Главная » Книги

Ясинский Иероним Иеронимович - Сон во сне

Ясинский Иероним Иеронимович - Сон во сне



Иероним Ясинский

Сон во сне

   Мне снился сон.
   Я стоял на невысокой горе, и по мягким склонам её волновалась рожь, кругом шумели там и сям деревья - цветущие липы, перистые акации, стройные тополи, волнуемые предзакатным ветерком. Он стих - молчание сменило шелест листьев.
   Здоровый аромат подымался с поля - цветы благоухали и смешивали свой запах с дыханием ржи, налившейся тяжёлым золотым зерном.
   Двухцветным куполом казалось бледное, огромное небо. Там, где зашло солнце, потухали неяркие красные тучи, и, расплываясь и вытягиваясь над горизонтом, они мне представлялись гигантскими птицами с тонкими и длинными крыльями, окаймлёнными тусклым золотом. Медленно и бесшумно одна за другой улетали воздушные птицы в какую-то далёкую-далёкую страну, лежащую за чертой кругозора.
   На противоположной стороне купола темнела безоблачная лазурь. В траве лиловые цветы казались ярче вечером, чем днём.
   Кусты у подошвы горы, узкие, тёмные метёлки тополей, чуть видные крыши домов и далёкие сады - всё приняло особый, медный цвет, как будто то была не живая природа, а вылитая из бронзы.
   Я молча глядел кругом. Но я не чувствовал себя, не сознавал, что вижу сон. В душе была сладостная грусть, и сердце надрывалось от слёз - незримых, невыплаканных, странных, чудесных слёз, которыми я плакал только в ранней молодости. Они проснулись - эти слёзы, одни. Я тщетно силился вызвать в уме своём погибшие образы былого.
   Однако, мне чудилось, что подле меня стоит и дышит крылатый призрак юности - он был неуловим, не мог я разглядеть его. Не потому ли так билось моё сердце? Не потому ли я ощутил в себе прилив могучей силы? Я слышал шелест его крыл, таинственный сумрак словно пронизывали лучи его больших прекрасных, гордых глаз...
   То был какой-то сон во сне.
   По меже я спустился с горы. Высокие травы били меня по ногам - я нарушал их сон. Вспорхнула и спряталась во ржи маленькая птичка. Руками раздвинул я кусты. Я шёл по равнине, и шёл со мною рядом крылатый призрак юности. И всё бодрее, и бодрее билось моё сердце.
   Как лунатик двигался я, покорный непонятной силе, которая вела меня вперёд. Сгущались тени, но было ещё ясно, и ни одна звезда не загоралась в небе. В груди моей рос сладостный восторг. Я был один, царила тишина. Не в силах будучи сопротивляться чарам крылатого призрака, я остановился и закричал: "Мария!"
   "Мария!" - повторило эхо; тот же звук послышался на горе; и, наконец, чуть слышным шёпотом: "Мария!" - донёсся он ко мне оттуда, где над рекой клубился туман.
   Но когда замер последний отголосок волшебного слова, я увидел вдали серое облако пыли. То была стая собак. Они бежали на меня с хриплым лаем. Мой голос привлёк их с живодёрни: туда сбирались они со всего города, чтоб совершать тризны над трупами животных.
   Мгновенно окружили меня псы. Их было много, больших и маленьких - разных пород. Их лай был дик, слепая ярость налила глаза их кровью. Я видел, как блестели их зубы. И глупый страх закрался в моё сердце.
   Мой страх усилился, когда я различил среди остервенелых псов своих четвероногих знакомых и друзей.
   Вот этот чёрный пёс с мохнатой шерстью, который прыгает, как будто на цепи - Полкан. Я сам бросал ему когда-то лакомые куски, и гладил его по голове, и говорил ему: "Го-го, Полкан! О, славный пёс!"
   Вот породистый Приятель, который встречал всегда приход мой к его госпоже ласковым визгом.
   Что сталось с ним?
   Вот рыжий Нарцисс, неуклюжий, с глупыми ушами и обрубленным хвостом... Не я ли нашёл его на улице и разделил с ним последний кусок?
   А жирный, белый Шарик, со свиными глазками, подобострастно лизавший мне ноги и так громко стучавший по полу своим твёрдым хвостиком, что вызывал всеобщий смех, не узнаёт меня?
   Как! И Старушка здесь? Когда-то я тоже был ласков с нею. Она прибегала ко мне за завтраком и обедом, из соседнего двора, ложилась у ног и выразительно смотрела на меня своими ясными и умными глазами.
   Все здесь! Друзья с врагами заодно... Да, мне страшно стало. Но призрак мой коснулся моего плеча - и страх пропал. "Вперёд, вперёд! Тебе ль смущаться?.. Ты ступишь, и лай обратится в визг"... И я почувствовал, что весь я преобразился: окрепли мои мышцы, и грудь оделась стальным панцирем.
   С презрением глянул я вниз, где лаяла пёсья дружба, ползая в пыли. Я пошёл - врассыпную бросились псы. Темнее становился вечер, и скоро в сумраке исчезли последние докучные друзья.
   Меж тем вдали горели огни. Сады благоухали. Спустилась ночь, и замигали звёзды. Я двигался как лунатик, покорный непонятной силе, которая вела меня вперёд - в царство красоты и счастья. Мария! Мария! Мой рай, блаженный сон моей души!
  
   Июль 1886 г.
  
   Источник текста: Ясинский И. И. Сиреневая поэма. - К: Типография Г. Л. Фронцкевича, 1886. - С. 40.
   OCR, подготовка текста: Евгений Зеленко, сентябрь 2012 г.
   Оригинал здесь: Викитека.
  
  
  
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 335 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа