Главная » Книги

Бальмонт Константин Дмитриевич - Зеленый вертоград, Страница 10

Бальмонт Константин Дмитриевич - Зеленый вертоград


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

ем Чертоге.
  
  
  
  В лето, днями и ночами,
  
  
  
   Возлюбив расцветы многи,
  
  
  
  Я закрытыми очами
  
  
  
   Все богатства зрел в Чертоге.
  
  
  
  И теперь я не в гаданьи
  
  
  
   Зрю, но в самом откровеньи,
  
  
  
  Я в негаснущем сияньи,
  
  
  
   В бесконечном восхожденьи.
  
  
  
  И теперь я не в гаданьи
  
  
  
   О мирском предназначеньи,
  
  
  
  Я в великом ожиданьи,
  
  
  
   В вечно-новом восхожденьи.
  
  
  
  И гадая - не в гаданьи -
  
  
  
   Я угадываю в пеньи,
  
  
  
  Во вселенском я сияньи,
  
  
  
   Во всемирном восхожденьи.
  
  
  
   СЕРЕБРЯНЫЙ ТЕРЕМ
  
   Теперь, как постиг я тончайшую мудрость всего,
  
   Хочу я пожить на Земле осторожно,
  
   Чтоб мог я во всем озвездить Вещество,
  
   От зла уклоняясь - как только возможно,
  
   И свыше сего,
  
   Лишь то против воли своей принимая,
  
   Что воля означит: "Сие - непреложно".
  
   И волю дыханьем духовного Мая
  
   Настолько цветя,
  
   Настолько ее существо умножая,
  
   Чтоб даже сама,
  
   Для нас непреложная, Ведьма-Зима,
  
   Блестя,
  
   Царицей-Зимою соделалась нам,
  
   Просветленной,
  
   В метели - свирели, и зов по струнам,
  
   Серебряный терем заснувшим цветам,
  
   С густой бахромой оснеженной,
  
   И будто бы смерть на минутку - а там,
  
   За часом, над часом, высокий, бездонный,
  
   Идущий в начальность, звездящийся Храм.
  
  
  
   СТИХ ВЕЧЕРНИЙ
  
  
  
  На заре, заре вечерней,
  
  
  
  Полнопевней, равномерней,
  
  
  
  Золота труба трубила,
  
  
  
  Говорила для своих,
  
  
  
  И дрожала в сердце сила,
  
  
  
  Многострунный реял стих.
  
  
  
  В Небе хлопья светлых дымов,
  
  
  
  Словно крылья Херувимов,
  
  
  
  Расцвечались озаренно,
  
  
  
  Обнимали небосклон,
  
  
  
  И качался повторенно
  
  
  
  В тихих ветрах долгий звон.
  
  
  
  После утра золотого
  
  
  
  Пламень дня расплавлен снова,
  
  
  
  И в небесном вышнем храме
  
  
  
  Засветились зеркала,
  
  
  
  В золотой широкой раме
  
  
  
  Тишь вечерняя светла.
  
  
  
  
  ИКОНОСТАС
  
   На моем иконостасе - Солнце, Звезды, и Луна,
  
   Колос, цвет в расцветном часе, и красивая Жена,
  
   Облеченная в светила, в сочетаньи их таком,
  
   Как когда-то в мире было в ночь пред первым
  
  
  
  
  
  
  
  нашим днем.
  
   А еще в плодах деревья красят мой иконостас.
  
   Ширь пустынь, ключи, кочевья, звездосветность
  
  
  
  
  
  
  
  ждущих глаз,
  
   Несмолкающая птица, блеск негаснущих огней,
  
   И пресветлая Девица, луч последних наших дней.
  
  
  
   ПРОТИВОГЛАСНИКИ
  
   Эти звоны, антифоны, в царствии Твоем,
  
   То на правом, то на левом клиросе поем.
  
   Клирос - крылос, по-простому назовем его,
  
   Тут - обилье, это - крылья духа Твоего.
  
   Два их, два их, влево, вправо, царственный полет,
  
   В нас - Твоя святая слава, голос Твой поет.
  
   Ранним утром дух восходит в высь по степеням,
  
   Вправо, влево, ходит, бродит, водит путь по дням.
  
   То налево, полный гнева, рдяный от страстей,
  
   То направо, нелукаво ищет чти Твоей.
  
   Всходы лестниц, в той дороге, разные всегда,
  
   То обрывны, то отлоги, всходит череда.
  
   Все же всходит, путь находит череда молитв,
  
   В двоегласьи, в двоечасьи битв, смертей, ловитв.
  
   И от юности нас борют страсти, тьма - их счет,
  
   Но во всех - Твоя есть воля, голос Твой поет.
  
   Мы - уклоны, мы - амвоны, все, что хочешь Ты,
  
   В безднах бродим, но восходим - к безднам Высоты.
  
  
  
  
  ПАНАГИЯ
  
  
  
  О, Мария, ты - Стихия,
  
  
  
  Ты - волна с венцом из пены!
  
  
  
  Ты - сиянья золотые,
  
  
  
  Что в Эдеме красят стены!
  
  
  
  Согревая, ты - живая,
  
  
  
  Как простор Небес окружный!
  
  
  
  Ты - молитва голубая,
  
  
  
  Лик с оправою жемчужной!
  
  
  
  Ночью темной, водоемной,
  
  
  
  Изливающей планеты,
  
  
  
  Ты есть пламень незаемный,
  
  
  
  Нам взаймы дающий светы!
  
  
  
  Ночью темной, водоемной,
  
  
  
  Изливающей созвездья,
  
  
  
  Ты - часовни мир укромный,
  
  
  
  Путь прощенья в тьме возмездья!
  
  
  
  О, Мария, в зимы злые
  
  
  
  Радость Мая голубая!
  
  
  
  Сердцу мира - сны златые,
  
  
  
  Панагия, Всесвятая!
  
  
  
   К ДЕВЕ МАРИИ
  
  
  
   Дева Мария,
  
  
  
   Море-Стихия,
  
  
  
  Чистая совесть-душа.
  
  
  
   Будешь ли с нами?
  
  
  
   Будь с голубями,
  
  
  
  Ты как рассвет хороша.
  
  
  
   С огненной хотью,
  
  
  
   С Марфою-плотью
  
  
  
  Много нам было хлопот.
  
  
  
   Дева Мария,
  
  
  
   В областях Змия,
  
  
  
  Светишь ты в пропасти вод.
  
  
  
   Марфу не кинем,
  
  
  
   Мы не остынем,
  
  
  
  Рдяность мы любим всегда.
  
  
  
   Деве Марии
  
  
  
   То не впервые,
  
  
  
  Знает, горит как Звезда.
  
  
  
   Светит с зарею,
  
  
  
   С жаркой сестрою
  
  
  
  Век нераздельна она.
  
  
  
   Дня ожидает,
  
  
  
   Видит, и тает,
  
  
  
  Будет - как будет нужна.
  
  
  
   Днем истомимся,
  
  
  
   Днем запылимся,
  
  
  
  Вечер нас будет пугать.
  
  
  
   Тут-то нас встретит,
  
  
  
   Тут нас приветит
  
  
  
  Нежная юная Мать.
  
  
  
   Будет лелеять,
  
  
  
   Будет нам веять
  
  
  
  Сном над глубокой водой.
  
  
  
   Пристанью станет,
  
  
  
   Жемчугом глянет,
  
  
  
  Яркой Вечерней Звездой.
  
  
  
   Матерь и Дева,
  
  
  
   В вихре напева
  
  
  
  Мы погружаемся в Ночь.
  
  
  
   Дева Мария,
  
  
  
   Море-Стихия,
  
  
  
  Тихого, Вечного Дочь.
  
  
  
   МАРФА И МАРИЯ
  
   - Мария, Мария,
  
   Ты нравишься больше Ему.
  
   Очи твои - голубые,
  
   А мои - затаили тьму.
  
   Волны волос у тебя золотые,
  
   А пряди мои словно черные змеи сошли
  
   До самой земли,
  
   Как черные змеи,
  
   Не подниму.
  
   Мария, Мария, белее ты водной лилеи,
  
   Ты как серп новолунний светла,
  
   У меня в волосах, в их раскидистом мраке,
  
   Лишь сонные,
  
   Словно углем всегда озаренные,
  
   Красные маки,
  
   И я смугла.
  
   Мария, Мария, идти ли мне ныне в пустыни,
  
   Взгляни в мое сердце, увидишь, как я терплю.
  
   Сестра, ты прозрачна, ты ближе к небесной святыне,
  
   Но ведь я же Его люблю.
  
   - О, Марфа, сестра моя, черный алмаз драгоценный,
  
   Не плачь и не жалуйся, пышный факел ночной,
  
   Ты пылающий пламень над зыбью морей переменной,
  
   Ты костер в непроглядной ночи,
  
   Ты бросаешь в тревогу ночную лучи,
  
   В тот таинственный час, как над влагою пенной
  
   Солнце уснуло с Луной.
  
   Ты смотришь сейчас,
  
   Как будто не веря,
  
   Хоть верить желая.
  
   Сияй всею силою, черный алмаз,
  
   Не будь тебя в мире, была бы чрезмерна потеря.
  
   Сестра молодая,
  
   Ты любишь, ты знаешь, люблю ли, и любит Он нас,
  
   Но обе мы светим, о верь мне, не зная,
  
   Кто больше желанен Ему.
  
   Сестра дорогая, к чему
  
   Нам знать это? Лишь бы, Пресветлый, любил Он,
  
   И нами, и нами обрадован был Он,
  
   И может быть, любит Он нас - наравне.
  
   Сестра, ты дрожишь, ты прижалась ко мне,
  
   Ты сияешь в мои голубые глаза.
  
   Что коврами узорными, -
  
   Как гроза, -
  
   Ты своими иссиня-черными
  
   Всю покрыла меня волосами.
  
   Сестра, ты дрожишь, как лоза,
  
   Прерывисто дышишь.
  
   Ты слышишь?
  
   Он с нами!
  
  
  
   В ПОЛЯХ ГОЛУБЫХ
  
  
  Ходила Дева по чистому полю,
  
  
  Не в зеленых полях, в голубых.
  
  
  Гуляла в полях, нагулялася вволю,
  
  
  И запела певучий стих.
  
  
  И запела, и были глубоки намеки,
  
  
  Что сложились в те звездные строки.
  
  
  А навстречу идет к ней Христов пророк,
  
  
  Привлечен осиянностью строк.
  
  
  "Что ходишь ты, Дева, по чистому полю?
  
  
  О чем ты поешь свой стих?"
  
  
  "Я Сына ищу, и заветную долю.
  
  
  Где Сын?" - "Здесь, в полях голубых.
  
  
  Ты дальше иди, о, поющая Дева,
  
  
  Три древа увидишь, три древа.
  
  
  И древо одно - кипарисовое,
  
  
  Другое же древо - анисовое,
  
  
  А третье еще - барбарисовое.
  
  
  Из трех этих древ есть построенный храм,
  
  
  Три птицы поют песни райские там,
  
  
  "Аллилуйя!" поют, "Аллилуйя!" поют.
  
  
  Сын сидит в высоте. Травы нежно цветут.
  
  
  Голубые они,
  
  
  Словно Море кругом.
  
  
  Сын сидит на престоле своем золотом,
  
  
  Золотые и синие всюду огни.
  
  
  Ночи в черных одеждах к престолу идут.
  
  
  И подходят румяные дни.
  
  
  И цветы, наклоняясь, цветут.
  
  
  Словно синее Море кругом.
  
  
  Он нас ждет осиянный" - "Идем!"
  
  
  
  
   ДЕВА
  
   Дева днесь высочайшего, -
  
   Из колодца воды зачерпнув, из колодца миров
  
  
  
  
  
  
  глубочайшего,
  
   Нам рождает, - Его,
  
   В бездне бездн - одного,
  
   Нам нельзя без кого,
  
   Возлюбившего нас и сладчайшего.
  
   "Дева, Дева", поет вышина,
  
   Не Жена,
  
   "Дева, Дева", ответствуя, кличет вертеп,
  
   И вскрывается лед, содрогается склеп,
  
   "Дева, Дева", Весна над пустыней снегов,
  
   Знаменья шествуют,
  
   Ангелы песню поют меж скудных благих пастухов,
  
   Волхвы со Звездой путешествуют,
  
   Несут умащенья в ларцах,
  
   Из них благовонный вздох,
  
   Сияет Звезда в Небесах,
  
   Ничего нам больше не надо,
  
   Родися нам дитятко младо,
  
   Родися превечный Бог.
  
  
  
   БОЖИЙ ДРУЖОК
  
  
   - Богу милое дитя,
  
  
   Что живет, звездой блестя,
  
  
   Богу миленький дружок,
  
  
   Он куда всегда бежит?
  
  
   За моря, или в лесок?
  
  
   - Нет, во яслях он лежит.
  
  
   И хоть мир прошел он весь,
  
  
   Он смеется с нами здесь.
  
  
   - Но куда ж сейчас ушел?
  
  
   И куда же он забрел?
  
  
   - Он в вертепы заходил,
  
  
   Там рождался звон кадил.
  
  
   Глянет в нищенский он дом,
  
  
   Дом горит златым огнем.
  
  
   Он к разбойникам зайдет,
  
  
   Ангел в сердце злом поет.
  
  
   И хоть мир прошел он весь,
  
  
   Вот он в сердце, вот он здесь.
  
  
  
  
  КРЕЩЕНИЕ
  
  
  
  Мы крестились Христом,
  
  
  
  Мы крестились крестом,
  
  
  
  Обвитым звездами, цветами.
  
  
  
  Мы крестились Водой,
  
  
  
  Навсегда молодой,
  
  
  
  Мы крестились Огнем.
  
  
  
  Часом ночи и днем,
  
  
  
  Мы за Солнцем идем,
  
  
  
  И звездами.
  
  
  
  Мы в Христа облеклись,
  
  
  
  Мы как свечи зажглись,
  
  
  
  В Пасхальном сияющем храме.
  
  
  
  Мы возникли как звон
  
  
  
  В аллилуйе времен,
  
  
  
  Серафимы - в одном,
  
  
  
  Херувимы - в другом,
  
  
  
  Мы с Христом, он во всем,
  
  
  
  Со звездами.
  
  
  
  
  ПРОСТИ
   Прости меня, Небо с Землею, и Солнце, и Месяц и Звезды,
   Простите вы, горы, и долы, озера, леса, и поля,
   Воздушные птицы, простите, коль ваши увидел я гнезды,
   Простите, травинки, бродил я, былинки ногой шевеля.
   Простите вы, звери лесные, что вас я тревожил но чаще,
   Простите вы, рыбы, что вас я, рекой проплывая, пугал,
   Мы были когда-то все вместе, а в этот наш миг настоящий
   Разъяты мы рознью, как страны - подъятьем запутанных скал.
   Простите меня, цветокрылки, которых зовут мотыльками,
   Я вас от цветов отгоняю - невольно, когда прохожу,
   Я брат вам, не будьте врагами, мы вызваны теми ж лучами
   На ту же - мне зримо - на ту же, великую в Мире, межу.
  
  
  
   ИЗ ЛЕСА В САД
  
  
  
   Как из Леса в Сад
  
  
  
   Через тьму идешь,
  
  
  
   Там следы горят.
  
  
  
   Где дорога в Сад?
  
  
  
   В чаще - острый взгляд,
  
  
  
   Словно светлый нож.
  
  
  
   Много там следов,
  
  
  
   Где века прошли,
  
  
  
   Много там цветов,
  
  
  
   Много там плодов,
  
  
  
   Пир всегда готов.
  
  
  
   Где Он, Сад? Вдали!
  
  
  
   Выявляет Лес
  
 

Категория: Книги | Добавил: Armush (29.11.2012)
Просмотров: 167 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа