Главная » Книги

Ершов Петр Павлович - Конек-Горбунок

Ершов Петр Павлович - Конек-Горбунок


1 2 3 4

pre>

    Петр Павлович Ершов. Конек-Горбунок

----------------
  OCR Кудрявцев Г.Г.
  Государственное издательсво детской литературы
  Министерства просвещения РСФСР. М.- Л. 1964. ----------------
  ershov5_1.jpg
  ershov5_2.jpg

    * ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *

  ershov5_3.jpg
  ershov5_4.jpg
  ershov5_5.jpg
  ershov5_6.jpg
  ershov5_7.jpg
  ershov5_8.jpgа горами, за лесами,
  За широкими морями,
  Не на небе - на земле
  Жил старик в одном селе.
  У старинушки три сына:
  Старший умный был детина,
  Средний сын и так и сяк,
  Младший вовсе был дурак.
  Братья сеяли пшеницу
  Да возили в град-столицу:
  Знать, столица та была
  Недалече от села.
  Там пшеницу продавали,
  Деньги счетом принимали
  И с набитою сумой
  Возвращалися домой.
  ershov5_9.jpg
  В долгом времени аль вскоре
  Приключилося им горе:
  Кто-то в поле стал ходить
  И пшеницу шевелить.
  Мужички такой печали
  Отродяся не видали;
  Стали думать да гадать -
  Как бы вора соглядать;
  Наконец себе смекнули,
  Чтоб стоять на карауле,
  Хлеб ночами поберечь,
  Злого вора подстеречь.
  ershov5_10.jpg
  Вот, как стало лишь смеркаться,
  Начал старший брат сбираться:
  Вынул вилы и топор
  И отправился в дозор.
  ershov5_11.jpg
  Ночь ненастная настала,
  На него боязнь напала,
  И со страхов наш мужик
  Закопался под сенник.
  Ночь проходит, день приходит;
  С сенника дозорный сходит
  И, облив себя водой,
  Стал стучаться под избой:
  "Эй вы, сонные тетери!
  Отпирайте брату двери,
  Под дождем я весь промок
  С головы до самых ног".
  Братья двери отворили,
  Караульщика впустили,
  Стали спрашивать его:
  Не видал ли он чего?
  Караульщик помолился,
  Вправо, влево поклонился
  И, прокашлявшись, сказал:
  "Всю я ноченьку не спал;
  На мое ж притом несчастье,
  Было страшное ненастье:
  Дождь вот так ливмя и лил,
  Рубашонку всю смочил.
  Уж куда как было скучно!..
  Впрочем, все благополучно".
  Похвалил его отец:
  "Ты, Данило, молодец!
  Ты вот, так сказать, примерно,
  Сослужил мне службу верно,
  То есть, будучи при всем,
  Не ударил в грязь лицом".
  ershov5_12.jpg
  Стало сызнова смеркаться;
  Средний брат пошел сбираться:
  Взял и вилы и топор
  И отправился в дозор.
  Ночь холодная настала,
  Дрожь на малого напала,
  Зубы начали плясать;
  Он ударился бежать -
  ershov5_13.jpg
  И всю ночь ходил дозором
  У соседки под забором.
  Жутко было молодцу!
  Но вот утро. Он к крыльцу:
  "Эй вы, сони! Что вы спите!
  Брату двери отоприте;
  Ночью страшный был мороз,-
  До животиков промерз".
  Братья двери отворили,
  Караульщика впустили,
  Стали спрашивать его:
  Не видал ли он чего?
  Караульщик помолился,
  Вправо, влево поклонился
  И сквозь зубы отвечал:
  "Всю я ноченьку не спал,
  Да, к моей судьбе несчастной,
  Ночью холод был ужасный,
  До сердцов меня пробрал;
  Всю я ночку проскакал;
  Слишком было несподручно...
  Впрочем, все благополучно".
  И ему сказал отец:
  "Ты, Гаврило, молодец!"
  ershov5_14.jpg
  Стало в третий раз смеркаться,
  Надо младшему сбираться;
  Он и усом не ведет,
  На печи в углу поет
  Изо всей дурацкой мочи:
  "Распрекрасные вы очи!"
  ershov5_15.jpg
  Братья ну ему пенять,
  Стали в поле погонять,
  Но сколь долго ни кричали,
  Только голос потеряли:
  Он ни с места. Наконец
  Подошел к нему отец,
  Говорит ему: "Послушай,
  Побегай в дозор, Ванюша.
  Я куплю тебе лубков,
  Дам гороху и бобов".
  Тут Иван с печи слезает,
  Малахай свой надевает,
  ershov5_16.jpg
  Хлеб за пазуху кладет,
  Караул держать идет.
  ershov5_17.jpg
  Поле все Иван обходит,
  Озираючись кругом,
  И садится под кустом;
  Звезды на небе считает
  Да краюшку уплетает.
  Вдруг о полночь конь заржал...
  Караульщик наш привстал,
  Посмотрел под рукавицу
  И увидел кобылицу.
  Кобылица та была
  Вся, как зимний снег, бела,
  Грива в землю, золотая,
  В мелки кольца завитая.
  "Эхе-хе! так вот какой
  Наш воришко!.. Но, постой,
  Я шутить ведь, не умею,
  Разом сяду те на шею.
  Вишь, какая саранча!"
  И, минуту улуча,
  К кобылице подбегает,
  За волнистый хвост хватает
  И прыгнул к ней на хребет -
  Только задом наперед.
  Кобылица молодая,
  Очью бешено сверкая,
  Змеем голову свила
  И пустилась, как стрела.
  Вьется кругом над полями,
  Виснет пластью надо рвами,
  Мчится скоком по горам,
  Ходит дыбом по лесам,
  Хочет силой аль обманом,
  Лишь бы справиться с Иваном.
  Но Иван и сам не прост -
  Крепко держится за хвост.
  ershov5_18.jpg
  Наконец она устала.
  "Ну, Иван, - ему сказала,-
  Коль умел ты усидеть,
  Так тебе мной и владеть.
  Дай мне место для покою
  Да ухаживай за мною
  Сколько смыслишь. Да смотри:
  По три утренни зари
  Выпущай меня на волю
  Погулять по чисту полю.
  По исходе же трех дней
  Двух рожу тебе коней -
  Да таких, каких поныне
  Не бывало и в помине;
  Да еще рожу конька
  Ростом только в три вершка,
  На спине с двумя горбами
  Да с аршинными ушами.
  Двух коней, коль хошь, продай,
  Но конька не отдавай
  Ни за пояс, ни за шапку,
  Ни за черную, слышь, бабку.
  На земле и под землей
  Он товарищ будет твой:
  Он зимой тебя согреет,
  Летом холодом обвеет,
  В голод хлебом угостит,
  В жажду медом напоит.
  Я же снова выйду в поле
  Силы пробовать на воле".
  ershov5_19.jpg
  "Ладно", - думает Иван
  И в пастуший балаган
  Кобылицу загоняет,
  Дверь рогожей закрывает
  И, лишь только рассвело,
  Отправляется в село,
  Напевая громко песню:
  "Ходил молодец на Пресню".
  ershov5_20.jpg
  Вот он всходит на крыльцо,
  Вот хватает за кольцо,
  Что есть силы в дверь стучится,
  Чуть что кровля не валится,
  И кричит на весь базар,
  Словно сделался пожар.
  Братья с лавок поскакали,
  Заикаяся вскричали:
  "Кто стучится сильно так?" -
  "Это я, Иван-дурак!"
  Братья двери отворили,
  Дурака в избу впустили
  И давай его ругать, -
  Как он смел их так пугать!
  А Иван наш, не снимая
  Ни лаптей, ни малахая,
  Отправляется на печь
  И ведет оттуда речь
  Про ночное похожденье,
  Всем ушам на удивленье:
  ershov5_21.jpg
  "Всю я ноченьку не спал,
  Звезды на небе считал;
  Месяц, ровно, тоже светил, -
  Я порядком не приметил.
  Вдруг приходит дьявол сам,
  С бородою и с усам;
  Рожа словно как у кошки,
  А глаза-то-что те плошки!
  Вот и стал тот черт скакать
  И зерно хвостом сбивать.
  Я шутить ведь не умею -
  И вскочи ему на шею.
  Уж таскал же он, таскал,
  Чуть башки мне не сломал,
  Но и я ведь сам не промах,
  Слышь, держал его как в жомах.
  Бился, бился мой хитрец
  И взмолился наконец:
  "Не губи меня со света!
  Целый год тебе за это
  Обещаюсь смирно жить,
  Православных не мутить".
  Я, слышь, слов-то не померил,
  Да чертенку и поверил".
  Тут рассказчик замолчал,
  Позевнул и задремал.
  Братья, сколько ни серчали,
  Не смогли - захохотали,
  Ухватившись под бока,
  Над рассказом дурака.
  Сам старик не мог сдержаться,
  Чтоб до слез не посмеяться,
  Хоть смеяться - так оно
  Старикам уж и грешно.
  ershov5_22.jpg
  Много ль времени аль мало
  С этой ночи пробежало,-
  Я про это ничего
  Не слыхал ни от кого.
  Ну, да что нам в том за дело,
  Год ли, два ли пролетело, -
  Ведь за ними не бежать...
  Станем сказку продолжать.
  ershov5_23.jpg
  Ну-с, так вот что! Раз Данило
  (В праздник, помнится, то было),
  Натянувшись зельно пьян,
  Затащился в балаган.
  Что ж он видит? - Прекрасивых
  Двух коней золотогривых
  Да игрушечку-конька
  Ростом только в три вершка,
  На спине с двумя горбами
  Да с аршинными ушами.
  "Хм! Теперь-то я узнал,
  Для чего здесь дурень спал!" -
  Говорит себе Данило...
  Чудо разом хмель посбило;
  Вот Данило в дом бежит
  И Гавриле говорит:
  "Посмотри, каких красивых
  Двух коней золотогривых
  Наш дурак себе достал:
  Ты и слыхом не слыхал".
  И Данило да Гаврило,
  Что в ногах их мочи было,
  По крапиве прямиком
  Так и дуют босиком.
  ershov5_24.jpg
  Спотыкнувшися три раза,
  Починивши оба глаза,
  Потирая здесь и там,
  Входят братья к двум коням.
  Кони ржали и храпели,
  Очи яхонтом горели;
  В мелки кольца завитой,
  Хвост струился золотой,
  И алмазные копыты
  Крупным жемчугом обиты.
  Любо-дорого смотреть!
  Лишь царю б на них сидеть!
  Братья так на них смотрели,
  Что чуть-чуть не окривели.
  "Где он это их достал? -
  Старший среднему сказал. -
  Но давно уж речь ведется,
  Что лишь дурням клад дается,
  Ты ж хоть лоб себе разбей,
  Так не выбьешь двух рублей.
  Ну, Гаврило, в ту седмицу
  Отведем-ка их в столицу;
  Там боярам продадим,
  Деньги ровно поделим.
  А с деньжонками, сам знаешь,
  И попьешь и погуляешь,
  Только хлопни по мешку.
  А благому дураку
  Недостанет ведь догадки,
  Где гостят его лошадки;
  Пусть их ищет там и сям.
  Ну, приятель, по рукам!"
  Братья разом согласились,
  Обнялись, перекрестились
  И вернулися домой,
  Говоря промеж собой
  Про коней и про пирушку
  И про чудную зверушку.
  ershov5_25.jpg
  Время катит чередом,
  Час за часом, день за днем.
  И на первую седмицу
  Братья едут в град-столицу,
  Чтоб товар свой там продать
  И на пристани узнать,
  Не пришли ли с кораблями
  Немцы в город за холстами
  И нейдет ли царь Салтан
  Басурманить христиан.
  Вот иконам помолились,
  У отца благословились,
  Взяли двух коней тайком
  И отправились тишком.
  ershov5_26.jpg
  Вечер к ночи пробирался;
  На ночлег Иван собрался;
  Вдоль по улице идет,
  Ест краюшку да поет.
  Вот он поля достигает,
  Руки в боки подпирает
  И с прискочкой, словно пан,
  Боком входит в балаган.
  ershov5_27.jpg
  Все по-прежнему стояло,
  Но коней как не бывало;
  Лишь игрушка-горбунок
  У его вертелся ног,
  Хлопал с радости ушами
  Да приплясывал ногами.
  Как завоет тут Иван,
  Опершись о балаган:
  "Ой вы, кони буры-сивы,
  Добры кони златогривы!
  Я ль вас, други, не ласкал,
  Да какой вас черт украл?
  Чтоб пропасть ему, собаке!
  Чтоб издохнуть в буераке!
  Чтоб ему на том свету
  Провалиться на мосту!
  Ой вы, кони буры-сивы,
  Добры кони златогривы!"
  ershov5_28.jpg
  Тут конек ему заржал.
  "Не тужи, Иван, - сказал, -
  Велика беда, не спорю,
  Но могу помочь я горю.
  ershov5_29.jpg
  Ты на черта не клепли:
  Братья коников свели.
  Ну, да что болтать пустое,
  Будь, Иванушка, в покое.
  На меня скорей садись,
  Только знай себе держись;
  Я хоть росту небольшого,
  Да сменю коня другого:
  Как пущусь да побегу,
  Так и беса настигу".
  ershov5_30.jpg
  Тут конек пред ним ложится;
  На конька Иван садится,
  Уши в загреби берет,
  Что есть мочушки ревет.
  Горбунок-конек встряхнулся,
  Встал на лапки, встрепенулся,
  Хлопнул гривкой, захрапел
  И стрелою полетел;
  Только пыльными клубами
  Вихорь вился под ногами.
  И в два мига, коль не в миг,
  Наш Иван воров настиг.
  ershov5_31.jpg
  Братья, то есть, испугались,
  Зачесались и замялись.
  ershov5_32.jpg
  А Иван им стал кричать:
  "Стыдно, братья, воровать!
  Хоть Ивана вы умнее,
  Да Иван-то вас честнее:
  Он у вас коней не крал".
  Старший, корчась, тут сказал:
  "Дорогой наш брат Иваша,
  Что переться - дело наше!
  Но возьми же ты в расчет
  Некорыстный наш живот.
  Сколь пшеницы мы ни сеем,
  Чуть насущный хлеб имеем.
  А коли неурожай,
  Так хоть в петлю полезай!
  Вот в такой большой печали
  Мы с Гаврилой толковали
  Всю намеднишнюю ночь -
  Чем бы горюшку помочь?
  Так и этак мы вершили,
  Наконец вот так решили:
  Чтоб продать твоих коньков
  Хоть за тысячу рублев.
  А в спасибо, молвить к слову,
  Привезти тебе обнову -
  Красну шапку с позвонком
  Да сапожки с каблучком.
  Да к тому ж старик неможет,
  Работать уже не может;
  А ведь надо ж мыкать век, -
  Сам ты умный человек!" -
  "Ну, коль этак, так ступайте, -
  Говорит Иван, - продайте
  Златогривых два коня,
  Да возьмите ж и меня".
  Братья больно покосились,
  Да нельзя же! согласились.
  ershov5_33.jpg
  Стало на небе темнеть;
  Воздух начал холодеть;
  Вот, чтоб им не заблудиться,
  Решено остановиться.
  Под навесами ветвей
  Привязали всех коней,
  Принесли с естным лукошко,
  Опохмелились немножко
  И пошли, что боже даст,
  Кто во что из них горазд.
  ershov5_34.jpg
  Вот Данило вдруг приметил,
  Что огонь вдали засветил.
  На Гаврилу он взглянул,
  Левым глазом подмигнул
  И прикашлянул легонько,
  Указав огонь тихонько;
  Тут в затылке почесал,
  "Эх, как темно! - он сказал. -
  Хоть бы месяц этак в шутку
  К нам проглянул на минутку,
  Все бы легче. А теперь,
  Право, хуже мы тетерь...
  Да постой-ка... мне сдается,
  Что дымок там светлый вьется...
  Видишь, эвон!.. Так и есть!..
  Вот бы курево развесть!
  Чудо было б!.. А послушай,
  Побегай-ка, брат Ванюша!
  А, признаться, у меня
  Ни огнива, ни кремня".
  Сам же думает Данило:
  "Чтоб тебя там задавило!"
  А Гаврило говорит:
  "Кто-петь знает, что горит!
  Коль станичники пристали
  Поминай его, как звали!"
  ershov5_35.jpg
  Все пустяк для дурака.
  Он садится на конька,
  Бьет в круты бока ногами,
  Теребит его руками,
  Изо всех горланит сил...
  Конь взвился, и след простыл.
  "Буди с нами крестна сила! -
  Закричал тогда Гаврило,
  Оградясь крестом святым. -
  Что за бес такой под ним!"
  ershov5_36.jpg
  Огонек горит светлее,
  Горбунок бежит скорее.
  Вот уж он перед огнем.
  Светит поле словно днем;
  Чудный свет кругом струится,
  Но не греет, не дымится.
  Диву дался тут Иван.
  "Что, - сказал он, - за шайтан!
  Шапок с пять найдется свету,
  А тепла и дыму нету;
  Эко чудо-огонек!"
  ershov5_37.jpg
  Говорит ему конек:
  "Вот уж есть чему дивиться!
  Тут лежит перо Жар-птицы,
  Но для счастья своего
  Не бери себе его.
  Много, много непокою
  Принесет оно с собою". -
  "Говори ты! Как не так!" -
  Про себя ворчит дурак;
  И, подняв перо Жар-птицы,
  Завернул его в тряпицы,
  Тряпки в шапку положил
  И конька поворотил.
  Вот он к братьям приезжает
  И на спрос их отвечает:
  "Как туда я доскакал,
  Пень горелый увидал;
  Уж над ним я бился, бился,
  Так что чуть не надсадился;
  Раздувал его я с час -
  Нет ведь, черт возьми, угас!"
  Братья целу ночь не спали,
  Над Иваном хохотали;
  А Иван под воз присел,
  Вплоть до утра прохрапел.
  ershov5_38.jpg
  Тут коней они впрягали
  И в столицу приезжали,
  Становились в конный ряд,
  Супротив больших палат.
  ershov5_39.jpg
  В той столице был обычай:
  Коль не скажет городничий -
  Ничего не покупать,
  Ничего не продавать.
  Вот обедня наступает;
  Городничий выезжает
  В туфлях, в шапке меховой,
  С сотней стражи городской.
  Рядом едет с ним глашатый,
  Длинноусый, бородатый;
  Он в злату трубу трубит,
  Громким голосом кричит:
  "Гости! Лавки отпирайте,
  Покупайте, продавайте.
  А надсмотрщикам сидеть
  Подле лавок и смотреть,
  Чтобы не было содому,
  Ни давежа, ни погрому,
  И чтобы никой урод
  Не обманывал народ!"
  Гости лавки отпирают,
  Люд крещеный закликают:
  "Эй, честные господа,
  К нам пожалуйте сюда!
  Как у нас ли тары-бары,
  Всяки разные товары!"
  Покупальщики идут,
  У гостей товар берут;
  ershov5_40.jpg
  Гости денежки считают
  Да надсмотрщикам мигают.
  ershov5_41.jpg
  Между тем градской отряд
  Приезжает в конный ряд;
  Смотрит - давка от народу.
  Нет ни выходу ни входу;
  Так кишмя вот и кишат,
  И смеются, и кричат.
  Городничий удивился,
  Что народ развеселился,
  И приказ отряду дал,
  Чтоб дорогу прочищал.
  ershov5_42.jpg
  "Эй! вы, черти босоноги!
  Прочь с дороги! прочь с дороги!"
  Закричали усачи
  И ударили в бичи.
  Тут народ зашевелился,
  Шапки снял и расступился.
  ershov5_43.jpg
  Пред глазами конный ряд;
  Два коня в ряду стоят,
  Молодые, вороные,
  Вьются гривы золотые,
  В мелки кольца завитой,
  Хвост струится золотой...
  Наш старик, сколь ни был пылок,
  Долго тер себе затылок.
  "Чуден, - молвил, - божий свет,
  Уж каких чудес в нем нет!"
  Весь отряд тут поклонился,
  Мудрой речи подивился.
  Городничий между тем
  Наказал престрого всем,
  Чтоб коней не покупали,
  Не зевали, не кричали;
  Что он едет ко двору
  Доложить о всем царю.
  И, оставив часть отряда,
  Он поехал для доклада.
  ershov5_44.jpg
  Приезжает во дворец.
  "Ты помилуй, царь-отец!-
  Городничий восклицает
  И всем телом упадает. -
  Не вели меня казнить,
  Прикажи мне говорить!"
  Царь изволил молвить: "Ладно,
  Говори, да только складно". -
  "Как умею, расскажу:
  Городничим я служу;
  Верой-правдой исправляю
  Эту должность..." - "Знаю, знаю!" -
  "Вот сегодня, взяв отряд,
  Я поехал в конный ряд.
  Приезжаю - тьма народу!
  Ну, ни выходу ни входу.
  ershov5_45.jpg
  Что тут делать?.. Приказал
  Гнать народ, чтоб не мешал.
  Так и сталось, царь-надежа!
  И поехал я - и что же?
  Предо мною конный ряд;
  Два коня в ряду стоят,
  Молодые, вороные,
  Вьются гривы золотые,
  В мелки кольца завитой,
  Хвост струится золотой,
  И алмазные копыты
  Крупным жемчугом обиты".
  ershov5_46.jpg
  Царь не мог тут усидеть.
  "Надо коней поглядеть, -
  Говорит он, - да не худо
  И завесть такое чудо.
  Гей, повозку мне!" И вот
  Уж повозка у ворот.
  Царь умылся, нарядился
  И на рынок покатился;
  За царем стрельцов отряд.
  ershov5_47.jpg
  Вот он въехал в конный ряд.
  На колени все тут пали
  И "ура" царю кричали.
  Царь раскланялся и вмиг
  Молодцом с повозки прыг...
  Глаз своих с коней не сводит,
  Справа, слева к ним заходит,
  Словом ласковым зовет,
  По спине их тихо бьет,
  Треплет шею их крутую,
  Гладит гриву золотую,
  И, довольно засмотрясь,
  Он спросил, оборотясь
  К окружавшим: "Эй, ребята!
  Чьи такие жеребята?
  Кто хозяин?" Тут Иван,
  Руки в боки, словно пан,
  Из-за братьев выступает
  И, надувшись, отвечает:
  "Эта пара, царь, моя,
  И хозяин - тоже я". -
  "Ну, я пару покупаю!
  Продаешь ты?" - "Нет, меняю". -
  "Что в промен берешь добра?" -
  "Два-пять шапок серебра". -
  "То есть, это будет десять".
  Царь тотчас велел отвесить
  И, по милости своей,
  Дал в прибавок пять рублей.
  Царь-то был великодушный!
  ershov5_48.jpg
  Повели коней в конюшни
  Десять конюхов седых,
  Все в нашивках золотых,
  Все с цветными кушаками
  И с сафьянными бичами.
  Но дорогой, как на смех,
  Кони с ног их сбили всех,
  Все уздечки разорвали

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 409 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа