Главная » Книги

Языков Николай Михайлович - Валдайский узник

Языков Николай Михайлович - Валдайский узник


  
  
  Николай Михайлович Языков
  
  
  
   Валдайский узник --------------------------------------
  Русская романтическая поэма.
  М., Правда, 1985
  OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru --------------------------------------
  
  
  
  
   1
  
  
   Смотрите на меня: я худ!
  
  
   Но не злосчастие и блуд,
  
  
   И не желанье быть в раю
  
  
   Убили молодость мою.
  
  
   Из детства дружный с суетой
  
  
   Я с уповательной душой,
  
  
   Без пожирающих страстей,
  
  
   Спокойно шел тропой своей.
  
  
   Теперь сбылось мне двадцать лет,
  
  
   А я, как мой покойный дед,
  
  
   Стал телом сух и слаб душой.
  
  
   На утре дней моих - судьбой
  
  
   Я унесен из мест родных
  
  
   И поселен в стенах чужих;
  
  
   И там учился я тому,
  
  
   Что не по нраву моему;
  
  
   Семь лет убил я в школе сей
  
  
   И вышел, право, не умней;
  
  
   Мне за науки дали чин,
  
  
   И я - не просто дворянин.
  
  
   Тогда я думал, что счастлив,
  
  
   Душой был рад, умом игрив.
  
  
   А отчего? Не знал и сам;
  
  
   Так в первый день отец Адам
  
  
   Благодарил творца душой,
  
  
   Не зная, что творец благой
  
  
   Определил в тот самый день
  
  
   Ему - оставить рая сень.
  
  
  
  
   2
  
  
   И я не долго видел рай!
  
  
   Вдруг мне приказано: в Валдай!
  
  
   Зачем? я спрашивать не смел. -
  
  
   И скука, под названьем дел,
  
  
   Здесь мне на сердце налегла:
  
  
   Труды, заботы - без числа,
  
  
   А пользы в них нимало нет!
  
  
   Лишь от шоссе великий вред
  
  
   Нерассудительной казне,
  
  
   И горе тягостное мне!
  
  
   Так я, покорствуя судьбе,
  
  
   Другой уж год живу в избе,
  
  
   Где духота и едкий дым
  
  
   С телесным здравием моим
  
  
   Враждуют - и победа их!
  
  
   Привыкнув в летах молодых
  
  
   Прелестниц милых обнимать,
  
  
   Я их искал - но как сыскать?
  
  
   Сей задымившийся Валдай
  
  
   Для холостых - прегорький край:
  
  
   Здесь неизвестен сладкий грех!
  
  
   Не как в обители утех,
  
  
   Средь образованных столиц,
  
  
   Здесь - для прокату - нет девиц.
  
  
   И я предвижу смертный срок:
  
  
   Я здесь телесно одинок
  
  
   И, как угодник божий, сух,
  
  
   Огонь души моей потух!
  
  
  
  
   3
  
  
   Всегдашней пылию покрыт,
  
  
   Как монастырь Валдай стоит
  
  
   Среди дубрав и диких гор.
  
  
   Здесь из грибов - лишь мухомор,
  
  
   На мертвой зелени долин
  
  
   Здесь ни лился, ни ясмин,
  
  
   Но терн, крапива и волчец.
  
  
   И серый волк, тех гор жилец,
  
  
   В угрюмом сумраке ночном
  
  
   Здесь воет под моим окном.
  
  
   И грозный филин-страж ночей -
  
  
   Вблизи от хижины моей,
  
  
   Сидя на церкви городской,
  
  
   Кричит - и голос гробовой
  
  
   Ужасно вторится в горах.
  
  
   Да леса ближнего в дуплах
  
  
   Протяжные стенанья сов,
  
  
   И ветра шум, и скрип дубов
  
  
   Тревожат краткий отдых мой.
  
  
   Когда ж засну, то надо мной
  
  
   Иль крысы завизжат во пре,
  
  
   Иль в завалившейся норе
  
  
   Уныло заскребется мышь;
  
  
   То по доскам соседних крыш
  
  
   Забегают коты - и я,
  
  
   Кляня причину бытия,
  
  
   Котов влюбленных слышу вой,
  
  
   Отрывный, дикий и глухой.
  
  
  
  
   4
  
  
   Приятно в горести мечтать,
  
  
   Когда не перестал сиять
  
  
   Отрадный упованья свет;
  
  
   Когда страдалец - не скелет -
  
  
   Еще душою не увял.
  
  
   Так я сначала здесь мечтал,
  
  
   И часто в тишине ночей,
  
  
   Отрады холостых людей,
  
  
   Счастливой призваны мечтой,
  
  
   Являлись девы предо мной -
  
  
   И я - страданье забывал:
  
  
   Я милый призрак обнимал,
  
  
   Манил на ложе дев младых,
  
  
   Я осязал невинность их,
  
  
   Я млел, я таял, я пылал;
  
  
   Но сон-изменник исчезал,
  
  
   И я, уныл и одинок,
  
  
   Браня людей и сны и рок,
  
  
   Как бешеный, подушки грыз!
  
  
  
  
   5
  
  
   Однажды сделала сюрприз
  
  
   Фортуна мне: заметил я
  
  
   В окне соседнего жилья
  
  
   Живое что-то, и в крови
  
  
   Моей промчался огнь любви,
  
  
   И свет блеснул душе моей.
  
  
   Как житель выспренних полей,
  
  
   Моя красавица была
  
  
   Небесной прелестью мила.
  
  
   И я, несчастный, полюбил!
  
  
   Я девой очарован был:
  
  
   Ее движений простота,
  
  
   И глаз невинных быстрота,
  
  
   И розы свежие ланит,
  
  
   И стан, завидный для харит,
  
  
   И ясность райского лица,
  
  
   Чело, достойное венца,
  
  
   И грудь, белейшая лилей,
  
  
   И кольца ангельских кудрей,
  
  
   И голос - лепет ручейка,
  
  
   И ножка - право, в полвершка,
  
  
   И, словом, всё пленяло в ней,
  
  
   Всё было раем для очей.
  
  
  
  
   6
  
  
   Но так хотел мой гневный рок:
  
  
   От девы близко жил - дьячок!
  
  
   И был влюблен в нее душой.
  
  
   Он был гигант величиной,
  
  
   Душа в нем бранная была:
  
  
   Рад вызвать к битве хоть вола.
  
  
   Он здесь соперника не знал:
  
  
   Весь город силу уважал;
  
  
   И, говорят, он был любим
  
  
   Прелестным ангелом моим,
  
  
   И часто, девицу любя,
  
  
   Ночевывал не у себя.
  
  
   А я не знал ее любви!
  
  
   Огонь кипел в моей крови
  
  
   День ото дня сильней, сильней!
  
  
   В унылой хижине моей
  
  
   Всё было мрачно для меня;
  
  
   Ни свет божественного дня,
  
  
   Ни мрак ночной, ни блеск луны,
  
  
   Ни царство вечной тишины -
  
  
   Не утешало грусти злой;
  
  
   Я был как камень гробовой,
  
  
   В лесу поставленный глухом.
  
  
   Так жил я!.. Вдруг в уме моем
  
  
   Блеснула мысль - и я - пошел!
  
  
  
  
   7
  
  
   Был вечер: на уснувший дол
  
  
   Лился луны дрожащий свет.
  
  
   И бор туманами одет,
  
  
   И сном окован был поток,
  
  
   Я шел печален, одинок
  
  
   К жилищу девицы моей.
  
  
   Уж сердце билося быстрей,
  
  
   Уж сладострастная мечта
  
  
   Была надеждой занята,
  
  
   Уж через низенький забор
  
  
   Я перелез - любовный вор -
  
  
   И быстро по двору бежал...
  
  
   Как вдруг!.. Я весь затрепетал!..
  
  
   Из дома вылетел дьячок!
  
  
   (Убей его Илья-пророк!)
  
  
   Я от него, а он за мной,
  
  
   И тяжкой, жилистой рукой
  
  
   Как громом бедного разил!
  
  
   Я плакал, я его молил;
  
  
   Но тщетен был мой жалкий стон;
  
  
   Дьячок прибил и выгнал вон
  
  
   Меня, злосчастного в любви!..
  
  
  
  
   8
  
  
   И после этого - живи!..
  
  
   Нет, возвратившися домой,
  
  
   Угрюмый, бледный и немой,
  
  
   Отчаяньем терзался я
  
  
   И жил - почти без бытия!
  
  
   Весь мир казался мне чужим,
  
  
   Недвижным, диким и пустым!
  
  
   То был какой-то страшный свет,
  
  
   То был хаос без дней и лет,
  
  
   Без тяжести, без тел и мест,
  
  
   Без солнца, месяца и звезд,
  
  
   Без господа и без людей,
  
  
   Без подсудимых и судей,
  
  
   Без властелинов и рабов,
  
  
   Без атеистов и попов,
  
  
   Без цели действий и причин,
  
  
   Без жен, девиц и без мужчин,
  
  
   Без глупости и без ума!..
  
  
   Ни день, ни ночь, ни свет, ни тьма!
  
  
  
  
   9
  
  
   И я теперь - как бы убит!
  
  
   Любви телесной аппетит
  
  
   Везде, всегда - как тень со мной.
  
  
   С неисцелимою тоской
  
  
   И без надежд, и без отрад -
  
  
   Брожу куда глаза глядят...
  
  
   Любовь! любовь! ты мне дала
  
  
   И жар на смелые дела,
  
  
   И жажду славы и честей,
  
  
   И ты уж в юности моей
  
  
   Меня лишила благ мирских:
  
  
   Ты в членах протекла моих,
  
  
   Как ветр губительной зимы,
  
  
   Как ангел брани иль чумы!..
  
  
  
   Комментарии
  Впервые - Н. М. Языков. Полн. собр. стихотворений. М.-Л., 1934, по автографу из бумаг приятеля Языкова Н.Д. Киселева. Написано между 1822 г. (выход "Шильонского узника") и началом 1824 г. (23 марта 1824 г. поэт* письме к братьям упоминает "Валдайского узника" как известное им произведение). Языков скептически относился к русской подай "байронического" типа (см. его резкие отзывы о "Братьях разбойниках" и "Бахчисарайском фонтане" - Языковский архив, вып. 1. Письма Н.М. Языкова к родным за дерптский перид его жизни (1822-1829). СПб., 1913, с. 100, 118, 128 и др.). Его собственные замыслы в жанре поэмы ("Ала", "Меченосец Аран"), оставшиеся незавершенными, развивались в русле декабристского тираноборческого историзма. Характерно суждение поэта: "Еще мне нравится то, что у нас теперь один Байрон на языке, как nec plus ultra (самое высшее) в судах литературных, что всякого почитают его подражателем или желающим идти по его дороге" (там же, с. 187). Пародия на перевод Жуковского - еще одно свидетельство критического отношения Языкова к складывающейся романтической традиции. Языков сохраняет метрическую и интонационную структуру "Шильонского узника", порой заостряя ее (рифмовка конечной и начальной строк разных главок, см. границы главок 4-5, 6-7, 7-8; ср. у Жуковского границы XI-ХII и ХIII-XIV гл.). Прием, использованный Языковым - повествование высоким слогом о низменной реальности (с оттенком грубоватой фривольности),- восходит к жанру ирои-комической поэмы.
  Стр. 517. Смотрите на меня: я худ! - Ср. с началом первой главки у Жуковского: "Взгляните на меня: я сед".
  Стр. 518. Сей задымившийся Валдай // Для холостых - прегорький край. - Комизм усилен тем, что Валдай традиционно воспринимался как место развращенное. Ср. в "Путешествии из Петербурга в Москву": "Сей городок достопамятен в рассуждении любовного расположе ния его жителей, а особливо женщин незамужних" - А. Н. Радищев. Полн. собр. соч. М.-Л., 1938, т. 1, с. 300. Всегдашней пылию покрыт, // Как монастырь Валдай стоит. - Ср. у Жуковского: "На лоне вод стоит Шильон" (гл. II).
  Стр. 521. И после этого - живи. - 8 глава представляет наиболее близко подходящую к источнику пародию. - ср. трагическую IX главу у Жуковского.
  
  
  
  
  
  
  
  
   А.С. Немзер,
  
  
  
  
  
  
  
  
   А.М. Песков

Другие авторы
  • Гоголь Николай Васильевич
  • Аноним
  • Щепкина Александра Владимировна
  • Соловьев Владимир Сергеевич
  • Минаев Иван Павлович
  • Ватсон Мария Валентиновна
  • Рунеберг Йохан Людвиг
  • Попов Михаил Иванович
  • Панаева Авдотья Яковлевна
  • Суханов Михаил Дмитриевич
  • Другие произведения
  • Хафиз - Хафиз Ширази: биографическая справка
  • Лажечников Иван Иванович - Внучка панцирного боярина
  • Максимов Сергей Васильевич - Куль хлеба и его похождения
  • Шекспир Вильям - Завещание Шекспира
  • Кржижановский Сигизмунд Доминикович - Смерть эльфа
  • Иммерман Карл - Мюнхгаузен. История в арабесках
  • Батюшков Федор Дмитриевич - Провансальская литература
  • Развлечение-Издательство - Разбойники на озере Эри
  • Аксаков Сергей Тимофеевич - Словарь трудных для понимания слов
  • Анненский Иннокентий Федорович - Сочинения гр. А. К. Толстого как педагогический материал
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 390 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа