Главная » Книги

Романов Пантелеймон Сергеевич - Тяжелые вещи

Романов Пантелеймон Сергеевич - Тяжелые вещи


   Пантелеймон Романов. Тяжелые вещи
  
   Издание: Пантелеймон Романов; Избранные произведения.
   Изд-во "Художественная литература", Москва, 1988.
   OCR и вычитка: Александр Белоусенко (belousenko@yahoo.com), 20 августа 2002.
  
  

ТЯЖЕЛЫЕ ВЕЩИ

  
   На базарной площади, где прежде торговали готовым платьем, железом, горячей колбасой и всем прочим, стояли запертые и забитые досками лавчонки, а в проходах между ними и по всей площади, на навозе и подтаявшему льду были разложены на мокрых рогожках всякие товары: у кого пара ржавых селедок, две пуговицы и коробка спичек, кто продавал какую-нибудь рваную шубенку или менял серебряную ложку на хлеб.
   - Облавы нынче не было? - спрашивали вновь подходившие.
   - Вчерась была,- неохотно отвечал кто-нибудь из торговцев.
   Продавцы то и дело зорко оглядывались по сторонам и при всякой тревоге делали приседающее движение, чтобы схватить за углы свои рогожки с товарами и лететь куда-нибудь на ближайший пустой двор.
   Какая-то барыня в мятой шляпке принесла лампу с абажуром в виде матового шара и, нерешительно оглянувшись по сторонам, спросила:
  - А ничего, позволяют торговать-то?
   На нее и на ее лампу молча и недоброжелательно посмотрели.
   - Позволяют... тому, у кого ноги проворные,- сказала молодая торговка в полушубке, поправив платок на голове и не взглянув на спрашивавшую.
   - А ты, матушка, в первый раз, что ли, вышла? - спросила пожилая торговка, у которой на рогожке были разложены пять селедок и велосипедный насос.
   - В первый...
   - То-то я вижу... лампу-то с шаром взяла. Ежели, грешным делом, спешить придется, как бы тебе ее не раскокали.
   - Они все чисто с неба свалились...
   - Ты уж, как чуть что, поглядывай вон на того старика, что замками торгует, он у нас сметливый.
   Какой-то человек в поддевке, торговавший стаканами и вазочками, недовольно покосился и сказал:
   - С замками-то всякий дурак будет сметлив. Их стряхнул в мешок и айда. А ты посуду пойди так-то стряхни. Вот наказал бог товаром.
   - А вон еще умная голова идет.
   Все оглянулись. К ним подходила женщина с креслом на голове, которое торчало ногами вверх. Женщина поставила кресло и остановилась, тяжело дыша.
   - Еще-то у тебя потяжельше ничего не нашлось? - спросила молодая торговка.
   - Последнее, матушка.
  - Они все думают, как до свободы.
   Вдруг все прислушались.
   - Стой, свистят...
   В самом деле послышался какой-то свист.
   Старичок с замками не обратил никакого внимания на свист и даже стал раскуривать трубочку. Все мало-помалу успокоились.
   - Пропасти на вас нет, запугали наотделку, все селедки со страху в грязь вывалила,- сказала селедочница.
   - Вот как этого свисту боишься, ну, хуже нет...
   - Вчерась без свисту хорошо обделали...
   - У тебя-то что,- схватила свою рогожку и до свидания, а вот эти-то - с лампой да с креслом - что будут делать? Спаси, царица небесная.
   Из переулка выехал человек с кадкой капусты на ручной тележке и поехал на средину рынка.
   - Сторонись, бабы. Облава вчерась была?
   - Была.
   - Ну, значит, нынче не будет.
   - Вишь, прямо чуть не на телеге прискакал. Тише ты, домовой, прет прямо на человека.
   - Вот такие-то окаянные, случись что,- и пойдут с своими кадушками через головы скакать. И как не запретят только.
   Вдруг старичок с замками насторожился, ни слова не говоря, сунул в карман трубочку, стряхнул в мешок замки и юркнул в толпу.
   А вдали уж был слышен продолжительный негромкий свист, каким охотник дает знать товарищу о замеченном звере.
   Пожилая торговка беспокойно оглянулась и вскрикнула:
   - Ах, нечистые, с того конца зашли...
   - Вот ведь, окаянные, каждый день наладили.
   Все мгновенно зашевелились и бросились во все стороны, как раскинувшийся лагерь бросается, ища спасения в бегстве при неожиданном нападении врага. Только виднелись вскидываемые на плечи мешки, кадки, ящики.
   - Что на дороге-то мешаешься, чертова голова, раньше бы собирала, не научили тебя еще.
   - А ты куда по селедкам шлепаешься? Угорел совсем, мои матушки.
   А дальше слышался испуганный визг и хруст посуды: это мужик в фартуке с кадкой капусты катил по рядам.
   - Господи, батюшка, вот отнялись ноги со страху, и бежать не знаю куда,- говорила, сидя на снегу и плача, какая-то баба.
   - Лупи в ту сторону. Отседа зашли. Но навстречу бросившейся толпе раздались свистки милицейских.
   - Отрезали, дьяволы! - сказал солдат с мешком картошки на спине, остановившись и плюнув.- Вон куда,- за водокачку надо было обходить. Как бы сразу зашли, так бы и прорвались к переулку.
   - Теперь живьем возьмут... да куда ты тут со своей лампой-то! Абажур еще прихватила. Наказание с этим народом.
   - Порядков не знают, вот тащут что попало.
   - А там вон один оленьи рога приволок. Как подденет, подденет под бок, ну прямо душа с телом расстается.
   - Эй вы, чего там заснули? - крикнул солдат в суконной шапке с шишаком.- Обходи справа да загоняй всех в угол.
   Из-за водокачки выскочили солдаты и рассыпным строем стали сгонять всех в одну сторону.
   - Глянь, они и за водокачкой сидели.
   - Заходят, кругом заходят. Ах, нечистые! - говорили бабы.
   - Обошли... теперь крышка всем,- сказал солдат с картошкой,- они подготовку изделали.
   - Сейчас хоть не стреляют,- а спервоначалу, бывало, как залпом в воздух хватят, хватят, так присядешь, и ноги, как чужие.
   - Они и сейчас, брат, как не свои.
   Старик с селедочницей, молодой торговкой и приставшим к ним солдатом раньше всех успели юркнуть в какую-то подворотню и, пригнувшись, пробрались к пустырю вдоль разломанного забора.
   - С креслом-то женщина осталась, бедняжка.
   - Вперед наука. Еще бы комод на себе приперла.
   - В угол погнали. Вот дуют-то! - говорил солдат.- Ах, ловко. Это еще что... вот мы, когда Ерзерум брали, как налетели таким же манером на базар,- куда тебе твои столики. Что тут было! Ну, что ж они не стреляют? Тут первое дело в воздух палить надо без остановки, покамест очумеют. Тогда голыми руками прямо бери.
   - Что это кверху ногами-то бегает?..- сказала молодая торговка.- Вон, вон, вишь... остановилось. Опять, опять побежало.
   Все посмотрели по указанному направлению. Народ, потеряв голову, бросался целым стадом то в одну, то в другую сторону, а среди этой свалки металось по базару какое-то кресло вверх ногами.
   - Ох, это она, знать. Спаси, царица небесная.
   - Надорвется,- сказал старичок.
   - Разве можно в такое время с этакими вещами.
   - Эх, стреляли мало,- сказал солдат, когда сбитую в кучу толпу на рынке стали строить в очередь,- тут бы без остановки лупить надо.
   Когда все пошли, он еще несколько времени смотрел на рынок с опрокинутыми столиками и рассыпанными селедками, потом, плюнув, сказал:
   - Все-таки мастера, дьявол их побери. Мы, когда Ерзерум брали, у нас хоть конница была, а эти пешии как обработали.
   - Тут и без конницы хорошо выходит,- заметил старичок.- Вы Ерзерум-то этот один раз брали, а они тут по семи раз в неделю орудуют, пора руку набить.

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 293 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа