Главная » Книги

Романов Пантелеймон Сергеевич - Неподходящий человек

Романов Пантелеймон Сергеевич - Неподходящий человек


   Пантелеймон Романов

НЕПОДХОДЯЩИЙ ЧЕЛОВЕК

  
   Источник: Пантелеймон Романов; Избранные произведения.
   Изд-во "Художественная литература", Москва, 1988.
   OCR и вычитка: Александр Белоусенко (http://belolibrary.imwerden.de), 20 августа 2002.
  
  
   Около волостного совета никогда еще не было столько народа, сколько собралось в этот раз.
   Мужики сидели на траве около крыльца, собирались кучками и возбужденно говорили.
   - Что, еще не приходил?
   - Не видать.
   Из переулка показались два человека, которые шли по направлению к совету.
   - Вот он!
   Все, сразу замолчав, повернули головы к подходившим.
   - Нет, это не он,- сказал кто-то,- это наши московские ребята, вчерась приехали.
   - Он скоро и не покажется.
   - С мыслями собирается...- сказал насмешливый голос.
   - Он бы раньше с мыслями собирался, думал бы, как с народом жить.
   Московские подошли, сняв картузы, поздоровались и некоторое время оглядывали собравшихся.
   - Чтой-то у вас такой гомон идет? - спросил один из них, хромой на правую ногу, надевая опять картуз.
   - Так... Перевыборы.
   - Председателя сейчас ссаживать будем! - возбужденно сказал юркий мужичок в накинутом на плечи кафтанишке.
   - Ай не задался?
   - Да. Неподходящий.
   - Коммунист, что ли?
   Тот, к кому случайно обратился хромой, лохматый мужик, сидевший на бревне, не сразу и неохотно сказал:
   - Бывает, что иной раз и из коммунистов человек попадается.
   - А в чем же дело?
   - Да не подходит, вот в том и дело,- сказал юркий мужичок. И, присев перед лохматым на корточки, приложился прикурить от его трубочки.
   - Мы вот прежнего проморгали, а теперь целый год этот тер нам холку.
   - А, стало быть, хороший был прежний-то?
   Юркий мужичок хотел было ответить, но очень сильно затянулся дымом и сквозь слезы только махнул рукой.
   - Жулик!.. Такой жулик, какого свет не производил. Но брал тем, что человек был простой, обходительный. Он и выпьет с тобой и детей пойдет у тебя крестить.
   - В казенный лес дрова с нами воровать ездил,- сказал лохматый с своего бревна.
   - Да... Вот только одна беда,- что жулик да сюда заливал.
   - Зато слово держал,- сказал кто-то.- Если он тебе что сказал, пообещал, будь покоен.
   - Насчет этого правда. Ежели ты ему бутылку поставил и он пообещал тебе, ну, налог там скинуть или что, так уж будь покоен. На кого другого накинет, а тебя не тронет.
   - А главное дело, народ не мучил,- сказал лохматый.
   - Но жулик это уж верно. Такая бестия, что дальше некуда. Что ни начнет делать, все у него перерасход. В Москву поедет, так он таких себе командировочных наставит, словно один на двадцати лошадях ездил.
   Из совета вышел человек в сапогах и суконной блузе.
   - Граждане, на собрание,- крикнул он.
   Никто не отозвался. Только юркий мужичок переглянулся с хромым и сказал:
   - Из этой компании... Секретарь. Скоро бабью юбку наденет.
   И прибавил громко:
   - Что ж иттить-то, дай начальство подойдет.
   - Кого ж на их место выбирать будете? - спросил хромой.
   Юркий мужичок вздохнул, почесал в голове, потом ответил:
   - Прежнего придется, Ерохина. К нему вчерась уж на поклон ходили.
   - Теперь, пожалуй, куражиться начнет.
   - Вскочит в копеечку,- сказал кто-то.
   - Ну, и вскочит, что ж сделаешь-то.
   - Как же это вы налетели на нового-то? - спросил хромой.
   - Как налетают-то... Сменить решили. Сил никаких не стало, все обворовал. А нового-то не наметили. А тут подобралась партия их человек пять. Мы думали, выборы сразу будут, и хлебца пожевать не захватили. А они сперва давай доклад читать. Томили, томили,- у нас уж прямо глаза на лоб полезли.
   - Одобряете?
   - Шут с вами, одобряем, говорим, только кончайте свою музыку, а то все животы подвело.
   - Ну, поднимайте руки, сейчас конец.
   Подняли.
   - Теперь, говорят, можете расходиться. Благодарим за доверие.
   - Не на чем, говорим. А позвольте узнать, за какое доверие?
   - А председателя, говорят, выбрали.
   - Какого председателя?
   - А вы за что руки тянули?
   - Мать честная, мы так и сели. Что ж, значит, руку поднял, тут тебе и крышка?
   - Не крышка, говорят, а председатель. Глянули мы на него, а он коммунист.
   - Идет!! - крикнул кто-то.
   Все оглянулись.
   Через выгон к совету шел бритый, худощавый человек в белой рубашке, запрятанной в брюки, с галстучком и широким поясом, в карманчике которого у него были часы на бронзовой цепочке.
   - По новой моде...- сказал кто-то недоброжелательно.- Ведь он, может, и ничего человек, а вот надо вывернуть наизнанку: люди рубаху из порток, а я в портки запрячу.
   - Здорово!..- сказал пришедший, поднимаясь на крыльцо.
   Все расступились. Никто ничего не ответил, только ближние нехотя сняли шапки.
   У стола в совете сидели двое: один в блузе, выходивший на крыльцо, другой в вылинявшей от солнца стиранной косоворотке.
   Председатель подошел к ним и, что-то говоря, стал доставать бумаги из брезентового портфеля. Потом поднялся человек в блузе и сказал:
   - Прежде чем производить перевыборы, товарищи, заслушаем доклад председателя.
   - Это опять головы мутить? - крикнул кто-то сзади.
   - Опять, дьяволы, оседлают! - сказал еще голос.- Куда ж это Ерохин делся?
   - Они вот сейчас примутся читать, а уж когда у тебя глаза на лоб полезут - они тут и подвезут не хуже прошлого разу. Дочитались до того, что глаза у всех, как у вареных судаков, стали.
   - Уморят.
   - Установить очередь,- торопливо оглянувшись и подернув на плечо съехавший кафтанишко, крикнул юркий мужичок, который сел рядом с хромым,- чтобы половина тут сидела, а половина на улице. А то опять до дурману доведут.
   - Правильно.
   Председатель взошел на возвышение и, разобрав исписанные листы, прочел, обведя глазами собрание:
   - Организационный период...
   - Листов-то сколько, ведь это с половины глаза заводить начнешь,- сказал, покачав головой, юркий мужичок. И когда началось чтение, он нагнулся к хромому и зашептал:
   - Вот как печатным словом донимает,- просто сил никаких нет. Мы как, бывало, жили: рожь, овес уберешь, картошку выкопаешь и вались на всю зиму на печку. Никакого тебе дела, никакой заботы. Только скотине корму дать. А там праздник пришел, свинью зарезали, в церковь сходили. И знать больше ничего не знали.
   - А теперь дня не пройдет, чтобы тебя не дергали,- сказал лохматый,- то в волость выборным идешь, часов до пяти слушаешь, то в город делегатом каким-то едешь. А двоих намедни и вовсе в Москву услали. Этих одних комиссий сколько... намедни в город собираюсь, а меня не пускают: нынче, говорят, заседание мопров, явка обязательна.
   - А это что такое?
   - Мопры-то? Да это какие-то два стрекулиста из Москвы приезжали.
   - Строительная часть...- прочел председатель.
   - Ах, сукин сын, народ как мучает! Мать честная, уж наши носами клевать начали,- испуганно сказал юркий мужичок и толкнул впереди сидевшего черного мужика, которого начало уже покачивать вперед, точно его перевешивала голова.- Сидор, выходи на улицу, очумеешь. Выходи, говорю,- очахнешь, тогда придешь.
   И когда тот пошел к двери, юркий мужичок продолжал:
   - Вишь, измывается. Хоть последний час, да мой. И отчего это, скажи на милость, когда разговор идет, то хоть сколько хочешь можешь слушать, а вот как чуть что писаное, или того хуже печатное, так никаких сил нет.
   - Укачивает? - спросил хромой.
   - Страсть! Теперь попривыкли малость, а спервоначалу, бывало, начнет, пяти минут не пройдет,- мы все, как куры, так и валимся. А он всю зиму нас вот так морил: то доклад, то ревизия, то и вовсе черт ее что...
   - За Ерохиным жили - ничего не знали, все за тебя обдумано и сделано,- сказал лохматый.- Бывало, когда налог платить, так он раз десять перед сроком пробежит по деревне: "Эй, кричит, граждане чертовы, не зевай, срок подходит". А этот вывесит бумажку, раз объявит, и кончено дело. Сам об себе и должен помнить. А там хватишься - домовой тебя в живот! - все сроки прошли, пеня с тебя пошла.
   - Да уж насчет этого Ерохин был молодец. Целый год живи - ни о чем не думай. Ни собраний этих, ни комиссий за весь год не было, а у него все протоколы написаны, что слушали, что постановили. А там и не было никого, все сам писал.
   - Народ, стало быть, не беспокоил?
   - На этот счет молодец. И самая образцовая волость была. Придешь в совет, а у него на стенах листы, и в них разными красками стоблики да круги. Только вот одна беда: на водку слаб, да руки длинны. А этот все читает, читает... Ведь пошлет же господь такое наказание!
   - Тем лучше: сам себе яму роет,- сказал лохматый.
   Вдруг в дверях послышался какой-то шум и показался человек в распахнутой поддевке. Он нетвердой рукой перекрестился на угол, где прежде висели иконы, и сказал громко:
   - Все заседаете, мать вашу так?
   - Гражданин! Вы куда пришли? - крикнул председатель.
   - Ой, ты тут еще, я и не видал,- сказал пришедший и, махнув рукой, ткнулся на свободное место.
   - Ах, сукин сын, уж нализался,- сказал юркий мужичок.- Что ж он не мог до конца выборов-то потерпеть. Прежний председатель,- прибавил он, обращаясь к хромому,- каждый день пьян. Неужто он за прошлый год столько нахапал, что по сию пору хватает?
   - Пункт двенадцатый: общий итог отчетного года...- прочел докладчик.- Граждане, не выходить! Сейчас конец - и перевыборы начнутся.
   - Сейчас, сейчас, только воздуха глотнуть.
   Вся левая сторона сидевших в совете вытеснилась на двор, а на их место сейчас же пришла новая партия со двора. Минут через пять вернулись и эти.
   - Сыпь теперь!
   Человек в блузе, сидевший за столом президиума, встал и сказал:
   - Прошу назвать кандидатов в председатели. А если вы одобряете старого, то можете переизбрать его.
   - Антона Ерохина! - крикнули голоса.
   - Значит, вы выражаете недоверие прежнему председателю?
   - Ничего мы не выражаем, а не надо нам его.
   - Нельзя ли объяснить почему?
   - Потому что - неподходящий, вот и все,- проворно крикнул юркий мужичок и, обернувшись назад, шепнул: "Поддерживай!"
   - Антона Ерохина! - заревели голоса.
   Человек в блузе пожал плечами и, обратившись к Ерохину, сказал:
   - Может быть, выразите собранию благодарность, товарищ, за оказанное вам доверие?
   Вновь избранный протеснился падающей походкой вперед и взобрался на возвышение, с которого сошел читавший доклад председатель.
   - Выражаю...- начал было вновь избранный, но потом усмехнулся и, махнув рукой, крикнул тоном выше: - Что, вспомнили, сукины дети, Антона Ерохина?
   - Вспомнили! - ответили голоса и громче всех юркий мужичок.
   - Ну, смотрите теперь... Выражаю!
   - Поневоле вспомнишь,- сказал опять юркий мужичок и прибавил: - Ах, головушка горькая, оберет теперь все, сукин сын.

Другие авторы
  • Вассерман Якоб
  • Майков Леонид Николаевич
  • Сенковский Осип Иванович
  • Чеботаревская Анастасия Николаевна
  • Первухин Михаил Константинович
  • Бестужев Николай Александрович
  • Хавкина Любовь Борисовна
  • Жуковский Василий Андреевич
  • Елисеев Александр Васильевич
  • Алексеев Николай Николаевич
  • Другие произведения
  • Алипанов Егор Ипатьевич - Алипанов Е. И.: биографическая справка
  • Шулятиков Владимир Михайлович - В. И. Дмитриева
  • Раевский Владимир Федосеевич - Раевский В. Ф.: Биографическая справка
  • Семевский Михаил Иванович - Материалы к русской истории 18 века
  • Верлен Поль - Стихотворения
  • Вересаев Викентий Викентьевич - Человек проклят
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - В пути
  • Мартынов Авксентий Матвеевич - Мартынов А. М.: биографическая справка
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - Виктор Викторович Гофман
  • Киреевский Иван Васильевич - Письмо к В. Ф. Одоевскому
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 296 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа