Главная » Книги

Свенцицкий Валентин Павлович - Неужели правда?

Свенцицкий Валентин Павлович - Неужели правда?


   В. П. Свенцицкий

Неужели правда?

   --------------------------------
  
  Текст печатается по изданию: Два пути. 1906. N 1. С. 14-17.
   Переиздание: Новый журнал. 2010. N 261.
  
  Публикатор: С. В. Чертков
   --------------------------------
  
   Капитан Изволин лежал на диване, забросив за голову руки и плотно, словно от ощущения физической боли, сожмурив глаза.
   "Завтра расстрел"... Весь день сжимала эта мысль какой-то болезненной пружиной ему сердце и, толкаясь в мозг, заставляла его судорожно стискивать зубы и вздрагивать.
   Дверь кабинета тихонечко открылась и, чуть скрипнув, сейчас же затворилась опять. Маленькая, лет восьми, девочка, осторожно ступая, вытянув головку и вглядываясь в полумраке в лежащего с закрытыми глазами отца, полушёпотом проговорила:
   - Папа!
   - Я не сплю, Маня, - тихо отозвался он, не переменяя положения и не открывая глаз.
   - Не спишь?
   Девочка осторожно перелезла через отца и, поджав ножки, прижалась к спинке дивана.
   Прошло несколько мгновений.
   - Папа! - вдруг таинственно позвала Маша.
   - Что? - сердце у Изволина почему-то вдруг ёкнуло.
   - Папа... - и она докончила шёпотом, заледенившим ему душу: - Папа... правда ли, что ты завтра пойдёшь человека убивать?..
   Мурашки побежали у него по телу.
   Машинально он повернул голову и взглянул в угол: там, зажжённая заботливой рукою старухи-няни (жена давно умерла у Изволина), ярким чистым пламенем горела лампада. Христос прямо на него смотрел с образа - строго, вопрошающе: "Правда ли, что ты завтра сам пойдёшь и других поведёшь человека убивать? Правда ли, что ты хочешь взять суд Мой в свои руки?"
   - Папа, правда?... правда, что ты пойдёшь завтра человека убивать? - лепечет с странным, с жутким каким-то любопытством девочка.
   Он вскочил:
   - Пошла прочь от меня, дрянная девчонка... Как ты смеешь?..
   Маша широко раскрыла на отца свои большие голубые глазки.
   - Прочь пошла, говорю я тебе... сейчас вон... вон уходи...
   Оп топал ногою.
   "Что это с папой?.. Разве он когда-нибудь, когда-нибудь так страшно кричал на неё?.. Разве когда-нибудь гнал?.." И девочка, ухватившись обеими ручонками за диван, громко заплакала:
   - Не пойду... не пойду...
   Тогда он схватил её за руку и потащил... стащил с дивана, потащил её, с криком упиравшуюся, через комнату и стал выталкивать за дверь, всю её сильно встряхивая и злобно, сквозь зубы, повторяя:
   - Я тебе дам... я тебе покажу...

---

   "Правда, - правда это? Пойдёшь завтра человека убивать? Пойдёшь ведь?"
   Он со страхом открыл глаза и, сев на постели, дико осмотрелся: кто это разбудил его? И он всматривался в темноту и дрожал... Кто это был сейчас здесь около него?..
   Кто! Что он спрашивает?.. Понятное дело, кто: "он"... бес... Да-да, конечно... это он, бес-душегубец, захлёбываясь от радости, пролопотал ему над ухом эти слова... Он здесь, здесь, он чувствует... где-нибудь совсем близко, за плечом его...
   Изволин в ужасе соскочил с постели и шарахнулся в сторону - туда, где, потухая, догорал лампадный огонёк... И рухнул на пол перед иконою Спасителя... И украдкой, едва приподняв от пола голову, посмотрел на лик Христа.
   А "человекоубийца искони" так и налезал, так и налезал на него откуда-то сбоку и заслонял собою образ Бога перед ним. И отвратительным своим лопотаньем заглушал стон молитвы в душе его: "Так, пойдёшь, - пойдёшь завтра человека убивать?"
   Лампадка вдруг ярко, в последний раз вспыхнула и погасла.

---

   Бледные, дрожащие, они стояли все в ряд - приведённые им сюда "убивать человека" солдаты. А "человек" был привязан к столбу и смотрел на них безумно-воспалённым, чего-то отчаянно ожидающим взором, словно не хотел верить, что уже нет больше спасения ему, крепко-накрепко привязанному верёвками... что эти люди сейчас на самом деле станут посылать в его тело пулю за пулей и будут терзать и рвать его этими пулями своими до тех пор, пока, наконец, не отымут жизнь у него...
   Изволин ходил взад и вперёд перед ротой и помутившимися глазами уставлялся то на привязанного к столбу, то на своих трясущихся, растерянно-испуганным взглядом смотревших на него солдат.
   "Горе тому, кто соблазнит единого от малых сих... Лучше было бы тому человеку повесить себе мельничный жернов на шею и погибнуть в глубине морской"... Малые сии... они держали ружья наготове и ждали его команды "человека убить".
   У Изволина зуб не попадал на зуб. Отчего так страшно?.. До того, что волос дыбом встаёт на голове?.. Чего так бояться?.. Ведь вот же и священник тут... Но отчего бледен и испуган служитель Сына Божия?.. Отчего его руки трясутся так сильно, что, того гляди, выронят крест?..
   Да и зачем он принёс крест сюда? Крест Жизнодавца?.. Отчего они все отворачиваются от этого спасительного знамения?.. И трепещут?..
   "Тогда явится знамение Сына Человеческого на небе... и восплачутся все племена земные"...
   А... он понял... понял... понял теперь, отчего им жутко глядеть на крест Христов, готовый выпасть из руки трясущегося, как изменник-ученик, священника... понял... Христос от них отступился!
   Бес теперь их царь и владыка... ведь здесь же он, с ними... тот самый бес-душегубец, который всю ночь радостно спрашивал его сегодня: "правда ли, что ты будешь человека убивать?" Человекоубийца этот тоже трепещет с ними вместе и тоже закрывает глаза перед знамением Иисуса... Вот отчего им так невыносимо страшно - бес между ними... Это его, его смрадное дыхание носится по площадке и обвеивает их всех... потому что бес не верит, - всё ещё не верит, что "во Христа крестившиеся" пришли сюда для убийства, и, не закрывая рта, лопочет: "Правда ли, что вы будете человека убивать? Правда ли, люди, что вы знать не хотите Того, Чьё имя страшно и Кто сказал вам: не убий? Правда ли? правда ли? правда ли, люди?"
   - Правда, бес, - вдруг крикнул Изволин, весь остервеняясь, - и, обернувшись к солдатам, скомандовал:
   - Пли!
  
  
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 256 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа