Главная » Книги

Готфрид Страсбургский - Из поэмы "Тристам и Изольда"

Готфрид Страсбургский - Из поэмы "Тристам и Изольда"


  

ГОТФРИДЪ СТРАСБУРГСК²Й.

  
   Нѣмецк³е поэты въ б³ограф³яхъ и образцахъ. Подъ редакц³ей Н. В. Гербеля. Санктпетербургъ. 1877.
  
   Готфридъ Страсбургск³й, прозванный такъ по городу, въ которомъ онъ родился, жилъ въ концѣ двѣнадцатаго и началѣ тринадцатаго вѣка и потому былъ современникомъ Гартмана, Фогельвейде и Вольфрама Эшенбаха. Впрочемъ, какъ кажется, Готфридъ не былъ въ интимныхъ отношен³яхъ съ этими аристократическими поэтами, блиставшими при дворахъ современныхъ государей, а, напротивъ, бывъ незнатнаго рода, никогда не отдѣлялся въ житейскомъ отношен³и отъ народа, изъ среды котораго вышелъ. Равно онъ не дѣлалъ изъ своего искусства средства къ существован³ю, не заставлялъ платить за свои пѣсни, подобно своимъ товарищамъ, и оставался всю жизнь независимымъ, свободнымъ пѣвцомъ, повиновавшимся только своему вдохновен³ю. Что онъ не принадлежалъ къ знатному роду, явствуетъ изъ его собственныхъ сочинен³й, a равно изъ прозван³я meister, которое онъ носилъ и которое, какъ извѣстно, было аттрибутомъ лицъ исключительно мѣщанскаго сослов³я. Есть много основан³й предполагать, что Готфридъ принадлежалъ къ духовному сослов³ю и такимъ образомъ его отчуждённостъ отъ того образа жизни, который вели современные поэты, становится ещё понятнѣй. На это же намекаетъ и глубокая нравственность его произведен³й, изъ которыхъ можно заключить, что любовь съ ея страстными наслажден³ями была неизвѣстна Готфриду. Онъ умеръ, вѣроятно, не достигнувъ старости, если судить по его же произведен³ямъ, въ которыхъ почти не замѣтно ни малѣйшаго измѣнен³я въ характерѣ и воззрѣн³яхъ поэта на жизнь, которыхъ не избѣжалъ ни одинъ писатель, писавш³й въ течен³и долгихъ лѣтъ. Уцѣлѣвш³е портреты Готфрида, на которыхъ онъ изображонъ безбородымъ юношей, также не противорѣчатъ предположен³ю, что вѣроятно онъ умеръ въ молодыхъ лѣтахъ.
   Замѣчательнѣйшимъ произведен³емъ Готфрида считается его эпическая поэма "Тристанъ и Изольда", написанная на сюжетъ, не одинъ разъ разработанный въ литературахъ нѣмецкой, французской и англ³йской. Содержан³е ея состоитъ въ слѣдующемъ:
   Король Ривалинъ, убитый въ сраженьи, оставляетъ вдову, которая черезъ нѣсколько времени родитъ сына. Придворные распускаютъ слухъ, что ребёнокъ родился мёртвымъ, и отдаютъ его, чтобъ скрыть отъ нападен³я короля Моргана, въ семейство маршала, жена котораго притворно ложится въ постель и выдаётъ новорождённаго за своё дитя. Имя этого мальчика - Тристанъ. Наречённые родители даютъ ему прекрасное воспитан³е, такъ-что по четырнадцатому году онъ уже знаетъ нѣсколько языковъ, умѣетъ играть на лютнѣ и пр³обрѣтаетъ ловкость во всѣхъ рыцарскихъ упражнен³яхъ. Затѣмъ, украденный норвежскими купцами, онъ, во время сильной бури, разбившей корабль, попадаетъ на берегъ и, встрѣтивъ егерей короля Марка, попадаетъ къ его двору, гдѣ, скрывъ своё зван³е, дѣлается скоро любимцемъ короля. Между-тѣмъ его вѣрный вассалъ Руалъ тщетно отыскиваетъ въ течен³и трёхъ лѣтъ украденнаго ребёнка и наконецъ, напавъ на его слѣдъ, узнаётся имъ, не смотря на нищенское платье, въ которое былъ одѣтъ для поисковъ. Онъ разсказываетъ королю истор³ю Тристана, изъ которой оказывается, что онъ сынъ сестры короля Марка. Горя желан³емъ отмстить похитителю своего престола, королю Моргану, Тристанъ съ помощью дяди отправляется на него войною, побѣждаетъ его и, оставивъ намѣстникомъ королевства вѣрнаго Руала, возвращается ко двору Марка, гдѣ находитъ новаго врага въ лицѣ короля Морольта, напавшаго на Марка. Морольтъ ранитъ Тристана въ единоборствѣ и восклицаетъ: "Твоя рана нанесена отравленнымъ мечёмъ и вылечить тебя можетъ только моя сестра Изольда, королева Ирланд³и." Но Тристанъ, собравъ послѣдн³я силы, убиваетъ Морольта, надъ трупомъ котораго Изольда и ея мужъ Гурмунъ даютъ клятву, что всяк³й, прибывш³й изъ отечества Тристана въ Ирланд³ю, будетъ казнёнъ. Между-тѣмъ рана Тристана ухудшается и онъ рѣшается искать изцѣлен³я у Изольды, прибывъ туда подъ чужимъ именемъ, какъ странствующ³й менестрель. Изольда, плѣнённая его игрой на лютнѣ, обѣщаетъ ему изцѣлен³е, а дочь королевы, по имени также Изольда, влюбляется въ Тристана, рана котораго между-тѣхъ заживаетъ и онъ возвращается въ отечество, гдѣ находитъ дворъ короля Марка раздираемымъ придворными интригами по вопросу о томъ, кому быть наслѣдникомъ бездѣтнаго короля. Тристанъ даётъ дядѣ совѣтъ жениться на красавицѣ Изольдѣ. Маркъ соглашается и посылаетъ Тристана сватать принцессу. Высадившись въ Ирланд³и, Тристанъ узнаётъ, что король обѣщалъ отдать Изольду въ супружество тому, кто убьётъ дракона, опустошающаго Ирланд³ю. Тристанъ берется за этотъ подвигъ и убиваетъ чудовище, но, утомлённый битвой, завязаетъ безъ чувствъ въ болотѣ. Битву эту между-тѣмъ видѣлъ одинъ изъ рыцарей, побоявш³йся самъ вступить въ борьбу съ дракономъ. Увидѣвъ змѣя мёртвымъ, онъ разрубаетъ его на куски и, возвратившись ко двору, выдаётъ подвигъ Тристана за свой. Изольда не вѣритъ его словамъ, сама отправляется на мѣсто битвы и, найдя Тристана всё ещё въ безчувственномъ состоян³и, привозитъ его обратно во дворецъ, гдѣ обнаруживаетъ наконецъ его настоящее имя, а вмѣстѣ съ тѣмъ и то, что онъ былъ уб³йцей дяди принцессы, Морольта. Король и королева, узнавъ цѣль его пр³ѣзда, соглашаются простить ему уб³йство брата, а равно отдать руку Изольды Марку. Тристанъ съ торжествомъ увозитъ принцессу, но на кораблѣ оба случайно выпиваютъ любовное зелье, приготовленное матерью Изольды для будущихъ молодыхъ, и влюбляются другъ въ друга. Далѣе слѣдуетъ рядъ превосходныхъ сценъ, въ которыхъ описывается борьба чувства долга со страстью, кипѣвшею въ молодыхъ сердцахъ. Прибывъ на берегъ, они не могутъ воздерживать своихъ чувствъ даже при дворѣ короля, за что Маркъ, убѣдясь въ невѣрности Изольды, изгоняетъ обоихъ изъ предѣловъ государства. Любовники поселяются въ пустынѣ, гдѣ проживаютъ счастливо мног³е годы. Разъ Маркъ случайно попадаетъ на охотѣ въ ихъ убѣжище и, простивъ обоихъ, возвращаетъ ко двору. Тамъ, заподозрѣнные вновь въ преступной любви, они рѣшаются разстаться, причёмъ Тристапъ обрекаетъ себя на скитальческую жизнь, но нигдѣ не находитъ покоя. Описан³емъ его приключен³й заключается поэиа, которая въ сущности всё-таки осталась неоконченной.
   Изъ этого крайне-короткаго обзора видно, что по содержан³ю поэма Готфрида совершенно подобна "Парцивалю" и другимъ рыцарскимъ легендамъ, гдѣ, повидимому, всё вниман³е сочинителей обращалось на то, чтобъ нагромоздить какъ можно болѣе необыкновенныхъ фактовъ, имѣющихъ часто всего одну внѣшнюю связь. Но, однако, нельзя не замѣтить, что въ "Тристанѣ"факты всё-таки болѣе между собою связаны, чѣмъ въ произведен³яхъ его товарищей по ремеслу, Вольфрама и Гартмана. Равно въ поэмѣ Готфрида замѣчается большее стремлен³е развить характеры отдѣльныхъ лицъ, такъ-что авторъ уже не довольствуется изображен³емъ мгновенныхъ лирическихъ порывовъ, какъ это мы видѣли въ поэмахъ Вольфрама. Тристанъ не просто странствующ³й рыцарь, ищущ³й приключен³й, но человѣкъ, имѣющ³й опредѣлённое стремлен³е съ самаго начала поэмы и выдерживающ³й его до конца. Проч³я лица поэмы имѣютъ также опредѣлённыя черты. Конечно, факты поэмы дышутъ дѣтской наивностью среднихъ вѣковъ, хотя бы, напримѣръ, любовь Тристана и Изольды, возникающая изъ того, что оба выпили приворотное зелье; но это обстоятельство нельзя ставить въ вину поэту, бывшему сыномъ своего вѣка. Напротивъ, умѣнье поэтически выразить эту любовь, не смотря на нелѣпость ея мотивировки, служитъ въ похвалу его таланту. На ряду съ умѣньемъ Готфрида поэтически излагать отдѣльныя сцены поэмы, слѣдуетъ отдать справедливость языку, которымъ поэма написана. Въ этомъ отношен³и Готфридъ далеко опередилъ своихъ современниковъ. Стихи его музыкальны и плавны, что очень много для того времени. Какъ высоко цѣнили "Тристана и Изольду" современники, служитъ доказательствомъ то, что мног³е пытались окончить поэму. Болѣе извѣстнымъ продолжателемъ поэмы былъ Ульрихъ Тюргейнск³й, но трудъ его вышелъ сухъ и крайне далёкъ по красотѣ отъ оригинала. То же слѣдуетъ сказать и о другихъ продолжателяхъ, доказавшихъ ещё въ тринадцатомъ вѣкѣ, что надо довольствоваться тѣмъ, что оставилъ поэтъ, не занося руку на произведен³я истиннаго таланта, которыя насъ плѣняютъ именно своей неподдающейся подражанью оригинальностью.
  
   ИЗЪ ПОЭМЫ
   "ТРИСТАНЪ И ИЗОЛЬДА".
  
   Окончивъ совѣщанье,
   Король съ князьями вышли изъ собранья;
   Изольда все осталася одна,
   Заботѣ и страданью предана,
   Которыя терзали и давили
   Её своею тяжестью и были
   Невыносимы. Честь свою спасти
   Она должна во что бы то ни стало:
   Ей нужно средство смѣлое найдти,
   Чтобъ оправдать себя - и обращала
   Она всѣ помышлен³я свои
   Къ Создателю, къ источнику любви
   И милости, и повѣряла Богу
   Своей души волненье и тревогу.
   Утомлена молитвой и постомъ,
   Она просила Господа о томъ,
   Чтобъ онъ далъ силы ей для испытанья.
   На Бога не теряя упованья,
   Прибѣгла къ женской хитрости она,
   Причёмъ свой планъ таить была должна.
   Она письмо Тристану написала,
   Въ которомъ слёзно друга умоляла,
   Чтобъ въ Карл³унъ явился утромъ онъ,
   Желаньемъ быть полезнымъ окрилёнъ,
   И ждалъ бы тамъ Изолъды появленья.
   Тристанъ исполнилъ въ точности велѣнье
   Изольды и, одѣтъ какъ пилигримъ,
   Но виду и лицу неузнаваемъ
   И, словно чудомъ, ставъ совсѣмъ другимъ,
   Пришолъ туда, желан³емъ сгораемъ
   Изольдѣ угодить по мѣрѣ силъ.
   На кораблѣ въ то время подплывали
   Маркъ и Изольда, стоя у перилъ.
   Глаза Изольды странника узнали;
   Когда жь корабль свой бѣгъ остановилъ
   Близь берега, то королева смѣло
   Невѣдомаго странника велѣла
   Просить - когда согласенъ будетъ онъ
   И ежели на столько онъ силёнъ -
   Перенести её чрезъ воду смѣло.
   Хотя съ ней были рыцари, другимъ
   Она себя дать несть не захотѣла -
   И потону былъ избранъ пилигримъ.
   "Эй! крикнулъ Маркъ: что медлишь? подойди же!
   Спустись безъ опасен³я поближе
   И, съ корабля принявъ мою жену,
   Перенеси на пристань." И въ одну
   Минуту тотъ спѣшитъ повиноваться
   И, королеву бережно поднявъ,
   Спѣшитъ на берегъ съ нею перебраться,
   Изольды шопотъ чутко услыхавъ:
   "Со мной упасть ты долженъ непремѣнно
   Чрезъ нѣсколько шаговъ на берегу.
   Моей ты волѣ слѣдуй неизмѣнно -
   И будь покоенъ." На второмъ шагу
   Ея приказъ исполнить онъ рѣшился -
   И на землѣ едва онъ очутился,
   Какъ на песокъ съ Изодьдою упалъ,
   Причемъ въ своихъ объятьяхъ удержалъ,
   Паденьемъ увлечённый, королеву.
   Тогда, давъ волю бѣшеному гнѣву
   И потрясая палками, напалъ
   Придворный людъ на странника. Пропалъ,
   Казалось, онъ! "Глупцы, остановитесь!"
   Воскликнула Изольда. "Устыдитесь:
   Вѣдь онъ старикъ безсильный и больной,
   И здѣсь упалъ нечаянно со мной."
   И трубный звукъ торжественно раздался
   Въ Изольды честь - и каждый изумлялся,
   Что бѣдняку не хочетъ мстить она,
   Хотя бъ ему отмстить была должна.
   Изольда же сказала, улыбаясь:
   "Я, право, не была бъ возмущена,
   Когда бъ, моимъ испугомъ потѣшаясь,
   Меня нарочно странникъ уронилъ."
   Смыслъ рѣчи королевской понятъ былъ,
   Какъ доброты сердечной выраженье -
   И вызвалъ гулъ похвалъ и одобренья.
   А Маркъ молчалъ и слушалъ. Между-тѣмъ,
   Изольда продолжала: "Вѣрно, всѣмъ
   Теперь одно вамъ будетъ очень ясно:
   Доказывать мнѣ было бы опасно,
   Что я въ чужихъ объятьяхъ никогда
   Быть не могла и что со мною рядомъ
   Одинъ король лежать могъ, господа."
   Такъ продолжали путь. Насмѣшки градомъ
   Посыпались на странника въ пути,
   Гдѣ всадники на шутки не скупились -
   И странникъ молча долженъ былъ идти
   До Карл³уна. Здѣсь остановились.
   Сюда стеклись со всѣхъ сторонъ толпы:
   Бароны, и монахи, и попы;
   Блистали всюду рыцарск³я латы;
   Сюда сошлись епископы, прелаты,
   Чтобъ совершить обрядъ священный свой
   И датъ суду свое благословенье.
   Сливаясь въ гулъ неясный, но живой,
   Народъ шумѣлъ, какъ море въ отдаленьи,
   То приливалъ, то снова отливалъ
   И торжества неслыханнаго ждалъ,
   Которое народу было ново.
   Межь-тѣмъ, желѣзо было ужь готово.
   Всё золото своё и серебро,
   Наряды, драгоцѣнные каменья,
   Всё ей принадлежащее добро,
   Изольда раздала безъ сожалѣнья,
   Моля Творца ей милость оказать.
   Изольда одного могла желать,
   Чтобъ, испытанье выдержавъ со славой,
   Остаться ей невинною и правой.
   Такъ прибыла Изодьда на соборъ
   И выслушала тамъ свой приговоръ,
   Рѣшимости и силы не теряя,
   И красотой, и юностью с³яя.
   Склонивъ своё чело, погружена
   Въ мольбу благоговѣйную, она
   Лежала на землѣ недвижно, въ тяжкой
   И грубой власяницѣ подъ рубашкой,
   Не доходившей до полу едва
   И на которой были рукава
   Поддёрнутые: руки оставались
   Открытыми всё время до локтей.
   Сердца у иногихъ жалостью сжимались
   И слёзы выбѣгали изъ очей
   При видѣ королевы, принуждённой
   Лежать предъ ними полуобнажонной.
   Явилась и святыня, гдѣ должна
   Передъ народомъ клятву дать она,
   Чтобъ снять съ себя всю тяжесть обвиненья,
   Не совершивши клятвопреступленья:
   Исполнить нужно было приговоръ --
   Иль доказать невинность, иль позоръ
   Нести до гроба. Богу поручая
   И жизнь, и честь, и дорогой покой,
   Почти ни въ конъ участья не встрѣчая,
   Готовая мученьемъ и рукой,
   На испытанье отданной, открыто
   Съ себя вину и грѣхъ тяжолый снять,
   Изольда молча стала ожидать
   Судебной пытки. Мрачно и сердито
   Въ толпѣ смотрѣли мног³е, когда,
   Прекрасна, беззащитна, молода,
   Изольда ожидала испытанья.
   Ея волненье, трепетъ и страданье
   Ей ставили завистники въ вину,
   Какъ вѣрную улику преступленья.
   Всѣхъ злѣе и безъ искры сожалѣнья
   Смотрѣлъ на королевскую жену
   Съ улыбкой гадкой кравч³й Мар³одо
   И осыпалъ её среди народа
   Обидными насмѣшками. Нашлись,
   Однако, люди, бывш³е другого
   О королевѣ мнѣн³я - и слова
   Обиднаго о ней остереглись.
   Межь-тѣмъ, среди всеобщаго движенья,
   О формѣ клятвы шумныя шли пренья
   И въ брань переходилъ нерѣдко споръ.
   Такъ споры всѣ ведутся съ давнихъ поръ!
   Одни за королеву заступались,
   Друг³е же озлобленно старались
   Ей повредить. Тогда она сама,
   Съ находчивостью женскаго ума,
   Для прекращенья споровъ всѣхъ и крика,
   Сказала королю: "Король-владыка!
   Къ чему теперь напрасный споръ вести?
   Вѣдь коятву я должна произнести,
   А потому ногу сказать я смѣло -
   До споровъ мнѣ нѣтъ никакого дѣла
   И васъ самихъ прошу прослушать я,
   Въ чёмъ клятва заключается моя.
   Я вотъ какую клятву дать желаю:
   Клянусь и предъ святыней утверждаю,
   Что мужу я, какъ честная жена,
   Была и въ помышлен³яхъ вѣрна,
   Что своего супружескаго ложа
   Не забывала я, что для меня дороже
   Всего на этомъ свѣтѣ - честь моя,
   И никогда чужихъ объят³й я,
   За исключеньемъ странника, не знала:
   Вы видѣли сегодня, что упала
   Я на землю случайно вмѣстѣ съ нимъ -
   И только этотъ бѣдный пилигримъ
   Держалъ въ своихъ объятьяхъ королеву,
   А я молю теперь Святую Дѣву,
   И Господа, и всѣхъ его святыхъ
   Помочь мнѣ, дабы правдѣ словъ моихъ
   Вы вѣрили, король! А если мало
   Вамъ и того, что я сейчасъ сказала,
   Я поклянусь, какъ вы велите мнѣ."
   Маркъ отвѣчалъ тогда своей женѣ:
   "Довольно! Обсуждая дѣло строго,
   Произнесла передъ лицомъ ты Бога
   Достаточную клятву. Подтверди
   Свои слова, желѣзо взявши въ руку
   И, приговоръ исполнивши, иди.
   Да будетъ Богъ судьёй тебѣ, коль муку
   Перенесёшь.- "Аминь!" произнесла
   Прекрасная Изольда и взяла
   Желѣзо раскалённое свободно,
   Но имъ руки своей не обожгла,
   Чѣмъ доказала явно, всенародно,
   Что, имя милосердаго Христа
   Произнося, нечистыя уста
   Рѣшаются на клятвопреступленье,
   Что безконечно кротко Провидѣнье
   Для добрыхъ и испорченныхъ сердецъ:
   Не разъ одинъ божественный Творецъ
   Внималъ преступнымъ клятвамъ и обѣтамъ
   И не каралъ преступниковъ при этомъ,
   Велик³й только милостью одной.
   Такъ было и съ коварною женой:
   Разъ въ жизни сдѣлавъ шагъ неосторожный,
   Она не устрашилась клятвы ложной,
   Но снятъ съ неё былъ тяжк³й приговоръ
   И стала королева съ-этихъ-поръ
   Избавлена отъ всякаго упрёка
   И королёмъ, обманутымъ жестоко,
   Любима, уважаема опять.
   Старался ей онъ ласки расточать,
   Оказывалъ своё благоволенье,
   Дарилъ ей дорог³я украшенья,
   Чтобъ воротить себѣ ея любовь
   И нѣжность чувствъ прямыхъ и непритворныхъ,
   И дни тоски и подозрѣн³й чорныхъ
   Обоихъ ихъ не возмущали вновь.
  
   Д. Минаевъ.
  

Другие авторы
  • Дикгоф-Деренталь Александр Аркадьевич
  • Левинский Исаак Маркович
  • Анучин Дмитрий Николаевич
  • Юм Дэвид
  • Ибрагимов Лев Николаевич
  • Пергамент Август Георгиевич
  • Поплавский Борис Юлианович
  • Вербицкая Анастасия Николаевна
  • Украинка Леся
  • Батюшков Константин Николаевич
  • Другие произведения
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Заяц и ёж
  • Суриков Иван Захарович - Удалой
  • Коллонтай Александра Михайловна - Дорогу крылатому Эросу!
  • Андерсен Ганс Христиан - Как хороша!
  • Куприн Александр Иванович - Бред
  • Короленко Владимир Галактионович - Не раздувайте вражды
  • Толстой Лев Николаевич - М.А.Рашковская, Е.Б.Рашковский. "Милые братья и сестры..."
  • Белинский Виссарион Григорьевич - (Стихотворения Баратынского)
  • Розанов Василий Васильевич - Что против принципа творческой свободы нашлись возразить защитники свободы хаотической?
  • Пушкин Александр Сергеевич - Ромео и Джюльета Шекспира
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
    Просмотров: 611 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа