Главная » Книги

Жанлис Мадлен Фелисите - Любезный Король

Жанлис Мадлен Фелисите - Любезный Король



Любезный Король.

  
   (С³я новая историческая повѣсть Госпожи Жанлисъ лучше многихъ романическихъ сказокъ ея.)
  
   Щастливъ Монархъ, умѣющ³й заслуживать краснорѣчивую хвалу великихъ Писателей! Еще блаженнѣе тотъ Государь, котораго славятъ языкомъ простымъ и неискуснымъ! Похвалы, гремящ³я въ Академ³яхъ и Лицеяхъ, не слышны внѣ городовъ. Остроумныя рѣчи и прекрасные стихи не удивятъ никогда многочисленныхъ жителей сельскихъ, и не могутъ имъ бытъ даже растолкованы; земледѣльцы не умѣютъ цѣнитъ творен³я Ген³я: они умѣютъ только чувствовать благодѣян³е. Блескъ геройства не ослѣпляетъ ихъ: они его не видятъ. Не земледѣльцы, не пастыри даютъ Царямъ имя Великихъ; но только они могутъ называть ихъ Добрыми или Отцами народа. С³и люди простодушные судятъ о Государѣ по ихъ состоян³ю, и дѣлаютъ его безсмертнымъ своею благодарност³ю. Они не сочиняютъ похвальныхъ словъ; не вырѣзываютъ на мѣди и на золотѣ; не умѣютъ даже и писать - но ихъ стонъ или благословен³е доходитъ до потомства вѣрнѣе книгъ и монументовъ, разрушаемыхъ временемъ, истребляемымъ войною. Статуя Генрика IV разсыпалась подъ ударами варваровъ; но еще слышенъ гласъ народный, благословляющ³й память его. Ничто не можетъ заглушитъ сего священнаго гласа, умилительнаго или страшнаго. Онъ есть вѣчный органъ истины; его слушаетъ Историкъ, и въ немъ заключается особенная истор³я Царей добрыхъ, которая лучше всего изображаетъ ихъ. Въ сихъ народныхъ предан³яхъ забыты подвиги велик³е и славные, но въ цѣлости сохранены дѣла человѣколюб³я и добродуш³я. Довольно для нашей любви сердечной; a что безъ любви удивлен³е? Чувство безплодное и нерѣдко бѣдственное, ибо оно почти всегда раждаетъ зависть и злобу. Великимъ людямъ всего нужнѣе добродуш³е: естьли они не плѣняютъ сердецъ, то бываютъ предметомъ несправедливости и злослов³я.
   Генрикъ IV былъ великъ и любимъ. Онъ насладился рѣдкимъ щаст³емъ въ свѣтѣ: полною славою (ибо любовь не имѣетъ зависти и не оспориваетъ достоинствъ); заслужилъ имя Великаго, и народъ именовалъ его добрымъ своимъ Генрикомъ. Малербъ и Вольтеръ славили Героя, a сельск³е жители еще и нынѣ, Въ праздничные дни, поютъ веселую пѣсню; сочиненную для него ихъ предками... Не могу ли и я присоединитъ слабаго голоса моего къ голосамъ сельскимъ? Для изъяснен³я любви и благодарности талантъ не нуженъ: надобно только чувствовать и любитъ.
   Генрикъ IV, будучи Королемъ Наварскимъ, видѣлся въ Сен-Мексанѣ съ тещею своею, Екатериною Медицисъ, которая вмѣстѣ съ его супругою, Маргаритою Валуа, требовала, чтобы онъ удалилъ отъ Двора д'Обинье, насмѣшливаго, злословнаго и не рѣдко тщеславнаго, но умнаго, храбраго, чувствительнаго, душевно привязаннаго къ Королю и всегда имъ недовольнаго. Политика заставляла тогда Генрика уважать Екатерину; однакожъ ему не хотѣлось согласиться на ея требован³е. Что сдѣлалъ вамъ бѣдный д'Обинье? говорилъ онъ. - "Что сдѣлалъ? написалъ ѣдкую сатиру на меня и дочь мою." - Не удивляюсь. - "По чему же?" - По тому что онъ на всѣхъ пишетъ сатиры: y него такой вкусъ. - "Прекрасное извинен³е!" - Развѣ д'Обинье не бранилъ меня за то, что я въ знакъ дружбы подарилъ его своимъ портретомъ? Другой не зналъ бы, какъ благодаритъ Короля за такую милость; a стихотворецъ нашъ отплатилъ мнѣ эпиграммою. Въ другой разъ, будучи въ моей спальнѣ вмѣстѣ съ Лафорсомъ, и думая, что я сплю, онъ сказалъ въ полголоса: Генрикъ есть самой неблагодарной человѣкъ въ свѣтѣ. Лафорсъ не вслушался, и спросилъ, что онъ говоритъ? Я приподнялъ голову и повторилъ слова его. Д'Обинье испугался; но мы остались друзьями" - "Какъ можете терпѣть такую наглую дерзость?" - Онъ нѣсколько разъ хотѣлъ умереть за меня. Любовь и почтен³е не перемѣняютъ характера: онъ ядовитъ на словахъ, но любитъ меня сердечно. - "А насъ ненавидитъ. Дозволите ли подданному явно смѣяться надъ вашею супругою и тещею? Однимъ словомъ, я требую, чтобы вы сослали его" - Не могу отказать Вашему Величеству; но.... "Требую непремѣнно." - Признаюсь, что я не люблю ссылки. Не лучше ли хорошенько побранить его, a тамъ - простить? - "Простить? какая слабость!" - Что дѣлать? сердце мое любитъ прощать. - "Надобно обуздывать сердце." - Для чего же не наслаждаться такимъ истинно царскимъ удовольств³емъ". - "Не льзя царствовать тому, кого не боятся." - Не должно царствовать тому, кого не любятъ" - "Однимъ словомъ, хотите ли исполнитъ волю мою? сказала Екатерина съ великою досадою и съ повелительнымъ видомъ... Генрикъ задумался, и черезъ минуту отвѣчалъ: "Ваше желан³е исполнится. Завтра объявлю торжественно, что д'Обинье удаленъ отъ Двора.... Королевы обрадовались; изъявили Генрику живѣйшую благодарность, соразмѣрную ихъ ненависти къ д'Обинье, и въ тотъ же денъ уѣхали изъ Сен-Мексана.
   На другой денъ, послѣ обѣда, Король въ присутств³й всѣхъ знатныхъ сказалъ бѣдному д'Обинье, что Королевы на него жалуются, и что онъ приказываетъ ему немедленно оставитъ Дворъ. Д'Обинье изумился - минуты черезъ двѣ вышелъ изъ залы, будучи внѣ себя отъ досады - возвратился домой, велѣлъ людямъ своимъ готовиться къ отъѣзду и бросился на кресла... "Таковы Государи!" думалъ онъ въ своемъ огорчен³и: "можноли вѣритъ любви ихъ? А Генрика еще хвалятъ 5 называютъ добродушнымъ, твердымъ!.. Онъ таковъ же, какъ и друг³е!.. A я любилъ его!... Вчера онъ ласкалъ меня, a нынѣ выгналъ, и еще въ присутств³и всего Двора!... И единственно для того, что двѣ женщины, которыхъ онъ не любитъ и презираетъ, хотятъ моей ссылки!.. Развѣ надобно для сохранен³я его милости, хвалитъ Варѳоломеевское кровопролит³е и поведен³е недостойной Маргариты, которая дѣлаетъ стыдъ и безчест³е супругу?... Не самъ ли Генрикъ изъявлялъ мнѣ свое омерзѣн³e къ жестокосерд³ю злобной и властолюбивой тещи своей? не открывалъ ли мнѣ за тайну, что хочетъ развестись съ Маргаритою?... A теперь вѣрнѣйшимъ подданнымъ и другомъ своимъ жертвуетъ ненависти сихъ Королевъ, его извѣстныхъ непр³ятельницъ?.. Нѣтъ, онъ никогда не любилъ меня!.. A кто могъ бы вообразитъ, что подъ видомъ такого любезнаго добросердеч³я, такой благородной откровенности, гнѣздится лукавство и притворство?"
   Въ с³ю минуту явился посланный отъ Короля, сказать удивленному д'Обинье, что Генрикъ желаетъ ночью съ нимъ видѣться. Онъ былъ въ душѣ своей такъ озлобленъ, что с³е странное повелѣн³е казалось ему знакомъ новаго нещаст³я. Гордый д'Обинье вообразилъ, что Королб хочетъ лишитъ его свободы, но не смѣетъ на то отважиться днемъ. Ему пришло на мысль спастись бѣгствомъ; однакожъ, подумавъ, д'Обинье рѣшился исполнитъ Королевскую волю и внутренно хвалился такою смѣлост³ю. Въ восемь часовъ вооружился съ головы до ногъ; взялъ шпагу, кинжалъ и два пистолета; завернулся въ плащъ, вручилъ Небу судьбу свою и пошелъ. У Дворца ожидалъ его человѣкъ, который велѣлъ ему итти за собою, не говорилъ болѣе ни слова, и велъ д'Обинье по темнымъ, узкимъ коридорамъ. С³я таинственность увеличила его безпокойство; ужасныя мысли, пугая воображен³е, казались ему бѣдственнымъ предчувств³емъ. Скоро жалкому д'Обинье послышалось, что вооруженные люди идутъ къ нимъ на встрѣчу: онъ невольно затрепеталъ, остановился и выхватилъ пистолетъ... Вожатой, не примѣтивъ того, шелъ впередъ, и Герой нашъ остался одинъ въ коридорѣ; минуты черезъ двѣ, не видя никого, съ нѣкоторымъ стыдомъ спряталъ пистолетъ, и долженъ былъ итти ощупью. Проводникъ возвратился къ нему съ факеломъ, и ввелъ его наконецъ въ комнаты. Генрикъ встрѣтилъ его съ распростертыми объят³ями и засмѣялся. Д'Обинье долженъ былъ стыдитъся своихъ подозрѣн³й, взглянувъ на веселое лицо Короля. "Не правда ли, другъ мой," - сказалъ ему Генрикъ - "что тебя вели сюда какъ щастливаго любовника?" ...Ваше Величество! отвѣчалъ д'Обинье; я щастливѣе всѣхъ любовниковъ на свѣтѣ, видя, что Государь не лишилъ меня своей милости. - "Ты конечно угадалъ истину, сказалъ добродушный Монархъ: вдовствующая Королева ненавидитъ тебя; надлежало исполнитъ ея требован³е или поссориться съ нею: чего не льзя мнѣ теперь сдѣлать безъ великой опасности для всѣхъ друзей нашихъ. И такъ я далъ слово удалитъ тебя; она повѣрила, что могу жертвовать ей другомъ: не мудрено - Екатерина не знаетъ меня." - Ваше Величество! весь Дворъ считаетъ меня въ немилости. - "Нѣтъ, Морней, Биронъ, Лафорсъ и Крильйонъ не повѣрили тому; за что я искренно благодаренъ имъ; они отдали справедливость и мнѣ и тебѣ. Заслуги твои начертаны въ моемъ сердцѣ: я знаю цѣну вѣрности. Любезной другъ! мы всякой вечеръ будемъ видѣться; ты долженъ ночевать у меня, а днемъ скрываться. Это продолжится мѣсяцевъ шесть, послѣ чего снова явишься при Дворѣ." - И такъ Ваше Величество увѣрены, что не начнете войны прежде шести мѣсяцевъ? Въ противномъ случаѣ никакая ссылка не помѣшаетъ мнѣ и въ день быть съ вами. Но чѣмъ же укоряетъ меня Королева? - "Великою нескромност³ю: ты искренно говорилъ объ ней." - Ей надлежало бы извинитъ меня. Люди, которые служатъ Вашему Величеству, привыкли говоритъ истину. - "Мнѣ можно безъ досады слушать ее; но она весьма оскорбительна для Государей малодушныхъ. Д'Обинье! будь осторожнѣе, оставь въ покоѣ Королеву. Эпиграммы ничего не доказываютъ. Одна страница Истор³и, хладнокровно написанная, изобразитъ Екатерину лучше всѣхъ ѣдкихъ сатиръ твоихъ."
   Д'Обинье, тронутый милост³ю Короля своего, могъ воспользоватъся его мудрымъ наставлен³емъ и далъ слово отказаться отъ стиховъ - то есть, отъ сатиръ всегда колкихъ, но часто неосновательныхъ.
   Д* Обинье ночевалъ во Дворцѣ. Генрикъ привелъ его въ замѣшательство, спросивъ, для чего онъ такъ страшно вооружился? Ему оставалось выдумать басню, которой Генрикъ повѣрилъ. С³я тайность забавляла ихъ обоихъ, украшая дружбу главною прелест³ю любви. Но дни были не очень веселы для бѣднаго д'Обинье: ему надлежало проводитъ ихъ въ уединен³и. Король писалъ къ нему записки и присылалъ куропатокъ, имъ застрѣленныхъ, но такая милость не разгоняла его скуки. Мѣсяца черезъ два узнавъ, что прекрасная дѣвица Лезе пр³ѣхала въ окрестности Мексана, онъ выпросилъ y Генрика дозволен³е ѣхать къ ней, и явился въ домѣ ея въ видѣ изгнанника, давъ Королю обѣщан³е никому не открывать ихъ тайны. Дѣвица Лезе была сирота, богата, молода и зависѣла отъ Г. Рошфуко, своего опекуна и родственника. Д'Обинье любилъ ее страстно; не зналъ, какъ она расположена къ нему, и съ горест³ю увидѣлъ совмѣстника, опаснаго своею молодост³ю, красотою, знатност³ю и богатствомъ. Дампьеръ (такъ назывался сей любовникъ) веселилъ дѣвицу Лезе блестящими праздниками. У д'Обинье не было денегъ; никто не хотѣлъ датъ ихъ въ займы бѣдному изгнаннику. Въ сей крайности онъ написалъ къ Генрику, который немедленно прислалъ ему большую суму, и сказалъ въ отвѣтѣ, что другъ его не долженъ уступать въ пышности Дампьеру. Д'Обинье далъ великолѣпный балъ, на которомъ дѣвица Лезе казалась отмѣнно веселою. Ободренный любовникъ торжественно потребовалъ руки ея; но Г. Рошфуко отказалъ ему, говоря, что онъ никогда не выдастъ племянницы за изгнанника. Сверхъ того опекунъ считалъ велик³я его издержки мотовствомъ, смѣшнымъ и неизвинительнымъ для человѣка, которому уже не льзя надѣяться на милость Двора. Пылкой д'Обинье въ досадѣ и ревности хотѣлъ драться съ опекуномъ и совмѣстникомъ; но между тѣмъ вздумалъ изъясниться съ дѣвицею Лезе. Не имѣя надежды, и воображая, что Дампьеръ ей нравится, онъ рѣшился бытъ смѣлымъ. Дѣвица Лезе, удивленная его тономъ; смотрѣла на него и молчала. "Разумѣю это безмолв³е, говорилъ д'Обинье: я не имѣю щаст³я вамъ нравиться. Женщины любятъ красавцевъ, нѣжность, ловкость, способность къ музыкѣ, искусство танцовать" ....... Вы описываете Дампьера? спросила съ улыбкою дѣвица Лезе.... "Догадка ваша не удивляетъ меня, отвѣчалъ д'Обинье съ сердцемъ: легко узнать портретъ любовника." - Правда, что Дампьеръ гораздо лучше васъ лицомъ. - "Боже мой! кто съ вами не согласится? Знаю, что его красота едва ли уступаетъ вашей собственной; по крайней мѣрѣ онъ самъ вѣрно такъ думаетъ." - Естьли я люблю Дампьера, то безъ сомнѣн³я никто не осудитъ меня: онъ хорошъ и добронравенъ. - "Но я не похвалю умной женщины, которая выберетъ глупца." - Дампьеръ конечно не пишетъ сатиръ, за то онъ не въ ссылкѣ, и не имѣетъ враговъ. - "Это слово гораздо ядовитѣе всѣхъ бранныхъ стиховъ моихъ. Какъ! вы можете укорятъ меня нещаст³емъ? - Имѣю на то основательныя причины. Такъ, государь мой, ссылка ваша кажется мнѣ виною. - "Какое великодуш³е!" - Всего же непростительнѣе быть насмѣшливымъ, злоязычнымъ. - "Еще лучше!" - Выслушайте меня до конца. Скажу еще, что одна безразсудная можетъ любить такого страннаго, надменнаго, грубаго человѣка, какъ вы.- "Мнѣ кажется, что вы могли бы избавиться отъ меня и безъ этой ужасной брани." - Къ нещастью, я не хочу отъ васъ избавиться! - "Какъ?" - У меня дурной вкусъ: я безразсудна, и предпочитаю васъ доброму, прекрасному, любезному Дампьеру. - "Вы шутите надо мною!" - Какъ бы хотѣла шутитъ!... Д'Обинье бросился на колѣни передъ нею..." Я увѣрена, сказала она, что признан³е мое не удивляетъ васъ. Вы безъ сомнѣн³я думаете, что сердце мое отдаетъ вамъ одну справедливость. - Нѣтъ, нѣтъ! отвѣчалъ съ жаромъ д'Обинье: даръ любви есть всегда безцѣнное благодѣян³е!....
   Д'Обинье, увѣренный въ склонности взаимной, еще болѣе влюбился въ дѣвицу Лезе; но Г. Рошфуко былъ непреклоненъ, a бракъ не могъ совершиться безъ соглас³я опекуна. Д'Обинье снова обратился къ Генрику, который, вмѣсто отвѣта, написалъ прекрасное, ласковое письмо къ дѣвицѣ Лезе, увѣряя, что ея любовникъ есть одинъ изъ первыхъ друзей его. Она обрадовалась не менѣе д'Обинье, который до глубины сердца былъ тронутъ милост³ю Государя: ибо Генрикъ дозволялъ показать с³е письмо опекуну. Въ восторгѣ своемъ д'Обинье разсказывалъ мног³е случаи въ доказательство Генрикова добродуш³я. "Однажды (говорилъ онъ) будучи безъ всякой основательной причины недоволенъ королемъ, я написалъ къ нему грубое письмо, въ тотъ же денъ удалился отъ Двора, и шестъ мѣсяцевъ сердился на моего благодѣтеля. Но мнѣ грустно было жить безъ него. Отъ скуки я моталъ, вошелъ въ долги; не могъ заплатить ихъ и попался въ темницу. Король узналъ о томъ, и не имѣя денегъ, заложилъ брилл³янты супруги своей, чтобы какъ можно скорѣе меня выкупитъ."
   Дѣвица Лезе съ торжествомъ вручила опекуну письмо Королевское; но, къ чрезмѣрному ея изумлен³ю, Г. Рошфуко не хотѣлъ вѣритъ, чтобы Король могъ съ такимъ жаромъ говоритъ о любви своей къ человѣку, имъ отъ себя удаленному. Д'Обинье вспыхнулъ отъ гнѣва, узнавъ, что его называютъ сочинителемъ подложныхъ писемъ, и слѣдуя своему нраву, клялся застрѣлитъ Г. Рошфуко; но дѣвица Лезе уговорила его взятъ терпѣн³е на два дни, и немедленно отправила курьера къ Генрику. Сен-Мексанъ былъ только въ шести миляхъ отъ города, въ которомъ она жила.
   На другой денъ Г. Рошфуко, желая разлучитъ свою воспитанницу съ д'Обинье, повезъ ее за городъ къ одному родственнику. Дампьеръ вызвался ѣхать съ ними.. Зная склонность дѣвицы Лезе, онъ не думалъ уже ей нравиться, но не хотѣлъ показывать, будто страшится злобы совмѣстника, и для того все еще игралъ ролю влюбленнаго. Ввечеру они возвращались домой. Дѣвица Лезе была въ горестной задумчивости. Она не имѣла отвѣта отъ Генрика и боялась, чтобы д'Обинье, лишась надежды, не вызвалъ на поединокъ Г. Рошфуко; терзалась раскаян³емъ, что вошла въ такое обязательство безъ соглас³я родственниковъ, чувствовала всю безразсудность молодыхъ людей, которые не умѣютъ предвидѣть гибельныхъ слѣдств³й неосторожности.
   Подъѣхавъ къ дому, дѣвица Лезе съ изумлен³емъ увидѣла, что онъ великолѣпно освѣщенъ, и вздумала, что Г. Рошфуко или Дампьеръ приготовилъ для нее праздникъ; но опекунъ съ искреннею досадою увѣрялъ, что такая глупость не свойственна лѣтамъ его; a Дампьеръ говорилъ, что онъ могъ бы сдѣлать ее только для женщины, расположенной платитъ ему за любовь любовью. Вошедши въ домъ, еще болѣе удивились: онъ былъ прекрасно убранъ и наполненъ знаменитыми гостями, которые сказали, что ихъ пригласили на балъ именемъ дѣвицы Лезе. Въ отсутств³е Г. Рошфуко явилось съ разныхъ сторонъ множество художниковъ и работниковъ для украшен³я комнатъ, вмѣстѣ съ великимъ числомъ музыкантовъ. Опекунъ думалъ, что с³я забава вымышлена расточительнымъ д'Обинье, тихонько бранилъ свою воспитанницу, принималъ гостей весьма неохотно и не могъ скрытъ внутренней досады. Дѣвица Лезе безпокоилась и не знала, что думать; но была уже грустна менѣе прежняго, ибо концертъ и балъ не могли казаться ей дурнымъ предзнаменован³емъ. Дампьеръ смѣялся, шутилъ и готовился танцовать во всю ночь; онъ просилъ гостей въ залу, усадилъ всѣхъ дамъ и велѣлъ играть оркестру. Въ с³ю минуту съ великимъ стукомъ растворились двери: вошелъ человѣкъ въ сапогахъ и съ хлыстомъ въ рукѣ - онъ верхомъ проскакалъ шестъ милъ, одинъ, безъ отдыху - это былъ Генрикъ IV!...
   Явлен³е Государя любимаго и славнаго, произвела волнен³е въ залѣ; всѣ встали изъ почтен³я, и для того чтобы смотрѣть на Генрика. Дѣвица Лезе закраснѣлась, невольно воскликнула отъ радости и заплакала. Хозяинъ съ робост³ю приближился къ Королю. Генрикъ остановился и громко сказалъ ему: "Господинъ Рошфуко! до меня дошли слухи, оскорбительные для д'Обинье. Я спѣшилъ уничтожитъ ихъ и спасти честь моего друга." Общ³я рукоплескан³я загремѣли въ залѣ, и дѣвица Лезе готова была упасть къ ногамъ сего несравненнаго Короля; но онъ взялъ за руку хозяина и вывелъ его въ другую горницу. Тамъ Г. Рошфуко, предупреждая волю Государя, сказалъ, что онъ готовъ выдать племянницу за д'Обинье. Генрикъ добродушнымъ и милостивымъ отвѣтомъ своимъ успокоилъ его совершенно. Призвали дѣвицу Лезе, которая съ чувствительност³ю изъявила Королю благодарность. Генрикъ свѣдалъ отъ ея посланнаго, что Г. Рошфуко вмѣстѣ съ нею хотѣлъ на другой денъ ѣхать за городъ: онъ воспользовался симъ случаемъ, велѣлъ сдѣлать въ ихъ домѣ всѣ нужныя приготовлен³я къ балу, и звать гостей именемъ дѣвицы Лезе; a курьера остановилъ въ Сен-Мексанѣ, чтобы онъ не открылъ его тайны.
   Послали за д' Обинье, но не велѣли сказывать ему о пр³ѣздѣ Короля. Между тѣмъ возвратилисъ въ залу. Генрикъ былъ для всѣхъ любезенъ: плѣнялъ женщинъ своею веселост³ю, a мужчинъ ласкою. Дампьеръ, уже не печальный и даже влюбленный въ другую, бралъ искреннее участ³е въ общей радости и безъ всякаго принужден³я казался великодушнымъ. Д'Обинье явился, обратилъ на себя глаза всего собран³я и съ радостнымъ изумлен³емъ увидѣлъ Генрика, который, не смотря на тяжелыя шпоры свои, легко и пр³ятно танцовалъ съ дѣвицею Лезе. Страстный любовникъ, вѣрный другъ и подданный бросился къ ногамъ Государя. Король поднялъ его, обнялъ съ нѣжност³ю, и съ дозволен³я опекуна сложилъ руки любовниковъ, въ знакъ вѣчнаго ихъ союза. Никто не могъ бытъ равнодушнымъ зрителемъ сего трогательнаго явлен³я, которое заставило всѣхъ еще живѣе чувствовать добродуш³е Короля. Генрикъ пригласилъ гостей на свадьбу щастливаго д'Обинье, былъ на ней хозяиномъ, любезнымъ, привѣтливымъ и роскошнымъ. Всѣ ходили за нимъ; всѣ тѣснились вокругъ его, желая не себя показывать, но единственно видѣть и слушать Государя. Любовь принудила забытъ обряды и чины; удивлялись только его особѣ и характеру, которые затмѣвали самый блескъ Царскаго сана. Въ присутств³и Короля говорили объ немъ съ восторгомъ, не думая хвалитъ его
   Двѣсти лѣтъ не прохладили сей любви пламенной, и внуки наши, подобно намъ, скажутъ, что такой Государь достоинъ былъ надѣтъ друзей и властвовать надъ французами.

Жанлисъ.

"Вѣстникъ Европы", No 21-22, 1803


Другие авторы
  • Медзаботта Эрнесто
  • Вербицкая Анастасия Николаевна
  • Керн Анна Петровна
  • Коц Аркадий Яковлевич
  • Адикаевский Василий Васильевич
  • Урусов Александр Иванович
  • Бакунин Михаил Александрович
  • Будищев Алексей Николаевич
  • Озаровский Юрий Эрастович
  • Мельников-Печерский Павел Иванович
  • Другие произведения
  • Кузьмина-Караваева Елизавета Юрьевна - Друг моего детства
  • Короленко Владимир Галактионович - Двадцатое число
  • Лепеллетье Эдмон - Римский король
  • Вяземский Петр Андреевич - О "Бакчисарайском фонтане" не в литературном отношении
  • Невельской Геннадий Иванович - Подробный отчет Г. И. Невельского о его исторической экспедиции 1849 г. к о-ву Сахалин и устью Амура
  • Опочинин Евгений Николаевич - Два рассказа, сказание и очерк
  • Пяст Владимир Алексеевич - Роман философа
  • Коган Петр Семенович - Беппо (Байрона)
  • Клейст Генрих Фон - Локарнская нищенка
  • Хирьяков Александр Модестович - А. М. Хирьяков: краткая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 237 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа