Главная » Книги

Кондурушкин Степан Семенович - Англичанка

Кондурушкин Степан Семенович - Англичанка


   Степан Семёнович Кондурушкин

Англичанка

   Источник: Кондурушкин С. С. Сирийские рассказы. - СПб.: Товарищество "Знание", 1908. - С. 49.
  
   В Бейруте, в консульстве я случайно встретил своего старого знакомого, инженера Петра Сергеича Сычёва. Кто-то внушил ему мысль проехаться в Сирию и Палестину.
   - Удивительная, интересная страна! - восклицал Сычёв. - Точно я на Марс приехал. Вот рад, что вас встретил! Вы, ведь, стали совсем арабом, обжились здесь... Возьмите меня под своё покровительство. Я еду в Баальбек, хочу осмотреть чудо древнего строительства.
   Пётр Сергеич был человек неглупый, образованный; в женском обществе очень вежливый и деликатный, но в мужском - пошловат и грязноват. Я был рад возможности поговорить о русской жизни и согласился проехать с Сычёвым в Баальбек, хотя бывал там раньше не однократно.
   Наутро мы сидели в вагоне французской железной дороги и поднимались на Ливан. Поезд метался между апельсинными и лимонными садами, среди виноградников и красноватых скал Ливана. Чем выше мы поднимались, тем шире развёртывалось перед нашими глазами синее полотно Средиземного моря.
   - Вы не поверите, какое это наслаждение путешествовать там, где тебя никто не знает и где с тебя не спрашивается никакого этикета. Точно вновь родился. Вы, поди, здесь из себя грансиньеров разыгрываете. Как же! Все вас знают. Вы - такая шишка... Ну, а мне здесь одно удовольствие. Никаких условностей, никакой этой лжи, что надоела до-смерти на родине. А что главное, - говоришь ты вслух на своём родном языке, и никто тебя не понимает. Что хочешь говори. И мыслей таить не нужно... Вот наслаждение!
   Сначала мы с Петром Сергеичем сидели в купе вдвоём, но на одной станции, недалеко от Бейрута, к нам села какая-то барышня. Длинное, сдавленное с боков, лошадиное лицо, с длинными, крупными, выдающимися вперёд, как у грызуна, зубами. Глаза близорукие, выпуклые, тусклые. Стан сухой, деревянный.
   Сычёв сразу признал в ней англичанку.
   - Ну, вот! Чёрт англичанку к нам принёс. И рожа же, я вам скажу. Вот несчастье! А зубы, зубы!..
   Англичанка уселась напротив, подобрала скромно юбки и посмотрела на нас внимательно, спокойно.
   - Ну, вот, уж и уставилась. На вас глядит, к вам на колени прыгнуть хочет...
   - Уймитесь, пожалуйста, Пётр Сергеич. Почему вы знаете, кто она такая и какие у ней намерения...
   - Да я уж вижу. Чего - уймитесь! Вы ей, видимо, сразу понравились... Англичанки любят русских. Смотрите, она за вами увяжется. Только не велико вам счастье. Рожа у ней - поискать. А зубами, я думаю, она может перекусить в припадке страсти...
   - Перестаньте же, как вам не стыдно.
   - Вот и не стыдно. Стыдно тому, у кого видно, а не видно, так и не стыдно... Тоже заступается, рыцарь...
   Станция. Инженер вышел. Англичанка смотрела на меня спокойными выпуклыми глазами. Потом раскрыла сак, вынула книжку и стала читать. Инженер возвратился с корзинкой винограду и веткой бананов.
   - Уж она и книжку читает! Совсем дело ваше дрянь. Не доверяю я женщинам, кои книжки в дороге читают.
   Сычёв ел виноград, бананы и долго болтал про англичанку всякий вздор, иногда совсем неприличный. Он даже вообразил и рассказал, какое у ней должно быть тощее тело, ноги и плечи... Если я унимал его, то он надо мной смеялся. Поэтому я замолчал.
   Поезд поднялся уже на значительную высоту. Пётр Сергеич высунулся в окно вагона и любовался расстилавшейся внизу картиной. Дома разбросаны по горам в беспорядке, точно игральные кости; их красные черепичные крыши ясно вырисовываются на зелени деревьев и серых скалах. В бейрутской гавани, точно чёрные жуки и мухи по стеклу, ползают морские пароходы и лодки. На севере высятся скалистые хмурые вершины Ливана: одна за другой, одна выше другой. В африканском углу блещет под лучами солнца, как расплавленное серебро, Средиземное море. С горных вершин тянет холодом.
   Пётр Сергеич смотрел в окно, изредка издавал звуки восторга перед красотами природы, но, взглядывая на англичанку, непременно говорил:
   - Ну, и рожу, однако, нам Бог послал. После таких красот природы смотреть на неё тошно.
   Мы перевалили Ливан, стали спускаться в долину Целесирии, по которой пролегает железнодорожная ветка на Баальбек и дальше к северу. Перед узловой станцией Раяк кондуктор ходил собирать билеты. Оказалось, англичанка едет в Баальбек, как и мы.
   Сычёв снова начал издеваться.
   - Вот счастье! Чёрт её до Баальбека несёт. Я уверен, что она заберётся с нами в одно купе и на той дороге. И в Баальбеке она не оставит нас в покое... Я знаю англичанок.
   Приехали на пересадочную станцию. Все вышли. Сычёв убежал в буфет, а я остался на платформе в ожидании поезда. Наша спутница, видимо, совсем не понимала по-арабски, стояла в туземной толпе с ручным саком в руках и растерянно оглядывалась по сторонам, точно кого-то искала.
   Я подошёл к ней и, обращаясь по-французски, спросил, не могу ли в чём помочь.
   Девушка доверчиво обернулась ко мне и чистым русским языком сказала:
   - Пожалуйста. Мне бы мой багаж передать здесь на Дамаск, а я поеду в Баальбек.
   Меня точно кипятком обварило, так мне стало стыдно за разговор в вагоне. Однако, я передал кондуктору квитанцию и попросил его сделать, что нужно. Мы пошли вместе с ней по платформе.
   - Трудно, конечно, просить у вас извинения за наш разговор в вагоне...
   - Оставьте об этом, пожалуйста, - замахала она руками. - Ведь мы часто думаем о своих ближних худо и гадко, да не высказываем этого, а ваш компаньон высказал. Я не обиделась. Меня даже не волновали его слова. Мне только было приятно, что вы меня защищаете.
   - Помилуйте... Но отчего же вы не сказали нам, что вы - русская, - сказал я с искренним упрёком.
   - Да я сначала как-то не решилась, а потом мне было жалко вашего знакомого. Ему было бы, вероятно, очень стыдно. А слушать о себе, вот в таких случаях, дурное мнение гораздо легче, чем знать, что это мнение дошло по принадлежности. Я и молчала.
   В это время сзади я услышал голос Петра Сергеича. В те минуты голос его казался мне до того противным, каким не казался никогда никакой человеческий голос. Он говорил, догоняя нас:
   - Ну вот! Я так и знал. Уж познакомились. Значит, сегодня же и в номер вместе...
   Если бы инженер стрелял мне в спину, я, вероятно, перенёс бы выстрелы спокойнее, чем его дикие слова. Я делал ему за спиной разные знаки, но он в эти минуты был неумолимо-глуп и самодовольно-недогадлив.
   - Да вы не вертите пальцами за... спиной-то; я знаю эти штуки...
   Боясь услыхать что-нибудь ещё хуже, я остановился и, обращаясь к спутнице, сказал коснеющим языком:
   - Позвольте вам представить. Мой спутник, Пётр Сергеич Сычёв.
   Она протянула руку, посмотрела на него своими выпуклыми любопытными глазами и сказала не без смущения:
   - Очень рада... Вот, значит, вместе в Баальбек поедем...
   На мгновение Сычёв замер, точно проверял себя: не ослышался ли он. Потом вдруг съёжился, уменьшился и забормотал что-то непонятное:
   - Конечно... по-русски... знаете ли... приятно... иногда...
   Потом в отчаянии метнулся от нас со словами:
   - Ах, у меня там багаж!..
   И побежал куда-то боком, боком, точно подстреленный заяц.
   Я едва отыскал его на станции. Он забился в дальний угол и не хотел оттуда выходить.
   - Она в Баальбек едет?
   - Да...
   - Я туда не поеду. Поедемте, голубчик, в Дамаск. Ради Бога.
   Я проводил "англичанку", а с инженером мы поехали в Дамаск.
   Весь день Пётр Сергеич чувствовал себя скверно, бранился, не ел и всё волновался.
   Вечером в Дамаске в моём доме мы лежали в постелях. Сычёв, казалось, уснул. Я тоже стал засыпать. Но вдруг он вскочил на кровати и схватил себя за волосы.
   - Все - англичанки, чёрт возьми! Все вы, женщины, такие же англичанки... Притворяетесь только, что не понимаете...
   - А вы! - набросился он на меня. - Смотрите, какой святой... С виду-то все приличны, благородны, честны... И спят... Да-с, и спят спокойно. А выверни каждого из нас в любой момент - сгорит со стыда...
   И он покатился на кровати, точно от сильной боли в животе.
  
  
  
  

Другие авторы
  • Ратманов М. И.
  • Добролюбов Александр Михайлович
  • Скотт Вальтер
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович
  • Прокопович Феофан
  • П.Громов, Б.Эйхенбаум
  • Тихонов-Луговой Алексей Алексеевич
  • Капуана Луиджи
  • Вейнберг Андрей Адрианович
  • Гольц-Миллер Иван Иванович
  • Другие произведения
  • Губер Эдуард Иванович - Губер Э. И.: Биографическая справка
  • Гнедич Петр Петрович - Череп
  • Свифт Джонатан - Jonathan Swift. Gulliver's travels into several remote nations of the world
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Всеобщее путешествие вокруг света..., составленное Дюмон-Дюрвилем...
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Подходцев и двое других
  • Васильев Павел Николаевич - Сергей Поделков. "Ему дано восстать и победить..."
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Барабанщик
  • Андерсен Ганс Христиан - Колокол
  • Короленко Владимир Галактионович - Необходимость
  • Брюсов Валерий Яковлевич - Гипербола и фантастика у Гоголя
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 347 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа