменя,
  
  
   Садился Курбский на коня,
  
  
   С душой высокой и свободной! -
  
  
   Туда идут, рука с рукой,
  
  
   Отважно, громко восклицая,
  
  
   Студенты длинною толпой;
  
  
   И с ними Бахус удалой!
  
  
   И с ними радость удалая!
  
  
  
  
  7
  
  
   У прохладительной воды,
  
  
   Пред домом старца-господина,
  
  
   Есть полукружная долина.
  
  
   Дерев тенистые ряды -
  
  
   Ровесники ливонской славы -
  
  
   Высоки, темны, величавы,
  
  
   Кругом, как призраки, стоят.
  
  
   И на лужайке аромат,
  
  
   И струй веселое плесканье,
  
  
   И легкий шепот ветерков,
  
  
   И трепетание листов,
  
  
   Там всe - душе очарованье
  
  
   И пища девице стихов.
  
  
  
  
  8
  
  
   Сюда веселость молодая
  
  
   Пришла на дружественный пир.
  
  
   О вольность, вольность, ангел рая,
  
  
   Души возвышенной кумир!
  
  
   Ты благодетельна, ты гений
  
  
   Великих дел и вдохновений;
  
  
   Святая, пылкая! с тобой
  
  
   Нет в голове предрассуждений
  
  
   И нет герба над головой.
  
  
  
  
  9
  
  
   Как милы праздники студентов!
  
  
   На них приема нет чинам,
  
  
   Ни принужденных комплиментов,
  
  
   Ни важных критиков, ни дам;
  
  
   Там Вакх торжественно смеется,
  
  
   Язык - не гость и либерал,
  
  
   Сидишь, стоишь - покуда пьется
  
  
   И пьешь - покуда не упал.
  
  
  
  
  10
  
  
   Смотрите: вот сошлися двое!
  
  
   Бутылки верные в руках,
  
  
   И видно чувство неземное
  
  
   В многозначительных очах.
  
  
   Стекло отрадно зазвенело,
  
  
   Рука с рукой переплелась,
  
  
   И в души сладость полилась
  
  
   Струeй шипучей и веселой.
  
  
   И взоры блещут, как огонь,
  
  
   Лицо краснеет и пылает,
  
  
   Бутылки прочь - и упадает
  
  
   Ладонь горячая в ладонь.
  
  
   Вот величаво и свободно
  
  
   Уста слилися: раз, два, три
  
  
   (Не так целуются цари
  
  
   В часы их радости негодной!).
  
  
   Свершив приятельский обряд,
  
  
   Они с улыбкой упованья
  
  
   Один другому говорят
  
  
   Свои фамильные названья.
  
  
  
  
  11
  
  
   Великолепная картина!
  
  
   Отрада слуху и очам!
  
  
   Иной гуляет по холмам
  
  
   И дружно пьет чужие вина:
  
  
   В устах невнятные слова,
  
  
   И руки трепетные машут,
  
  
   И ноги топают и пляшут,
  
  
   И без фуражки голова!
  
  
   Вот он стоит - и взором ищет
  
  
   Неопустелого стекла,
  
  
   К нему несется как стрела,
  
  
   И улыбается, и свищет.
  
  
  
  
  12
  
  
   Другой, подъемля к небу взгляд,
  
  
   Свою бутылку допивает,
  
  
   Ее колеблет и бросает
  
  
   К жилищу ратсгофских {2} наяд;
  
  
   Она летит - она упала
  
  
   На лоно светлого пруда,
  
  
   И серебристая вода
  
  
   Запенилась и засверкала.
  
  
   13
  
  
   А там, разнеженный вином,
  
  
   В восторгах неги полусонной,
  
  
   Усильно борется со сном
  
  
   И по долине благовонной
  
  
   Беспечно движется кругом;
  
  
   Руками томно жестирует,
  
  
   Привстанет, смотрит на друзей
  
  
   И полупьяных критикует
  
  
   В свободной смелости речей.
  
  
  
  
  14
  
  
   Среди смеющегося луга
  
  
   Звучат органа голоса,
  
  
   Для пира новая краса;
  
  
   Обняв пленительно друг друга,
  
  
   Студенты в радости живой,
  
  
   Лихие песни напевая,
  
  
   Кружатся шумною толпой,
  
  
   И спотыкаясь и толкая...
  
  
   Чета несется за четой,
  
  
   Одна другую нагоняет -
  
  
   И вот слетелися оне,
  
  
   И вальс в небрежной толкотне
  
  
   На землю с криком упадает.
  
  
  
  
  15
  
  
   Уж догорел прекрасный день
  
  
   За потемневшими горами;
  
  
   Уж стелется ночная тень
  
  
   Над благовонными брегами,
  
  
   Над чистым зеркалом зыбей
  
  
   И над шумящими толпами
  
  
   Развеселившихся друзей;
  
  
   Светило кроткое ночей
  
  
   То прячется, то выбегает
  
  
   Из тонкой сети облачка
  
  
   И светом трепетным слегка
  
  
   Леса и долы осребряет.
  
  
  
  
  16
  
  
   А праздник радости кипит,
  
  
   Не утомясь, не умолкая;
  
  
   Туманный берег озаряя,
  
  
   Костер сверкает и трещит.
  
  
   И в тишине красноречивой
  
  
   Не побежденная вином
  
  
   Толпа стоит перед огнем;
  
  
   Огонь растет и блещет живо
  
  
   Над разгоревшимся костром,
  
  
   И вот багряными струями
  
  
   Восстал высоко, зашумел;
  
  
   И дым сгустился, почернел,
  
  
   Слился огромными клубами
  
  
   И по дубраве полетел!
  
  
  
  
  17
  
  
   При громе буйных восклицаний
  
  
   Студенты скачут чрез огонь,-
  
  
   Так прыгает ученый конь,
  
  
   Так прыгают младые лани
  
  
   Через пучину, через ров;
  
  
   Одежда гнется, загораясь,
  
  
   И с треском локоны власов,
  
  
   То развиваясь, то свиваясь,
  
  
   Во мраке дымчатых столбов
  
  
   Блестят, как огненное знамя,
  
  
   На беззаботных головах.
  
  
   Один промчался через пламя,
  
  
   Другой запнулся в головнях -
  
  
   Готов упасть - он упадает,
  
  
   Но встал и вышел из огней -
  
  
   И хохот радостных друзей
  
  
   С улыбкой гордою внимает.
  
  
  
  
  18
  
  
   И вот иная красота!
  
  
   Дары забавы благородной!
  
  
   Рукой отважной и свободной
  
  
   С плеча нетвердого снята,
  
  
   Чернея в зареве багровом,
  
  
   Одежда легкая летит -
  
  
   Падет, и сумрачным покровом
  
  
   Костер удержан и покрыт,
  
  
   Огонь редеет, утихает,
  
  
   И вдруг сильней, ожесточен,
  
  
   Ее обхватывает он,
  
  
   Ее вертит и разрывает.
  
  
  
  
  19
  
  
   Но полночи угрюмой сон
  
  
   Лежит по стихнувшим долинам;
  
  
   Конец студенческим картинам.
  
  
   Питомец вольности живой,
  
  
   Питомец радости высокой
  
  
   Спешит задумчиво домой
  
  
   И на кровати одинокой
  
  
   Вкушает сладостный покой.
  
  
  
   ______
  
  
   Суета сует и всяческая суета!
  
  
  
  
  
   Соломон.
  
  
   9 мая 1824
  
  
   Дерпт
  1 Теперь давайте пить и вольною ногою
   О землю ударять...
  Гор., кн. 1, песня XXXVII (перевод А. А. Фета).- Ред.
  2 Ратсгоф - место пира, загородный дом.

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 360 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа