Главная » Книги

О.Генри - Золото, которое блеснуло

О.Генри - Золото, которое блеснуло


   О. Генри

Золото, которое блеснуло

(The Gold That Glittered), 1904

Перевод Владимира Азова (1923)

  
   Рассказ с моралью подобен москиту с его жалом. Он вам сначала надоедает, а после себя оставляет яд, который надолго отравляет нашу совесть. Поэтому лучше всего начать с нравоучения, чтобы сразу же с ним и покончить. Не все то золото, что блестит, - но иногда бывает благоразумнее подальше убрать пузырек с кислотой и воздержаться от испытания подлинности металла.
   Вблизи того места, где Бродвей подходит к площади, над которой царит Правдивый Джордж, [Памятник Джорджу Вашингтону.] находится Литл-Риальто. Здесь можно встретить всех актеров района; это их штаб-квартира. "Никаких мягких, - говорю я Фроману, - два с половиной доллара за выход; ни центом меньше не возьму" - и ухожу.
   К западу и к югу от царства Мельпомены лежат одна или две улицы, где тесно жмутся другу к другу представители испано-американской колонии в надежде создать себе хоть некоторую иллюзию тропической жары на беспощадном севере. Центром, вокруг которого сосредоточивается вся жизнь этой местности, является "Эль-Рефугио", кафе-ресторан, обслуживающий легкомысленных эмигрантов с юга. Из Чили, Боливии, Колумбии, из вечно шумящих республик Центральной Америки, с кипящих страстями Вест-Индских островов залетают сюда одетые в плащ и сомбреро сеньоры, выбрасываемые, подобно горячей лаве, из своих государств политическими извержениями. Сюда они являются, чтобы составлять заговоры, ожидать благоприятной минуты, добывать средства, вербовать флибустьеров, вывозить контрабандой оружие и военные припасы - одним словом, заниматься различными авантюрами. Здесь, в "Эль-Рефугио", господствует атмосфера, необходимая для их процветания.
   В ресторане "Эль-Рефугио" подаются кушанья, наиболее ценимые жителями стран, лежащих между Козерогом и Раком. Из человеколюбия мы должны здесь на время прервать наш рассказ. О ты, едок, которому надоели кулинарные ухищрения галлов! Отправляйся в "Эль-Рефугио"! Только там найдешь ты рыбу из Мексиканского залива, поджаренную по-испански. Томаты придают ей цвет, индивидуальность и дух; чилийская капуста сообщает ей вкус, оригинальность и прелесть; неведомые травы добавляют пикантность, экзотичность и... впрочем, заключительное совершенство ее заслуживает отдельного предложения. Вокруг нее, над ней, под ней, поблизости, - но отнюдь не в ней самой, - витает эфирная аура, эманация столь тонкая и нежная, что только Общество Психических Изысканий могло бы открыть ее происхождение. Не позволяйте себе утверждать, что в "Эль-Рефугио" кладут в рыбу чеснок. Можно только сказать, что дух чеснока, пролетая, мимоходом коснулся устами обложенного петрушкой блюда; но поцелуй этот неизгладим, как воспоминание о тех поцелуях, которые "в мечтаниях ты срываешь с уст, уж отданных другому". А потом, когда Кончито, слуга, подает вам порцию румяных frijoles и графин вина, которое прямым сообщением приехало без остановок в "Эль-Рефугио" из Опорто - ah, Dios!..
   Однажды с пассажирского парохода Гамбургско-Американской линии сошел на пристань N 55 генерал Перрико Хименес Виллабланка Фалькон, прибывший из Картахены. Мастью генерал был не то рыжий, не то гнедой, объем его талии равнялся сорока двум дюймам, а рост его, вместе с каблуками времен Людовика XV, не превышал пяти футов четырех дюймов. По усам его можно было принять за содержателя тира; одет он был как член конгресса из Техаса и держался с важным видом делегата, получившего неограниченные полномочия.
   Генерал Фалькон был достаточно знаком с английским языком, чтобы спросить, как пройти на улицу, где помещается "Эль-Рефугио". Дойдя до тех краев, он увидел приличного вида красный кирпичный дом, на котором была вывеска "Hotel Espanol". В окне была выставлена карточка, на которой было написано по-испански: "Aqui se habla Espanol". [Здесь говорят по-испански.] Генерал вошел, уверенный в том, что он найдет здесь тихую пристань у соотечественников.
   В уютно обставленной конторе сидела владелица, миссис О'Брайен. Это была блондинка - несомненная, безупречная блондинка. Что касается прочего, то она была воплощенная любезность и отличалась довольно внушительными размерами. Генерал Фалькон почтительно ее приветствовал, отвесив ей низкий поклон, причем его широкополая шляпа даже слегка коснулась земли, и разразился по-испански речью, извергая слова, как пулемет.
   - Испанец или даго? [Dago - кличка итальянцев, португальцев, южноамериканцев латинской расы и т. д.] - любезно спросила миссис О'Брайен.
   - Я из Колумбии, сеньора, - гордо ответил генерал. - Я говорю испанский. На вашем окно написано: здесь говорят по-испански. Как же это?
   - Да ведь вы же сейчас и говорили по-испански, - возразила дама. - А я-то вот и не умею.
   Генерал Фалькон снял в гостинице номер и устроился в нем. Когда начало смеркаться, он вышел на улицу, чтобы полюбоваться диковинами оглушительно шумной северной столицы. По дороге он вспомнил необыкновенно золотистые волосы миссис О'Брайен. "Вот где, - сказал себе генерал (без сомнения, на родном языке), - можно найти самых красивых сеньор в мире. Родная Колумбия не имеет подобных красавиц среди своих дочерей. Но что я! Не мне, не генералу Фалькону, думать о красоте! Все мои помыслы должны принадлежать моей родине!"
   На углу Бродвея и Литл-Риальто генерал растерялся. Трамваи ошеломляли его, а под конец предохранительная решетка одного из них бросила его на ручную тележку, наполненную апельсинами. Извозчик чуть не наехал на него, даже слегка задел беднягу и излил на его голову поток отборной ругани. Генерал кое-как добрался до тротуара, но сейчас же привскочил в ужасе, услыхав над ухом резкий свисток и почувствовав, что его обдало горячим паром: на этот раз его испугала переносная жаровня для орехов... "Yalgame Dios! [Клянусь Богом! (исп.).] Что за дьявольский город!"
   Как подстреленная птица, генерал отпрыгнул в сторону от бесконечного потока прохожих, и тут его одновременно увидели и наметили, как подходящую дичь, два охотника. Один был "Забияка" Мак-Гайр, охотничья система которого была основана на употреблении кулаков и злоупотреблении металлической трубкой дюймов в восемь длины. Второй Нимврод мостовой был некто Келли, по прозвищу "Паук", спортсмен, признававший лишь более утонченные методы.
   Оба сразу бросились на столь явную добычу, как генерал; но при этом мистер Келли на секунду опередил своего соперника. Он только-только успел отстранить локтем наскочившего мистера Мак-Гайра.
   - Пшел вон! - резко объявил он. - Я первый увидал его.
   И Мак-Гайр скрылся, склонив оружие перед высшим интеллектом.
   - Виноват, - обратился к генералу мистер Келли. - Но вы, кажется, пострадали в давке? Разрешите прийти вам на помощь.
   Он поднял шляпу генерала и смахнул с нее пыль.
   Образ действий мистера Келли не мог не иметь успеха. Генерал, растерянный и смущенный невиданным уличным движением, приветствовал своего спасителя, как истого кабаллеро с бескорыстной душой.
   - У меня есть желание, - сказал генерал, - вернуться в гостиницу О'Брайен, где я остановил себя. Карамба, сеньор, какая у вас шумность и быстротность движения в вашем Новом Йорке!
   Но вежливость не позволяла мистеру Келли покинуть знатного колумбийца одного среди опасностей, ожидавших его на обратном пути. У входа в "Hotel Espanol" оба остановились. Немного дальше, по другую сторону улицы, сияла скромно освещенная вывеска "Эль-Рефугио". Мистеру Келли, знавшему город как свои пять пальцев, было известно по виду и это заведение, как сборный пункт всех даго. Мистер Келли делил иностранцев на две категории: на даго и на французов. Он предложил генералу отправиться в кафе и подвести под их случайное знакомство жидкий фундамент.
   Час спустя генерал Фалькон и мистер Келли все еще сидели за столиком в "Эль-Рефугио", в углу заговорщиков. Перед ними стояли бутылки и стаканы. В десятый раз генерал поверял тайну своей миссии в Соединенные Штаты. По его словам, ему было поручено приобрести оружие - две тысячи винчестеров - для революционеров в Колумбии. В кармане его лежали чеки на сумму в двадцать пять тысяч долларов, выданные Картахенским банком на Нью-Йоркский банк. За соседними столами другие революционеры громким криком передавали политические тайны своим сообщникам; но никто не орал так, как генерал. Он стучал кулаком по столу; он требовал еще вина; он вопил, что данное ему поручение - совершенно секретное и что о нем нельзя даже намекнуть ни одному живому человеку. В душе мистера Келли проснулся ответный, полный сочувствия восторг. Он схватил через стол руку генерала и крепко пожал ее.
   - Мусью, - проникновенно сказал он, - я не знаю, где лежит эта ваша страна, но я всей душой за нее. Впрочем, она, вероятно, входит в состав Соединенных Штатов, потому что все стихоплеты и школьные учительницы называют нас Колумбией. Ну и подвезло же вам, что вы сегодня на меня натолкнулись. Я единственный человек во всем Нью-Йорке, через которого вы можете провести ваше дело с оружием. Военный министр Соединенных Штатов - мой лучший друг Он сейчас здесь, и я повидаюсь с ним завтра и поговорю насчет вас. А пока что, мусью, запрячьте чеки подальше во внутренний карман. Я завтра зайду за вами и поведу вас к нему. Да, послушайте, вот что: ведь у вас речь идет не об округе Колумбия, не правда ли? - заключил мистер Келли, внезапно почувствовав угрызения совести. - Вам все равно не удастся захватить его с двумя тысячами винтовок. Уже пробовали с большим числом, да и то не вышло.
   - Нет, нет, нет! - воскликнул генерал. - Это республика Колумбия, ве-ли-ка-я республика на самой верхушке у Южной Америки. Так, так!
   - Ладно, - сказал успокоенный мистер Колли. - Ну а теперь давайте-ка понемногу домой собираться. Я сегодня напишу министру, чтоб он мне назначил день для переговоров. Вывезти оружие из Нью-Йорка - дело хитрое.
   Они расстались у входа в "Hotel Espanol". Генерал, закатив глаза, взглянул на луну и вздохнул.
   - Великий это город, этот ваш Новый Йорк, - сказал он. - Правда, что трамваи могут погубить человека, а машина, которая жарит орехи, ужасно кричит в ухо. Но зато, сеньор Келли, здешние сеньоры! Сеньоры с волосами из золота, восхитительно полные, они - magnificas! Muy magnificas! [Великолепны! Прямо великолепны! (исп.).]
   Келли отправился в ближайшую телефонную будку и позвонил в кафе Мак-Крэри на Верхнем Бродвее. Он велел вызвать Джимми Денна.
   - Кто у телефона? Джимми Денн? - спросил Келли.
   - Да, - был ответ.
   - Вот ты и соврал! - радостно объявил Келли. - Ты - военный министр. Жди меня - я сейчас приеду. Я, брат, закинул удочку и поймал такую рыбку, которая тебе и во сне не снилась. Она из породы колорадо-мадура, с золотым пояском вокруг, и так начинена купонами, что ты можешь хоть сейчас идти покупать себе все, что хочешь, хоть стоячую красную лампу и статуэтку Психеи у ручья. Я сейчас сажусь в вагон.
   Джимми Денн был великим мастером жульнической ложи. Он был настоящим артистом и делал только самую тонкую работу. Он в жизни своей не брал в руки дубины и вообще презирал физические меры воздействия. Можно поручиться, что он всегда угощал бы намеченных им жертв лишь чистыми, нефальсифицированными напитками, если бы их можно было вообще достать в Нью-Йорке. "Паук" Келли лелеял честолюбивую мечту - когда-нибудь подняться до уровня Джимми.
   Между приятелями произошло в тот же вечер совещание у Мак-Крэри. Келли объяснил дело.
   - Это детская игра. Он приехал с острова Колумбии, где происходит какая-то потасовка, или гражданская война, или что-то в этом роде, и его прислали сюда, чтобы закупить две тысячи винчестеров, чтобы решить это дело. Он показал мне два чека, на десять тысяч долларов каждый, и один на пять тысяч. Понимаешь, Джимми, меня даже разозлило, что он не превратил их в тысячные билеты и не подал мне их на серебряном подносе. Теперь надо подождать, пока он сходит в банк и достанет для нас эти деньги.
   Совещание длилось часа два, после чего Денн объявил:
   - Приведи его туда, на Бродвей, завтра в четыре.
   Келли пунктуально заехал в "Hotel Espanol" за генералом. Он застал мудрого воина за приятной беседой с миссис О'Брайен.
   - Военный министр ждет нас, - сказал Келли.
   Генерал с грустью оторвался от своего занятия.
   - Да, сеньор, - со вздохом сказал он. - Долг призывает меня. Но, сеньор, в ваших Соединенных Штатах сеньоры - какие красавицы! Для примирения возьмите la madame О'Брайен. Она есть богиня Юнона, с глазами как у бычка, как говорится.
   На свою беду, мистер Келли считал себя в высшей степени остроумным человеком; не его первого погубила эта черта, и не он первый сгорел от фейерверка своего остроумия.
   - Без сомнения, - с усмешкой сказал он, - но заметили ли вы, что эта Юнона прибегает к перекиси водорода?
   Миссис О'Брайен услыхала эти слова, подняла свою золотую головку и посмотрела на удалявшуюся фигуру Келли с обычным деловым видом. Никогда не следует говорить бесцельных грубостей дамам - это допустимо только в трамвае.
   Когда лихой колумбиец и его провожатый приехали в назначенное место на Бродвее, их продержали полчаса в передней и затем ввели в канцелярию, где за письменным столом сидел и что-то писал изящный господин с гладко выбритым лицом. Генерал Фалькон был представлен военному министру Соединенных Штатов, и его дело было изложено его старинным другом, мистером Келли.
   - А, Колумбия! - многозначительно проговорил министр, когда его посвятили во все подробности. - Я боюсь, что, в таком случае, представятся некоторые затруднения. Президент и я - мы расходимся в своих симпатиях. Его сочувствие на стороне существующего строя, а мое... - Министр таинственно, но ласково улыбнулся генералу. - Вам, генерал, без сомнения, известно, что со времени политической борьбы между тамманистами и республиканцами конгресс издал постановление, согласно которому всякие оружейные изделия и военные припасы, вывозимые из страны, должны быть взяты на учет военным министерством. Тем не менее я с удовольствием сделаю для вас все, что могу, ради моего старинного приятеля мистера Келли. Но все должно храниться в строжайшей тайне, так как президент, как я уже говорил, не сочувствует стремлениям революционной партии в Колумбии. Я сейчас прикажу ординарцу принести мне список оружия, имеющегося в данное время на складе.
   Министр позвонил, и в комнате тотчас же появился ординарец в фуражке с буквами.
   - Принесите мне опись "Б" легкого оружия, - сказал министр.
   Ординарец быстро вернулся с печатным списком. Министр погрузился в его рассмотрение.
   - Оказывается, - сказал он, - в государственном складе номер девять есть партия в две тысячи винчестерских винтовок, заказанная мароккским султаном, который, однако, не выслал денег своим приемщикам. А по нашим правилам, сумма уплачивается полностью при сдаче заказа. Келли, ваш приятель, генерал Фалькон, может, если хочет, приобрести эту партию винтовок по фабричной цене. А затем, прошу меня извинить, но я вынужден проститься с вами. Я ожидаю сейчас японского посла и Чарлза Мерфи; [Лидер демократической партии.] они могут появиться в любую минуту.
   Этот разговор имел различного рода последствия. Во-первых, генерал Фалькон почувствовал глубокую признательность к своему уважаемому другу, мистеру Келли. Во-вторых, военный министр был чрезвычайно занят в течение двух ближайших дней: он усиленно закупал пустые ящики из-под винтовок, наполнял их кирпичом и затем устанавливал на складе, нанятом для этой цели. В-третьих, когда генерал вернулся в "Hotel Espanol", миссис О'Брайен подошла к нему, смахнула пушинку с отворота его пальто и сказала:
   - Слушайте, сеньор, я не хочу совать свой нос в чужие дела, но скажите мне все-таки, что нужно от вас этому похожему на обезьяну, желтоглазому, длинношеему, визгливому хулигану?
   - Sangre de mi vida! ["Кровь моего сердца!" (исп.)] - воскликнул генерал. - Невозможно есть, что вы говорите это про моего доброго друга, сеньора Келли?
   - Пойдемте-ка в сад, - сказала миссис О'Брайен. - Мне нужно кое о чем поговорить с вами.
   Теперь вообразим, что прошел целый час.
   - И вы говорите, - сказал генерал, - что за восемнадцать тысяч долларов можно купить всю обстановку дома и снять его на один год вместе с этим садом, так прекрасным и так похожим на patio [Внутренний двор-сад в испанских постройках.] моей дорогой Колумбии?
   - И это будет даром, - вздохнула дама.
   - Ah, Dios! - воскликнул генерал. - Что для меня война и политика? Это место есть рай. Моя страна - она имеет других храбрых героев, чтобы продолжали сражаться. Что для меня слава и убивание людей? Не нужно ничего. Это здесь я нашел ангела. Купим "Hotel Espanol", и вы будете моей, и деньги не будут выброшены на оружие!
   Миссис О'Брайен положила свою золотистую головку, причесанную a la Pompadour, на плечо колумбийского патриота.
   - О, синьор, - сказала она со вздохом счастья, - вы ужасны!
   Через два дня наступил срок передачи винтовок генералу. Ящики, якобы наполненные оружием, были сложены на складе, нанятом для этой цели, и военный министр сидел на них в ожидании своего друга Келли, отправившегося за жертвой.
   В назначенный час мистер Келли торопливо приближался к "Hotel Espanol". Он застал генерала за конторкой, погруженного в какие-то вычисления.
   - Я решил, - объявил генерал, - покупать не оружие. Я сегодня уже купил внутренности этой гостиницы, и скоро будет свадебная женитьба генерала Перрико Хименес Виллабланка Фалькона на la madame О'Брайен.
   У мистера Келли от негодования захватило дух.
   - Ах ты, лысая старая жестянка из-под ваксы! - крикнул он, заикаясь и брызгая слюной. - Мошенник ты и больше ничего! Ты купил гостиницу на деньги, которые принадлежат твоей проклятой стране, черт знает как ее там зовут!
   - Ах, - сказал генерал, подытоживая столбец, - это есть то, что называется политикой. Война и революция неприятны. Да. Зачем всегда следовать за Минервой? Не нужно. Гораздо более лучше держать гостиницу и быть с этой Юноной. Ах! Какие она имеет волосы из золота на своей голове!
   Мистер Келли опять чуть не задохся.
   - Ах, сеньор Келли! - проникновенно сказал генерал в заключение. - Вы никогда, очень видно, не ели рагу из солонины, которое приготовляла мадама О'Брайен.
  
  
   Золото, которое блеснуло (The Gold That Glittered), 1904. На русском языке в книге: О. Генри. Пути, которые мы избираем. Пг., 1923, пер. под ред. В. Азова.
  
   Источник текста: О. Генри. Собрание сочинений в 5 т. Т. 4.: Деловые люди; Коловращение; Всего понемножку: Сборники рассказов. М.: Литература, Престиж книга; РИПОЛ классик, 2006 - 640 с. - с. 217-440.
      OCR: sad369 (15.05.2011)
  
  
  
  

Другие авторы
  • Дан Феликс
  • Вересаев Викентий Викентьевич
  • Арапов Пимен Николаевич
  • Малеин Александр Иустинович
  • Равита Францишек
  • Милль Джон Стюарт
  • Эджуорт Мария
  • Берви-Флеровский Василий Васильевич
  • Блок Александр Александрович
  • Петрищев Афанасий Борисович
  • Другие произведения
  • Теплов Владимир Александрович - По Малой Азии
  • Гарин-Михайловский Николай Георгиевич - История одной школы
  • Львов-Рогачевский Василий Львович - Символизм
  • Шкляревский Александр Андреевич - Что побудило к убийству?
  • Семенов Сергей Терентьевич - Внизу
  • Осиповский Тимофей Федорович - О пространстве и времени
  • Чернышевский Николай Гаврилович - Стихотворения Кольцова
  • Чехов Антон Павлович - А. П. Чехов в воспоминаниях современников
  • Салиас Евгений Андреевич - Салиас Е. А.: биографическая справка
  • Позняков Николай Иванович - Н. И. Позняков: краткая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 426 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа