Главная » Книги

Маяковский Владимир Владимирович - Человек, Страница 2

Маяковский Владимир Владимирович - Человек


1 2 3 4

div align="justify">   340 Там, возносясь над головами, Он.
  
  
  Череп блестит,
  
  
  Хоть надень его на ноги,
  
  
  безволосый,
  
  
  весь рассиялся в лоске.
  
  
  Только
  
  
  у пальца безымянного
  
  
  на последней фаланге
  
  
  три
  
  
  из-под бриллианта -
  
   350 выщетинились волосики.
  
  
  Вижу - подошла.
  
  
  Склонилась руке.
  
  
  Губы волосикам,
  
  
  шепчут над ними они,
  
  
  "Флейточкой" называют один,
  
  
  "Облачком" - другой,
  
  
  третий - сияньем неведомым
  
  
  какого-то,
  
  
  только что
  
   360 мною творимого имени.
  
  
  
  ВОЗНЕСЕНИЕ МАЯКОВСКОГО
  Я сам поэт. Детей учите: "Солнце встает над ковылями". С любовного ложа из-за Его волосиков любимой голова.
  
  
  Глазами взвила ввысь стрелу.
  
  
  Улыбку убери твою!
  
  
  А сердце рвется к выстрелу,
  
  
  а горло бредит бритвою.
  
  
  В бессвязный бред о демоне
  
  
  растет моя тоска.
  
  
  Идет за мной,
  
  
  к воде манит,
  
  
  ведет на крыши скат.
  
   370 Снега кругом.
  
  
  Снегов налет.
  
  
  Завьются и замрут.
  
  
  И падает
  
  
  - опять! -
  
  
  на лед
  
  
  замерзший изумруд.
  
  
  Дрожит душа.
  
  
  Меж льдов она,
  
  
  и ей из льдов не выйти!
  
   380 Вот так и буду,
  
  
  заколдованный,
  
  
  набережной Невы идти.
  
  
  Шагну -
  
  
  и снова в месте том.
  
  
  Рванусь -
  
  
  и снова зря.
  
  
  Воздвигся перед носом дом.
  
  
  Разверзлась за оконным льдом
  
  
  пузатая заря.
  
   390 Туда!
  
  
  Мяукал кот.
  
  
  Коптел, горя,
  
  
  ночник.
  
  
  Звонюсь в звонок.
  
  
  Аптекаря!
  
  
  Аптекаря!
  
  
  Повис на палки ног.
  
  
  Выросли,
  
  
  спутались мысли,
  
   400 оленьи
  
  
  рога.
  
  
  Плачем марая
  
  
  пол,
  
  
  распластался в моленьи
  
  
  о моем потерянном рае.
  
  
  Аптекарь!
  
  
  Аптекарь!
  
  
  Где
  
  
  до конца
  
   410 сердце тоску изноет?
  
  
  У неба ль бескрайнего в нивах,
  
  
  в бреде ль Сахар,
  
  
  у пустынь в помешанном зное
  
  
  есть приют для ревнивых?
  
  
  За стенками склянок столько тайн.
  
  
  Ты знаешь высшие справедливости.
  
  
  Аптекарь,
  
  
  дай
  
  
  душу
  
   420 без боли
  
  
  в просторы вывести.
  
  
  Протягивает.
  
  
  Череп.
  
  
  "Яд".
  
  
  Скрестилась кость на кость.
  
  
  Кому даешь?
  
  
  Бессмертен я,
  
  
  твой небывалый гость.
  
  
  Глаза слепые,
  
   430 голос нем,
  
  
  и разум запер дверь за ним,
  
  
  так что ж
  
  
  - еще! -
  
  
  нашел во мне,
  
  
  чтоб ядом быть растерзанным?
  
  
  Мутная догадка по глупому пробрела.
  
  
  В окнах зеваки.
  
  
  Дыбятся волоса.
  
  
  И вдруг я
  
   440 плавно оплываю прилавок.
  
  
  Потолок отверзается сам.
  
  
  Визги.
  
  
  Шум.
  
  
  "Над домом висит!"
  
  
  Над домом вишу.
  
  
  Церковь в закате.
  
  
  Крест огарком.
  
  
  Мимо!
  
  
  Л_е_са верхи.
  
   450 Вороньём окаркан.
  
  
  Мимо!
  
  
  Студенты!
  
  
  Вздор
  
  
  все, что знаем и учим!
  
  
  Физика, химия и астрономия - чушь.
  
  
  Вот захотел
  
  
  и по тучам
  
  
  лечу ж.
  
  
  Всюду теперь!
  
   460 Можно везде мне.
  
  
  Взбурься, баллад поэтовых тина.
  
  
  Пойте теперь
  
  
  о новом - пойте - Демоне
  
  
  в американском пиджаке
  
  
  и блеске желтых ботинок.
  
  
  
   МАЯКОВСКИЙ В НЕБЕ
  
  
   Стоп!
  
  
   Скидываю на тучу
  
  
   вещей
  
  
   и тела усталого
  
  
  470 кладь.
  
  
   Благоприятны места, в которых доселе
  
  
  
  
  
  
  
  не был.
  
  
   Оглядываюсь.
  
  
   Эта вот
  
  
   зализанная гладь -
  
  
   это и есть хваленое небо?
  
  
   Посмотрим, посмотрим!
  
  
   Искрило,
  
  
   сверкало,
  
  
   блестело,
  
  
  480 И
  
  
   шорох шел -
  
  
   облако
  
  
   или
  
  
   бестелые
  
  
   тихо скользили.
  
  
   "Если красавица в любви клянется..."
  
  
   Здесь,
  
  
   на небесной тверди
  
  
   слышать музыку Верди?
  
  
  490 В облаке скважина.
  
  
   Заглядываю -
  
  
   ангелы поют.
  
  
   Важно живут ангелы.
  
  
   Важно.
  
  
   Один отделился
  
  
   и так любезно
  
  
   дремотную немоту расторг:
  
  
   "Ну, как вам,
  
  
   Владимир Владимирович,
  
  
  500 нравится бездна?"
  
  
   И я отвечаю так же любезно:
  
  
   "Прелестная бездна.
  
  
   Бездна - восторг!"
  
  
   Раздражало вначале:
  
  
   нет тебе
  
  
   ни угла ни одного,
  
  
   ни чаю,
  
  
   ни к чаю газет.
  
  
  510 Постепенно вживался небесам в уклад.
  
  
   Выхожу с другими глазеть,
  
  
   не пришло ли новых.
  
  
   "А, и вы!"
  
  
   Радостно обнял.
  
  
   "Здравствуйте, Владимир Владимирович!"
  
  
   "Здравствуйте, Абрам Васильевич!
  
  
   Ну, как кончались?
  
  
   Ничего?
  
  
   Удобно ль?"
  
  
  520 Хорошие шуточки, а?
  
  
   Понравилось.
  
  
   Стал стоять при въезде.
  
  
   И если
  
  
   знакомые
  
  
   являлись, умирав,
  
  
   сопровождал их,
  
  
   показывая в рампе созвездий
  
  
   величественную бутафорию миров.
  
  
   Центральная станция всех явлений,
  
  
  530 путаница штепселей, рычагов и ручек.
  
  
   Вот сюда
  
  
   - и миры застынут в лени -
  
  
   вот сюда
  
  
   - завертятся шибче и круче.
  
  
   "Крутните, - просят, -
  
  
   да так, чтоб вымер мир.
  
  
   Что им?
  
  
   Кровью поля поливать?"
  
  
   Смеюсь горячности.
  
  
  540 "Шут с ними!
  
  
   Пусть поливают,
  
  
   плевать!"
  
  
   Главный склад всевозможных лучей.
  
  
   Место выгоревшие звезды кидать.
  
  
   Ветхий чертеж
  
  
   - неизвестно чей -
  
  
   первый неудавшийся проект кита.
  
  
   Серьезно.
  
  
   Занято.
  
  
  550 Кто тучи чинит,
  
  
   кто жар надбавляет солнцу в печи.
  
  
   Всё в страшном порядке,
  
  
   в покое,
  
  
   в чине.
  
  
   Никто не толкается.
  
  
   Впрочем, и нечем.
  
  
   Сперва ругались.
  
  
   "Шатается без дела!"
  
  
   Я для сердца,
  
  
  560 а где у бестелых сердца?!
  
  
   Предложил им:
  
  
   "Хотите,
  
  
   по облаку
  
  
   телом
  
  
   развалюсь
  
  
   и буду всех созерцать".
  
  
   "Нет, - говорят, - это нам не подходит!"
  
  
   "Ну, не подходит - как знаете! Мое дело
  
  
  
  
  
  
   предложить".
  
  
   Кузни времен вздыхают меха -
  
  
   и новый
  
  
   год
  
  
  570 готов.
  
  
   Отсюда
  
  
   низвергается, громыхая,
  
  
   страшный оползень годов.
  
  
   Я счет не веду неделям.
  
  
   Мы,
  
  
   хранимые в рамах времен,
  
  
   мы любовь на дни не делим,
  
  
   не меняем любимых имен.
  
  
   Стих,
  
  
  570 Лучам луны на м_е_ли
  
  
   слег,
  
  
   волнение снами сморя.
  
  
   Будто на пляже южном,
  
  
   только еще онемелей,
  
  
   и по мне,
  
  
   насквозь излаская,
  
  
   катятся вечности моря.
  
  
  
  ВОЗВРАЩЕНИЕ МАЯКОВСКОГО
  
  
  1, 2, 4, 8, 16, тысячи, миллионы.
  
  
   Вставай,
  
  
   довольно!
  
  
  590 На солнце очи!
  
  
   Доколе будешь распластан, нем?
  
  
   Бурчу спросонок:
  
  
   "Чего грохочут?
  
  
   Кто смеет сердцем шуметь во мне?"
  
  
   Утро,
  
  
   вечер ли?
  
  
   Ровен белесый свет небес.
  
  
   Сколько их,
  
  
   веков,
  
  
  600 успело уйти,
  
  
   в дребезги дней разбилось о даль...
  
  
   Думаю,
  
  
   глядя на млечные пути, -
  
  
   не моя седая развеялась борода ль?
  
  
   Звезды падают.
  
  
   Стал глаза вести.
  
  
   Ишь
  
  
   туда,
  
  
   на землю, быстрая!
  
  
  610 Проснулись в сердце забытые зависти,
  
  
   а мозг
  
  
   досужий
  
  
   фантазию выстроил.
  
  
   - Теперь
  
  
   на земле,
  
  
   должно быть, ново.
  
  
   Пахучие вёсны развесили в селах.
  
  
   Город каждый, должно быть, иллюминован.
  
  
   Поет семья краснощеких и веселых,
  
  
  620 Тоска возникла.
  
  
   Резче и резче.
  
  
   Царственно туча встает,
  
  
   дальнее вспыхнет облако,
  
  
   все мне мерещится
  
  
   близость
  
  
   какого-то земного облика.
  
  
   Напрягся,
  
  
   ищу
  
  
   меж другими точками
  
  
  630 землю.
  
  
   Вот она!
  
  
   Въелся.
  
  
   Моря различаю,
  
  
   горы в орлином клёкоте...
  
  
   Рядом отец.
  
  
   Такой же.
  
  
   Только на ухо больше туг,
  
  
   да поистерся
  
  
   немного
  
  
  640 на локте
  
  
   форменный лесничего сюртук.
  
  
   Раздражает.
  
  
   Тоже
  
  
   уставился наземь.
  
  
   Какая старому мысль ясна?
  
  
   Тихо говорит:
  
  
   "На Кавказе,
  
  
   вероятно, весна".
  
  
   Бестелое стадо,
  
  
  650 ну и тоску ж оно
  
  
   гонит!
  
  
   Взб_у_бнилась злоба апаша.
  
  
   Папаша,
  
  
   мне скушно!
  
  
   Мне скушно, папаша!
  
  
   Глупых поэтов небом м_а_ните,
  
  
   вырядились
  
  
   звезд ордена!
  
  
   Солнце!
  
  
  660 Чего расплескалось мантией?
  
  
   Думаешь - кардинал?
  
  
   Довольно лучи обсасывать в спячке.
  
  
   За мной!
  
  
   Все равно без ножек -
  
  
   чего вам пачкать?!
  
  
   И галош не понадобится в грязи земной.
  
  
   Звезды!
  
  
   Довольно
  
  
   мученический плести
  
  
  670 венок
  
  
   земле!
  
  
   Озакатили красным.
  
  
   Кто там
  
  
   крылами
  
  
   к земле блестит?
  
  
   Заря?
  
  
   Стой!
  
  
   По дороге как раз нам.
  
  
   То перекинусь радугой,
  
  
  680 то хвост завью кометою.
  
  
   Чего пош

Категория: Книги | Добавил: Armush (28.11.2012)
Просмотров: 244 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа